Долог путь до Ба Синг Се

      Тоф Бейфонг уставилась на Сокку. И провожала взглядом каждое его движение. Да, это было невозможно — но металлический каркас дирижабля отлично позволял ей ориентироваться (ну, с поправкой на работу двигателей), а взгляд слепых глаз людей нервирует.       Сокка был уже, конечно, привычным, но долго не выдержал. — Понял, понял, ухожу! — сказал Сокка. — Скучно с вами… Рэншу его проводил кивком, который при большом желании можно было счесть почтительным. — Есть разговор, Рэншу-кун, — Тоф пересела к лису вплотную. — Расскажите мне, как оно всё бывает между мужчиной и женщиной.       Лис поперхнулся и цепанул пилкой ноготь. — Разве… матушка не рассказала вам? — Х-ха. Матушка. Да. Как же, расскажет она мне что-нибудь. А потом, — Тоф села вплотную, — может, я хочу услышать от тебя… — Тогда, может, тетушка? Сестра? Э-э? М-м, такие разговоры могут далеко завести, — кицунэ осторожно завел руку за спину Тоф и коснулся ее плеча. — Ну ты же не зайдешь дальше того, что тебе Зуко оплатил, верно? — фыркнула Тоф. — Он оплатил мне отвальную, и, видит Небо, я честно отработал. — Еще лучше, значит, ты уже не связан с ним контрактными обязательствами. Тогда плачу я, и я хочу всего до конца.       Рэншу вздохнул, и взял руку Тоф свободной ладонью. — Нет, Тоф-тян. Не хочешь. Храбришься, думаешь, что хочешь, или хочешь назло тем, кто намерен вынудить тебя выйти замуж за какого-то неизвестного взрослого мужика сомнительных достоинств, но — не хочешь. В тебе еще не проснулась эта… тяга. Проснется. Со временем. — Ага! Ближе к старости! — Многие женщины начинают испытывать ее после первых родов, но, полагаю, с тобой это случится быстрее… — Почему это? — М-м… сильная ци. Решительный дух. Коротковатые ноги… — Что-о? — Крутые бедра, о да. Грудь так и останется небольшой, но бедра будут крутыми… К старости у тебя появятся усы. — Рэншу! — Тоф смеялась и сердилась одновременно, и при этом млела от касаний хитрого лиса. — И может быть даже борода. — Что-о?! — В тебе сильны энергии ян, они делают женщину страстной… но вызывают рост бороды и усов в старости. И волос на теле в молодости… — Рэншу наклонился и скользнул по ее ноге. — Смотри, какая шерсть. Зимняя! — Ну ты гад! — Тоф попыталась встать, но Рэншу ее удержал. — Конечно же, я гад и местами даже злодей, я же лис, зубами вырывающий людскую печень… — А обернись в зооморфа. — Обойдешься. — Ну хоть хвост покажи. — Не покажу. Это неприлично. Он пока некрасивый. — Да ну! Что значит, некрасивый?! — Линяет. Летняя шерсть меняется на зимнюю. Торчит клоками. Каждый вечер вычесываю целую охапку. Отдам сестрам, пусть спрядут, носки свяжут… Ну или матрасики для лисят набьют… — проворковал Рэншу на ухо Тоф. — хочешь гетры из лисьей шерсти? — Хочу, — шепнула Тоф. — Золотой четвертак, и они твои… — Что-о?! Итибубан за носки?! — Не носки, а гетры. Ты же босиком расхаживаешь. Вон ноги какие холодные, и пятки как наждачка! Ну что такое какой-то там четвертак… — Ладно. Не отвлекаемся, — Тоф тряхнула головой. — Кобан за гетры и урок сексуального просвещения. — С практическими примерами? — проворковал Рэншу. — С картинками и пособиями! — рявкнула Тоф. — По рукам?! — А зачем тебе это… ну, помимо того, что это может быть приятно… но приятно может быть и без лишних слов… — Ну что я как дура?! Они все трепятся о своих интрижках, Суюки с Катаррой обсуждают… всякое, Зуко с Соккой вообще