Красный город

Яркий солнечный свет успел довольно быстро растопить всю утреннюю прохладу, и вся свежесть воздуха постепенно теряла свою прелесть, особенно в доме. Луч от кухонного окна отдалëнно дотягивался до лица Чигири через узкую щель между цветастыми шторками. Необычным узором освещалась добрая часть помещения через тонкий материал. Пряди вишнëво-рыжих волос выбивались из слабо заплетëнной косы и сильно выделялись на фоне совсем бледной кожи омеги. Он выглядит чуть более бледным , чем обычно, ведь совсем мало спит последние дни и почти всё время проводит у Сейширо, делая всё, что возможно в его силах. Но в какой-то момент обычно именно Рео не выдерживает и выпроваживает его домой, насильно давая ему возможность нормально отоспаться. Чигири так и не рискнул остаться одному в доме, где он до того дня жил с Кунигами, лишь зашёл однажды за нужными вещами и после стал постоянным гостем в небольшом доме Бачиры, он оказался ничуть не против его компании. Тем более Мегуру тоже понадобилась ответная услуга. Понимая, что в заваренной им каше самостоятельно он уже точно не разберётся. В тот день ему пришлось соврать матери, и, выслушав неловкий рассказ сына, женщина приняла всё как есть, хоть и не поверила до конца, но смирилась, держась за надежду о том, что позже он сам расскажет всю правду, когда придёт время. Она не станет на него давить. — Твоей маме уже легче? — Гораздо, всего несколько дней прошло, но выглядит она уже бодрее, — умиротворëнные слова слетели с губ вместе с тонкой улыбкой. — Да и кашель её уже не так сильно мучает. Подняв руку к линии подбородка, невесомо касается её кончиками пальцев. А затем, неуверенно покосившись на дверь, Чигири приблизил ладонь ко рту, стараясь не дать его голосу долететь до ушей отдыхающей в соседней комнате женщины. — Ты и сегодня пойдёшь со мной, Бачира? Юноша, напротив, на мгновение потупил взгляд и в привычной манере отмахнулся от этого вопроса хитрой улыбкой. Удивительно, но уже за это время он так успел изучить Бачиру, что его ухмылка стала чем-то привычным и успокаивающим за последние проведённые вместе с ним дни. — Конечно, не оставлю же я тебя одного, — голос тихо дрогнул. Актёр из юноши совершенно не получился бы, это Чигири уже давно понял. Все неловкие паузы, мандраж и волнение тут же выдавали неосторожного, да и к тому же неопытного врунишку. От него повеяло лëгким смущением, но всё же послышалось что-то ещё. Такое сложно утаить, особенно от Чигири, он тонко чувствовал других. Нотки странной нервозности старательно прятались под тенью той же улыбки. Но странный блеск в глазах скрыть всегда сложно. — Сегодня мы с тобой опять идём вместе к Наги, — тихим бормотанием проговорил Чигири, закручивая тему на одном месте. Но оно и не мудрено, ведь он только об этом и думал. — А как дела у твоего парня? — поинтересовался Бачира, Чигири отвёл взгляд, демонстративно показывая, что ничего не поменялось, если не стало хуже. Но омега всё же решил не оставлять вопрос совершенно без ответа, Мегуру за короткое время стал ему близким, потому и нет для него больше смысла показывать свою колкую сторону. — Да ты сам, возможно, скоро им обзаведëшься, — лицо почти не изменилось, но глаза хитро сощурились, догадываясь и намекая на что-то большее между Бачирой и его новоиспечённым другом. — Парня? Да ты шутишь... Мне кажется, кое в чëм ты точно ошибаешься. Мы знакомые, не больше, не меньше, — и всё же Бачира не решался назвать Исаги каким-либо другим словом. Они не столь близки. Он не мог знать границы и обозначить их недавнюю дружбу. Хоть и на дружбу это едва ли похоже, но Бачире, впервые получившему подобное внимание, помощь и открытый интерес, несмотря на всю неловкость, становилось до странного приятно и вместе с тем