Двуликий.

2 ГЛАВА — Те­саль, жем­чу­жин­ка моя, ты где? — зва­ла мать свое не­пос­лушное, но­ровив­шее пос­то­ян­но сбе­жать, ча­до. — Ла­си­атель, она, на­вер­ное, сно­ва в са­ду, — ска­зал по­явив­ший­ся крас­но­воло­сый сим­па­тич­ный муж­чи­на. — Без те­бя знаю, — ог­рызну­лась эль­фий­ка. — Ты опять? — Что опять? — На­чина­ешь ог­ры­зать­ся? — И ког­да это я те­бе ог­ры­залась? — под­бо­чени­лась жен­щи­на. — Толь­ко что. Я к те­бе по-хо­роше­му, а ты сно­ва гру­бишь, — по­качал он го­ловой. — Ни­чего с то­бой не ста­нет. Не рас­та­ешь от нес­коль­ких слов, — хмык­ну­ла же­на и от­верну­лась. — Меж­ду про­чим, это твои родс­твен­ни­ки на­чали пер­вы­ми. Ес­ли бы не они, с деть­ми ни­чего бы не слу­чилось, — гром­ко ска­зал муж­чи­на. — Да? Толь­ко мои?! А твои бе­лые и пу­шис­тые?! Да они ме­ня пос­то­ян­но тра­вят! — Но те­бе же все рав­но. Яды на те­бя не дей­ству­ют, — по­жал пле­чами муж­чи­на. — Что?! Так, по-тво­ему, ес­ли на ме­ня не дей­ству­ют яды, то пусть тра­вят в свое удо­воль­ствие?! Наш­ли се­бе по­допыт­ную свин­ку! Или ты ре­шил дать им воз­можность вы­яс­нить, ка­кой яд все же по­дей­ству­ет? Муж­чи­на поб­леднел. — Ка­кая бы ты не бы­ла стер­ва, я все рав­но те­бя еще люб­лю, — грус­тно ска­зал он. — Пой­ду, по­ищу Те­саль, — рез­ко раз­верну­лась эль­фий­ка, по­теряв пос­ле слов му­жа весь за­пал для скан­да­ла. — Су­дя по вре­мени, ис­кать на­до уже Ге­реса, — уточ­нил муж. — Тог­да он в бас­сей­не, — сог­ласно кив­ну­ла Ла­си­атель. — Перк, пой­дешь со мной? — Обя­затель­но. Мне как раз на­до с Ге­ресом по­гово­рить. — О чем? — по­ин­те­ресо­валась Ла­си­атель. — Да­вай най­дем и рас­ска­жу. Не хо­чу два ра­за пов­то­рять. — Лад­но. В боль­шом, об­ло­жен­ном мра­мором бас­сей­не пла­вал па­ренек лет восемнадцати, чувс­твуя се­бя в во­де как ры­ба. — А сын у нас от­личный пло­вец, — гор­до ска­зал отец, гля­дя на ны­ря­юще­го к подъ­ему из бас­сей­на Ге­реса. — И очень хо­рошень­кий, — улыб­ну­лась мать, раз­гля­дывая вы­ходя­щего из во­ды сы­на. Строй­ный, гиб­кий, жаль, что не ос­тро­ухий, но до­воль­но ми­лый. С ко­рот­ки­ми, сей­час то­пор­ща­щими­ся в раз­ные сто­роны, во­лоса­ми вин­но-крас­но­го цве­та и ум­ны­ми се­рыми гла­зами с длин­ны­ми чер­ны­ми рес­ни­цами. — Ге­рес, нам на­до по­гово­рить, — ска­зал отец. — Да? И о чем? Сей­час выт­русь и при­ду. — Ждем те­бя в ка­бине­те, — бро­сил вслед ему отец. На­лив ви­на в три бо­кала, хо­зя­ин ка­бине­та про­тянул па­ру же­не и сы­ну. — И мне? — уди­вил­ся па­рень, впер­вые по­лучая из рук от­ца спир­тное. — Не то­ми, Перк, — не вы­дер­жа­ла Ла­си­атель. — Я ре­шил ус­тро­ить при­ем. — За­чем?! — од­новре­мен­но вы­пали­ли мать и сын. — Не всег­да же нам вас пря­тать, — нах­му­рил­ся отец, те­ма для не­го бы­ла бо­лез­ненной. — Пап, но как же мы смо­жем? Вре­мя не поз­во­лит нам быть нор­маль­но на при­еме, — рас­те­рял­ся Ге­рес. — Я все про­думал, нач­нем по­рань­ше, еще до за­ката. Ле­том сол­нце са­дит­ся поз­дно. Так что Те­саль то­же смо­жет пол­но­цен­но поп­ри­сутс­тво­вать. — Сы­нок, а ты ее так и не слы­шишь? — Мам, сколь­ко раз те­бе го­ворить, что ког­да по­яв­ля­ет­ся она, я слов­но за­сыпаю где-то внут­ри. И нет, мы с ней не об­ща­ем­ся. Я во­об­ще толь­ко по ва­шим рас­ска­зам знаю, что мы с сес­трой жи­вем вмес­те, де­ля вре­мя на дво­их. С детс­тва при­вык. Отец, я так по­нимаю, ты хо­чешь нам най­ти па­ру? — Да. — Но это вряд ли по­лучит­ся. Пред­ставь, ес­ли я сам ве­рю толь­ко по­тому, что о том, что мы с сес­трой еди­ное це­лое, мне го­вори­ли с детс­тва, хо­тя сам я ее ни ра­зу не ви­дел. — Ох, ка­кая же я за­быв­чи­вая. Мы на­писа­ли