Новые поколения

Никки полулежа сидела на кушетке в одной из палат четвертого отряда. Девушка искренне надеялась, что сегодня попадет домой, но нет. Похоже, ей придется ночь провести здесь, если не больше... Она плохо помнила, как оказалась в этой палате. Она осознала происходящее только в тот момент, когда ее уложили на кушетку, велев отдыхать. На ее тело наложили бинты, под которыми скрылись раны, и теперь от них разило медикаментами. К специфическим запахам Никки привыкла еще с детства: одни колбочки отца в его лаборатории с различными смесями чего стояли! А вот к неприятным ощущениям и скованности от белой ткани она не привыкла. Никки не так часто получала травмы, а если и получала, то не такие серьезные. Никки вздохнула и посмотрела в незашторенное окно, из которого открывался вид на часть бараков и небо. Тучи все еще гуляли по темнеющему полотну, но уже не властвовали на нем, потому в рваных просветах можно было увидеть, как мерцали пока еще единичные звезды, и выглядывала из-за тучи луна. — Интересно, куда ты отправился теперь, — прошептала Никки, перед глазами которой возник образ молодого мужчины. Почему-то о нем ей напомнила именно луна. — Урахара-сан, с вами все хорошо? — тонкий женский голос вывел Никки из раздумий, заставив ее прийти в себя. На пороге ее палаты стояла молодая девушка, которая, судя по всему, служила в четвертом отряде. На ее лице была легкая тревога, а еще непонятная взволнованность. Если Никки не изменяет память, то именно эта девушка накладывала бинты на ее раны. — Да, — кивнула Урахара, — все хорошо... — К вам посетители... Поклонившись, девушка выскочила из палаты, оставив Никки в недоумении. Посетители? Время близиться к ночи, кто к ней мог прийти в такое время? Да и время приема гостей обычно было ограниченно... С этим в четвертом отряде, вроде как, было строго! Долго размышлять Никки не пришлось. В скором времени на ее пороге появилась странная парочка, которую она узнает везде. Статный мужчина с плавными чертами лица, на котором была легкая уже привычная для всех щетина. Копна его густых светлых волос как-всегда находилась в творческом беспорядке, но мужчину это нисколечко не смущало. Он, как обычно, улыбался немного глупой улыбкой, опираясь на старую, но любимую трость. Мужчину сопровождала эффектная фигуристая женщина, внешний вид которой было трудно забыть. Смуглая кожа, ярко-желтые кошачьи глаза, а также удлиненное каре из необычных фиолетовых волос, цвет которых был настоящим. В отличие от мужчины, женщина была серьезной, отчего ее вид принимал немного строгий и грозный вид, но Никки это не пугало. Следом за парой вошла точно такая же серьезная, как и мулатка, молодая женщина в которой девушка признала своего капитана. Сой Фон была серьезной, как никогда, а на ее лице впервые за долгое время Никки увидела усталость. — Что вы тут делаете? — широко улыбнувшись, спросила Никки, слегка подавшись вперед. — Неужто мы не имеем права навестить собственную дочь? — улыбнулся мужчина. Подойдя к Никки, он взъерошил ей длинные волосы, но та даже не сопротивлялась. Блондинка глупо улыбалась, радуясь, словно ребенок, которого угостили леденцом. — Как ты себя чувствуешь? — спросила женщина с кошачьим взглядом, присев на край кровати. — Все хорошо. Правда. — Мы очень за тебя переживали, — проговорила Сой Фон. Она стояла у изножья кушетки, скрестив кури на груди, и совершенно не скрывала своего беспокойства. — Киске себе места не находил, а Йоруичи-сан уже хотела сама пойти за собой. — Сой Фон... — перебила ее женщина, но капитан второго отряда лишь покачала головой. — Она имеет права знать... — Простите, — просипела Никки, — но я не могла добраться быстрее... — Это не удивительно, с твоими-то травмами, — задумчиво протянул мужчина, изучая листы на