Полуночная принцесса

VII

Эпилог

      — Ну вот, вся постель из-за тебя мокрая!       — Уж кто бы говорил... — тяжело дыша ответила Мона. Её возбуждённые соски словно вибрировали и горели огнём.       «Придётся раскошелится на прачку...» — даже в такие моменты девушка-астролог не забывала о своём финансовом положении,       — Не можем же мы так спать?       — Лучше иди к себе, Эми! — прикрикнула Мона, подымаясь на локтях, — Ты меня за эту ночь уже так задёргала!       — Ну разве могу я оставить тебя в грязной сырой постели? — теперь Фишль, строя невинную, превратилась из принцессы в простачку Эми, — Да и смогу ли я уснуть одна?       Моне ужасно хотелось спать, и без разницы где, но Фишль всё равно выволокла свою любовницу из-под одеяла.       — М-мгхо-ох! Отста-ань!       — Потерпи! Подымимся ко мне и вдоволь наспишься!       Фишль приотворила дверь и, высунув голову, окинула взглядом тьму коридора. Пусто! Схватив Мону под руку, девушка побежала с ней вверх по лестнице. Лишь бы их не увидели, ведь они выскочили голышом. Полностью обнажённые, наши героини преодолели пролёт лестницы и быстро забежали в квартиру Фишль. Тяжело дыша, прижавшись спинами к двери, они посмотрели друг на друга и засмеялись от своей шалости.       — Надеюсь, Беннет нас не видел. — прошептала Фишль (Беннет жил с ней на одном этаже).       Юная принцесса говорила шёпотом, потому что на жёрдочке, раздув перья, спал (вернее притворялся спящим) ворон Оз.       Пернатый компаньон Принцессы Осуждения ничуть не смутился обнажённым девушкам, вбежавшим в комнату, потому что в моменты творческого кризиса Фишль репетирует свои пафосные речи абсолютно голой. Как говорится — что он там не видел? — но из соображений хорошего тона, Озвальдо решил притворится спящим.       — Крова-ать! — прохрипела Мона и свалилась на мягкую, широкую кровать Фишль.       На этот раз юная принцесса не стала трогать девушку-астролога, и последняя очень быстро погрузилась в крепкий сон.       Подперев рукой голову, Фишль ещё долго любовалась спящим лицом Моны, прислушиваясь к её ровному дыханию, пока изнеможение бурной ночи не подкосило её на подушку.       Прижавшись друг к другу, Фишль и Мона спали, как два новорождённых котёнка, и снилась им прекрасная Нирвана Ночи.

Конец!