***
Карин тихо зашла в спальню, ступая босыми ногами по прохладному полу. В комнате было уже темно, но оно и не удивительно – третий час ночи на дворе. Все члены семьи уже благополучно спали, но только не она. Женщина, охваченная непонятным беспокойством, просто не хотела смыкать глаз. Очередной раскат грома сотряс просторы, заставляя Карин посмотреть на зашторенные окна, по стеклам которых барабанил дождь, а после на мужа, что лежал на футоне, укрытый тоненькой простынкой. Лежа на боку, Хицугая едва заметно сопел и размеренно дышал, не обращая внимание на посторонние шумы, что несколько успокоило черноволосую женщину. Облегченно вздохнув, Карин тихонечко подошла к окну и, слегка отодвинув занавеску, устремила свой взгляд в темную даль, где периодически мелькали молнии. — Ты решила сегодня вообще не ложиться? Этот тихий хрипловатый от природы и осипший от сна голос заставил Карин на мгновение прикрыть глаза, а после хмыкнуть. — Значит, он все-таки разбудил тебя, — протянула женщина, продолжая смотреть в окно. — Кто "он"? — поинтересовался Тоширо. — Гром... — Нет... Я проснулся чуть раньше, — лениво протянул Хицугая и наконец открыл свои глаза, что сверкнули бирюзой в темноте. Мужчина слегка приподнялся на постели и внимательно посмотрел на супругу. Волосы Карин были слегка влажными, от чего каждая прядка поблескивала от тусклого освещения из окна. На хрупком женском теле было лишь мягкое махровое полотенце, что едва доходило до середины бедра, открывая вид на красивые ноги. Было видно, что Карин совсем недавно покинула ванную комнату. В спальне можно было уловить даже аромат ее геля для душа с корицей и горьким шоколадом, который исходил от нежной кожи. — Представляешь, просыпаюсь я совсем недавно, а моей благоверной все еще нет... — Я была в ванной, — бросила черноволосая. — Ты пыталась там утопиться? — Хицугая выгнул бровь, заметив, что жена усмехнулась и едва заметно покачала головой. — Нет... Если бы я захотела покончить жизнь самоубийством, то нашла бы более изощренный способ... Наконец Карин повернулась к Тоширо и, посмотрев на него, довольно хмыкнула. Снова покачав головой, она прошла к большому шкафу, что был встроен в стену, и, открыв его, глазами пробежала по полкам. В темноте было мало что видно, но женщина примерно ориентировалась, где какие лежат вещи, потому как она лично раскладывала их по своим местам. Наконец наткнувшись взглядом на нужную вещь, она осторожно, пристав на цыпочки, вытянула ее из общий стопки. — Эй, это же моя майка, — возмутился Хицугая, на что Карин лишь усмехнулась. С невероятной грацией, свойственной только кошкам, Карин медленно подошла к мужчине, не скрывая озорного блеска в черных глазах, что буквально мерцали в темноте на фоне бледной мраморной кожи. Наклонившись к Тоширо, оставив между их губами лишь несколько сантиметров, женщина хитро улыбнулась, смотря лишь в глаза своему супругу. — Тогда подпиши ее, — лениво протянула Карин. Усмехнувшись, она отстранилась от мужчины и щелкнула его по носу, после чего стремительно вернулась к шкафу, уловив тихий вздох за своей спиной. — Как будто бы это поможет, — обреченно проговорил Тоширо, покачав головой. Уголки его губ едва заметно приподнялись, а в глазах заиграли чертики. Вот она, его супруга. Она сочетает в себе несочетаемое: дерзость и нежность, коварность и преданность, настойчивость и неуверенность. Она - настоящая женщина, со странными кошачьими манерами, которые иногда проявляются в ней неосознанно, хотя это даже немного забавляло. Не каждая супруга, поддавшись странному порыву души, вдруг захочет потереться о мужскую щеку или полежать на крепком плече, впившись небольшими ногтями в кожу. Откинувшись