Незабываемая бурная ночь

      Изольда одна в доме. Отец уехал в город, не дожидаясь приезда Довакина. Изольда: Ну где же милый? Уже давно пора встречать. Он в опазданьях не замечен прежде был. Случилось что? Как мне узнать? Я подожду до вечера. Потом пошлю слугу в Вайтран. Быть может кто-то там ему сказал что я… Но это ложь! О, мерзкий люд! Готовы истязать мое сердечко. Своими сплетнями! Что сделала я им? Им лишь бы посудачить. Дай им лишь повод языки размять. А может прав отец что Микаэль — подлец, И бард ко мне испытывает чувства. Но он не мил мне! Он лишь искусно Воспевал мою любовь. И Довакину он приятель, лучший друг! Так он сказал и это видно. Пошлю слугу сейчас же в город.       Изольда зовет слугу. Изольда: Узнай же где мой Довакин, Он должен был прибыть в Вайтран сегодня. Здоров ли он и цел? Зови его ко мне коль встретишь. Слуга: Доверьтесь мне. Я мигом, госпожа.

***

      Довакин просыпается в неизвестном доме. Довакин: Ох! Где я! Который час?! Как голова болит! Я что, в плену? Нет моего меча и кошелек мой пуст. Что было ночью?! Голос: Я помогу. Довакин: Кто здесь? Голос: Коза. Довакин: Сошел с ума я! Голос: Верней не скажешь. И натворил же ты делов. Героем слыл а стал посмешищем для вдов. Довакин: Ты это мне? Ты про меня? Где меч мой? Голос: С тобою тут одни мы. Не тронь меня и я тебя не трону.       Довакин поворачивается. Подходит женщина — настоятельница храма. Довакин: Я вижу не коза ты! Настоятельница: Еще чего. Довакин: Так значит я не спятил. Где я? Настоятельница: В Маркарте, в часовне. Устроил здесь блудливый пир, Подумав что зашел в трактир. Довакин: Не может быть! Я никогда не осквернял священный храм. Настоятельница: Ты заплутал в себе. Грешны вы все, особенно герои. Слепы поклонники твои. Богам видней что натворил ты, Довакин. Довакин: Я помню то как был в Вайтране, в трактир зашел, вина испил. Настоятельница: Закончил здесь. Все понимаю. Какая спесь! Ты осквернил святыню, Довакин! Довакин: Позволь мне оправдаться. Настоятельница: Не стоит. Лучше побыстрей прибраться. Метла в углу. Закончив не молись, по крайней мере тут. Довакин: О боги! Настоятельница: Он вспомнил о богах, упав так низко.       Довакин убирает в храме. В храм входит человек с письмом.

***

      Дом отца Изольды. Изольда стоит на крыльце.       Слуга возвращается один. Слуга: Госпожа, я узнал в таверне… Изольда: Боги! Он цел? Приехал? Что с ним? Слуга: Послушайте, все хорошо. Но не совсем. Изольда: Я знала. Он ранен, он упал с коня! Летя в мои обьятья! Слуга: Нет, он здоров. Изольда: Так где же он? Слуга: Покинул город, госпожа. Изольда: Он держит путь ко мне? Слуга: Похоже нет. Уехал вместе с другом, Разрушив по пути святые чаши. Изольда: Какие чаши? Слуга: Так говорят. Изольда: Я ничего не понимаю. Мне дурно стало. Где любовь моя? Слуга: В таверне говорят, он веселился до утра. Изольда: А как же я? Ему уже я не мила? Слуга: Говорят, он пел про дев из Сиродила. Изольда: Какие девы?! Слуга: Каджитки, госпожа. Но более всего Он пел про Бравил и Пловчиху. Изольда: Мне дурно сделалось! Какое лихо! Слуга: Так говорят. Он может вас еще не разлюбил. Но был он весел, много пил. И про Пловчиху сладко говорил. Но вы поверьте, выпив меду, Еще не то рожают губы и язык. Я к этому давно привык. Рассказываю вам лишь то, что слышал.       Прибывает гонец. Гонец: Госпожа! Вам письмо от Довакина. Изольда: Я не смогу прочесть, мне дурно. Прочтите вслух, слуга. Гонец, идите.       Гонец прячется у ворот и наблюдает. Слуга (читает письмо): «Изольда, милая. Спешил тебя увидеть я чтоб объясниться. Я повстречал любовь, прости. Лювовь моя теперь не ты. Уже давно помолвлен я с Пловчихой Городскою. Мне нужно ехать к ней, плескаться под водою. Будь счастлива и ты с другим. Не жди меня. Прости.»       Изольда падает в обморок. Слуги бегут и уносят ее.

