Третий метод

      И хоть Уэнсдэй была отменной фехтовальщицей, её выпады в сторону Ксандры Ксавьера не впечатляли. Напротив. Юноша начал куда холоднее относится к Аддамс, стараясь сводить их взаимодействие к минимуму.       После занятий Торп шёл зазубренным на каникулах маршрутом, который мог бы проделать спиной, с завязанными глазами, на руках. Без стука, без лишних слов, он вошёл в комнату вампирессы, кропотливо ведущей конспекты. Какое-то время поглядывая на девушку со спины, Торп узнал в ней себя за прочтением вампирской литературы. Он подошёл к Ксандре со спины и поцеловал в макушку, глядя на ворохи тетрадей и учебников. Ловким движением руки он заменил учебник перед лицом вампирессы на тарелку.       К этому моменту Ксандра уже старалась улыбнуться, но была слишком сконцентрирована на занятиях, чтобы делать параллельно что-то ещё. Пусть это и было базовыми проявлениями эмоций, на них у вампирессы пока не хватало времени. — Останавливающий сигнал светофора, — голосом строгого сотрудника дорожной полиции произнёс Торп, глядя на красный круг под носом девушки.       Она уже успела почуять вампирское гаспачо, где вместо большинства овощей использовались перетёртые в пюре внутренние органы. Донорские, в цивилизованной версии, и «дикие» в традиционной. — Вы превышаете скорость, с которой забываете о существовании собственного парня, — продолжил Торп.       Ксандра начала с театральным беспокойством искать что-то на столе. — Ах, вот же они. Документы, — вампиресса нашла свой дневник среди груды конспектов и книг.       Ксавьер несколько раз перечитал открытую Ксандрой страницу. От напускной строгости он в секунду дошёл до смущённого умиления. Ведь уже в третий раз перечитывал стих о самом себе. — Я могу это забрать? — глядя в сторону стола, намекая на стихотворение, спросил Торп.       К этому моменту гаспачо уже было благодарно съедено до капли, а подростки перебрались на саркофаг вампирессы, играя в уно. Ксандра воспользовалась тем, что парень отвлёкся, и забросала его плюсующими картами. — Это мой дневник, Ксавьер, — Торп глянул в кучу карт удивлёнными глазами, вынужденный пополнять веер в своей руке. Сильно он не расстроился, ведь почти все остальные карты были в руке Ксандры. — Но стих-то мой… — Нет. Он о тебе. Это не так работает, — усмехнулась вампиресса, замечая, что вновь проигрывает, — все «мои» рисунки находятся у тебя в мастерской. Я на них не претендую. — Ты на них. — с нажимом произнёс Ксавьер, — это своеобразная печать. Как документ с твоей фотографией. У тебя на них столько же права, сколько и у меня. Можешь забрать любое полотно!       Ксандра вдруг бросила карты, поднимая вверх указательный палец. В её глазах сверкнули огоньки. — Кроме того… — тут же отозвался Торп, беря девушку за поднятую руку, — с ним ни за что не расстанусь.       Оба они говорили о первом портрете написанным Ксавьером с обнажённой Ксандры. — Я победил, — твёрдо произнёс Ксавьер, глядя на брошенные карты. Ксандра кивнула, подавляя зевок, — эй, ты спать хочешь? — парень приобнял девушку, прижимая её к груди. Она отозвалась кивками. Торп глянул в сторону окна, где смеркалось, — время же… девять вечера. — А просыпаюсь я в шесть утра, представляешь? — возмущенно произнесла Ксандра, вновь сладко зевая. — Ты себе весь режим сбила с этими экзаменами… — недовольно произнёс Ксавьер.       Перед тем как уйти, Торп поцеловал руку Ксандры. Вампиресса медленно убрала её в саркофаг и прижала к груди.       