Однажды в Сан-Бруно

      Краммер сидел на кровати в отведенной для него комнате, когда в дверь со стороны ванной тихонько постучали, и в узкой щели приоткрытого полотна показалось мальчишеское лицо. Такие, как Арчибальд даже в сорок пять могли похвастаться внешностью молодого юноши. Должно быть, виной тому были совершенно несвойственные мужчинам хрупкое телосложение, невысокий рост и всегда широко распахнутые, большие глаза. Ну и еще эти светлые, нетронутые зрелостью волосы, которые обычно можно наблюдать только у детей. Одним словом, не мужик, а фарфоровая кукла. Но до кризиса среднего возраста парню еще было далеко — недавно он отметил свой двадцать второй день рождения. — Можно? — спросил Арчи. — Уже?       Мэттью недоуменно глянул на электронный циферблат мобильника и вернул внимание блондину, хмыкнув. — Шустро.       С момента, как он оставил своего подопечного наедине с «новой игрушкой», прошло от силы пятнадцать минут. — Как-то у нас… не складывается… — шире приоткрыл дверь Арчибальд и предстал перед индейцем полностью обнаженным, прикрывая причиндалы рукой. — Он… попросил… тебя позвать. — Попросил? — вопросительно задрал бровь апачи, удивившись тому, что все мужское достоинство вместе с мошонкой поместились у парня в одной ладони. — Ну… вообще-то, он сказал: «Приведи… этого краснокожего… ублюдка», — запинаясь, пробормотал Арчи, поджав губы. — Ааа, — кивнул головой Чирикауа. — Вот это уже больше похоже на правду.       Мэтт решительно направился в комнату подопечного и, отодвинув блондина в сторону, пересек ванную, чтобы мгновенно встретиться с озлобленной физиономией Оливера, лежащего на койке. В отличие от дурехи Мейси, Арчибальд додумался прикрыть его наготу одеялом, хоть, судя по неровно свисающему краю, определенно сделал это второпях, пытаясь максимально оперативно ретироваться. — Что случилось? — как можно мягче спросил индеец, пряча победоносную улыбку под покровом лживого беспокойства. — Замри в углу! — гаркнул Уинфли, бросив ядовитый взгляд на показавшегося за спиной индейца Арчи, и, фальшиво оскалившись, внимательно посмотрел на Краммера. — Можно тебя на минуточку… поближе?       Мэттью, бегло исследовав накрытое покрывалом тело и не обнаружив должного присутствия определенного бугра в нужном месте, моментально догадался, в чем была истинная причина негодования Оливера. Подойдя вплотную к кровати, он поправил сползший покров и поинтересовался: — Что не так? «Что не так?! ЧТО НЕ ТАК?!» — проорал про себя парень. «Привел мне малолетку как раз тогда, когда я согласился лечь под тебя! Вот, что не так, гребаный ты скво!!!», — облаял он Мэтта, процедив вслух: — Как много он знает о моей… ситуации? — Он хорошо осведомлен, — ответил Краммер. — Угу. Осведомлен, значит? — Да. — Тогда какого хуя этот идиот смакует мои соски и облизывает мне грудь, если я, нахрен, ниче не чувствую?! — взорвался Олли, устилая своими ругательствами весь в округе квартал. — Воу, Олли… Спокойно, — даже не повысив голоса, убрал выбившуюся прядку со лба своего подопечного Чирикауа и улыбнулся. — Он, ведь, впервые делает это с человеком, потерявшим чувствительность в теле. Ты чего? Надо быть терпеливей. «Сука ты! Я терпел твои лобзанья три недели!!! А можно было вот так?! Вот так?! Позвонить своей одноразовой дырке и притащить ее ко мне в постель?!» — Пусть он свалит. Пусть он свалит, Краммер! — Олли, ну чего ты?       