BROKEN HEADS

Ванная комната в доме Харви — это, конечно, нечто. Алекс будто побывала в будущем. В душевой кабине столько кнопок, что хотелось остаться там и изучить их все. Алекс, признаться, была бы рада любому человеческому душу, но этот был в состоянии… составить конкуренцию Харви. И все-таки Алекс выбрала её, поэтому вышла уже минут через двадцать. Она надела предложенную длинную футболку, и всё. Пока она была в душе, Харви успела разобраться с вещами. И теперь на кровати лежит то, что она для них выбрала. Ошейник, поводок, наручники. Стек. Что же, скромно. Все это уже знакомо. Алекс берет в руки страпон. Фаллоимитатор среднестатистического размера. Не то, чтобы Алекс понимала в этом. Она не спала с парнями. И игрушками в сексе раньше не пользовалась. Эта хрень точно намного шире, чем три пальца Харви. А три пальца Харви — это большее, что побывало в ней когда-либо. Они не говорили на эту тему, и Харви даже не знает о том, что Алекс, по факту, девственница. Она понятия не имеет, как Харви отреагировала бы на это, но говорить она об этом ей не будет. С другой стороны, когда Алекс попросила о трех пальцах, Харви ведь была достаточно… деликатной? Она совершенно точно знала, что Алекс больно. Хотя то, что Алекс в тот момент было больно, не обязательно могло значить, что у нее не было секса с парнем. Если бы он до этого и был — вряд ли это существенно снизило бы болевой порог. В конце концов, она сама трахала Харви тремя пальцами, и не то, чтобы это было так просто, словно для Харви это обычное дело. Она была узкой, что тоже по большему счету ни о чем не говорит. И Алекс ненавидит себя за то, что вообще стоит и думает об этом. Блять. Она кладет страпон на кровать и оборачивается — Харви выходит из ванной комнаты. Харви выходит в одном полотенце, а вторым вытирает голову. Алекс быстро подходит к ней — и рука с полотенцем опускается, а Харви на долю секунды теряется. Алекс обхватывает её шею, тянет на себя и целует. Алекс тяжело дышит, не отстраняясь, ловя язык Харви своим языком, пока руки той тянут её футболку вверх. Алекс стаскивает и откидывает полотенце вниз, а её руки тут же ложатся на все еще влажное тело. Все чувства Алекс накаляются до предела, как же она ждала этого. Она склоняет голову, углубляя поцелуй. Пальцы Харви сжимают её бока, а где-то в её горле вибрирует стон. Они целуются, пока их тела ищут большего контакта, Алекс вжимается в Харви, она с силой мнет кожу на её спине, впивается ногтями. Воздух вдруг заканчивается, и Алекс отстраняется: прислоняясь к её лбу, она тяжело дышит, стоя все еще с закрытыми глазами. Когда она открывает глаза, то встречается с расширившимися почти до краев зрачками: дыхание Харви сбитое, а взгляд — голодный. Она крепче обхватывает талию Алекс пальцами и начинает настойчиво теснить её назад, в сторону кровати. Алекс врезается ногами и садится. Харви тут же упирается коленом в кровать. Алекс двигается выше, не сводя взгляда с Харви, которая преследует её с каждым движением в сторону подушек, пока в итоге не оказывается сверху, укладываясь между её ног. Харви нависает над лицом Алекс, и они смотрят друг другу в глаза, словно пытаясь высказать то, что нельзя выразить словами: чувства, которые горят в Алекс, чувства, которые она видит в почерневших глазах напротив. Они все еще не сводят друг с друга глаз, пока рука Харви ложится на живот Алекс. Она начинает вести кончиками пальцев выше, доходит до груди, и её ногти начинают вырисовывать круги вокруг соска. Дыхание Алекс снова начинает учащаться, но она продолжает смотреть в глаза Харви, потому что это то, от чего её сердце стучит как бешеное, разгоняя по телу и так уже кипящую кровь. Харви обхватывает пальцами сосок и начинает сжимать. Очередной выдох Алекс получается хриплым, а рот приоткрывается шире. Харви продолжает, язык Алекс судорожно проходится по губам, пока низ живота болезненно сводит. Харви сдавливает еще сильнее, а после отпускает. Сосок начинает гореть, а Алекс дергается всем телом, выпуская стон — звук, который заставляет губы Харви задрожать. Алекс раздвигает ноги шире, и Харви тут же пользуется этим, чтобы устроиться удобнее. Она теперь лежит, прижимаясь прямо к центру Алекс. Харви мягко двигается, трётся и надавливает, и Алекс снова стонет, подаваясь навстречу. Харви делает это еще раз, но уже уверенней, а