на подушку, Хицугая внимательно наблюдал за Карин, что, медленно натянув нижнее белье, небрежно скинула с себя полотенце и лениво натянула мужскую майку, сладко потянувшись при этом. — Давай, женщина, издевайся, — проворчал себе под нос Тоширо, прикрыв глаза. Карин вытащила свои волосы из-под одежды, взъерошив их при этом, создавая небольшой объем на голове. Закрыв шкаф, она взяла свое немного влажное полотенце, чтобы сложить его, как вдруг услышала странный и приглушенный всхлип. Женщина нахмурилась, а Хицугая открыл глаза, внимательно посмотрев на жену. — Мне ведь это не одной показалось? Карин отложила полотенце в сторону, в то время, как Тоширо поднялся с постели. Отодвинув створку цветного фусума*, ведущей в из комнаты, супруги выглянули в коридор и увидели, как, прислонившись к стене, закутавшись в небольшое мягкое одеяло, на полу сидел Ирбис, тихо шмыгая носом. Ручками мальчик прижимал к себе плюшевого пса* – любимую игрушку, которую когда-то подарил ему Бьякуя Кучики. Карин и Тоширо переглянулись и ничего не понимая подошли к сыну. — Малыш, почему ты не спишь? — Карин опустилась перед сыном на корточки в ожидании от него ответа, но тот лишь отрицательно покачал головой, зарывшись носом в игрушку. — Тебя разбудила гроза? Ирбис коротко кивнул в знак согласия и вновь тихо шмыгнул носом, заставив Карин нахмуриться и поджать губу. Было видно, что мальчишка хочет спать, но возвращаться в комнату он, по всей видимости, не собирался. Для Карин и Тоширо не было секретом, что их сын боится грозы, но если обычно его сон был крепок и глубок, то сегодня Ирбис спал слишком чутко и беспокойно, потому гроза смогла разбудить и напугать его. — Боишься спать один в комнате? — поинтересовался Тоширо, стоявший чуть позади супруги. Мальчишка вновь кивнул, не поднимая своих глаз на отца или мать. Карин обернулась к Тоширо, внимательно посмотрев ему в глаза. Словно прочитав мысли женщины, Хицугая кротко кивнул. Он подхватил сына на руки, заставив того вздрогнуть и буквально вцепиться в плечи отца, испуганно смотря на игрушку, которая чуть было не упала на пол. — В таком случае, парень, тебе придется переночевать с нами, — проговорил Тоширо, потрепав копну черных волос ребенка. Пройдя в спальню, Хицугая уложил Ирбиса на середину футона, укрыв его одеялом, что было на детских плечах. Очередной раскат грома, раздавшийся за окном, заставил мальчишку прижать к себе плюшевого пса и зажмурить глаза, в уголках которых появились крошечные слезинки. Карин присела на постель рядом с сыном и погладила его голове. — Может принести тебе воды? — женщина взъерошила сыну волосы, пропустив шелковистые прядки сквозь пальцы. Ирбис отрицательно покачал головой и в очередной раз шмыгнул носом. Тяжело вздохнув, Карин бросила раздосадованный взгляд на Тоширо, но тот лишь пожал плечами в ответ. — А молоко будешь? — осторожно поинтересовалась черноволосая, заметив, как вздрогнул мальчишка, а после замер. Хицугая тихо усмехнулся наблюдая за реакцией сына, который слегка нахмурился, а после, поразмышляв, все-таки кивнул в знак согласия. Карин тихо прыснула в кулак, наблюдая за потешной моськой ребенка, который даже не подозревал насколько забавно выглядел в этот момент. Молоко Ирбис любил с самого рождения, выпивая его чуть ли не литрами, будь оно холодное или теплое. Когда Карин вышла из комнаты Ирбис, шмыгнув, зарылся в одеяло и внимательно посмотрел на Тоширо, который сидел рядом с ним. — Пап, — грустным и хриплым голосом протянул Ирбис, — а если на маму сейчас нападут те монстры? Она ведь там, на кухне, совсем одна, да еще и в темноте... — Тогда я им не завидую, — хмыкнул мужчина. — Не каждое чудовище сможет отбиться в темноте