слушать невозможно, как они про баб начнут… Даже Айро с Буми обсуждают всякую похабщину! — Прям при тебе? Ну, последним я бы вообще не верил ни одному слову, старики любят прихвастнуть… — Нет! Меня с Аангом они держат за детишек и замолкают. Ну Аанг-то ладно, а мне ведь и впрямь замуж придется выйти! И как?! Я даже не то что ничего не попробовала, а ничего и не знаю! Я-то не могу рассматривать все эти похабные картинки, которые Сокка Аангу подпихивал! А в книгах все написано такими дурацкими словами… всякие нефритовые стержни, яшмовые пещеры… и служанки мямлят и хихикают, когда читают… — Ну, надо сказать, сюнга весьма нереалистичны. Прямо скажем, такого размера половых органов не бывает даже у тануки. У них только яйца громадные, а все остальное как у всех. А уж весенние рассказы! Полная чушь. М-м. Да. И впрямь, проблема. Ну что ж. Значит, нам понадобятся некие осязаемые модели… Кобан, хорошо, согласен. Но гетры в стоимость не входят! Мои бедные сестры будут мыть шерсть, прясть пряжу, вязать… а у них лапки! — Ладно. Насчет гетр я подумаю отдельно. — У тебя останется что-то от меня на память. Что-то очень личное… — Главное, чтоб не лисенок. — Ну, знаешь. В этом на меня можешь положиться, а потом — никакого проникновения. Тебе это сильно преждевременно. Чисто теоретическая часть с небольшими практическими занятиями. Ладно, пойду, найду свечку… — Это зачем? На грудь капать, да? — Тоф-химэ! Приличная девушка! откуда такого только набралась! Буду лепить из воска учебные модели.       Тоф захихикала. — А без них никак не обойдемся? — Никак. — Ну ла-адно… Так что, жду тебя у себя в каюте. — В библиотеке. Перед ужином. — Туда может кто-то зайти. — В этом весь и смысл. Острота ощущений… и гарантии для бедного лиса. А то вдруг оскорбленный отец Бейфонг откроет на меня охоту? Так я всегда могу сказать, что осущетвлял лишь просветительскую деятельность… — Ладно, вечером! Пока! — Тоф спрыгнула с диванчика, приведя Рэншу в некоторое замешательство, и ускакала в трюм к пацанам.       Лис сыто потянулся. Вот это ци! Нет, если сейчас не вздремнуть, я просто лопну от обжорства! Он споро достиг своей каюты — ее он делил на пару с лейб-медиком, Хосокава Таро, с удовольствием удостоверился, что того нет на месте, и растянулся на койке. М-м, красота… давно дзинко не чувствовал себя таким сытым во всех отношениях.       В дверь постучали. Какого хрена?!       Рэншу некоторое время посомневался, но все же открыл. — Мы хотим утроить спарринг с Зуко на мечах. Присоединяйся, — мрачно поставил перед фактом Сокка. — М-м, спасибо, но я откажусь… — Могу сходить за приказом Хозяина Огня, — предложил Сокка. — Чего такой серьезный, зятек? Ну, если хотите, погоняю вас, подпесков, — с неудовольсвием протянул Рэншу. — Не хвались неодержанной победой. Меня учил мастер Пиандао… — А, да, да, помню этого паренька. Перспективный был. Влюбился в одну из моих сестричек… Ненадолго. Ветренник! Она плакала целую неделю! Надеюсь, ты не повторишь его ошибок и сделаешь моих сестер честными женщинами, ведь так?       Сокка в недоумении повернулся. — Если я надеру тебе задницу, маленький говнистый прохиндей, будешь платить алименты на воспитание своих выводков. Справедливо? — Не надерешь, — подумав, ответил Сокка. — Жизнь покажет, может быть, ты и побьешь бедного дряхлого лиса… — Рэншу зашел в комнату за мечом. - Пойдем, сердцеед. Предоставим спору решиться в бою.