страшно. — Посмотрим, — короткий смешок впервые за последние дни коснулся губ Чигири, — Стал ты просто так отговариваться. — Ну, слова тебе не скажи, везде подтекст увидишь, — с наигранной обидой отмахнулся Бачира и тут же подсел ближе, стал немного серьёзнее, сложив руки на столе в замок. — Ладно, собирайся, нам уже пора выходить, время подходит, — и для начала, убрав со стола тарелки и прочие столовые приборы, взялся за старенький узорчатый чайник с ещё отдалëнно ароматной заваркой. Разбираться с ним после любимого им чая он совершенно не любил. Но делать нечего, приходилось вытряхивать заварку, а после отмывать. А между прочим, в раковине его ждали ещё несколько тарелок, сковорода и маленькая кастрюля. — Волнуешься? Что, не успеете? — Ну, уже нет. Не в этом дело. — Оставь, я сама помою, — попыталась остановить его мать. — Нет, не оставлю! — тут же запротестовал и обернулся, стараясь показать свой решительный настрой. Давать лишнюю работу всё ещё больной матери он не собирается не под каким предлогом. Впрочем, выглядела она и в правду уже намного лучше, хрипов больше не наблюдалось, а на щеках последние дни играл здоровый румянец. — Но ты же куда-то спешил сегодня, так ведь? — женщина заулыбалась, глядя на то, каким же заботливым парнем вырос её ребёнок. В глубине сердца мать пожелала ему прожить счастливую жизнь без горя и лишений, моля о лучшей доле для такого доброго мальчика. — Мы с Чигири сейчас сходим к Наги, нужно с ним расплатиться. — Молодцы, это правильно, долги всегда нужно отдавать, — от слов матери Бачира замер, задумчиво натирая одну из тарелок, так и не положив её в стопку.

Отдавать долг...

И как после таких слов он теперь может повернуть назад? Хоть он и не собирался отказываться от своего обещания, но подобные мысли шумным ворохом всё чаще проносились в его мыслях в самые неожиданные моменты. А что если он не пойдет к нему больше? Именно такой вопрос буквально встал перед его глазами. Бачира в ступоре стоял, выводя взгляд зрачков в никуда. Если идти, то он надеялся, что всё пройдёт хорошо. Да и заинтересованность Исаги в нëм больше, чем в друге, совершенно не отталкивала. Каждый раз когда он думал об этом, плюсов обнаруживалось гораздо больше, чем возможных минусов. Только вот... — Всё-таки есть в нём что-то особенное, а что именно, я и сам пока не пойму. Только, толи от сильного желания, толи от неопределённости, к нему многие тянутся. А может и из-за всего разом. — Многие. О ком ты? — Да-а, — протянул монстр, точно запамятовав одну важную деталь, — Я же забыл сразу сказать – это тени, они такие же, как и я, я же ведь не один такой, — печальной ухмылкой подытожил он. От этого Бачире стало уж совсем не по себе, он думал, что его монстр один единственный такой на всём белом свете. Да и к тому же, как оказалось, у него слишком много тайн, которые тот совершенно не спешил поведать ему. Только голос смеющегося монстра сейчас лёгким шлейфом оседал в его голове. — Ты же сейчас дырку протрëшь, дай мне, — положив ладонь на плечо сына и лучезарно улыбнувшись, она с тревогой заметила растерянность на его лице. —Ну, мам, я сам, — на его словах она немного засмеялась. Какой же её сын уже взрослый, ответственный и сильный юноша. Но каждый подобный момент неизменно возвращал в прошлое, когда её материнство только начиналось. Уже тогда, ещё будучи маленьким малышом, Мегуру показывал ей свою самостоятельность, надувал пухлые губки и важным тоном осведомлял, что он хочет сделать всё сам. Это выглядело до невозможности тепло. Ему позволялось проявить себя, взять на себя маленькую ответственность, а в случае необходимости мама всегда находилась рядом, оказывая нужную поддержку. После чего горячо всегда обнимала и целовала своего малыша в лоб, немного