Лучше я буду таким, как я сам, какой бы я ни был скверный.
Энн Бронте
Вот уже неделю Джин ловил себя на мысли, что бездействие гораздо утомительнее, чем тяжёлая работа. И он был бы рад отступить от запланированного им мероприятия, но не имел такой привычки. Когда «трусость» вызывала на поединок «упрямство», то как бы страшно Джину не было, он точно знал, какое из его качеств одержит победу.
И эта недельная заминка не по его вине очень напрягала омегу. Вот уже и май к концу, а он всё ещё…
Целомудренник, блять!
Джин ждал, когда в библиотеку соизволит явиться его единственный, составляющий конкуренцию книгам, извечный приятель Чимин, с которым они переругались не на шутку, и вот уже почти месяц, как от того не было «ни слуху, ни духу». Каждый их спор всегда заканчивался взаимными оскорблениями: слишком хорошо они всё друг про друга знали.
А что делать, если практически невозможно доказать свою точку зрения человеку, у которого единственные извилины — брови. И те нарисованные…
Джин по Чимину скучал…
Тот был полной его противоположностью и… Альф менял как перчатки! А ещё он был смешливым, шебутным и долго никогда не обижался.
Джин знал, что тот пару раз забегал к деду справиться о здоровье, когда сам он был на работе. И вот теперь, когда он ему был так нужен, Чимин не шёл мириться.
Знал же, что Джин… Ну не может он пересилить себя и пойти «навстречу». Хоть и… Да! Виноват!
Приятель объявился к концу недели. Ровно месяц прошёл. И пришёл не в библиотеку, а домой. Где и застал его, пьющего чай с дедом, вернувшийся с работы Джин.
— Вот он. А ты переживал! — дед подхватился с места, чтобы оставить омег поболтать наедине. — Я пошёл к Нылю!
— Привет, — Джин чмокнул сидящего за столом Чимина в макушку: чего уж притворяться — скучал…
— Привет! — Чимин допил остатки чая. — Рассказывай, как ты тут без меня?
В ожидании пересказа какой-нибудь новой книги, которую приятель прочитал за время его отсутствия, Чимин сидел, вытаращив глаза и разинув рот, слушая о (
зло-) (при-)ключениях Джина.
— В общем, мне надо в клуб сходить и «снять» там себе альфу…
— Угу. Хочешь, чтоб твой первый раз был в заплёванном туалете клуба?
— Да пофиг уже где! Хоть на танцполе!
— О, как тебя припёрло…
— Ты меня не слушал, что ли? Вот прирежут меня на жертвенном камне…
— Членом, что ль?
— Не начинай, Чимин-а! Мы только помирились…
— Ладно.
— Что значит — «ладно»?
— «Ладно» — значит, пойдем сегодня в клуб, тебя там трахнут, и мы ещё домой успеем до сериала. Я такой сериал начал смотреть по омежьему каналу… Ммммм! Закачаешься, какой там альфа! Слушай, забыл спросить… А зачем им твоя сперма?
— Смешают с другими ингредиентами и… Да не знаю я!
— Вот и не надо нам знать. А то, знаешь, мысли всякие… — Чимина брезгливо перекосило.
— Неее, точно не для того, о чём ты думаешь! Хотя… Если «зелье» пройдёт термическую обработку, то вполне его можно будет принимать…
Омеги переглянулись и теперь скривились уже оба.
— А теперь слушай внимательно! — Чимин обошел по кругу стоящего в центре комнаты Джина и удовлетворённо прицокнул языком. — Найти альфу для секса в клубе проще простого. Самое главное — выбрать.
— Я думал, альфы выбирают омег…
— Слишком много думаешь, вот и сидишь в своей библиотеке, ничего не зная про секс!
— Побольше тебя знаю!
— Стой, не дёргайся, теоретик, а то глаз выколю! — Чимин рисовал карандашом ему тонкие стрелки. — Короче, выберешь и покажешь мне на него пальцем. Если «да», я кивну тебе: «Да!». А если «нет»…
— Ты помотаешь мне: «Нет»?
— Ты и правда умный! Поэтому тех, кто с омегами пришёл, отсекаем сразу. Это другой «пилотаж». Не для тебя пока.
— А для тебя? Ты можешь увести альфу, если он пришёл в клуб с омегой?
— Ну… минут на тридцать могу стопроцентно!
— Чимин!
— Зато никто меня на жертвенник не тащит!
Возразить Джину было нечем, но он продолжал супиться на приятеля.