её рот открывается в ритм движению. И снова. И снова. Пока Алекс окончательно не бросает в жар, а её руки не обхватывают шею Харви. Они все еще сохраняют дистанцию и все еще не сводят друг с друга глаз. Это становится целым испытанием. Харви толкается, с хрипом выдыхая её имя, и пальцы Алекс сжимают её шею, она впивается в кожу ногтями, прекрасно осознавая, что причиняет боль. — Еще, — шепчет Алекс, устремляясь навстречу. Её глаза почти закатываются от накрывающего возбуждения, которое уже не только внизу живота, но пылает по всему телу, горит в её горле и выходит со сдавленными стонами. Горячее дыхание Харви касается её губ при каждом движении. Харви начинает двигаться еще увереннее, как и Алекс под ней. Между ног Алекс все пульсирует, все тело ломит от желания получить больше. Еще больше. Но, ей богу, даже этого ей достаточно, чтобы кончить, если атмосфера накалится еще хоть немного. — Харви, сделай это… — Алекс не договаривает, она приподнимается и кусает её за нижнюю губу. Харви, ничего не отвечая, целует её. Она целует жадно, настойчиво и все еще двигается, все еще бесконтактно трахает Алекс, пока та сходит под ней с ума. Алекс очень нужно получить больше. Харви отстраняется. Она смотрит на Алекс в поисках чего-то… сомнений? Но она их не найдет. Алекс думает, что Харви знает. Она уверена, что Харви знает. Во всяком случае, Алекс совершенно точно это сейчас узнает. Харви поднимается с кровати и под пристальным взглядом Алекс начинает надевать на себя страпон. Сейчас Харви тише, чем обычно. Она серьезней, чем обычно. Она ни разу не улыбнулась с момента, как они поцеловались. Она ни слова не сказала. Но почему-то от этого сердце Алекс приятно сжимается. До боли сжимается сейчас, глядя на дрожащие пальцы Харви, которыми та пытается застегнуть ремень сбоку. Алекс смещается к краю кровати. Она присаживается на колени и берет правую руку Харви. Подносит её к своим губам и целует тыльную сторону. Она смотрит в глаза Харви, пока прижимается губами к её коже. Она держит её кисть у своих губ до тех пор, пока та не перестает дрожать. Алекс ничего не говорит, она просто помогает застегнуть все ремни, пока Харви наблюдает за её действиями. — Иди ко мне, — Алекс берет её за руку и тянет на себя. Харви снова устремляется к ней, пока не оказывается сверху. Она нависает над Алекс, упираясь в кровать, на прямых руках, и Алекс обхватывает её щеки ладонями, ведет одной рукой дальше, пока не запутывается пальцами в её влажных волосах. Она тянет Харви на себя, и та поддается. Алекс касается её губ языком. Она проводит по ним, пока рот Харви не приоткрывается. Она прикусывает её нижнюю губу, слабо сдавливая, оттягивая и отпуская. Снова проводит кончиком языка по её губам, и, наконец, касаясь языка Харви, завлекает её в поцелуй. Харви опускается на локоть и укладывается удобнее. Алекс наращивает темп поцелуя, зажимая рукой шею Харви. Она чувствует ладонью вибрирующий стон, исходящий из её горла. Алекс опускает вторую руку ей на спину и ведет пальцами по коже — все ниже и ниже, пока, наконец, не доходит до ягодицы, на которую надавливает, давая понять, что она хочет. Она хочет, чтобы Харви сделала это. — Блять, — стонет Харви ей в рот, когда Алекс впивается ногтями в её задницу. — Хочу тебя, — шепчет Алекс, перекладывая руку с шеи на её щеку. — Прошу. Харви приподнимается, выпрямляясь на одной руке. Она снова нависает над Алекс, и они смотрят друг на друга. Харви опускает вторую руку и спускается чуть ниже, ложась удобнее. Алекс чувствует сначала её пальцы, которые скользят у нее между ног. Она ожидает, что Харви улыбнется, но этого не происходит — Харви лишь шумно выдыхает, а её взгляд тяжелеет. Алекс вздрагивает, когда чувствует что-то кроме пальцев Харви, и брови Харви тут же опускаются ниже. — Я не хрустальная, Харви, — вспоминает она ей её же слова. — Ты можешь трахнуть меня. Зрачки Харви пульсируют, расширяясь на глазах Алекс и окончательно вытесняя голубой цвет. — Только ты. Сделай это для меня, — снова повторяет Алекс слова, сказанные когда-то Харви. Харви слоняется, касаясь её губ. Алекс отвечает на поцелуй, чувствуя, как Харви пристраивает пальцами головку к её входу. Она начинает мягко давить, и Алекс поднимает вторую руку к её лицу. Она целует Харви, сжимая её горячее лицо в своих руках. Харви медленно входит в нее, а