BROKEN HEADS

Алекс идет рядом с Майклом до ворот. Они молча выходят за территорию и идут по дороге. Проходит минут десять, и они уже достаточно далеко. Майкл сворачивает с дороги в сторону заброшенной заправки. Он не останавливается, и Алекс идет следом. Они обходят её, и там протоптанная дорожка, которая ведет куда-то вперед. Но там, впереди, вообще-то ничего нет. Просто пустыня. — Что тебе Харви говорила про меня? — Сказала, что вы друзья. Что вы были три года вместе. Майкл смотрит на нее, кивает и снова смотрит вперед. Они идут молча еще какое-то время. Алекс не давит на него. На самом деле она не знает, как себя вести. Потому что все портит то, что она подслушала и подсмотрела. Не будь этого, она бы, скорее всего, вела себя иначе. Но, к сожалению, она не знает, как. Сейчас же… Она идет рядом с человеком, который вызывает в ней некоторое доверительное отношение. Все дело в них с Харви. Вот только Алекс знает, что он с Харви — это не одно и то же, что он с ней или с кем-то другим. Так же, как и Харви. И, может быть, может быть, он разрушит все это сейчас. — Мы куда-то в определенное место идем? — Нет, — он останавливается. — Нет, — Майкл вздыхает. — Надо было подумать. Алекс, — он разворачивается к ней. — Харви мой лучший друг и самый близкий мне человек. — Ты хочешь сказать мне что-то вроде того, чтобы я держалась от нее подальше? — Нет. Она… Она сама разберется с этим. В том смысле, что она, Алекс, лучше меня знает, с кем и как близко держаться. Хоть я и не согласен с ней. Я не доверяю тебе. Но дело даже не в этом. Ты переживала за нее. — Да. — Она небезразлична тебе. — Да. Это даже не вопросы вообще-то. — Ты отказала ей. — Она моя девушка. — Что? — Майкл отшатывается. — Я сказала, что она моя девушка. Еще могу сказать то, что я люблю её. Если у тебя были какие-то конкретные причины позвать меня на разговор, то я тебя слушаю. Обсуждать мои отношения с Харви я не буду. — Я… Что? — он все еще не отошел от первого предложения. — Блять. Майкл разворачивается и идет дальше. Алекс идет следом. Он резко останавливается и снова разворачивается. — Ты любишь её? — Да. — Ты не знаешь её. — Я знаю достаточно. — Ты не сможешь любить её, Алекс. — Я уже могу это делать. — Ты узнаешь её лучше, и ты откажешься от нее. — Я знаю достаточно, — повторяет Алекс. — Ты откажешься от нее, и это закончится плохо. — Я знаю её достаточно, Майкл, — с нажимом повторяет Алекс. — Ты не понимаешь, — он злится, но не на Алекс. Он злится на что-то. Майкл проводит рукой по лбу и, захватывая челку, сжимает её на макушке. — Алекс, ты не понимаешь. Ты не такая, как мы. — А какая я? — Харви сложно любить, Алекс. — Тебе? Он прикрывает глаза и отпускает челку, которая растрепанно торчит теперь вверх. — Она… — Давай, я облегчу тебе этот разговор. Я знаю достаточно, — последнюю фразу Алекс говорит вкрадчиво, вкладывая в нее всё, что она могла бы ему сказать. — Знаешь. — Знаю. — Мы были в отношениях, но она всегда мне была больше другом, чем девушкой. И, Алекс, даже я сдался. А ты… Ты не можешь знать достаточно. Ты видела её в таком состоянии только раз. Только один раз, — он тянется к ней, давя этой фразой. — Я уверен, что ты не сможешь. И я уверен, что это оставит свой след. А я бы хотел, чтобы этого не случилось. Я бы хотел, чтобы Харви… Он не договаривает. Он отводит взгляд в сторону, и Алекс смотрит в его глаза. Его глаза голубые — такие же светлые и голубые словно небо, как и глаза Харви. Они, может, даже немного похожи. Только его глаза — грустные. И Алекс ничего не может поделать с тем, что её совсем не злит и не раздражает этот парень. Нет. Он… — Я… — Алекс, она так старается для тебя. И она верит тебе. А я не верю. Знаешь, — он кладет руки на её плечи, и Алекс от неожиданности перестает дышать, — ты мне нравишься. Настолько, насколько может понравиться человек, которого ты совсем не знаешь. Но я не верю тебе. У меня плохое предчувствие. Глядя на тебя. Глядя на нее. Меня тревожит это. И я неспокоен с того момента, как ты появилась в её жизни. Неспокоен больше, чем когда она просто делает что-то опасное. Там ожидаемо — все кончится кровью. Её или чьей-то чужой. Но сейчас я неспокоен по-другому. Алекс, — он несильно сжимает её плечи, — не обижай её. Просто не обижай её. — Майкл, — Алекс прочищает горло. И она не знает, что сказать. Харви ведь не маленький беззащитный ребенок. Харви ведь… Он так смотрит на нее, что она не может продолжать развивать эту мысль. Харви — не