для те­бя ее пор­трет. Прав­да ма­лень­кий, но за­то уви­дишь Те­саль, — про­тяну­ла Ла­си­атель ме­даль­он сы­ну. Ге­рес взял ма­лень­кий ку­лон­чик в ви­де ка­пель­ки и от­крыл. На не­го смот­ре­ла очень кра­сивая эль­фий­ка с грус­тны­ми неж­но-си­рене­выми гла­зами. Длин­ные ос­трые уш­ки, как и у ма­тери, ми­ло тор­ча­ли из вол­нисто­го во­допа­да ро­зово-бе­лых пер­ла­мут­ро­вых во­лос. — Кра­сивая, — вос­хи­щено ска­зал Ге­рес. — Сы­нок, ты не бу­дешь про­тив, ес­ли и те­бя на­рису­ют, а по­том в этот ме­даль­он до­бавим? — Для Те­саль? — Да, она про­сила, — не­лов­ко улыб­ну­лась мать. — Хо­рошо. — Спа­сибо, сы­нок. — Так, как нас­чет при­ема? — влез отец. — Ес­ли это, на­конец, по­может нам с сес­трой встре­тить­ся, я сог­ла­сен, — ска­зал Ге­рес и от­пил из бо­кала ви­на. — Вот и за­меча­тель­но. Че­рез не­делю, — до­воль­но по­тер ру­ки отец. — Так ско­ро?! — удив­ле­но вос­клик­ну­ла же­на. — А че­го тя­нуть-то? — хмык­нув, отец до­пил ви­но и пос­та­вил бо­кал на ка­мин­ную по­лоч­ку. — А с Те­саль вы уже го­вори­ли? — спро­сил сын. — По­ка нет, — по­мор­щился отец. — Но она яв­но не бу­дет ра­да. — Она лю­бит, нас­коль­ко я знаю, в са­ду пря­тать­ся, — ска­зал Ге­рес. — Вот и про­веди­те при­ем на све­жем воз­ду­хе. — Пра­виль­но! Она при­дет обя­затель­но. По­бо­ит­ся, что с цве­тами мо­жет что-то слу­чить­ся, — об­ра­довал­ся идее отец. — Лад­но, пап, я пой­ду. Мне еще до за­ката на­до ус­петь и по­гулять, и за­дания наставников сде­лать. — Скрыл­ся за дверью па­рень. — Как ду­ма­ешь, по­лучит­ся? — тя­жело вздох­нув, спро­сил Перк у же­ны. — На­де­юсь. Дол­жна же на­ша меч­та снять прок­ля­тие ког­да-то осу­щес­твить­ся, — при­жалась к пле­чу му­жа эль­фий­ка. — Ла­си­атель, у нас та­кие прек­расные де­ти. И их мне по­дари­ла ты. Спа­сибо, — неж­но по­цело­вал руч­ку сво­ей зас­му­щав­шей­ся же­ны Перк. — Без те­бя бы они не по­лучи­лись, — лас­ко­во поп­ра­вила прядь во­лос му­жа Ла­си­атель. — Тво­их родс­твен­ни­ков звать бу­дем? — все еще не­жась ря­дом с же­ной, спро­сил Перк. — А как же, — кив­ну­ла она. — Мо­жет, не сто­ит? — Что?! — сра­зу же по­выси­ла го­лос Ла­си­атель. — А тво­их бу­дем? — Мои жи­вут ря­дом, — по­жал пле­чами муж, — к то­му же они не ока­тыва­ют вол­на­ми през­ре­ния и не но­ровят ме­ня грох­нуть. — Да что ты го­воришь?! — яз­ви­тель­но спро­сила Ла­си­атель. — На­до же?! А твои, зна­чит, еще и на праз­днич­ном ужи­не ме­ня тра­вить бу­дут?! — Они не смо­гут, не ус­пе­ют под­го­товить­ся, — выр­вался сме­шок из гру­ди Пер­ка. — Ах, те­бе смеш­но?! А мне ос­то­чер­те­ло, что они пос­то­ян­но пор­тят вкус мо­их лю­бимых блюд! — Да­вай так: я не приг­ла­шаю сво­их, а ты сво­их, — ре­шил пой­ти на ком­про­мисс Перк. — Не мо­гу, — об­ре­чено вздох­ну­ла эль­фий­ка. — Скан­дал бу­дет ужас­ней­ший. — Тог­да и ме­ня не про­си, что­бы я сво­их не приг­ла­шал. А то мои родс­твен­нички тра­вить нач­нут уже ме­ня. — Мо­жет, ес­ли мы по­кажем им вну­ков, ко­торых они так жаж­да­ли уви­деть, все ус­по­ко­ят­ся и при­мут наш брак? — при­жалась силь­нее к гру­ди му­жа эль­фий­ка. — Тво­их я еще как-то по­нимаю. Для тво­ей ма­тери, на­ши двадцать лет суп­ру­жес­тва, так — пшик, с ее-то про­дол­жи­тель­ностью жиз­ни. А вот мои дав­но дол­жны бы­ли ус­по­ко­ить­ся, все-та­ки лю­ди, а не эль­фы. — Зна­ешь, мне ка­жет­ся, твоя род­ня те­бе за­виду­ет, — хмык­ну­ла Ла­си­атель. — Что моя же­на — прек­расная эль­фий­ка? Ко­неч­но же, за­виду­ют, — улыб­нулся Перк, при­жимая к се­бе же­ну и страс­тно це­луя. — Про­дол­жим здесь или в спаль­не? — Здесь, — при­тяну­ла к се­бе му­жа Ла­си­атель, лу­каво улыб­нувшись.