небольшом планшетнике, непонятно откуда появившийся в его руках. — Если верить больничной карте, то тебя неплохо потрепало... — В бою мне неплохо досталось. Если бы не... — призналась Никки, но, вдруг запнувшись, осеклась и прикусила язык, вовремя опомнившись. Она тяжело вздохнула и покачала головой, прикрыв глаза. — Мне просто очень повезло. — Ну, везение тоже играет немалую роль, — еще более задумчиво и немного отстраненно протянул Киске. — Да неужели? — возмутилась Йоруичи, прищурившись. — Капитан, у меня есть для вас информация, — вставила свое слово Никки, прервав начинающуюся семейную сцену. — Думаю, она будет полезной. — Не сейчас. — Сой Фон покачала головой. — Оставим хотя бы до завтрашнего дня. Сейчас тебе нужен отдых. — Хорошо. — Мы принесли тебе фруктов, чтобы ты хоть немного перекусила, — вздохнула Йоруичи, впервые за прошедшее время улыбнувшись. — На ужин ты вроде как не успела. — А разве вы не заберете меня домой? — удивилась Никки, успев поймать надежду, что эту ночь, а также и последующие, она проведет дома. — Размечталась... До завтрашнего утра тебе точно придется побыть здесь, а там уж по состоянию. — Но ведь со мной все хорошо! Правда! — Да, — хмыкнула Сой Фон, — мы это так и поняли по твоему ознобу... — Я думала, вы заберете меня... — Мы, конечно, пользуемся уважением в Готей 13, — вновь взъерошил светлые пряди Киске, по-доброму улыбаясь, — но забрать тебя сейчас нам никто не позволит. — В конце концов, все это для твоего блага, — согласилась с ним Йоруичи, — так что потерпи немного. — Как будто бы у меня есть выбор...

***

На мягкой взбившейся и помятой постели лежал Тоширо, прижимая к себе Карин, которая удобно утроилась у него под боком, положив голову на мужскую грудь. Их ноги переплелись, а тела частично прикрывало скомкавшееся одеяло. Дыхание женщины было тяжелым, но это не мешало ей покрывать мужскую кожу легкими поцелуями, которые сейчас казались какими-от невинными и детскими. Они оба молчали. Да и говорить сейчас совершенно не хотелось. Утомленные, они радовались мгновению, когда можно побыть вдвоем. Полежать на мягком футоне, не думая о проблемах. Через какое-то время Карин почувствовала, что кожа начала покрываться мелкими мурашками. Томно вздохнув, она натянула на себя одеяло, выудив из-под себя длинный пояс оби. Удивленно посмотрев на находку, Карин взглянула на Тоширо, что лишь усмехнулся, лениво пожав плечами. Как здесь оказался пояс, никто из них не знал, да и знать особо не хотелось... Откинув его в сторону, добавляя в их небольшой недавно устроенный бардак еще одну вещь, Карин вновь устроилась на мужском плече. Подушечками пальцев она рисовала на теле Хицугаи нечто странное и бессмысленное, похоже о чем-то задумавшись. — Тоширо, расскажи о них... — О ком? — задумчиво протянул мужчина, поглаживая спину супруги. — О страхах... — немного виновато и поникши уточнила Карин. — Помнишь, ты говорил, что тоже боишься? — Помню, — Тоширо открыл глаза, уже понимая, куда клонит черноволосая. Его рука застыла на одном месте, а сам он немного напрягся. — И что? — Я хочу знать... — Зачем тебе это? — Хицугая вздохнул. А ведь действительно, зачем? Иногда любопытство собственной супруги поражало его, и даже ставило в тупик. И вот сейчас Тоширо искренне не понимал, зачем ей эта информация? — Просто ты ни разу не говорил об этом. — И что? — удивился Тоширо. — У всех есть страхи, это же очевидно. — И какие страхи у тебя? — женщина даже закусила нижнюю губу. Ей безумно хотелось узнать, что способно вызвать страх у ее мужчины, но одновременно с этим чувство вины, которое неожиданно появилось в груди, возрастало. Почему так, Карин не знала. Интуитивно она чувствовала, что это темная сторона медали супруга, которую она не знала, но именно это и подбивало ее еще