беззащитный ребенок, но она человек, которого Майкл хочет защитить. — Хорошо. Он выдыхает и убирает руки. — Она слишком много отдает. Она отдает все этим блядским правилам. Знаешь, — он скалится, отворачиваясь в строну. — Правилам. Своему отцу, который вечно давит. Он так давит. Она отдает. Она находила покой в своем ангаре, пока выкраивала время, чтобы позаниматься. Она находила покой, когда забиралась на твою крышу и думала, как бы все было, окажись ты здесь. Она находила его рядом со мной. И на это всегда было так мало времени. Его не было. Я её бросил. Я оставил её. И теперь ты здесь. — Почему ты оставил её? — Алекс склоняет голову набок, разглядывая его лицо. — Потому что я чертовски устал. Это вечная борьба. Борьба за её личное пространство, куда все время приходилось пробиваться. Борьба со страхом, потому что, что бы она ни делала — она не боится. А я вечно боялся за нас двоих. И я так устал от всего этого. Я устал видеть её кровь. Майкл разворачивается и идет вперед. Алекс стоит на месте и смотрит ему вслед. Она понятия не имеет, почему он так откровенен с ней. Она ничего не понимает. Но её сердце бьется очень медленно, будто вот-вот остановится. Алекс переводит дыхание и наконец делает шаг за ним. Она прибавляет скорость, пока наконец не догоняет. — Почему ты все это говоришь мне? Ты меня совсем не знаешь. — Потому что она тебе верит, Алекс. Потому что я хочу, чтобы ты… — он снова хватается за свою злосчастную челку. — Чтобы ты все понимала. Хочу, чтобы ты не втягивала её в свою игру, если она тебе хоть немного небезразлична. Алекс открывает рот, чтобы напомнить о том, что она уже сказала ему. — Да, — он перебивает её, — я говорю о том, что, если это твоя игра, то просто остановись. Просто… Делай то, что тебе надо… не встречаясь с ней. Это ведь надо быть монстром, чтобы всречаться и говорить о любви, когда все ложь? Да ведь? — Да. Это было бы… Стремно. — Поэтому… если так, то просто остановись. — А если это не так, — Алекс хмурится. Майкл смотрит на нее, а потом снова разворачивается, чтобы идти дальше, но Алекс хватает его за руку и дергает на себя, — а если это не так, Майкл? М? Если это моя игра, то мне вообще должно быть похер на все, что ты сказал, разве нет? — Я не жалею о том, что все это сказал. Какой бы вариант ни был. — Ладно. — Чего хочет Лонг? — Хочет её смерти. Майкл вздыхает, хмурится и кивает: — Да. Хочет. Что-то конкретное? — Вы его заставили поверить в то, что Харви мной интересуется. И он хочет, чтобы я воспользовалась этим. И хочет, чтобы я убедила её принять участие в гонке. Хочет её убить на трассе. Потому что по-другому нельзя. — Ясно. — Ясно? Ясно?! Майкл вдруг улыбается и щурится, глядя на Алекс. — Да, Алекс. Нам стоит еще пообщаться. Ты… Очень выразительна, ты знаешь? — Знаю, — она закатывает глаза. — Что значит «ясно»? — Не переживай. Они не убьют её на трассе. — Почему? — Потому что единственный, кто смог бы добраться там до нее — это я. А я убивать её как бы не планирую. И Лонг это знает. — А… Я? Майкл замирает. Он молча смотрит на Алекс. А потом его брови опускаются: — Ты… Ты вроде же недостаточно хороша в этом? — Да, но я думаю, что он будет требовать этого. Условия были такие. — Алекс, без обид, ты не доберешься до Харви на дороге. Поэтому не переживай. Скажи ей, пусть она думает. Она… Хороша в том, чтобы уходить от смерти, — он тяжело вздыхает. — Ты знаешь, почему? — Спроси у нее. Может быть, она тебе скажет правду, а не очередную шутку из разряда: «смерти нет». — А ты как думаешь? — Я думаю, что она просто делает. И всё. Не думает. Знаешь, это всегда страшно, и со временем это не уходит. — Понятно. Почему Лонг так тебя ненавидит? — Потому что я не согласен со всеми его решениями. И я это говорю. Он бы предпочел, чтобы я заткнулся. — Почему же ты не затыкаешься? — Алекс улыбается ему. — Эту банду основал мой дед. Пошли обратно. Ладно? Я не могу с тобой так долго говорить, иначе есть угроза, что я стану таким же тупым, как и Харви. — Я настолько очаровательна? — Алекс почти смеется, окончательно расслабляясь. — На самом деле, ты вообще не очаровательна. Ты… Выглядишь как сука. Опять же без обид. Но в этом что-то есть. — Спасибо. Наверное. Обратно они снова идут молча. Майкл временами поглядывает на нее. Иногда, когда их взгляды встречаются, он не сдерживает улыбку. Он странный. Такой же странный, как и Харви. И вроде бы Алекс даже находит это очаровательным. Или у нее просто слабость на странных людей. Боже.