Глава 16
27 февраля 2023 г., 23:11
«Сдаваясь в плен, не сопротивляются».
Кларк Кент (Супермен)
До дня рождения Джина оставалось всего два дня. За три недели, что он провёл в квартире Намджуна, являясь добровольным пленником, он наконец, понял, чего хотел. Хотел… Чтобы всё это как можно быстрее закончилось! Он пересмотрел много новых, «нашумевших» фильмов, так и не сумевших заменить ему «старых» друзей, которыми являлись книги. Мастерски научился мухлевать, обыгрывая Чимина в карты. И легко освоился с техникой на чужой кухне… С Намджуном они иногда пересекались по вечерам, когда альфа, поздно приходящий с работы, вежливо стучал в дверь его комнаты и приглашал вместе поужинать. Вот только… Сколько бы не старался Джин, от скуки проводя по нескольку часов на кухне за приготовлением какого-нибудь кулинарного шедевра, альфа съедал всё с безучастным выражением на лице. Впрочем, точно так же он реагировал, когда Джин, отвечая на его вопрос, как прошёл его день, принимался пересказывать сюжет очередного фильма…***
— Джин-и, малиновую или ванильную? — О чём ты, Чимин-а? — Джин прижал плечом трубку к уху, потому что руки у него были в муке. Он вымешивал тесто для медового печенья. — Смазку тебе с каким вкусом подарить на эту долгожданную днюшку? — Господи, Чимин! — Э, нет! Выбери что-то одно! — приятель засмеялся, поднимая настроение и Джину. Уже завтра ему исполнится тридцать… Много или мало? Вряд ли можно измерить временным промежутком жизнь. Его отцу и папе так никогда и не исполнилось тридцать… Он теперь навсегда будет старше любого из них... А вот их сын даже ни разу не успел по-настоящему влюбиться за свою долгую, как ему стало казаться, жизнь. Хотя кого он обманывал… Джин отошёл от окна, за которым крупными хлопьями падал снег, и вздохнул, глядя на мигающий таймер духовки: он простоял неподвижно у окна целый час. Вечером в его дверь альфа постучал очень осторожно. Джин уже научился по стуку определять его настроение. Намджун бывал: весёлым, усталым, добрым, голодным… Сегодня он был робким, как и его нерешительное «туканье». Причину стеснительности омега узнал за десертом, когда альфа протянул ему блистер с таблетками. — Что это? — Джин повертел в руках пластинку из фольги. — Э… — альфе действительно стало неловко. — Это таблетки… Джин, наверное, должен был как-то дать понять, что он не идиот? Но так уж вышло… — Хоть и нет у вас, Сокджин-ним, течки, но… Шанс забеременеть остаётся… Это противозачаточные. У них нет никаких побочных эффектов. Их тестировали сами наши учёные. Это лучшее… На сегодняшний день. — Конечно, — Джин улыбнулся. — Сколько штук нужно будет выпить? — По одной все три вечера… А седьмого числа утром и вечером. — Хорошо, я приму, — Джин запихал таблетки в карман, а альфа проводил их перемещение пристальным взглядом. «Предпраздничный» ужин был испорчен этим незначительным разговором, и Намджун, вздохнув и прихватив с подноса несколько печенек, ушёл к себе.***
Сам день своего тридцатилетия Джин толком и не запомнил. Потому что не случилось ничего примечательного. Его и поздравили-то только по телефону: коллеги и несколько старых приятелей-омег. Ещё Чимин забежал с работы. Вручил большой мягкий свёрток и потискал Джина. Не пробыв и часа, приятель не остался даже на ужин. А дед при полном параде явился с утра и, «подарив» парочку «мудрых» советов, отбыл домой с явным намерением отпраздновать круглую дату внука в компании Ныля, распив бутылочку инсамджу. Джин, которого теперь стерегли, как статую позолоченного Будды, махнув рукой и на «знаменательную» дату, и на самого себя, провалялся весь день в пижаме, читая новый сборник «Корейских мифов» сложенных в виде шаманских песенных сказаний, завораживающих своей красотой и неповторимым колоритом. Он так и уснул, уронив красиво оформленную книжицу, этот дополнительный к наставлениям подарок деда, себе на лицо. Не проснулся даже когда вечером стучал Намджун. Тому пришлось ужинать в одиночестве, разложив красиво, как смог, блюда, специально доставленные из ресторана… Позже букет нераспустившихся лотосов в высокой вазе, которые символизировали процветание, чистоту и целомудрие, хоть и росли на болоте, среди мутной воды и ила, альфа, стараясь ступать бесшумно по маленьким пушистым коврикам, занёс в комнату спящего Джина и поставил прямо на пол в изголовье кровати… В день «икс» Чимин явился с самого утра и смеялся над смущающимся от его подколок и советов другом. Джин, натягивая свои обычные джинсы и видавший виды блейзер, ворчал, что три недели «ничегонеделанья» дали свой результат — он поправился… И волосы некрасиво отросли, что придавало его внешности неопрятный вид… И цвет лица серый… И гель не с тем запахом… — Сейчас стилист придёт и всё уладит! — К-какой стилист? — Джин резко повернулся к Чимину. — Ты думал, я тебя на такое ответственное мероприятие как помойного кота выпущу? — Чимину вдруг впервые стало жаль волнующегося друга. «Цветочки приволок этот богатенький «козёл», символизирующие благородную бедность! Так и хотелось выбросить в мусор эти лотосы! И как только его Джин-и угораздило…» И в подтверждение его мыслей омега-стилист, который без опозданий пришёл в назначенное время, покосился на несвежий букет, наморщив нос… Когда профессионал умело уложил Джину волосы и нанёс «естественный» макияж, Чимин уставился на приятеля разинув рот. — Джин-и, хорошо, что твой трахальщик молодой… И до инфаркта ему далеко. Джин и сам, разглядывая себя в зеркальном отражении, удовлетворённо хмыкнул, прежде чем, замотавшись шарфом и накинув капюшон толстого пуховика, вышел во двор к ожидающей его машине…