больше. — Карин, — Хицугая вздохнул и погладил ее по голове, взъерошив и без того взъерошенные пряди, — это не то, что я бы хотел обсуждать — Я не посчитаю тебя слабым... — Дело не в этом, просто это не самая приятная тема. Карин тяжело вздохнула, признавая поражение, и, приподнявшись, потянулась к супругу, после чего нежно поцеловала его. Хотя ей и было интересно, давить на Тоширо ей не хотелось. Возможно, когда-нибудь он сам расскажет ей о своих страхах. — Если ты думаешь выбить из меня этим информацию, то я тебя разочарую, у тебя ничего не выйдет, проговорил мужчина, когда женщина отстранилась от него. — Если бы я хотела выбить из тебя информацию чем-то подобным, то перешла бы к более радикальным мерам, — усмехнулась Карин, прищурив глаза. Она задорно улыбалась, а ее глаза блестели. Похоже, она уже и забыла, что мгновение назад чувствовала себе виноватой. — Интересно знать, каким? — заинтересовался Хицугая, приподняв брови. — Какая теперь уже разница... — наигранно вздохнула Карин, после чего вновь устроилась на мужском плече. Прядки ее взъерошенных волос упали на лицо, скрывая задорный блеск в темных глазах. — Все равно тебе уже ничего больше не светит... — Неужели? Хицугая сковал женщину своими руками, заставив ее приподнять голову. Недолгая игра взглядов, и их губы слились в нежном, томном поцелуе. Мужские руки вновь заскользили по телу, не пропуская не единого миллиметра мраморной кожи. Подушечками пальцев Хицугая ощущал тонкие небольшие шрамы, мелкие ссадины, полученные в недавних схватках, а также синяки, которые на ощупь пыли плотнее. Чувствуя их, Тоширо хмурился и на мгновение замирал, задумываясь: не хотелось, чтобы на теле его любимой женщины появлялось еще что-то, чего быть не должно. Не хотелось, чтобы Карин билась, получала травмы, да и рисковала собой, но каждое ее задание заканчивается, как минимум, ссадинами на коже. Становясь злее от того, что ничего не может изменить, Хицугая неосознанно становился грубее. И Карин чувствовала это. Его прикосновения становились тяжелее, а поцелуи настойчивее. Он крепко прижимал ее к себе, от чего дышать становилось труднее, а в конце и вовсе оказался сверху, подмяв ее под себя, из-за чего копна черный волос, что до этого упала вперед, частично оказалась на лице женщины. Оторвавшись от ее губ, Хицугая убрал черные волосы с лица любимой, откинув пряди на подушку. Он прислонился к ее лбу своим, и Карин заметила в бирюзе глаз сомнения вперемешку с волнением. — Обещаю, — выдохнул мужчина, смирившись, и на миг прикрыл глаза, — что когда-нибудь я расскажу тебе о них, но не сейчас... Карин не сразу поняла, о чем речь. Немного одурманенная, она совершенно не хотела ни о чем думать, в отличие от супруга, который, похоже, никогда не выкидывал мысли из своей головы... Когда же до нее наконец дошло, что Тоширо говорит о своих страхах, она, удивившись лишь кротко кивнула, едва заметно нахмурившись. — Хорошо... Вновь вздохнув, Хицугая прижал женщину к себе, заставив ее выгнуться. Мужские губы прикоснулись к нежной шее, где пульсировала венка, а руки вновь заскользили по телу, спускаясь все ниже и ниже... — Тоширо, что ты делаешь? — сквозь смешок проговорила Карин, пропуская пряди белых волос между пальцами. — Ничего такого, о чем можно пожалеть... — Опять? — изобразила удивление женщина. — Имеешь что-то против? — Хицугая приподнял голову, нависнув над супругой, и внимательно посмотрел в ее глаза, в который был задорный азартный блеск. — Ну, ты не так уж и плох в постели, чтобы я возражала... — протянув, пожала плечами Карин. — Вот умеешь же ты испортить идиллию... — вздохнул мужчина, покачав головой. — Просто сочти это комплиментом. — Просто признай, что комплименты делать ты не умеешь... — Как и ты, но я же тебя не разлюбила за это.