Мэттью аккуратно присел с края и взял парня за подбородок. — Ты же сказал, что хочешь секса. Там, у бассейна. «Блин… Ты совсем… что ли?» — Я помнил, что Арчи тебе приглянулся. Потому и вызвонил его, — объяснился Мэтт. «Ты, блять, совсем… тормоз?..» — Если не хочешь его, можем найти кого-нибудь другого. «Матерь Божья… Да это ты — тормоз, Оливер! Он и не предлагал тебе секс с ним! Он просто предлагал тебе секс… с кем угодно, но только не с ним!!!» — Олли? — поводил лапой перед голубыми глазами индеец, пытаясь вернуть парня в этот мир. — Ты в порядке? «Отсоси, Олли… Отсоси сам у себя или бери, что дают!»       Можно было сказать Мэтту… Можно было признаться, что он рассчитывал на секс иного рода и с совершенно другим человеком. Любой бы смог. Но только не Оливер Уинфли — все еще «верхний» в глазах Чирикауа. Все еще «партнер» исключительно в договорных отношениях.       И Арчибальд действительно ему приглянулся — тогда, три года назад. Вот только три года назад Олли имел возможность брать все в свои «руки». А сейчас… Сейчас он хотел, чтобы брали его! И нет, не кто попало, а Мэттью Краммер! Но как следует прожевать и выплюнуть в лицо Чирикауа подобную информацию он просто не мог — ебучий ком в горле!       Уинфли отдышался, пару раз громко вдохнув и выдохнув воздух носом, и сознался в менее постыдном действе, чем жажда почувствовать член индейца у себя в заднице. — Нихрена не выходит, Краммер… — стыдливо и даже немного по-детски, прошептал он. — Ну что ты, Оливер? Все нормально. Просто, дай вам обоим немного времени. — Я, блять, забыл, как это делать! — с надрывом выдавил парень. — Олли, ты не мог забыть того, чего никогда не было. Сегодня это происходит точно впервые. Теперь все по-другому. Мало что зависит от тебя. Все хорошо, не торопись. — Да никуда я, блять, не тороплюсь! — пролаял парень, прикрыв глаза и сведя брови к переносице. — Он не встает! Даже от его рук…       Мэтт обернулся на мальчишку сзади, и тот неуверенно пожал плечами, топчась в углу и все также прикрываясь, но теперь уже обеими руками. — Ну так, может, стоит попросить его делать это старательней? — вернулся к диалогу с подопечным Мэтт. — Не употребляя при этом слов типа «идиот», «ублюдок» и им подобных… «Что ты со мной сделал, твою мать?! Теперь не только на баб, но и на мужиков не встает. Все из-за твоей безумной хватки!.. И гребаной, нахрен, косы…», — внутренне захныкал Уинфли, внешне только устало прикрыв ненадолго глаза. — Краммер? — не поднимая взгляда на индейца, Уинфли попытался дать себе последний шанс и все-таки признаться. — Что, Олли? — Ну… я… я… — Что, малыш? «Малыш… Засунь себе в жопу этого «малыша»!!!» — Блять! Блять, блять, блять!!! — Тише, Олли. — Поставь мне его! — выпалил парень, болезненно прикусив губу. — Что? — Поставь мне его! Очевидно же, этот неопытный щенок ничерта не умеет! — А я, по-твоему, мастер на все руки, да? — усмехнулся Мэтт. — И душегуб, к тому же! — надвинул брови на глаза Оливер, буравя индейца раздраженным взглядом. — Тебе нравится моя коса, Олли. Можешь даже не пускаться в полемику по этому поводу. Мы оба знаем эффект ее магической силы, — апачи тщеславно оглядел шею парня, приспустив покрывало, прятавшее обнаженное тело. Олли сглотнул.       От стыда.       