от твоей матери, вооруженной чугунной сковородой и набором керамических ножей. — А если их будет много? — ребенок обнял игрушку чуть крепче, не забыв вытянуть голову пса из-под одеяла, позаботившись о комфорте Фантика. Именно так звали игрушечную собаку. — Не бойся, вот что-что, а ножей на нашей кухне хватит на всех... Ребенок усмехнулся, видимо успокоившись за родную мать, которая через пару секунд вошла в спальню со стаканом молока. Ирбис приподнялся на постели, усадив Фантика у себя в ногах, и взял стакан в свои руки. Пальчиками мальчишка почувствовал, как холодное от молока стекло покрылось крошечными капельками воды, что скользили по его поверхности. Ирбис сделал пару глотков молока и, нахмурившись, внимательно посмотрел в содержимое стакана. Удостоверившись, что это действительно молоко, мальчишка вновь припал к стакану, небольшими глотками поглощая напиток. Тоширо, заметив странное поведение сына, нахмурился и внимательно посмотрел на Карин, но та лишь невинно похлопала глазами и пожала плечами. Осушив стакан с молоком, Ирбис улегся на постель, зарывшись под одеяло со своим плюшевым псом. — Мам, — протянул мальчишка. — Спой мне. — Спеть? — удивилась женщина, а мальчишка лишь кивнул ей в ответ. — Пожалуйста... Тяжело вздохнув, Карин прилегла на постель и, приобняв сына, начала тихо напевать монотонную мелодию. Хотя в ней не было ни единого слова, она казалось очень грустной, от чего по коже волнами набегал мороз, заставляя задуматься о совершенно странных и чуждых вещах. В бархате женского голоса чувствовалось отчуждение от всего, а ее неожиданно наполнявшиеся печалью глаза лишь подтверждали это. Карин пела, словно прибывая в трансе, и было совершенно непонятно, что испытывает она в данный момент. Поцеловав Ирбиса, что погрузился в сон и тихо сопел, Карин откинулась на подушку и тяжело вздохнула, поглаживая сына по голове. — Ты ведь подсыпала ему в молоко снотворное? — спросил Хицугая, опустившись на постель. Все это время он наблюдал за женой, от чего в груди появилось странное смешанное чувство. Карин внимательно посмотрел на Тоширо, а после на крепло уснувшего сына, что уткнулся носом в игрушку. — Нет, — протянула женщина, покачав головой. — Я дала ему успокоительного. У Ирбиса был тяжелый день... — Ни у него одного, — мужчина хмыкнул. — Кстати, не расскажешь мне, что это за песня? Я не раз слышал, как ты напевала ее себе под нос или детям, когда укладывала их. — Это всего лишь колыбельная, — отмахнулась женщина. — Просто колыбельная? Без слов? — В ней есть слова! — нахмурилась Карин, — Просто я их не помню... Женщина замолчала и вновь посмотрела на своего сына. Ее черные глаза были по-прежнему печальны, и эта печаль была такой глубокой и далекой, что, казалось, словно это что-то невероятно важное и неотъемлемое, о чем говорить не так легко. Горько хмыкнув, Карин, не отрывая глаз от сына неожиданно продолжила: — Эту колыбельную пела нам мама, когда мы были маленькими. Я не помню, что именно она пела, но помню ее голос, напевающий эту мелодию. Тихий, спокойной, абсолютно чистый без единой хрипотцы голос... Он завораживал и заставлял замирать на месте, а кожа сразу же покрывалась мурашками. Карин замолчала, видимо над чем-то задумавшись, но для Тоширо было и этого достаточно, чтобы понять чувства супруги. Хицугая знал, что подобное откровение далось женщине нелегко. Карин в принципе не любила говорить о своем детстве, поэтому мужчина знал о нем не так немного, а то что знал, в большей части просветился от Ичиго. — Ты скучаешь по ней? — осторожно поинтересовался Тоширо. — Не знаю... Я... Прошло столько лет, глупо скучать по тому, чей образ уже расплылся у тебя в голове. Мне горько это