***

Сой Фон сидела за столом в своем кабинете, корябая тонким пером по плотной бумаге старого обшарпанного ежедневника. То, что на улице уже стемнело, ее ни сколько не смущало: как и другие капитаны, она привыкла задерживаться в бараках своего отряда, где всегда найдется лишняя работенка. Женщина томно вздохнула, отложив перо. — Может быть здесь нет никакой закономерности? — озадачилась она, даже не осознавая, что уже размышляет вслух. — Что ты хочешь найти? Сой Фон едва заметно вздрогнула от неожиданности. Похоже, она так увлеклась работой, что ее смогли застать врасплох. Она прекрасно знала, кто сейчас стоит за ее спиной, внимательно вглядываясь в строки ежедневника. Только один человек, способен ворваться сюда в любое время суток, без спроса и приглашения... — Что ты здесь делаешь? — капитан второго отряда тяжело вздохнула и, едва нахмурившись, потерла пальчиками лоб. Устала. За сегодня она очень устала. — А ты как думаешь? — хмыкнул мужчина. — Время второй час ночи, а моей супруги нет! — Неужто беспокоишься? — на сей раз хмыкнула женщина. Она откинулась на спинку своего тяжелого стула и прикрыла глаза, скрывая едва заметную ехидную улыбку. — Размечталась... Я всего лишь хотел провести эту ночь с тобой, но ты опять портишь все планы... — Эгоист, — протянула Сой Фон. — Значит, соскучился? Женщина услышала немного тяжелый мужской вздох за спиной, а после почувствовала, как на ее плечи легли тяжелые мужские ладони. Осторожно приспустив с хрупких плеч капитанский хаори, мужчина начал осторожно массировать плечи и шею, прикладывая к этом как можно меньше сил. По телу женщины тут же разлилась нега, заставив ее блаженно вытянуться и, прикрыв глаза, откинуть голову назад. — Ты так и не ответила на мой вопрос, — шепнул ей мужчина, — что ты тут до сих пор делаешь? — Осмысливаю происходящее, — нехотя ответила Сой Фон. — Пытаюсь найти связь между некоторыми событиями... — Событиями? — За последние время в обществе душ многое произошло. — Например? — Сначала была разорена библиотека в Лас Ночес. Эту новость ты мне сам принес, если помнишь... После - нападение на Готей и побег заключенного из тюремной камеры. Затем проникновение в лабораторию Урахары Киске, про которую мне случайно заикнулась Никки, перед тем, как отпроситься у меня на миссию... — Кому понадобилось проникать в его лабораторию? — искренне удивился мужчина. — Это и нужно выяснить. — Пропало что-то ценное? — Я бы не сказала, — женщина вздохнула. — Со слов Йоруичи-сан пропали некоторые реактивы и записи. — Мне кажется ты заморачиваешься, не думаю, что все это связанно. Мужчина нежно погладил плечи женщины, закончив их разминать, и чмокнул ее в темную макушку. — Возможно. Здравый смысл мне так и говорит, но интуиция протестует... Кстати, насчет здравого смысла, где наша дочь? — Дома, — хмыкнул мужчина, — где Аяме еще может быть в такое то время? — Ты оставил ребенка одного дома? — Сой Фон нахмурилась. То, что ее маленькая дочь может находиться дома одна, да еще и в подобное время, когда происходит невесть что, женщину откровенно пугало. Ведь это ее дорогое и любимое сокровище! — Ну, не мог же я ее притащить с собой, чтобы забрать тебя из кабинета? Не беспокойся, с ней все будет в порядке. У этой малышки очень крепкий сон, да и защитное кидо никто не отменял. — Ты безумен... Идем домой, не хочу, чтобы с ней что-то произошло. — Паникерша... — Идиот. _____________________________________________________________________________ Аяме (яп.) - ирис