И нет, эта стыдливость проснулась не от того, что он предстал на всеобщее обозрение совершенно нагим. А потому, что его пенис бодрым шагом замаршировал вверх по карьерной лестнице еще до того, как Краммер успел к нему прикоснуться — ублюдок просто на него посмотрел! — Малыш, по-моему, все и так хорошо, — не удержался от комментария Мэттью, но полупривставший член все-таки обхватил. — А мне нужно… отлично… — спрятал пошедшие поволокой глаза Уинфли, утопая в перьевой подушке головой. — Ухмх…       Арчибальд уронил челюсть на пол.       Самое время было тихонечко собрать свои вещички и свалить из этого сумасшедшего дома, где ему явно не были рады. Но у индейца, не позволявшего себе быстрого разгона, были другие планы на этот счет. — Арчи, — позвал Краммер. — Да? — из угла откликнулся паренек, смущенно отводя взгляд от представшей перед его глазами картины. — Подойди.       Мальчишка приблизился к кровати и замер на безопасном расстоянии — метрах в трех. — Ты будешь оттуда все делать? — усмехнулся апачи, продолжая ненавязчивые ласки.       Олли уже плыл бредовыми мыслями, окунувшись в воспоминания трехгодичной давности. Доносящиеся всхлипы и стенания Арчи из-за обшарпанной двери туалета в баре, где Краммер буквально насиловал его хрупкое тело, пробуждали в нем того альфу, которым Уинфли когда-то был.       Арчи неуверенно сделал еще несколько шагов, пока Мэтт не сменил улыбку на откровенную злобу. — На кровать! — приказал краснокожий, и мальчишка, наконец, отпустив свои повисшие причиндалы, неохотно влез на Оливера, при этом страшась усесться. Нет, не на член, — тот все еще находился в крепкой ладони Краммера, — а просто сверху, на чуть разведенные ноги. — Сядь уже! — гаркнул индеец и, поймав парнишку за руку, поменял их ладони местами, накрыв тонкие пальцы своими. — Олли любит плотно, намертво. Ясно? — повел он их ладонями вверх по стволу, жестко сдавливая хватку. — Да, — тихо отозвался Арчи.       Краммер взялся за вторую — свободную руку, и, раскрыв маленькую ладонь, приложил ее под мошонку подопечного.       Уинфли громко вздохнул. — А еще Олли любит, когда параллельно ласкают его яйца, — продолжал Мэтт, направляя движения Арчибальда уже обеими руками. — Да, Олли? — Да-х… — засопел Уинфли, запрокидывая голову назад. — Ухмх… — Справишься? — заглянул в опешившие глаза блондина Чирикауа, понемногу отпуская захват. — Да, — пискнул паренек, а Олли мгновенно раскрыл глаза и злобно уставился на Арчи. — Видимо, нет, — заключил Краммер. — Сильнее, Арчи! Он — не девчонка. Не надо с ним нянчиться! — Аххх… — зашелся нехваткой воздуха Оливер, когда Арчибальд добавил прыти рукам, и Мэттью одобрительно кивнул. — Ну вот. Похоже, вы нашли общий язык, — заключил индеец, приподнимаясь с кровати. — Ты куда?! — всполошился Уинфли, и наращенное возбуждение мгновенно опало. — Оставляю вас наедине. Развлекайтесь, — улыбнулся апачи.       Арчи тут же растерялся и бросил все, что было в руках. — Краммер, нет… — Он тебя не съест, — хохотнул Чирикауа, потрепав подопечного по волосам, а на блондина тут же гаркнул: — Чего замер?! — Останься… — прошептал Уинфли. — Олли… Это не смешно. — Останься… Пожалуйста… — еще тише зашептал Оливер, умоляюще посмотрев в глубокие черные глаза. — Малыш, ну ты чего? — наклонился к подопечному Мэтт и коснулся пальцами скулы. — Блин… А как же я его… ну… Как я его растяну? — Он сам это сделает. Да, Арчи? — повернулся к Арчибальду Мэтт. — Э… Я… — Да вы издеваетесь надо мной?! — закипел индеец и тут же понял, что его реакция напрочь отбила желание Оливера продолжать заведомо обреченную на провал попытку заняться сексом с блондином.       