Через десять минут Ксавьер уже сидел во дворике. Они с Аяксом вели оживлённую беседу на тему соревнований с другой особенной школой. Торп выказывал предположение, что им не удастся сыграть перед выпускным, когда его весьма грубо оборвали. Перед лицами парней упала раскрытая книга. Они синхронно повернули головы в сторону Аддамс.       Аякс хотел как-то отреагировать, но замер, как статуя собственного обращения. К его удаче, Инид была совсем рядом, и увела молодого человека чистить зубы его змеям перед сном.       Выделенный текст на раскрытой странице гласил: «…и хоть в наше время такие союзы редки, но всё же встречаются, они обременены правилами. Одно из них: вампир обязан обратить своего избранника перед браком. Поскольку существует и другое правило: брак лишь с себе подобными. Необходимость для поддержания естественной популяции». — Вот оно что… — вдумчиво произнёс Ксавьер, поднося книгу к лицу. — Именно. — кивнула Уэнсдэй. — Ты всё же выбрала не быть друзьями, — Торп хлопнул книгой, заставляя Аддамс нервно моргнуть. Он поднялся, оставляя книгу на прежнем месте, — Принимается.       Уэнсдэй попыталась что-то сказать, но Ксавьер её уже не слушал. Хотя и задумался на несколько дней относительно этого вопроса.       Едва сдав зачёт по алхимии, Ксавьер взял Ксандру под руку. Она получила отлично. Решая отпраздновать успешное завершение негуманитарного пласта дисциплин, одноклассники отправились в недавно открывшееся в Джерико кафе-мороженое.       Торп изо всех сил старался отвлечься, но не мог. Он поднял вопрос, о котором почти не переставая думал всё время, после встречи с Уэнсдэй. — Брак? — поперхнулась Ксандра, — слушай, я понимаю твою встревоженность, но… — она отвела рожок в сторону, вглядываясь в глаза молодого человека, — не рано ли ты задумываешься о браке?       Ксавьер молчал. Его терзали сомнения, волнение, смущение. — Ты даже на выпускной меня ещё не позвал, а задаёшься такими вопросами? — мягко произнесла Ксандра.       Она не переживала на счёт того, что Торп не поднимал вопрос выпускного ранее. Вампиресса понимала, что в случае чего она сама пригласит парня. Или же вовсе не пойдёт. Подобные проблемы она не воспринимала, как проблемы. Несмотря на то, что возраст и юношеская пора обязывали. Возраст, в вампирском случае, история размытая. А с подростковыми неурядицами Ксандра расправилась ещё будучи человеком. — Слушай, — она уложила ладонь на колено парня под столом, — ты можешь не думать об этом? Просто быть со мной здесь и сейчас, ха? — вампиресса приподняла рожок, как бокал шампанского. Ксавьер вяло чокнулся с ней своим рожком. — Легко тебе говорить… — Ну, у тебя-то меньше времени на удовольствие от жизни. Зачем ты пытаешься его у себя же украсть? — с улыбкой не понимала Ксандра. — Именно. У меня не так много времени. И я хочу знать, хотя бы очертания своего будущего, чтобы понимать, что не трачу время в пустую.       Ксандра замерла. Она приподняла брови. Мороженное капнуло на поверхность стола, стекая с рожка. — Так я, по-твоему, пустая трата времени?       Ксавьер взглянул на неё, не узнавая собственные слова. Он был шокирован тем, как выразился. — Вау, Торп. — вампиресса положила мороженное на стол, словно отложив салфетку. Она поднялась из-за стола, — Браво.       Ксавьер не нашёлся, что ответить. И потому, он молча проводил девушку взглядом.       Не один вечер Ксавьер терзал себя. За то, что сказал. За то, что не смог сказать ничего больше. За то, что позволил Аддамс посеять в нём сомнения. Около шести часов он провёл в мастерской. Теперь переводя не только время, но и краску. И это помогало. Но не во всём.       