признавать, но я забыла даже цвет ее глаз. Это ужасно... Ужасно осознавать, что образ человека, который подарил тебе жизнь, медленно стирается из памяти, и ты ничего не можешь с этим сделать. Я, словно, предатель. — Это не предательство. Ты забываешь ее не по собственному желанию. — Но забываю! Я... Мне всегда ее не хватало. Девочке трудно выжить без материнского крыла... Не со всеми проблема можно подойти к отцу. И пусть я уже не девочка, но я нуждаюсь в ней, и я бы отдала все хотя бы за один разговор с ней. — Давно ты тоскуешь по ней? — Не знаю... Наверное, с самого начала. Мы все скучаем по ней, особенно отец, но никто из нас не покажет этого, ведь иначе мы погубим себя волнением и тревогой друг о друге. — Типичные Куросаки, — закатил глаза Тоширо. — Куросаки, — Карин хмыкнула. — Фактически семьи Куросаки не существовало. Все мы носили фамилию мамы, потому что родители сочли это более безопасным для них и для нас вариантом, но по факту всегда принадлежали клану Шиба. — Какая разница, к какой семье вы принадлежали? Вы прославились как Куросаки, оставив свой след в истории. Этого не изъять. — Я знаю, просто иногда это пугает меня. — Что-то ты расклеилась, — тяжело вздохнул Тоширо. Мужчина и представить не мог, что все это вертелось в женской голове. — Наверное, я утомилась, потому и мысли о чем попало... Хицугая задумался. Карин действительно не успела отдохнуть после своего продолжительного задания от Кёраку. Сразу после возвращения домой она ударилась в домашние хлопоты, а выходной и вовсе не удался – сплошная нервотрепка! Если черноволосую не отвлечь, то такими темпами она впадет в депрессию, но как разрядить обстановку, Тоширо просто не представлял. Переведя взгляд на Карин, Хицугая осознал, что та уже уснула. Приобняв спящего сына, она едва заметно сопела и забавно хмурила брови. Тоширо хмыкнул и улыбнулся уголками губ. Все-таки что-то в этом мире не меняется, например, то, как быстро погружается в сон хрупкая, но сильная женщина с черными, как уголь, волосами... _______________________________________________________________________________________ Фусума - раздвижные деревянные рамы, оклеенные с двух сторон плотной специальной бумагой. Вместо ручек - углубления, выполненные в металле. Чаще всего используется для разделения пространства большой комнаты. http://resorts.holiday.ua/media/k3/galleries/875/pe4era1.jpg - изображение пещеры http://deshevye-igrushki.ru/assets/images/93397.jpg - игрушечный пес ФантикГлава 8. Ночная гроза и разговоры на двоих
6 апреля 2014 г., 18:17
Кромешная темнота давила и растаптывала. Окружение не ощущалось, лишь только всепожирающий мрак, селящий в душу страх. Он заставлял разгоряченное сердце ускорить свой привычный ритм, который уже стал напоминать чечетку. Счет времени был давно потерян. Холод... Благодаря ему и без того дрожащее тело периодически передергивало и ломало, пробуждая желание скулить. Посиневшие немного приоткрытые губы судорожно выдыхали воздух, издавая при этом кряхтящий звук, который, доносясь до собственного сознания, пугал. Каждая клеточка тела изнывала от боли, источник которой определить стало просто невозможно. Мышцы сводило в судорогах, и каждый раз ту или иную часть тела пронзала резкая боль. Внутри все пылало, словно органы были охвачены языками пламени, из-за чего воздуха не хватало. Дышать было больно, но грудная клетка нехотя поднималась, а после, с очередным страшным выдохом изо рта, опускалась. Глотка пересохла, и от недостатка влаги появилось ощущение, будто в горле шоркают жестким ершиком, что, не жалея, раздирал ткани. А еще тошнота... Хотелось опорожниться, ведь есть вероятность, что это принесет некоторое облегчение.