Член Оливера уже превратился в тряпку. — Олли, — строго посмотрел в голубые глаза индеец. — Ну ты же не ребенок. — Да, я просто инвалид! — гавкнул Уинфли, вновь озлобившись. — Трахаться не могу! За шкварник его схватить не могу! Ни пальцы, ни хрен свой приставить к его заднице не могу! Охуенно ты придумал! Спасибо тебе, блять, за подарок! — Я, пожалуй, пойду?.. — пропищал Арчибальд. — СИДЕТЬ! — в голос проорали оба — Оливер и Мэтт. — Я останусь, — согласился Краммер, зайдясь желваками.       Олли вновь откинулся на подушку и, моргнув пару раз, тихо произнес: — Спасибо. — Верни руки на место, Арчи, — попросил индеец.       Арчи, неподвижно застыв, только жалостливо поднял глаза на мужчину. — Я знаю, мы так не договаривались, — прочитал его мысли Чирикауа. — Но ты же помнишь, что мы условились помочь Олли. — Угу, — прикусил пухлую губку парень. — Ну так, пора сдержать свое слово. Давай, Арчи. Сделай Оливеру приятно.       И Арчибальд согласно кивнул, возвращая ладони на член и мошонку Уинфли. — Ммм… — с придыхом окунулся в омут удовольствия Олли.       Краммер, тем временем, взял с тумбочки тюбик смазки и, выдавив на подушечки небольшую каплю, растер ее пальцами, приставляя те к совершенно не готовому анусу Арчи.       Склизкая прохлада прошлась по расщелине, и мальчишка, тихонько пискнув, прикрыл глаза, продолжая готовить должный оказаться в нем член к проникновению. — Крепче, Арчи, — разлился по комнате бархатный голос апачи. — Олли хочет крепче. — Да, Арчи… Аххх… Сильнее… — неровно задышал Уинфли.       Оливер заблудился в собственных ощущениях. Вслушиваясь в глубокие нотки своего санитара и чувствуя старательно работающие на его плоти пальцы, он никак не мог разобрать, что заставляет его тело откликаться возбуждением — то ли мягкий баритон индейца, то ли неумелые прикосновения мальчишки, то ли едва различимые стоны Арчи, кажется тоже немного двинувшегося рассудком от творящегося вокруг. — Аааа… — громче заныл Арчибаль, и Оливер, распахнув глаза, догадался, что Краммер погрузил в него пальцы.       Жадно поглощая картину медленно задвигавшихся на нем бедер, Уинфли гадал, сколько фаланг орудовало сейчас в узком колечке мальчишеского зада. Арчи сбивчиво дрочил его взбудораженный член, перебирая неуверенными пальцами у головки и ускоряя темп этих ласк в такт задвигавшимся в нем пальцам Чирикауа. Мальчишка чуть прогнулся в спине, оттопыривая зад навстречу проникновениям, и Олли приоткрыл рот, выпуская рвущееся наружу прерывистое дыхание. — Так не пойдет, — заключил Краммер, убирая пальцы и оставляя податливое, раскрывшее кольцо пустующим. — Мэтт… — пискнул Арчи, лишившись ласк. — Давай-ка, по-другому, — только и произнес Чирикауа, подхватив Арчибальда подмышки и, точно ничего не весящего щенка, ловко поднял и развернул на сто восемьдесят градусов, усаживая спиной на живот Оливеру. — Олли тоже хочет это видеть.       Уинфли растянул губы в улыбке и недоуменно мотнул головой, удивляясь, как Краммеру всегда удается понимать его без слов. Гребанный индеец будто присутствует в его голове, читая мысли, если дело касается грязных желаний.       Ну, почти всегда: за исключением самого отвратительного желания. — Да? Вот так тебе нравится, Олли? — ответил белозубой улыбкой апачи, положив правую руку на спину Арчибальду и надавил, заставляя парнишку практически лечь на собственные, согнутые в коленях ноги. — Чертов ублюдок, — еще шире улыбнулся Уинфли, вперив голубые глаза в ложбинку между двух маленьких булок.       