Устрой себе маленькое Рождество

Вечер пятницы был отдан барам. С незапамятных времён, ещё когда Гарри и Драко были просто знакомыми, до квиддичной травмы Гарри, до совместного владения магазином. До того, как Гарри осознал, что Драко Малфой — единственный подарок, который хотелось бы видеть завёрнутым в привлекательную упаковку. Гарри чмокнул Хелми в голову, прежде чем надеть пальто: — Драко? — крикнул он в глубину магазина. — Готов к барной ночи? — А ты? — прокричал в ответ Драко. Гарри озадаченно нахмурился, повязывая шарф: — Да. Я уже в дверях, жду тебя. — Я имел в виду, — объяснил Драко, выходя из задней комнаты и застегивая на ходу пальто, — готов ли ты к первой барной ночи для нас как официальной пары? Твои друзья будут безжалостны. При мысли о тусовке в качестве пары по спине Гарри пробежала дрожь возбуждения. — Они и твои друзья тоже, сам знаешь, — вставил он бессмысленную реплику. — Да, но гриффиндорцы ждут лжи от меня… — Не лжи, — запротестовал Гарри. Драко склонил голову: — Ладно, тогда секретов, — уточнил он. — Но от тебя не ожидают. Определённо, Гермиона и Рон могли надеяться, что ты им расскажешь обо всём. — Всё пройдёт нормально, — заявил Гарри с уверенностью, которой совсем не ощущал. — Хорошо, — сказал Драко. — Идея в том, что мы хотели убедиться — наши отношения складываются, прежде чем рассказать всем. Не хотели, чтобы они возлагали напрасные надежды. — И мы понятия не имеем, как информация просочилась в прессу, — продолжил Гарри, хотя оба знали, что за этим стояла Пэнси. — Великолепно, — кивнул Драко. — Возьми меня за руку. Гарри сделал, как было велено, и Драко переместил их в точку, ближайшую к пабу, в который они ходили каждую пятницу. Гарри сжал ладонь напарника и с сожалением начал отпускать её, когда Драко перехватил его руку покрепче. На мгновение сердцу Гарри стало тесно за ребрами, нахлынули адреналин и радость, а потом он понял, что всё это — часть представления Драко. Они притворялись парой, и могли начать играть роль уже сейчас. Войдя в паб, они прервали все разговоры друзей, а затем на них одновременно посыпались вопросы. — О Господи, — выдохнул Гарри. — Готов к самой сложной части? — спросил Драко. Гарри посмотрел прямо на него — глаза цвета тёплого серебра, порозовевшие от уличного холода щёки, слегка взъерошенные ветром светлые волосы, и решил, что играть влюблённость в Драко точно не будет самой сложной частью. Самым сложным будет притвориться, будто никаких чувств нет, когда всё это закончится. — Готов, — подтвердил он, кивая. — Ладно, — начал Драко сквозь какофонию голосов друзей. — Слушайте, — крикнул он. Когда все замолкли, Драко продолжил. — Мы с Гарри действительно встречаемся, — подтвердил он. — Мы хотели сохранить это в тайне, пока не поймём, что между нами на самом деле… — И вы поняли только сейчас? — спросил Рон. — Похоже, вы оба туго… Гермиона пихнула его локтем и зашикала. — Мы всё ещё не знаем, — Гарри сжал руку Драко. — Но нас разоблачили, — он очень старался не посмотреть на Пэнси, сидевшую рядом с Джинни, — и мы решили, что можем насладиться этим. Ни одного вопроса не последовало, поэтому они спокойно заняли свои места за столом. Казалось, у всех было мнение по этой ситуации, но никто не выглядел удивленным, и с подозрением на них смотрела только Гермиона. — В этом есть смысл, — заявил Рон, присосавшись к третьей кружке пива. — Все, с кем ты встречался, в конце концов неизбежно проигрывали в сравнении с Драко. — Я никого не сравнивал! — воскликнул Гарри, щекам и шее стало жарко, и он понадеялся, что Драко не слушал этот разговор. — Ты точно сравнивал! — заспорил Невилл. Гарри уже собирался ответить, но тут спазм охватил мышцу бедра, пронзая болью всю ногу. Он поморщился и потёр бедро, шипя: — Твою мать. — Ты в порядке? — спросил Драко, его лицо исказилось от беспокойства. Гарри кивнул, сильнее растирая бедро основанием ладони. — Просто собираюсь пройтись, чтобы избавиться от боли, — проскрипел он, поднимаясь со стула. Драко начал вставать следом, но Гермиона опередила. — Не возражаешь? — спросила она с лёгкой улыбкой. Драко взглянул на Гарри, но потом кивнул, позволяя Гермионе отправиться за Поттером: — Ты здесь целитель. Гарри посмотрел на него в ответ, но снова почувствовал спазм в ноге, и захромал прочь, растягивая мышцы в попытке прекратить судороги. Гермиона сопровождала его даже вне бара, когда он начал спускаться по тротуару. Они шли, пока боль не стала меньше и Гарри не начал нормально дышать. — Тупая фигня, — мрачно пробормотал он. — Гарри, что ты делаешь? — задала Гермиона простой вопрос прямо в лоб. — Растягиваю ногу, — ответил он, понимая, что Гермиона говорит совсем о другом. — Ты играешь с огнём. Он вздохнул: — Разве я не делаю так всегда? — Сколько это продлится? — спросила Гермиона. — До Рождества, — ответил он, перестав притворяться. Она помолчала недолго: — А что потом? Он пожал плечами: — Без понятия. Всё вернётся на круги своя, думаю. Мы работаем вместе, проводим вместе время, но я просто… — он снова пожал плечами, позволив недосказанности повиснуть в воздухе. — Ты не думал, что он может испытывать к тебе те же чувства, просто не знает, как сказать о них? Гарри усмехнулся: — Нет, Гермиона. Я определённо не думаю, что это возможно. Он просто грустит, — добавил Гарри мягко. — Он грустит и не хочет никаких отношений, но Пэнси не оставила бы его. Похоже, она считает, что отношения избавляют от любой боли, только это не так, — сказал он с горечью. — Но они избавляют, — сказала Гермиона. — Избавляют, если есть к кому возвращаться домой, есть тот, кто поддерживает тебя, кто… — она замолчала, подыскивая слова, — кто скорбит с тобой. — Если бы дело было только в этом, — сказал он твердо, — мы с Джинни бы поженились. — Ну, может, вам не суждено было остаться вместе, но отношения помогли тебе, разве нет? Быть с кем-то… — Нет, — честно ответил он. — Я пытался похоронить всё в ней. Относился к ней так, будто она была чем-то отвлекающим, о чём ещё я мог подумать вместо своего горя, я не справился с травмой. — Но Драко… — Драко скорбит, — сказал Гарри. Гермиона надолго замолчала. — Если в конце всего этого он вдруг скажет, что хочет продолжить, что тогда? — Не знаю, — честно признался Гарри. — Но я правда не думаю, что об этом нужно беспокоиться. — Почему? Гарри вздохнул. — Я предложил соблюсти все рождественские традиции, которые были у него и его мамы, — мягко начал он. — Гарри, — выдохнула Гермиона, сжав его руку. — Это должно быть очень тяжело эмоционально. — Вчера мы делали пряничный домик, — продолжил Гарри, остановившись недалеко от бара, чтобы завершить диалог, прежде чем вернуться к друзьям. — Это был полный провал, — признался он. — Не могло всё быть так плохо… — Он заставил всё исчезнуть, — объяснил Гарри. — Я пошёл и купил готовый набор, чтобы у нас было хоть что-то, но, — он пожал плечами, опечаленный, — это всё не то. Думаю, выполняя все эти ритуалы, я лишь подчеркиваю, насколько Драко её не хватает. Гермиона заключила его в крепкие объятия, и Гарри обнял её в ответ. — Или, — пробормотала она, — это покажет, насколько сильно ты заботишься о нём.Вдруг это поможет ему отгоревать. Гарри пожал плечами: — Может быть. — Ну, — сказала она, поправляя куртку, — будь что будет, я полагаю. Гермиона поднялась на одну ступеньку, когда Гарри схватил её за рукав: — Ты никому ничего не скажешь, да? — Конечно, — она коротко улыбнулась. — Я годами храню твои секреты. — Даже Рону. Гермиона рассмеялась: — Особенно Рону. Он очень тяжело воспримет ваше расставание. Гарри закатил глаза и заставил себя начать подъем; лестницы, казалось, причиняли больше боли, чем множество других вещей, когда травма давала о себе знать. — Ты выполняешь упражнения, которые посоветовал тебе физиолог? — спросила Гермиона, придержав для него дверь. — Да, — раздраженно ответил он. Гермиона прищурилась: — А на самом деле? Или ты выполняешь не полный цикл? — Я их делаю! — солгал Гарри, снова опускаясь на место рядом с Драко. Драко взглянул на него с лёгкой улыбкой, и Гарри, не удержавшись, наклонился и поцеловал его в висок. — Всё в порядке? — Драко снова коротко улыбнулся. — В порядке. Рука Драко под столом нашла его бедро, тёплая и расслабляющая, и Драко принялся разминать напряженные мышцы. И Гарри почти растаял. Чтобы его собственная рука не мешала, Гарри опустил ее на спинку стула Драко. Тот продолжал болтать и растирать ногу. Гарри прикрыл глаза и на мгновение позволил себе представить, будто всё это не должно скоро закончиться.