Никки приоткрыла глаза, перед которыми плыла пелена, с трудом разлепив потяжелевшие веки. Состояние было просто отвратительное, так плохо девушка еще ни разу себя не чувствовала. Никки попыталась пошевелить рукой, но дрогнула лишь кисть, что за прошедшее время онемела. Голова болела и немного шла кругом, из-за чего чувство тошноты лишь усиливалось. А еще безумно мучила жажда! Хотелось просто смочить глотку, а также успокоить разбушевавшийся внутри собственного тела пожар.
Никки прикрыла глаза в надежде притупить собственные ощущения, но тут на нее нахлынули воспоминания. Сражение с монстрами, ее нелепое падение в ледяную реку и все... Дальше была лишь всепоглощающая темнота. Девушка горько хмыкнула и поджала нижнюю губу. В этот раз она проявила себя неважно: позволила себя ранить, потеряла дух бойца и не стала бороться за свою жизнь, когда пошла ко дну. Жалкое зрелище!
— Позорище, — шикнула Никки.
Голос девушки был хриплым и низким, что немного смутило ее, заставив нахмуриться. В горле сразу же появилась острая боль, увеличивая желания попить воды.
«Как будто бы я ее в реке за сегодняшний день не наглоталась...» — с горечью подумала мулатка, хмыкнув от подобного рода мыслей.
— Очухалась все-таки...
Никки вздрогнула. До этого момента она и думать не хотела, где сейчас находится и тем более о том, что рядом с ней мог кто-нибудь быть.
— А я уж подумал, что ты точно сегодня скопытишься.
Мужской голос казался девушке знакомым. Этот бархат и доля несвойственного для него ехидства... В голове всплыл расплывчатый образ незнакомца, что неожиданно появился рядом с ней, изъявив желание помочь незнакомой девушке, причем в весьма странной форме.
Никки вновь открыла глаза, что на этот раз удалось сделать без особого труда, и медленно повернула голову в сторону, откуда она слышала голос. Первым, что увидела девушка, был небольшой костер, дрова в котором немного потрескивали. От ярких языков невысокого пламени у девушки возникла резь в глазах, из-за чего пришлось прищуриться, чтобы привыкнуть к яркому свету огня. Рядом с костром девушка смогла разглядеть человека, что небольшой палкой шерудил угли костра. Рукава его серого вязаного свитера были немного закатаны для удобства, а длинный воротник расстегнут, хотя это неудивительно, ведь сидеть рядом с огнем было просто жарко. Глаза девушки скользнули на лицо незнакомца, стараясь рассмотреть его, пока была такая возможность.
Никки не сомневалась, что недалеко от нее сидит тот самый человек в плаще, который ринулся в бой с теми монстрами. В тот момент девушка была просто уверена, что незнакомцем был зрелый мужчина, но, похоже, она неплохо ошиблась с возрастом своего спасителя. Рядом с костром сидел парень, которому никак не дашь больше двадцати пяти лет. Высокий и худой, он имел резкие черты немного вытянутого лица с прямым до неприличия носом. Пряди его волос с необычным серебристым оттенком падали на лоб и лезли в глаза, но похоже самому парню это не сильно мешало, и потому он не обращал на это никакого внимания. Бледная кожа незнакомца мерцала от танца огня, не скрывая редкую и благородную мраморную белизну. А еще от любопытного взгляда Никки не скрылись небесно-голубые глаза незнакомца, глубокие, как море, и яркие, как циркон.
— Кто ты? — озадаченно спросила девушка хриплым голосом, продолжая взглядом изучать своего незнакомца.