Краммер без промедлений повел ладонь вниз по тощему крупу блондина и обвел указательным пальцем окружность розовой дырки. — Руки на место, Арчи, — напористо зашептал Оливер. — Продолжай.       Светловолосый протиснул ладонь между собственным телом и ногами Уинфли, взявшись за его член, а индеец тут же вогнал в парня сразу три фаланги. — Ааа… — застонал Арчи, услышав, как его фальцет слился с не менее громким «Ммм…» Оливера. — Что мне с ним сделать, Олли? — обратился к подопечному Краммер. — Хочешь, чтобы они вошли глубже? — О, да… Да… — уже полностью погряз в происходящем Уинфли. «Боже…»       Все это дико возбуждало: и необычный секс практически втроем, и голый, уступчивый зад Арчи, и эти вопросы краснокожего, точно превратившегося в руки Оливера. — Глубже… и выходи на полную, — попросил Олли. — Оу, — ехидно прикусил губу Мэттью. — А между нами есть кое-что общее — мне тоже так нравится.       Они переглянулись, безмолвно обменявшись неприкрытой насмешкой. А Оливер — еще и рухнул в бездну максимального возбуждения, представив как эти сильные пальцы проделывают тоже самое с его собственной дыркой. — О, Господи… Ускорься… — выдохнул он, уже не зная, кому из этих двоих приказывает, но поручение выполнили оба. — О, да-х… Вот так…       Арчи работал кулаком интенсивно и жестко, но Олли практически не обращал на это внимания. Он пожирал глазами каждое движение рук Краммера, рисуя в голове картинки, как делает это сам. Сам проникает пальцами в раскрывшееся отверстие, сам вынимает их наружу, сам меняет три вгоняемых фаланги указательного, среднего и безымянного на один большой, а потом — вновь, наоборот. Казалось, даже пальцами Мэттью зверствовал не хуже собственного внушительного органа, потому что Арчи уже буквально захлебывался в стонах и вздохах. — Хватит… — скрипнул челюстью Оливер. — Хочу… Я готов…       Индеец без промедления свободной рукой схватил с тумбочки квадратик заранее приготовленного презерватива, так и не вынимая пальцев из вертлявого зада Арчи, и, разорвав зубами обертку, передал скользкую резинку мальчишке. — Надевай, — приказал он. — Пусть он будет лицом, — прохрипел Оливер. — Хочу видеть… его лицо.       Краммер последний раз толкнул пальцы на полную, пока Арчибальд раскатывал латекс на подготовленном стволе, и, как только резинка натянулась до самого основания, резко вздернул парня вверх, пересаживая обратно. — И как тебя ветром не сносит, — усмехнулся апачи, подумав, что даже Олли заметно тяжелее, не взирая на состояние его измотанного организма.       Арчи, одурманенный ласками, сам направил стоящий торчком член Уинфли в себя, осторожно насаживаясь. Голова его пошла назад, стоило головке пристыковаться к анусу, а бедра коротко и медленно заскользили, с каждым поступательным движением раскачиваясь чуть быстрее. — Ммм… Ухмх… — засопел Олли, наблюдая за принимающим его плоть мальчишкой.       Краммер стоял неподвижно, в ожидании, когда Арчи усядется полностью. — Положи мою левую руку ему на бедро, — попросил Уинфли своего медбрата, и, обойдя ложе с другой стороны, Мэттью прижал вспотевшую ладонь Оливера к тонкой ноге, услышав: — Подержишь? — Да, Олли, — ответил индеец, сжирая себя изнутри. «Хреновая была затея», — выругался про себя краснокожий.       