приподняв чëлку. А теперь он пытается взять на себя слишком многое. Она чувствует это, как мать, и её материнское сердце каждый раз неотвратимо сжимается в страхе о своём сыне. Он не должен вешать на себя непосильную ношу. — И когда ты только успел вырасти. — Уже давно. Мне же через пару дней восемнадцать. Закрыв кран, положил последнюю тарелку на тонкое, но плотное полотенце, дабы лишняя влага стекла и впиталась в него. Вытерев досуха руки, он с облегчением направился в свою комнату, в остальном мама сама сможет управиться, уж об этом точно переживать не стоило, она уже посетила Наги вчера, и тот поздравил её с тем, что она довольно быстро пошла на поправку. Но некоторые лекарства всё же нужно пропить долгое время, дабы больше ни о чём не беспокоиться. Чигири в комнате не оказалось. Значит, уже вышел и ждал его, это вполне ожидаемо, парень он очень сообразительный и скоростной. Невысокая полочка над его кроватью всецело приковала к себе внимание. На ней, скосившись, лежат книги. Мегуру наклоняет корпус вперёд, опираясь на толстую доску. Ей столько лет, а всё нипочем. Даже тëмная краска всё ещё яркая и даёт отблески в солнечные дни. Прямо как сейчас. Не хватает лишь запаха краски, который стал повседневным и родным отголоском детства и его юности. Пальцами правой руки коснулся корешка первой книги и с тихим шелестом провёл до нужной, той самой, так необходимой в дни болезни его матери. Он не смог догадаться в нужный момент, хотя в той записке всё говорилось, считай, прямым текстом. Только вспомнив об этом, омега почувствовал жар, идущий по телу, будто кровь забурлила в венах. Ему стало жарко от возмущения к собственной недогадливости.

Какой же я дурак, и как только не догадался?

И дня не проходило без подобных мыслей, Бачира терзал себя сразу, как только его взгляд касался книги, да и всего прочего, что напоминало тот день. Сейчас он слишком взволнован, слишком взбудоражен, чтобы принимать какие-либо решения и задумываться о чём-то вроде планов на дальнейшую жизнь. Всё разом навалилось на него и после разговора с монстром в вечернем лесу он, к своему ужасу, понимал, что навалятся на него ещё более сложные испытания и выборы, которые неимоверно сложно принять. Теперь он знает, что это чей-то хитроумный план. Этой хитроумной сущности, а точнее всего этого места, каждой песчинки на этой земле, резкого ветра, тёмных теней в переулках и каждого действия. Даже не имеет смысла чьё оно. Но теперь Бачира, наконец-то, начинает обо всём догадываться, хоть что-то понимать. — Ну всё, пора. Раскрыв книгу, он перелистывал страницы, одну страницу за другой, доставая между ними бумажные купюры. Но, поняв насколько это может затянуться, он взял книгу за обложку и вытряхнул содержимое на почти аккуратно заправленную постель. Присев на край матраса, ловкими движениями собрал всё и решил по-быстрому пересчитать, да и времени на это уйдёт совсем немного. Его губы немного вытянулись от неожиданности, он даже не представлял, что здесь находится такая круглая сумма. Видимо, мама уже очень давно откладывала их, может даже ещё с его детства. Поднявшись с постели, убрал деньги в маленькую сумку, свисающую на поясе. Он попрощался с мамой и, наконец, вышел к Чигири, который уже готовился испепелить его взглядом и вполне имел на это обоснованное право. Бачира и сам понимал, что собирался слишком долго, так что примет все возмущения товарища от и до. — Прости, прости, я не хотел задерживаться, случайно получилось. — Ты слишком задумчивый. Будешь в облаках витать, вся жизнь перед глазами пролетит, и не заметишь, — бурчал себе под нос Чигири. Бачира и правда не хотел задерживать его. Он же не специально. А, впрочем, у каждого свои мысли и проблемы. Чигири сейчас сам постоянно в своих мыслях