***

      Вайтран, трактир.       Отец Изольды стоит у стойки. Рядом стоит незнакомец.       Голову незнакомца скрывает капюшон.       Отец Изольды говорит с тавернщиком. Отец: Так значит правду говорят? Тавернщик: Я был тут до утра. Клянусь тебе, я рассказал лишь то что видел. Отец: Тебе похоже верю. Выдумывать такое было б нелегко. Мое дитя, Изольда! Что мне сказать ей? Тавернщик: Не глупи. Ей может лучше будет. Я слышал будто с Бардом… Отец: Смерд! За эту клевету готов я вырвать языки у всех!       Незнакомец останавливает отца Изольды взяв за руку. Незнакомец: Не нужно, друг. Я знаю все и так сочувствую тебе. Присядем? Отец: Кто ты? Незнакомец: Один из тех кто видит дальше подлецов.       Незнакомец и отец Изольды садятся в углу.       Незнакомец не снимает балахон и начинает говорить. Незнакомец: Послушай, человек, Я здесь живу не первый век И знаю брата вашего получше, Чем знает мать своих любимых дочерей. Отец: По твоему глупец я? Довериться бродяге? Незнакомец: Тебе видней. Но ты позволь вину мою исправить. Да-да. В одном я просчитался. Так захотели звезды. Бессильны мы под светом их, порою роковым. Отец: Ты говоришь не как бродяга. Незнакомец: О человек, ужель ты не усвоил, не доверяй речам! Тем боле сладким языкам! Сквернят они влюбленных жертв, питаясь их слезами. Коснется грязь и матерей, отцов. Напомнить, друг, что зависть, сплетни — вторая пища подлецов. Отец: Позволь спросить тебя, что происходит? Наш Довакин героем был. Незнакомец: И за ночь превратился в петуха. А вот и он. Прости, но нам идти пора.       В таверне все смеются увидев Довакина. Голоса в таверне: Дружище! Познакомь с каджиткой! Прошу тебя! Он кошечек уже не любит. Ему бы вшей лечить! А блохи там тебя не сильно беспокоят, друг? Не подходи так близко! Я слишком чист! Как там твоя любовь, Пловчиха? Икру уже метнула? Там рыбок будет целый пруд! Наш Довакин везде успел! Он так расписывал и даже не краснел!       Незнакомец подходит к прибывшему Довакину и оборачивает к себе его внимание.       Отец Изольды гневно смотрит на Довакина.       Довакин обращается к незнакомцу укрываясь от насмешек. Довакин: Ты кто? Незнакомец: Алхимик. Не узнал? Довакин: Я ничего не знаю больше. Какой позор! Незнакомец (далее, Алхимик): Ты удивляться будешь позже. Довакин: В меня кидают камни дети! Алхимик: Ты на коне? Довакин: Пришлось герою своровать коня. Мне нужно встретиться. Алхимик:: Со мною. Ведь это я послал гонца. Довакин: Отец Изольды тут! О боги! Какой же стыд! Алхимик: Идемте вместе. Постой, кто наливал тебе вино? Довакин: Плутливый Бард. Мне дурно стало от него. Алхимик: Вино заколдовали. Довакин: Вот негодяй!       Довакин грозно закричал. Довакин: Я изрублю его! Где меч мой?! Не нужен меч! Я разорву ту сволочь без меча!!!       Все затихли.       Подходит один из старых воинов, находящийся в таверне.       Он один не смеялся над Довакином. Протягивает меч. Воин: Возьми мой, Довакин. Довакин: Благодарю тебя почтенный воин! Лишь ветераны до конца верны. Алхимик: Героя вспомнинают в трудную минуту, не только для себя. Отец: Изольда! Довакин! Молю богов Чтоб только наша правда добралась ранним утром к ней. Алхимик: Спешим же! Есть враг опасней барда и рассвире́певших мужей.