Арчи насадился до конца и, дрожа, на минуту замер, давая себе привыкнуть. — Не томи его, Арчибальд, — строго проговорил Мэтт. — Нет, пусть освоится, — перебил Уинфли. — Я — не ты, — улыбнувшись, добавил он. — Не люблю, когда моим партнерам больно.       Мэттью лишь хмыкнул на эту издевку, а блондин благодарно взглянул на Оливера — должно быть, впервые за этот вечер, и, немного поелозив пятой точкой, задвигал задом.       Парень выглядел потрясающе. Он явно умел быть сверху, сексуально раскачиваясь и изгибаясь, так что Олли ненадолго залип, любуясь тонкой складкой его плоского живота, то появляющейся, то вновь исчезающей от натяжения кожи. — Вот так мне нравится… — выдохнул Уинфли, ощущая, как под чувствительными пальцами, придерживаемыми крепкой рукой индейца, скользят бедра светловолосого. — И мне… — пропищал Арчи, эротично приоткрыв маленький рот, обрамленный влажными, пухлыми губами.       Оливер моментально присунул свой член в горячую влагу. В мыслях, конечно же. Вот только отчего-то не ощутил должной реакции органа, погруженного в другое разгоряченное нутро.       Арчи был невероятен — глазами, а вот членом — как-то… «Не очень?.. Что за хрень?!» — Олли? — точно почуяв, обеспокоенно спросил Мэтт. — В чем дело? — Все нормально, — отмахнулся Уинфли, и обратился уже к мальчишке. — Поласкай себя. Возьми его в руки.       И Арчибальд моментально схватился за собственный, небольшой пенис, задвигав бедрами быстрее. — Аххх… — стенал он, подскакивая на твердой плоти Оливера. — Мне так хорошо… Мне так хорошо… — Да… Да… — стиснув зубы, шипел Уинфли, желая, чтобы и ему, блять, тоже было хорошо. А еще лучше — охуенно!       Но… было дерьмово. Было, блять, никак. Что-то похожее на проникновение, но словно опять где-то далеко. Где-то не с ним вовсе. Точно смотришь неудачно срежиссированную порнуху, в которой самое сладкое почему-то не показывают. — Малыш?.. — настойчивей подал голос Чирикауа. — Я в порядке… Я в порядке, — зажмурился Олли, представляя повязанную на шее косу.       Стоны Арчи набирали обороты. Как и сраный стук долбящейся о стену кровати. И если первое немного возвращало чувствительности в уже, похоже, обмякнувший внутри мальчишки орган, то второе вовсе не способствовало никакому возбуждению, лишь отвлекая и приводя Уинфли в нагнетающее раздражение. — Оливер?! — гавкнул Мэтт, заметив скривившееся и напряженное явно не от близящейся разрядки лицо подопечного. — Не чувствую нихрена! — взорвался парень. — Стоп, стоп! Хватит! — приказал он, и Арчибальд моментально замер, когда крепкие руки индейца схватили его за плечи. — Малыш… — Нихрена не чувствую, Краммер… — пожаловался Оливер, возвращая дыханию уравновешенности. — Он недостаточно узкий… — Арчи, сожми его, — обратился к блондину индеец. — Да не поможет это, — глубоко вобрал в себя воздух Оливер. — А мы попробуем, — спокойно откликнулся Мэтт.       Светловолосый стиснул мышцы до предела и вновь двинул бедрами. — Мхмхм… Нет… Не то… — процедил Олли. — А вот так? — уточнил краснокожий, толкнув два пальца в плотно стиснутое кольцо. — Ахххх! — в голос пискнул блондин. — Это что?.. — задохнулся и Оливер. — Мои пальцы, — улыбнулся Мэттью. — Так лучше? — О, черт… Да-х… Гораздо… — признал парень. — Ну-ка, постарайся, Арчи, — прорычал Краммер, уводя за спину уже готовые вернуться обратно на свой член руки мальчишки. — Оливер кончит первый. И пока этого не произойдет, ты будешь без подарка. «Господи… Какой же ты… Умхм… Краммер…» — Крепче! — диким зверем вдавил пальцы Мэтт, почувствовав вновь налившийся орган подопечного. — И попрыгай усердней!       