пропадает, только на это никто возмущаться не будет, понимая всю важность и сложность его обстоятельств. А Бачира, после слов монстра, сам не свой, порой голову так и ломит от постоянных мыслей, не дающих покоя. Даже усталость гораздо быстрее настигает его тело, ибо морально он уже давно истощëн. — Правда, прости, я не хотел задерживать тебя. Лучше пойдём скорее. — Это мои слова. И лучше скажи спасибо, что я не ушёл один, хоть и хотел. На это даже сказать нечего, Бачира сморщил нос, им предстоял короткий путь, но довольно-таки скоростным шагом. Они и так уже достаточно задержались. — Мама вроде поверила в то, что я у тебя занял те деньги, — осторожно попытался перевести тему с более острой на менее подходящую в данный момент, но не для себя самого. Отчасти Бачира желал лишь разобраться в себе и сложившейся ситуации. — А я не был бы так оптимистичен на твоём месте. Уверен, она у тебя довольно проницательная, может о чём-то уже смогла догадаться, — ударил по больной мозоли Чигири, буквально как знал. Бачира в сердце прозвал его иглоукалывателем и всё от умения красноволосого попадать в самую точку, — Скорее всего, догадалась, что лишь прикрываю тебя. Но почему ты не хочешь ей рассказать? Это же всё сразу упростит. — Да я и сам знаю, только тому парню я уже сейчас отплатить не смогу. Мама говорит, свои обещания и долги нужно обязательно возвращать. Но если она узнает хоть какие-то подробности, то уже и не знаю чего можно ожидать, — описывая и без того не радужную перспективу, Бачира немного нахмурился и, зажмурившись, запустил пальцы в волосы и потрепал их. — Просто верни тому парню деньги, и дело с концом. — А ещё она начнёт слишком волноваться за меня. — Ну, она же мама, — усмехнулся ему Чигири заправляя за ухо длинную прядь, свисающую на лицо. — А они такие, всегда переживают гораздо больше нужного. Но вы друг друга стоите, — высказался он с улыбкой — Просто у нас с ней больше никого нет. Ну, а насчёт того парня и меня, я думаю, она именно за это переживать будет. — Что воспользовался он тобой или нет? — открытый вопрос о его девственности застал Бачиру немного врасплох, — Если она догадалась о нём, то такое волнение имеет место быть. Вот расскажешь ей всё, тогда и волноваться не о чем. Мегуру собрал ладони в замок, перестраивал его, перебирая пальцами. — У нас ничего не было, — Бачира с тревогой решил обозначить этот момент, стараясь отмести любые курьëзные вопросы. — Значит, всё-таки что-то произошло! — выкрикнув это повеселевший Чигири, напоследок оглянулся, дабы подразнить и, резко ускорившись, начал убегать от него. Будто знал, что, возможно, за последние слова и получить может, пусть и в шутливой форме. Умеет же Чигири обнадëжить, добавить переживаний, и конечно же, успокоить. Теперь ему ещё больше не по себе от собственного вранья, но и деваться некуда. Тогда сегодня он точно отправиться к Исаги и больше не будет раздумывать над их встречей. Уже и так потратил достаточное количество времени на лишние раздумья. Он говорил о дружбе и работе, невольно омега в мыслях взмолился о какой-нибудь работёнке на короткое время, после чего спокойно обо всём сможет забыть. А то из-за этого он уже чувствует, будто теряет самого себя, свою натуру и жизнерадостность, которой обычно всегда через край. А теперь во что он превратился? Даже собственной матери пришлось лгать, ещё и Чигири в свою ложь вплëл, хотя у омеги свои проблемы гораздо глобальнее. Как всегда, им открывает уставший Рео, не утративший своего болезненного вида, с блеклым взглядом, он вяло их поприветствовал. Они перекидываются ещё парой фраз, только вот на этот раз Рео значительно более серьёзный, взвинченный и нахмуривший свои короткие брови. Одним утончённым взмахом руки, без лишних слов он