Для экзамена по дисциплине это было бесполезно. Преподаватель посоветовал Торпу обратиться за помощью к уже сдавшим экзамен студентам. — Например… — Профессор Аксий опустил глаза в журнал, — Мисс Арделеан, — он улыбнулся. — Простите, сэр? — нахмурился Ксавьер, не узнавая о ком речь.       Преподаватель внушительно посмотрел на него. Торп округлил глаза.       Ещё день Ксавьеру понабился, чтобы привести все мысли в порядок. Он, полный неуверенности, направился в холл, чтобы поговорить Ксандрой. Она была увлечена беседой с Виктором Фэнгсом. Какое-то время Торп просто наблюдал за ней с глупым выражением лица. Предводитель клыков кивнул в его сторону, заставляя девушку отвлечься.       Они переглянулись. Ксавьер пересилил себя и подошёл к ним. — Держи мысль, Арделеан. Потом обсудим. Торп, — Виктор кивнул Ксавьеру и оставил одноклассников. — Никогда бы не подумал, что узнаю твою фамилию вот так. — Ты знаешь на какую группу крови у меня аллергия, сколько мне было при обращении и какого цвета обивка в гробу. Фамилию не спрашивал.       Ксавьер замолк. Он вспомнил, как в прошлый раз это закончилось и заставил себя говорить. — Первое, — подал голос он, — я соскучился. — парень чмокнул вампирессу в лоб, заставляя её улыбнуться. — второе. Каждый миг проведённый с тобой особенный. Да, ты трата времени. Но я хочу его на тебя тратить.       Арделеан беззлобно усмехнулась, приобнимая себя за плечи. — Третье… приятно пахнешь, — как бы невзначай сказал Торп, – это ландыши...?       Ксандра покачала головой. Парень раскрыл свой скетчбук, из которого вдруг стремительно поднялись подснежники. Торп сорвал их, словно с клумбы и передал вампирессе. Девушка уткнулась в цветы носом, понимая, что они настоящие. Ксавьер научился заключать объекты в рисунки. Ксандра хотела было похвалить его, сказать, как гордится им, но сдержалась, чтобы дать Ксавьеру договорить. — Четвёртое, — выдохнул Торп, радуясь реакции Арделеан, — согласишься ли ты, пойти на бал со мной?       Вампиресса глянула на букет. — Для бутоньерки великовато… но ничего. Перед ответом, я тоже бы хотела сказать тебе кое-что…       Ксавьер убрал скетчбук в рюкзак и скрестил руки. С напускной надменностью он поднял подбородок, ожидая слов вампирессы. — Первое, твоя бывшая недопассия следила за мной всё утро… — беззлобно произнесла Ксандра оглядываясь, — пришлось спрятаться за Виктором. Его она почему-то боится.       Торп поморщился слыша упоминание Уэнсдэй. — Второе, из-за нашей размолвки, я пропустила вчерашнее занятие по стрельбе, — вампиресса недовольно ткнула парня пальцем в грудь, — третье, наша ссора — потраченное время. В ней ты тоже участвуешь с удовольствием? — Арделеан с вызовом взглянула на Торпа, — Потому что я — да, — тут же выдохнула она, — Было весело. Есть в этом что-то, итальянское…       Она устало уложила лоб на плечо парня и продолжила говорить ему в грудь. — Четвёртое. Я тоже соскучилась. В гробу без тебя пустовато…              Парень ухмыльнулся. — Ну, а пятое?       Девушка выпрямилась и взглянула в глаза возлюбленного. — Да, Ксавьер. Я пойду с тобой на выпускной.       Узнав, что Торп не сдал дисциплину, Арделеан поддержала его. Она предложила пойти выбирать наряды на выпускной, чтобы развеяться, взяв с Ксавьера обещание, что по возвращении они подготовят его к пересдаче. Выпускной был нескоро. Особенно это ощущалось в экзаменационной суматохе. И всё же, почти вся школа уже была к нему готова, кроме этих двух.       Косые взгляды облепляли Ксандру, что замечали все, включая Ксавьера, кроме неё самой. Вампиресса кружилась перед зеркалом в выбранном из сотни платье. Только оно и отражалось. Ксавьер удивлённо глянул в сторону зеркала и подошёл к нему. Увидев себя рядом с парящим платьем, парень вопросительно глянул на девушку. — Антиквариат. Вероятно с посеребрением, вместо современной отражающей фольги.       