Арчибальд сорвался в бешеном ритме. Мальчишка так старался, что его ягодицы вспотели, сексуально хлопая по не менее вспотевшим ногам Оливера. — Ох, да! — пищал блондин. — Да, да, да! — Мхмх… — сжимая губы, сопел Уинфли, обгладывая застланным похотью взглядом выдающиеся ребра и затвердевшие мальчишеские соски. Но, все равно, ему было недостаточно горячо! Недостаточно… до тех самых пор, пока Оливер не взглянул в черные, впившиеся в него глаза Краммера. — Давай, малыш… Кончай… Я хочу, чтобы ты кончил. Хочу, чтобы ты кончил в него. Давай, детка… И «детка» дала. — Ох, твою мать! — проорал Олли, обманчиво увеличившись в размерах внутри и выплеснувшись в плотно облегающую резинку. — Блять, наконец-то…       Краммер сильнее сдавил мягкую булку рьяно выплясывающего на парне Арчи, притормаживая его движения и давая Оливеру насладится размеренным скольжением. — Спокойней, — тихо прорычал индеец. — Ласковей… — О, да… Умхм… — изливался внутри Олли, не переставая удивляться, насколько Мэтту удалось изучить его за жалкие три недели, что они провели вместе. — Вот так хорошо, детка? — Превосходно… — пытаясь сладить с дыханием, вышептывал подопечный. — Охренеть…       Арчи наблюдал за потухшими в омуте удовлетворения голубыми глазами, удерживаемый хваткой апачи. Руки все еще оставались за спиной, а короткие ногти краснокожего вонзались в кожу на заднице. — Пусть он тоже… — с трудом выговорил Олли. — Хочу, чтобы он тоже кончил… — Хорошо, — ответил Мэтт и растерялся, когда Оливер добавил, посмотрев на его натянутые в паху джинсы: — И ты… — Я обойдусь, — улыбнулся Краммер, вернувшись в реальность. — Нет… — продолжая тяжело дышать, отрезал Уинфли. — Ты тоже!       Краммер в одно движение оказался на кровати позади Арчи, и, приподняв белоснежную майку, перекинул передний край через голову, оголив идеальный рельеф мускулистого тела. — Кровать мне сломаешь, — ухмыльнулся Олли, завидев, как сильная рука улеглась поперек тощего тела Арчи и, запечатав захват, пальцы впились в округлое мальчишеское плечо. — Она фунтов девятьсот выдержит, — ответил Мэтт, высвобождая мощный стояк из оков джинсовой ткани и натягивая невесть откуда появившийся в его свободной руке презерватив на член.       Арчибальд даже не успел пикнуть, столь молниеносно оказавшись в объятиях апачи. Он только весь сжался, вспоминая весьма неласковый трах в кабинке «Шутера» трехгодичной давности. — Ты же не против, Арчи? — мягко спросил Уинфли, пока Мэтт был занят «переодеваниями». — Я придержу его удила, не бойся.       И блондин гулко выдохнул, когда богатырский стояк вошел в него сразу на полную длину. — Ммм… — исказилось болью мальчишеское лицо. — Терпи, — прорычал Мэттью, наклоняя светловолосого вперед и чуть вправо, утыкая его лбом в подушку рядом с головой Оливера.       Сам Краммер завис вплотную над лицом Олли, ехидно оскалившись и прошептав прямо в его приоткрывшийся от удивления рот: — Значит, хочешь посмотреть, как я в него кончу? — Хочу… — неуверенно отозвался подопечный, подумав: «Посмотрел бы, как ты сделаешь это и в меня…». — Ну, смотри, — прорычал Мэтт, рвано задвигавшись мощными толчками. — А! Ааа!       