просит Чигири пройти за ним. Когда они вновь оказались там, холод сковал их тела, несмотря на то, что снаружи палило светило в самом зените. Даже ветер был достаточно горячим, и если утром с приятной теплотой обдувал, то в данный момент уже точно неприятно горячил. И наверняка это подвальная больница являлась сейчас раем свежести и прохлады. — Нам нужно серьёзно переговорить, — изрекает он уже у двери, Чигири охает, понимая, что адресованы эти слова именно ему, несмотря на то, что Рео даже не повернулся к нему. Не прошло и минуты, как вошёл Чигири, и из кабинета, в котором обычно принимал Наги своих больных, сейчас доносились довольно повышенные тона. Конечно, не крики, но рычащие и нервные голоса сквозили тонким эхом за дверью. — Здравствуй, Наги, возьми оплату, — неловко поздоровавшись, он хочет быстро передать деньги и покинуть их. Но когда Бачира пытался в спешке открыть молнию на сумке, её вдруг зажевало или, может, его руки просто перестали слушаться именно сейчас. — Я же сказал тебе, что после лечения заплатишь, время ещё не подошло, — не очень то учтиво отчеканил Наги, и Бачира застыл как вкопанный, — А теперь закрой дверь и иди домой. — Извини. Захлопнув дверь, он влажной ладонью опустил холодную металлическую ручку с плавным изгибом. Немного нервно выдохнул. Видать, ему и правда лучше отправится сейчас к Исаги. Всё ещё не сдвинувшись с места, он услышал повышенный тон Рео. Не поспешив, тут же отправится становится невольным слушателем нескольких громких фраз после пары еле слышных. — Да не можем мы больше ничего сделать! Это не в нашей компетенции! Ты это хоть понимаешь? — взревел Рео, его голос дрожал от усталости, возмущения и понимания как тяжело сейчас ощущает себя юноша перед ним, только больше всего его добивало чувство собственного бессилия, — Я уже объяснял тебе это. Мы совершенно не готовы делать подобную операцию и идти на подобный риск, — добавил он чуть спокойнее, стараясь сдержаться. — Но ведь без неё он умрет! — Операция может просто добить его. , — строго добавил Наги, — Ты этого хочешь? — Сделайте хоть что-нибудь! — запричитал его товарищ, голос которого сильно дрожал. Бачира услышал, что по надрывному звучанию и всхлипу, Чигири, скорее всего, заплакал. — Хоть что-нибудь, пожалуйста, вы же всё-таки врачи, вы же эту чëртову клятву давали, — обессиленный голос зазвучал тише от сдавленного чувствами горла. — Операция может хотя-бы даст ему шанс. — Да какая клятва... — это последняя услышанная им фраза, прозвучавшая от Рео, за которой последовал глухой стук, грохот, создавший в голове образ чего-то рухнувшего. У Бачиры от услышанного перехватило дыхание, в груди закололо, и правда, чего он так лелеет свои проблемы, делает их такими глобальными и всепоглощающими. У него ведь ещё всё хорошо, очень даже хорошо. Чигири правду сказал, ему нужно лишь отдать деньги и рассказать всё маме, но с этим он разберётся немного позже. Стараясь остаться незамеченным, он осторожно сделал несколько шагов, а далее ускорился и вышел, медленно закрыв дверь. Он улыбается сам себе, даже через боль и переживания за Чигири. Он проникся уважением к этому сильному парню ещё больше. А сам Бачира не настолько слаб, что-бы ещё хоть мгновение ныть о своей судьбе и накручивать тягостные мысли. Хватит, уже несколько дней прошло, он ещё никогда так долго не запускал в себя столько негативных переживаний. И теперь, полный уверенности, бодрым шагом направился к центру, Саназаки уже заранее сказала ему сегодня не приходить, так что день можно считать свободным. Бачира вспоминает, что ему следует проявить осторожность, хоть это и не совсем в его характере, но с Исаги он постарается вести себя мягко и по-дружески. Ведь, по сути, именно он тот, кто нанёс парню небольшую