— Рекомендую обратить внимание на здоровенных амбалов в наколках, трущихся возле барной стойки. Они — самые лапочки!
Джин недоверчиво посмотрел и молчал, пока Чимин прикладывал к его губам различные блески, выбирая оттенок.
— Или парней в костюмах. Такие чаще всего приходят большой компанией после работы и, пропустив рюмку-другую начинают искать, с кем бы…
— Ты откуда всё это знаешь, а?
— Вот войдёшь «во вкус», ещё сам меня учить будешь разным штучкам.
— Каким ещё штучкам?
— Вот поэтому я с тобой и дружу… Ты как из параллельной вселенной, Джин-и!
Чимин опять обошёл его по кругу и удовлетворённо кивнул сам себе.
В клуб они добирались на такси, которое вызвали из кофейни, куда предварительно ушли из дома, сказав деду, что Джин останется на ночь у Чимина. Это раньше часто бывало, сейчас уже пореже, поэтому старик только покивал согласно им вслед.
Публика уже «раскачалась». Джина сразу оглушили биты и запахи. Он дезориентированно крутил головой, боясь потерять Чимина, который, как игрушечный ледоход, вклинился в толпу, прокладывая себе путь к бару.
Застопорившийся Джин еле за ним поспевал. И когда уселся рядом с приятелем на высокий барный табурет, сразу же получил в руки пузатый бокал с полосатым коктейлем.
Сам того не зная, Джин выглядел сногсшибательно. И все «наставления» Чимина могли идти лесом, потому что альфы на него пялились без остановки. Рядом с ним уселся умопомрачительно красивый парень и, заметив, как на него смотрит Джин, отсалютовал ему бокалом, на дне которого плескался глоток янтарной жидкости.
Сам Джин сделал всего пару глотков, поэтому ещё помнил, что надо «посоветоваться» с Чимином. Он нашёл приятеля глазами и скривил ему взглядом на модно одетого красавчика со смешной родинкой на кончике носа.
«Нет» от Чимина он получил не разовый, а много-много раз мотающий отрицательно голову Чимину. Раздосадованный, он наклонился к приятелю, и они уже вместе наблюдали, как понравившийся Джину альфа с грацией хищника покинул пределы бара.
— Почему нет-то? — зашипел Джин.
— Потому что он, как и ты, ищет… альфу!
Джин залпом допил свой коктейль, чтобы продолжать недоверчиво смотреть на удаляющуюся фигуру.
Получив очередной коктейль с длинной соломинкой от бармена, которому заказывал Чимин, Джин, потянув со дна крепкий ром, понял, что надо бы «притормозить» с напитками. Об этом думал и Чимин, утаскивающий его от бара в сторону мягких диванчиков, попутно приглядываясь к знакомым.
Его заметили раньше:
— Чимин-и! Иди к нам!
Весёлая компания омежек-завсегдатаев замахала ему приглашающе.
— Знакомьтесь с моим другом! Джин! — Чимин тащил за руку уже порядком с непривычки окосевшего приятеля, и они со смехом «приземлились» на поспешно освобождённые путём «кучкования» остальных места.
На хохочущих омег обращали внимание все рядом находящиеся альфы и, переглядываясь, кивали друг другу, рассчитывая на «лёгкую добычу»…
На танцполе к этому времени творилось уже невообразимое, а Джин, «за знакомство» выпивший уже три фужера сладкой шипучки, готов был танцевать хоть всю ночь, забыв при этом о главной цели своего визита в этот вертеп.
Не успел Чимин его тормознуть, как он уже покачивал бёдрами, подняв руки над головой в толпе таких же любителей «подвигаться», зависая на «своей волне».
И почти сразу со спины его обвили чужие руки, притираясь пахом к его целомудренному заду. Алкоголь сделал своё «грязное» дело, и Джин, ощущая явное чужое желание, накрыл чужие руки своими и откинул голову на плечо альфы, блаженно прикрыв глаза. Они покачивались не в такт быстрой музыке, но это было совсем не важно: у них случился свой вайб…
— Мы уходим? — на ухо ему прошептал альфа.
У Джина где-то в подсознании мелькнуло, что надо бы «согласовать» с Чимином того, кого сам ещё не разглядел, но руки у альфы были такими тёплыми, возбуждение таким требовательным, губы, целующие ушко, такими мягкими…
Да пошёл он, этот Чимин!
И это была последняя мысль которая посетила его, отключившуюся прямо посреди танцпола, голову…