Торп понимающе кивнул, словно знал о чём речь. Однако, он в очередной раз поражался знаниям Арделеан. — Я заметил, что ты стала сдержаннее, — подал голос Ксавьер на выходе из магазина. Им так и не удалось ничего выбрать, но они хорошо провели время, — Нельзя бросать стрельбу. Сегодня вечером сходим на поле. — О, — отозвалась Ксандра, — не хочу умалять твоих заслуг, Ксавьер, но… я успокоилась, потому что а. у меня закончилась овуляция, и б. ты-таки стал моим.       Молодой человек остановился. Он оценил девушку взглядом. — Но я не без памяти в тебя влюблённый, — Ксандра взглянула на него, — кстати, как тебя зовут? — вампиресса уязвлённо вскинула брови, — и какой сейчас год? И где я? — Ксавьер начал оглядываться.       Смеясь они вернулись в школу.       Предвыпускная суматоха росла в геометрической прогрессии. Дисциплина была благополучно сдана, не без помощи вампирессы. Торпу оставалось лишь закрыть вопрос с ботаникой. Из всего выпускного класса проблемы со сдачей возникли лишь у Торпа и… — Аддамс, — подозвал девочку преподаватель, протягивая ей билеты. Уэнсдэй вырвала один из веера, заставив мужчину дёрнуться, — читай. — Работа в паре, — начала читать Уэнсдэй. Ксавьер уткнулся лбом в парту, — пересадка Drósera и описание рекомендаций. — Приступайте. Торп, у вашей одноклассницы счастливая рука. Это самый лёгкий из билетов.       Торп поднял большой палец вверх, а затем голову над партой. Одноклассники побрели по саду в поисках цветка. — Что за растение? — спросил Ксавьер, не знающий латыни. — Росянка. Не помню, где стоит.       Ксавьер понимающе кивнул. Он повернул за угол к плотоядным пальмам.       Там, в уголочке и стояло растение, усаженное в тесный горшок. Торп помнил это место, поскольку испачкался желчным соком росянки, когда целовался тут с Арделеан.              Аддамс слегка опустила брови, словно прочитав мысли Торпа. Хотя, ей не нужно было быть телепатом. Глупая улыбка появившаяся на его лице, говорила сама за себя. Девушка приоткрыла губы, но парень тут же повернулся в её сторону, хватая горшок. — Ещё хоть слово о Ксандре, и я не пожалею свой табель. — он расслабил пальцы, позволяя горшку выпасть, но тут же подхватил его другой рукой, — Потоплю тебя вместе с собой.       Они поняли друг друга.       Дойдя до преподавателя, студенты выбрали горшок, опираясь на материал и размеры. Уэнсдэй занималась грязной работой, поскольку это у неё получалось лучше всего. Семейные могильные раскопки, поиск дедушкиных сокровищ в саду, сбор червей для ужина Пагсли… У Аддамсов был опыт работы с землей. Торп же блистал теорией.       Масса книг прочитанных за это время пошла на пользу. Когда справочники, а после и вся сомнительная литература о вампирах в Неверморе закончилась, Ксавьер начал искать материалы в сети. Но за неимением достаточной концентрации, часто находил себя в странных уголочках интернет пространства, не понимая, как он там оказался. Так он например однажды выучил шестнадцать японских ругательств, которым нет эквивалента ни в одном языке. Также он и узнал нюансы при пересадке плотоядных растений. Например то, что лучше делать это без перчаток, поскольку корни отверженных растений, могут воспринять их материл, как паразита. И, следовательно, начать с ним бороться.       Без лишних слов наблюдая за процессом, преподаватель уже через десять минут поставил студентам зачёты, не давая им об этом знать. По локоть вымазанная в земле Уэнсдэй, осознав это, правой рукой взялась за табель, а левой скинула горшок со стола.