Я благодарен тебе за всё

Утром Ольга встала и пошла готовить завтрак. Через минут десять встал и Паша. — Доброе утро. — Доброе, а ты чего встал так рано? У тебя же выходной, — с удивлением спросила Ольга. — Да, мне надо кое-куда заехать. — Очень интересно. И куда же ты собрался заехать? — уже строгим голосом промолвила Арефьева. — Ну, Оль, давай потом. — Паш, тебе сложно сказать? — Да, сложно. Если я сказал потом, значит потом, — отсёк Павел и ушёл в спальню. — Не поняла сейчас. Ладно, потом ты у меня не отвертишься, — сама себе сказала женщина и отправилась на работу.

***

Работать Ольга нормально не смогла. Она всё время думала об утреннем разговоре с Пашей. У неё всё никак не могло выйти из головы, куда же ему нужно было отъехать и почему он так резко отреагировал. От размышлений начальницу прервал стук в дверь. — Да! — Ольга Кирилловна, добрый день, — заходя в кабинет, сказала Рая. — Здравствуй. У тебя же сегодня выходной. — Да, знаю. Я решила к Косте зайти, а ещё я хотела отпросится. Завтра Глебку нужно к врачу отвести. Отпустите? — женщина никак не отреагировала на вопрос девушки, — Ольга Кирилловна? — А…да. Задумалась, прости. Иди, конечно. — У вас всё в порядке? — с осторожностью спросила Рая. — Не совсем. — Можете поделиться, я никому не расскажу, — улыбнувшись, сказала фельдшер. — Ладно. Сегодня утром встала, вместе со мной встал и Рыков. Начал куда-то собираться. На вопросы «Куда?» и «Зачем?» не ответил. Вот я сижу и думаю: куда и зачем. — Странно, конечно. Кстати, вчера на смене ему кто-то позвонил. По диалогу я поняла, что он не знает, кто это. Ему сказали куда-то подойти, и он согласился… Слушайте, может это всё пустяки и не стоит волноваться. Паша вас очень любит. — Может ты и права. Спасибо, Рай. Иди уже домой. — Да, до-свидания.

***

С того момента прошёл месяц. Оля так и не узнала, куда нужно было Паше. На дворе было начало июля. Ночи были тёплые и короткие после жарких дней. В одну из таких ночей вышла полная луна на чистое небо, усыпано звёздами. Она освещала всю Москву лунным светом. Все птицы замолчали. А по городу мчалась скорая медицинская помощь на очередной вызов. Павел сидел с очень загадочным видом. Что не осталось без внимания Кулыгина. — Паш, ты чего такой загадочный? — поинтересовался коллега. — Та, забей. Просто иногда в жизни возникают трудности, с которыми сложно справиться, — выдал Рыков. — Информативно. И что у тебя за трудности? — всё никак не унимался Костя. — Я же сказал, забей. Потом. Всю оставшуюся смену они проездили молча. Переговаривались только по работе.

***

На следующий день у Рыкова был выходной, как и у Ольги. Арефьева встала первой и решила приготовить завтрак, если его можно было так назвать, так как на часах было уже половина двенадцатого. Приготовив, она пошла будить мужа. — Паша, вставай, — толкая в бок Рыкова, говорила Ольга. — Ну ещё 5 минут, — сонно ответил Павел. — Какие 5 минут? Уже 12 часов дня. Вставай давай. Еле как Паша всё-таки встал. Они сели завтракать, и Оля решила продолжить разговор, который они начали ещё до комы, а точнее начал его Павел. — Паш, слушай. Мне нужно серьёзно с тобой поговорить, — нежным голосом промолвила Ольга. — Ну давай, я тебя внимательно слушаю, — насторожившись, сказал мужчина. — Я долго думала и меня терзали сомнения. Мне страшно, особенно после комы. Это всё сложно, но… — выдохнула Арефьева и на одном дыхании добавила: — я хочу от тебя ребёнка. — Кхм…эм…– Паша подавился, неожидав такого поворота. — Ты передумал? — Я? Нет. Просто неожиданно. Я думал, ты не хочешь детей. — Да хочу я, и тогда хотела. Просто боялась. — И чего же ты боялась? — Понимаешь, когда я была замужем за Арефьевым, то забеременела. Это было около трёх лет назад. В итоге у меня случился выкидыш, который я тяжело перенесла. — мужчина молча слушал и с сочувствием смотрел на жену. — После выкидыша мне было очень плохо. Со временем я начала пить, вести себя очень грубо с мужем и всё в таком духе. Ну, как ты мог заметить — он не выдержал. А тебе не рассказывала, потому что боялась, что ты бросишь меня… Да и говорить об этом не было повода. До того, как ты предложил завести ребенка, — с болем в голосе выдала Ольга и добавила: — Ну так что? Ты согласен? — Нет. То есть, да, но не сейчас. — В смысле? А когда? Когда мне стукнет 50? — Ну просто ты после комы, это опасно. Я за тебя переживаю, — сказал Паша. — То есть нет? Понятно, — обидевшись, Оля ушла в спальню. Рыков решил её не трогать, чтобы она остыла и обдумала всё ещё раз. Паша очень хотел ребёнка, а точнее, это была его мечта. Особенно от любимой женщины. Но его отказу была причина.