Алекс вжимается в кровать, потому что, признаться, это больно. Алекс разрывает поцелуй и тяжело дышит, а Харви останавливается. — Глубже, Харви, — выдыхает Алекс. Её большие пальцы гладят щеки, которые уже такие горячие, что обжигают её ладони. — Глубже, — дрожащим голосом повторяет она, и Харви слушается. Она двигается, а Алекс снова целует её — Харви на этот раз отвечает на поцелуй активнее. Агрессивнее. Она целует Алекс глубоко — так агрессивно, что Алекс горит: горит её лицо, её желудок, низ её живота. Она ныряет одной рукой Харви в волосы и прижимает её к себе ближе, целуя так жадно, словно желая съесть. И Алекс вдруг понимает, что Харви уже не двигается. Она замерла на ней, потому что вошла до упора. Это… ощутимо. Это ощутимо, но Харви она чувствует сейчас больше. Алекс оттягивает её волосы, и Харви отстраняется, громко и хрипло глотая воздух. Они снова смотрят друг другу в глаза. Сердце Алекс сжимается так сильно, что эта боль пересиливает любую другую. Нечто сдавливает её горло, не пропуская слова, которые хотят вырваться наружу. Это не те слова, которые Алекс должна говорить. Но её боль распространяется от сердца и заполняет все её тело. Грудь Харви дергается от частого дыхания: — Больно? — Нет, — врет Алекс, и Харви неодобрительно качает головой. — Алекс, — хмурится Харви. Харви не понимает. — Я люблю тебя. Я… Харви, — она пристально смотрит в её глаза, заключая её лицо уже двумя руками. — Я… — Алекс не понимает, что с ней происходит, но она выдыхает. И выдох вырывается из нее со словами, которые никогда не должны были прозвучать, — я коп. Харви моргает, глядя на нее. Сердце Алекс так ебашит в грудную клетку, что, кажется, вот-вот проломит её. Боже, что она натворила?! Господи. Что она наделала? — Ты самый горячий коп, Алекс, — хриплым и дрожащим голосом отвечает Харви. — Что? — Алекс приподнимает ладони с её лица, будто это поможет лучше понять, тот ли человек на ней лежит. — Харви, ты… То есть… Я же… — Я знаю, кто ты, Алекс. Мы же связаны. Ты и я. Словно одно целое. Пока мы живы, помнишь? И я тебя люблю. Алекс не может начать дышать. Её сердце болит сильнее, чем несколько секунд назад. Она даже не знает, какой реакции ожидала, но реакция Харви причиняет ей боль, которую, кажется, она не в силах выдержать. Любовь к Харви — это самое болезненное, что было в её жизни. И сейчас эта боль невероятно уничтожающе-приятная. Харви целует её, и Алекс, наконец, начинает дышать, задыхаясь ей в рот. Она поднимает голову, желая больше. Её руки быстро ложатся Харви на ягодицы, и она крепче прижимает её к себе. Алекс приподнимает бедра, будто бы напоминая Харви, что вообще они тут делают. Но Харви помнит, что они делают, потому что приподнимается и снова толкается в нее, вырывая мгновенный стон у нее изо рта. Харви поднимает голову. Алекс смотрит в её глаза, сжимая что есть силы пальцами её задницу. Харви начинает двигаться, а рот Алекс с каждым толчком открывается шире, дыхание становится чаще, а стоны громче. Затем — словно дергают рубильник. Движения Алекс навстречу толчкам Харви становятся настойчивее. Харви рвано дышит, ритмично толкаясь в нее. Алекс поднимает одну руку и хватает её за волосы, сжимает, от чего Харви рычит, опускаясь к её губам. — Глубже, — просит Алекс. Харви дает то, что она хочет. Она кусает Алекс за нижнюю губу так сильно, что у Алекс летят искры из глаз, а рука ещё сильнее сжимает в кулаке её волосы. И это плохая идея, потому что зубы у Харви достаточно острые, а губа Алекс не настолько прочна, чтобы выдержать это. Алекс сдавленно кричит, стискивая волосы Харви еще сильнее. Она толкается выше и выше, требуя больше. Она хочет, чтобы Харви её трахала. Хочет, чтобы кусала губу, пусть эта боль острая до невозможности. Алекс отпускает её волосы, и Харви целует её. Алекс чувствует в поцелуе кровь. Харви прижимается губами к её шее, она толкается в Алекс агрессивнее, и Алекс снова хватает её за волосы. Прекрасно уже зная, чем это грозит. Она судорожно, предвкушая боль в шее, облизывает губы, чувствуя прокушенное место, которое пиздец как горит. Харви кусает её шею, на что Алекс, не ожидая от себя, дергает бедрами еще выше. Второй рукой она впивается Харви в спину, и, не контролируя силу, вцепляется в нее ногтями. Ей так же больно от того, что внутри нее, как и приятно. И она хочет еще больше. Зубы Харви