С трудом Никки приподнялась на локтях, что дрожали от тяжести собственного тела. Волна холода окатила девушку с ног до головы, заставляя ее поежится. Кожей она почувствовала что-то неладное, ведь слишком остры были ощущения к внешним раздражителям. Наконец, когда Никки обратила внимание на себя, опустив глаза, она с ужасом обнаружила, что каким-то образом осталась без одежды. Все, что прикрывало ее обнаженное тело, так это тонкий плед, который медленно скатывался с нее, открывая вид на ключицы и грудь.
— И где моя одежда? — возмутилась Никки.
В этот раз хриплый и тихий голос вдруг прорезался, удивив не только парня, но и саму девушку. Он неожиданно стал громким и звонким, но подобная выходка отозвалась болью в горле, из-за чего Никки быстро сникла. Она рухнула на странную подстилку, которой, похоже, был тот самый плащ незнакомца и, прижав к себе плед, перевернулась на бок, чтобы было удобнее смотреть на парня злым взглядом.
Незнакомец хмыкнул и расплылся в широкой улыбке, притянув к себе небольшой черный рюкзак. Не обращая внимания на грозный и кровожадный взгляд серых глаз со стороны, он долго рыскал в своей походной сумке, пока не выудил из нее небольшой сверток бежевого цвета. Еще раз хмыкнув, не убирая ехидной улыбки с лица, парень бросил рюкзак рядом с собой, а после кинул в девушку этот самый сверток, что с точностью прилетел ей в лицо.
— Да ты совсем охренел? — взревела Никки, впившись в сверток острыми ногтями.
— Оденься уже и прекрати визжать, — с широкой улыбкой перебил гневную приготовленную девушкой речь парень, кивнув на сверток. — Мы ведь не хотим, чтобы нас навестил кто-нибудь еще... Подобной встречи с монстрами ты просто не переживешь.
Никки смерила пыл и задумалась. Ее голос действительно мог привлечь недоброжелателей, потому ей стоит вести себя тише и сдержаннее. Девушка сильнее сжала руку, почувствовав, как пальцы вдавились в ткань свертка. Наконец Никки обратила на него внимание. С трудом присев, обернувшись пледом, девушка развернула сверток, которым оказалась большая бежевая мужская сорочка без пуговиц, ворот которой переходил в глубокий вырез. Ее ткань была достаточно плотной, чтобы скрыть тело от чужих глаз, но при этом она обладала невероятной легкостью и воздушностью. Не особо колеблясь, Никки натянула на себя сорочку, вырез на которой достиг середины груди, а длина скрыла часть округлых бедер.
— И все же, — вздохнула девушка, — где моя одежда?
Парень хмыкнул и, улыбнувшись, показал в сторону, где на валунах лежала мокрая одежда, среди которой девушка смогла обнаружить даже свой бюстгальтер.
— Извращенец... — прошипела девушка, насупившись.
— Ну не мог же я оставить тебя в насквозь мокрой одежде. Так ведь и до воспаления недалеко, хотя, судя по твоим купаниям, жить ты все равно не хочешь, — протянул парень, после чего вновь усмехнулся. — Да и вообще тебе стоит сказать мне спасибо. Снял я с тебя далеко не все...
— Очень плоско, — фыркнула девушка, понимая, о чем говорит незнакомец.
— Я бы так не сказал, — ехидно протянул парень, кивнув и бросив взгляд на женскую грудь.
Нахмурившись, Никки схватила с земли небольшую шишку и швырнула ее в парня, попав точно в цель. Шишка с шлепком попала в висок незнакомца, а после отскочила от него на некоторое расстояние. Парень лишь потер ушибленное место, глупо улыбнувшись, а Никки нахмурилась. Поведение незнакомца ей не нравилось. Привыкшая издеваться над парнями, используя при этом красноречивые взгляды из-под глаз и объемные формы, ей было в дикость видеть представителя мужского пола, который не только держал контроль над собой, не теряя сознания или не давясь кровью из носа, но и откровенно насмехался над ней, вставляя пошлые шуточки. Этот человек не был из простаков, не смотря на непринужденный внешний вид, и по-хорошему ей стоило бы держаться от него подальше, но Никки не чувствовала в нем чего-либо плохого. К тому же он спас ей жизнь...