***

Когда все стали расходиться, Гарри понял, что жалеет об окончании этой ночи. Они последними остались за столом и посидели немного в тишине, Гарри всё ещё приобнимал Драко за плечи, рука Драко всё ещё покоилась на бедре Гарри, они прижимались друг к другу. — Думаешь, нам поверили? — неожиданно спросил Драко. Гарри кивнул. — Да. Гермиона отнеслась скептически, но и она в итоге сдалась, — ответил он, и это была почти правда. — Хорошо, — облегчённо вздохнул Драко. Затем сделал глубокий вдох, прежде чем сказать: — Нам пора домой. — Ага, — согласился Гарри. Никто из них не двигался ещё какое-то время, но потом Гарри встал и потянулся, как делал обычно. Драко поднялся вслед за ним и взял за руку, когда они вошли из паба и двинулись к точке трансгрессии. Дойдя до места, Драко сжал ладонь Гарри. — Увидимся утром? Гарри кивнул. — Увидимся утром. Драко улыбнулся ему и махнул рукой, прежде чем трансгрессировать домой. Гарри переместился в магазин, чтобы забрать Хелми, и уже на полпути к дому осознал, что Драко держал его за руку всё время, пока они шли к точке трансгрессии, хотя их уже никто не видел. Надежда, та еще предательница, ярко расцвела в груди Гарри и полностью заполнила её. Он засыпал той ночью, задаваясь вопросом, что, если Гермиона права. Может быть, только может, в конце всё окажется хорошо.