травму, хоть и по неосторожности, но зато хоть так смог отрезвить его. Теперь же ему очень хочется узнать, как пройдёт их следующая встреча. Подставляя лицо тëплому потоку воздуха, он весь путь до центра иногда обращал внимание на фланировавших по улицам людей разного пола и возраста. Недолго рассматривал женщин, стоящих у кофейни и держащих, вероятно, именно кофе со льдом. Ведь каким нужно быть человеком, чтобы пить горячий кофе в столь жаркий день. Скорее всего, они вышли в обеденный перерыв немного отдохнуть и, как большая часть женщин, посплетничать. Но в большинстве встречались и резвились жарким днëм именно дети. До ушей Бачиры доносится их звонкий переливчатый смех. Особенно выделяется голосок у белокурой девочки лет шести, которая улыбается и звучит хрустальным колокольчиком, она явно маленькая принцесса в своей дворовой банде. Уже подходя к виднеющемуся издали зданию, он всё думал, с какой стороны ему стоит зайти. Но так как ему знаком лишь вход с заднего двора, к нему и решил направиться. Касаясь кованых прутьев, шаг за шагом приближался к закрытой изнутри калитки. Просунув руку, нащупал засов и отодвинул его. После чего, оглядываясь, прошёл прямо до двери и остановился. С замирающим сердцем занёс костяшки руки над поверхностью двери. Собирается постучать из вежливости и очень волнуется, может его и вовсе прогонят. Но что если так будет даже лучше? Он жмурится и громко стучит, мгновения тишины кажутся вязкими и по-особому тихими. Не дождавшись ответа, старательно стучит ещё чуть громче. И вот перед ним появилась такая дилемма: войти и спросить или же просто уйти. Впрочем, Бачира не долго раздумывал. Невольно он вспомнил, что в прошлый раз монстр оставил его на этом месте. Сейчас он вновь ощутил себя очень одиноко, это существо всегда являлось его незримой опорой и надёжным соратником. Собравшись с мыслями, он поворачивает ручку и с облегчением отмечает, что дверь открыта. Остаётся лишь сделать шаг вперёд. Перед глазами вновь возникла та высокая лестница, такая одинокая и величественная. Что странно, ему так никто и не попался на глаза. Видимо, в доме в данное время не так много людей. Под эхо собственных шагов взобрался по лестнице на второй этаж. Даже несмотря на весь пережитый им тогда стресс, память ему не отшибло. Так что расположение комнаты он всë ещё помнил. Тихонько стукнув всего лишь раз, он едва услышал отклик знакомого голоса и, не особо задумываясь, вошёл в комнату беты. — Стой, я ещё не переоделся... — резко подхватив со стула майку с рубашкой, он только тогда обратил внимание на вошедшего, — Привет. — Привет, — немного отведя взгляд от полуобнажëнного, омега поприветствовал его. — Ты всё-таки пришёл, сдержал обещание, — прошептал с долей восторга, спешно натягивая светло-серую майку и накидывая поверх рубашку. — Ага, а как же мне ещё быть? Не могу же я заставить тебя ждать, — Бачира одарил пусть и слабой, но всё же улыбкой, такой умиротворëнно согревающей, и невольно пробежался зрачками по чужому телу, для себя отмечая, что сам он, возможно, даже покрепче будет, либо он о себе слишком хорошего мнения. Но любому будет ясно, что Исаги – домашний мальчик, скорее всего, не будет особо накачанным. Но он находился в отличной форме, тело подтянутое и в меру рельефное, довольно привлекательное, если взглянуть без одежды. Бачира неожиданно поперхнулся воздухом лишь от возможных мыслях об этом. — Как ты? Не заболел после того дня? Ты же весь вымок тогда... — Нет, нет, я здоров как бык, — постучал он в грудь кулаком, хоть и пытался ещё немного откашляться, — Всё в порядке, я поперхнулся. — Тогда воды? — Ага. Буду признателен, — присев на ближайший стул, Бачира заразительно рассмеялся, но перестал, увидев взгляд, наполненный непониманием. После