— Мой занпакто! — опомнилась девушка, едва не соскочив с насиженного места.
В голове Никки всплыл момент, когда произошел взрыв, и ее отшвырнуло с обрыва. Тогда она отпустила рукоять своей катаны, что пронзала плоть монстра, и где сейчас собственное оружие она не имела понятия.
— Не скачи ты так, раны откроются! — рявкнул парень, а после, уже спокойным голосом добавил: — Твоя катана прямо за тобой. Я забрал ее после того, как вытащил твою тушку из реки.
Никки обернулась. И действительно рядом с ее «ложем» лежала катана, которая уже приобрела вполне обычную форму. Девушка благодарно кивнула парню. Этот человек позаботился ни только о ней, но и об оружие. Поступок достойный большого уважения от шинигами.
— А больше ты никого не видел за сегодня? — поинтересовалась Никки.
— Если ты про тех ребят, что были одеты в такую же форму, как у тебя, то видел. Их убили.
— Вот как... — задумчиво протянула девушка.
— Что-то не вижу горести на твоем лице...
— Мне изобразить для тебя печаль? — хмыкнула девушка, заметив, что незнакомец еле заметно нахмурился. — Я этих парней не знала. Хоть мы и были в одной команде, я даже не представляю, кто они такие и что из себя представляют. Все, что я испытываю, так это разочарование, ведь я подвела своего капитана.
— Капитана, говоришь? — протянул парень. — Так значит ты все-таки из Готея?
— Да, — кивнула девушка, — у меня здесь задание.
— Какое? — усмехнулся незнакомец. — Покончить жизнь самоубийством?
— Очень остроумно! — хмыкнула Никки. — Между прочим, в Готей 13 случилась беда, которая может плохо кончиться для всего общества душ!
— Знаю, знаю... Заключенный сбежал из подземной тюрьмы.
— Откуда тебе известно? — удивилась девушка.
— Связи, — пожал плечами парень.
Он встал со своего места и протянул Никки фляжку, обтянутую кожей. Девушка нахмурилась, но все-же приняла немного тяжеловатый сосуд, который был наполнен жидкостью. Жажда уже давно мучила ее, потому она с удовольствием припала к небольшому горлышку фляжки, сделав несколько больших глотков прохладной воды. Никки чувствовала, как скатывалась жидкость внутрь, даря при этом невероятное наслаждение. Еще ни разу в жизни девушка так не радовалась питьевой воде, которая, как сейчас выяснилось, даже имела свой особый вкус!
— Ты - офицер Готея? — поинтересовалась Никки.
Девушка вытерла влажные губы тыльной стороной ладони и, закрыв фляжку небольшой пробкой, посмотрела на парня.
— Нет, — загадочно улыбнулся он, заставив Никки нахмуриться.
— Но ты наверняка знаешь, что это были за монстры?
— Знаю, — незнакомец улыбнулся еще шире. Поймав еще более заинтересованный взгляд серых глаз, он хмыкнул, предполагая следующий вопрос девушки. — Это существа, созданные из душ людей под воздействием особых сил. Таковой обладают лишь самки кровопусков, которые не способные родить живого наследника, но способны создавать себе таких «домашних питомцев».
— Разве подобные силы не подрывают баланс между душами? — удивилась Никки.
— Подрывают. Собственно говоря, это одна из причин истребления их рода. Они не умели вовремя остановиться, что и погубило их...
— Если это так, значит, выжившие все-таки были?
— Естественно! Не все кровопуски во время чистки были в обществе душ. Кто-то был в мире живых, кто-то и вовсе по собственной прихоти ушел в Уэко Мундо. Потому, спустя столько лет, мы встречаем единичных представителей.
— Но откуда такая информированность?
— Я же сказал, у меня есть связи...