смыкаются на её шее сильнее, как и обе руки Алекс на её спине. — Иди сюда, — просит Алекс, отстраняя её. Харви приподнимается, и Алекс толкает её назад, пока та не принимает сидячее положение. Алекс подбирается к ней и садится сверху, самостоятельно заталкивая в себя фаллос. — Трахни меня, Харви. — Нет, это ты трахни меня, — улыбается Харви, подмечая, что это Алекс сидит на ней. — Люблю тебя, — шепчет Алекс, обнимая её двумя руками. Она прижимается к Харви всем телом, чувствуя, как руки Харви смыкаются вокруг её талии. Алекс начинает двигаться. Она, крепко обнимая Харви, начинает трахать фаллос, который уже не причиняет никакой боли. По горящему лицу Алекс стекает пот, перед глазами уже все плывет. Она стонет на всю комнату — или это не только она, потому что вся комната заполнена звуками. Алекс откидывается назад, на руки. Харви тут же кладет свои ей на живот. Алекс трахает её, пока руки Харви ползут ниже. Харви касается пальцами её клитора: казалось, что громче Алекс быть не может, но она кричит на всю комнату, пока её тело сводит судорогами от касаний Харви. — Детка, — шепчет Харви, ускоряя движения пальцев. — Кончи для меня. Сделай это громко. Прошу. Алекс отталкивается, возвращаясь к ней и обнимая двумя руками. Она продолжает двигаться, зная, что теперь Харви не очень удобно. Но много времени не потребуется. Все тело Алекс уже на пределе. Она хочет смотреть в глаза Харви, когда будет кончать. — Вот так, да, — рвано выдает Алекс, — Харви, боже. Я… — она сжимает ногтями её лопатки, насаживаясь на фаллос глубже, — иди сюда, — она ищет губы Харви. — Я сейчас кончу. Не останавливайся. Харви прерывисто стонет, вторя стону Алекс. Все тело Алекс переполнено напряжением. — Блять, — хрипит Харви, наблюдая на лице Алекс подступающий оргазм. — Блять. Алекс. Все тело Алекс горит. Кончая, она сдавленно кричит Харви в рот, пока её тело трясется в её объятиях. Алекс резко замолкает, замирая в её руках. Она крепко сжимает щеки Харви, пытаясь задержать этот момент настолько, насколько сможет. Харви лежит головой на её животе, а её пальцы гладят шрам на бедре Алекс. Они так лежат уже минут десять. Алекс перебирает её волосы, глядя на пальцы Харви на своем бедре. Кто бы мог подумать. Не она, точно. Она бы не поверила в это, если бы ей сказали. Не поверила бы, что так сильно будет любить человека, из-за которого пережила такой ужас. И боль. Любить снова. Любить сильнее. А может, Харви права, и Алекс любила её всегда. Ведь к людям, к которым у нее не было чувств, ненависть потухала довольно быстро. К тому же, ей теперь кажется, что она этих людей не ненавидела. Слово «злость» — единственное, которое могло бы подойти. — Как ты поняла, — хрипло спрашивает Алекс. — Не считая сегодняшних моментов? — Угу, — мычит Алекс. — Я знаю, как выглядят люди, которым очень нужны деньги. И на что они готовы пойти ради них. Ты не похожа на такого человека. Но, несмотря на это, ты так упорно продолжала хотеть к ним попасть. Ну, и еще всякие мелочи, которые не состыковались между собой. — Ты даже не сомневалась? — Сомневалась. Но не то, чтобы я об этом часто думала, Алекс, — Харви поднимает к ней голову. — В самом начале я спросила себя: а что, если? Хочу ли я тебя так сильно? А я хотела. Я слишком много лет думала о тебе, чтобы отказаться от этого только потому, что ты… сраный, прости, коп. Я ответила себе на этот вопрос. Зачем, в таком случае, задаваться им снова и снова? — Ммм, оскорбление сотрудника полиции. Это статья, Харви, — Алекс цокает языком и строго выгибает бровь. — Да. Я плохой парень, — Харви тяжело смотрит на нее из-под ресниц. — Я могу разрушить твою жизнь. Так что плохой парень — это я. — М, как самонадеянно, Алекс — ухмыляется Харви. — Тебе придется постараться. И стараться лучше, чем ты делаешь это сейчас, лежа в этой кровати. Пока, — она самодовольно раскидывает руки, — моя жизнь лучше некуда. — Кто убил тех копов? Харви выгибает бровь: — О, офицер… — пылко начинает она, — или ты детектив? — тихо уточняет. — Пока офицер. — О, офицер Алекса Тейт, я вам ничего не могу сказать, — она театрально кладет руку на грудь и мученически выгибает брови. — Офицер, прошу, допросите меня, если хотите знать больше. Только сразу предупреждаю — я крепкий орешек. Алекс, широко улыбаясь, тянет её за руку наверх: — Именно этим я сейчас и займусь.