пары коротких смешков он объяснил всё парню. — Просто не думал, что домашний мальчик будет таким спортивным, да и ситуация получилась забавной. Слова омеги ощутимо смутили Исаги, да так, что тот почти сразу невольно стал присматриваться к себе и сравнивать их. Ещё в их первую встречу заметил – они с Бачирой одинаковой комплекции. И хоть тогда он не особо успел рассмотреть физические данные парня перед ним. Внимательно присмотревшись к рукам, массивной для омеги шее и едва уловимым мышцам под синей футболкой свободного кроя, всё, что он детально высматривал, неосознанно начинает вырисовываться воображением в красивый рельеф тела. — Да так, занимался в одной секции, когда ещё в школу ходил, — скомкано ответил, и отдëрнул себя, поняв, насколько долго и бесстыдно рассматривал малознакомого парня. — А сейчас будешь где-то учиться? — с неловкостью спросил Бачира, опять же пытаясь спасти разрушающуюся атмосферу спокойствия. Он не отводил взгляда, но довольно часто переводил взор на что-то другое. В этот раз у него есть шанс нормально и без спешки осмотреться. — Скорее всего, да, — голос звучал без капли уверенности. — Хоть и не скажу, что я очень хорош в учёбе. — А вот я не смог окончить школу, — неловко подытожил Бачира и тут же попытался оправдаться. — Ты не подумай, что я совсем безнадёжен. Позже меня мама учила на дому. Бачира молча сидел, просто болтая ногами и смотря на носки ботинок, попеременно подлетающих вверх. Теперь пришла очередь Исаги разрядить обстановку и действительно постараться, если он и правда хочет узнать парня поближе. — Пойдём возьмём воды или чая? По дороге на первый этаж Бачира вновь взглянул вверх по винтовой лестнице. Его определëнно завораживает одна мысль о виде, который может открыться, едва стоит ступить на самый верх. Исаги вновь замечает его заинтересованность и добродушно улыбается ему. — Кстати, в прошлый раз, — он смутился, едва стоило ему вспомнить тот вечер, непонятно почему, прямо сейчас в голове всплывали самые неловкие фрагменты. Особенно тот невинный поцелуй. Исаги идёт впереди него и, скорее всего, даже не догадывается, что тогда украл самый первый его поцелуй. — Что в прошлый раз? — Ни-че-го, — выпалил Бачира. — Ты придёшь послезавтра? — неожиданно с блеском в глазах поинтересовался Исаги, когда они оказались уже на полпути к кухне. Он остановился сразу как сошёл с последней ступени, и молчаливо дожидался ответа от омеги, который, задумавшись, ответил с задержкой вопросом на вопрос. — А почему именно в этот день? — Он как раз у меня совершенно свободный, — без задней мысли признался Исаги. —Так что скажешь? Но Бачира лишь отрицательно качнул головой. — Не смогу, у меня день рождения, — виноватый тон сквозил в его тëплых словах, — Я хочу провести его с близкими. — слова звучали с мечтательной нежностью и явной заботой о тех самый близких. — Значит, день рождения... — прошептал синеглазый. — Что? Я не расслышал, говори громче, Исаги. — Всё равно буду ждать, — даже неожиданно для себя, он смог сказать это. Как вдруг разволновавшись, словно пытаясь найти оправдание, протараторил. — Если у тебя будет время, то приходи. Зрачки заметались, не способные зацепиться хоть за что-то, и давящая неловкость от собственных слов осела вопросом в удивлëнном лице Бачиры. Он действительно ему более чем понравился, и даже несмотря на то, что ранее тяги к парням Исаги не чувствовал. Теперь это необъяснимое притяжение его всюду преследовало, хотелось сблизиться с омегой, стать хотя-бы друзьями. — Хорошо, я постараюсь зайти, — Исаги заставил его почувствовать себя неловко, он не рассчитывал приходить сюда в свой день рождения. — Пусть это будет ещё один мой шанс. Беззвучно слетело с губ, оставив в неведении того, кому адресованы те слова.