Повисло молчание, заставившее Никки задуматься. Такие глубокие знания собеседника во всем происходящим, немного-немало пугали девушку. Подобной информацией владеет далеко не каждый офицер, не говоря уже о простых жителях общества душ. Хотя, таких ли уж простых? Никки бросила на незнакомца взгляд из-под ресниц. Этот парень у костра определенно что-то скрывал, но в свои тайны он явно никого посвящать не собирался. Девушка хмыкнула, понимая, что докучать незнакомцу нет смысла, и пробежалась глазами по окружению. До этого момента ее не особо интересовало, где она находится, однако сейчас, мысленно понимая, что совершенно не знает этого места. Девушка, нахмурившись, оглядывалась вокруг. Все, что ее окружало, имело каменистую немного влажную поверхность. На твердой земле были раскиданы мелкие камни, маленькие ракушки, а также шишки и небольшие ветки деревьев. В паре метров от Никки текла мелкая река, шириной чуть более метра, которая скорее напоминала ручей. Она звонко журчала и создавала шум, разносившийся по округе, однако и он не скрывал то, что где-то недалеко шел сильный дождь, сопровождающийся раскатами грома.
— Где мы находимся? — поинтересовалась девушка, продолжая осматриваться.
— Горная пещера у восточных лесов*, — прозвучал ответ.
Вновь повисло молчание. Никки внимательно смотрела на парня, что с интересом разглядывал странные карты, внося в них пометки красным маркером.
— Может, хоть имя скажешь? — спросила девушка.
Парень внимательно посмотрел на Никки и широко улыбнулся.
— Нет, — протянул он, откладывая фломастер.
Девушка насупилась и сложила руки на груди.
— В чем проблема? Это же не так трудно! Вот я, например, Никки Урахара...
— Рад за тебя, — пожал плечами парень.
— Неужели так тяжело представится? — не унималась Никки.
— Не вижу в этом нужды, — незнакомец хмыкнул и тут же вернулся к картам.
Фломастером он вновь стал что-то отмечать на немного мятой бумажной поверхности, издавая при этом неприятный скрежещущий звук.
— Должна же я знать имя человек, что спас мне жизнь!
— Это вовсе не обязательно, — буркнул парень.
— Тогда как мне звать тебя? — спросила девушка, заставив парня на миг забыть про свои дела и задуматься.
— Зови доброжелатель, ну, или владыка, или хозяин... — размышлял парень, устремив свой взгляд куда-то вверх. — О, а еще неплохо звучит господин!
— Лучше заткнись! — тяжело вздохнула девушка.
Никки прилегла, отвернувшись от незнакомца, и чуть ли ни с головой укрылась пледом. В пещере было прохладно, а девушку, еще не отошедшую от купания в реке, продолжал бить озноб, потому она нуждалась в тепле. Сейчас Никки отдала бы все, чтобы оказаться у себя дома в большом кресле перед камином с чашкой горячего кофе в руках и плиткой шоколада на подлокотнике. Земля под девушкой была холодной, а ведь так непривычно было чувствовать после стольких дней жары холод...
За спиной Никки услышала возню: ходьбу, шуршание, а также треск и шипение костра, который, судя по всему, был потушен.
— Сдвинься! — услышала Никки, после чего почувствовала, как ее пихнули в бок, а рядом с ней рухнуло что-то большое.
— А ты местом не ошибся, случаем? — возмутилась девушка, вцепившись в край пледа, который вдруг начал медленно стягиваться с ее тела.
— Нет, — хмыкнул парень, натянув на себя часть пледа, — или ты думала, что я ношу с собой мешок перин? Между прочим, это мое одеяло и я хочу место под ним, так что двигайся. К тому же не оставишь же ты своего спасителя в темной сырой пещере на холоде?
— Шантажист, — проворчала девушка, чуть-чуть подвинувшись, уступив часть нагретого места парню.
— Спокойной ночи, — протянул парень, сладко потянувшись.
— И тебе побольше кошмаров...