Арчи кричал под Краммером точно резаный поросенок, тогда, как сам индеец, плотно стиснув губы, не издавал ничего, кроме усердного сопения, наращивая темп собственных толчков до невероятной скорости. Он вколачивался в несчастного парня, и, казалось, даже его яйца входили в блондина, столь отчаянно тот орал при каждом ударе подтянувшейся к основанию члена мошонки о его ягодицы. — Краммер, полегче… — пробормотал Уинфли, воспламеняясь от жара двух тел, сношающихся на нем. — Не будет полегче, Олли. Или, я переключусь на тебя! — рыкнул краснокожий, впившись зубами ему в глотку.       Уинфли мгновенно прошибло волной возбуждения — и от услышанных слов, и от жадных укусов индейца.       Краммер буквально выдрал из него кусок трахеи, оторвавшись от нежной кожи, и, подхватив блондина под зад, дернул того вверх, усадив задницей на себя до предела. — Ммм… Мэтт! Мэтт!!! — верещал Арчи, пустив мокрые дорожки по загоревшимся щекам. — Давай покажем Олли, что происходит… — тяжело выдохнул индеец и, перехватив тонкие ноги, задрал мальчишеские колени к его собственным плечам, открывая ошалевшему Оливеру вид на грубо вонзающийся в раскрасневшееся отверстие толстый, напряженный член. — Тебе видно, малыш? — О, черт возьми, да… — безотрывно смотрел Уинфли на ходящий туда-сюда поршень Краммера. — Ты просто животное! — Мэтт… пожалуйста… — стонал Арчи, извиваясь и хаотично мотая головой, не находя удобного места на плече индейца. — Пожалуйста… — Хватит, Краммер! Ему же больно! — Нет, Олли… — ухмыльнулся Мэттью. — Ему о-о-очень хорошо. Да, Арчи? — Да… Да! Пожалуйста… я так хочу кончить! Я так хочу… Мэтт!       И Оливер понял, что блондину действительно хорошо, переведя застланные до этого поволокой безумства и криков глаза ниже и разглядев стоящий намертво мальчишеский пенис, бьющийся о его живот. — Охренеть… — второй раз за вечер зашелся безумием Олли. — Давай… — прохрипел индеец и засунул в орущий рот Арчибальда четыре пальца, жестко ухватив мальчишку за челюсть. — Аааааа… — в последний раз вскрикнул блондин и, весь напрягшись, затрясся в обхвате Краммера, изливаясь черти куда. — Ммм… — выдохнул Мэтт, и по его сомкнувшимся еще крепче под коленом парня пальцам Оливер понял, что Чирикауа тоже кончил.

San Francisco, CA, USА 29 августа 2009 года

      За неделю они ни разу не коснулись темы «совместного траха». Дни текли в прежнем режиме: массажи, унизительные опорожнения, душ, завтрак, солнечные ванны у бассейна, игры в догонялки на террасе с использованием кресла, обеды, послеобеденные капельницы, дневной сон, параграф за параграфом и прочее. Только Оливер отказывался от предлагаемых «ручных» ласк, списывая все на пришедшее в его организм пресыщение. Краммера подобная реакция беспокоила, но не настолько, чтобы ударяться в полемику и задавать ненужные вопросы.       Тем вечером, привычно уложив своего подопечного в постель и отправившись в душ, Мэтт был выдернут из неги омовения отчаянным воплем Уинфли. Выпрыгнув из кабинки и наспех обмотавшись полотенцем, индеец обнаружил Олли все в том же положении, в каком и оставил, но лицо его искажала болезненная гримаса. — Олли, в чем дело?! — крикнул Мэтт, бросившись к кровати. — Рука… Черт, рука!!!       Индеец сорвал одеяло с парня и обнаружил, что левая рука мальчишки скована напряжением, а пальцы — все разом, впились в простыню. — Олли… — Блять! Больно!!! — орал Уинфли, не в силах открыть глаза. — Тише, малыш. Тише, — попытался разжать хватку Краммер, но пальцы словно срослись с измятой материей. — Попытайся расслабить ее, Олли. — Я не могу! — простонал парень, кусая губы. — Ну, тише… Тише.       Мэттью долго разминал спазмированную судорогой руку, в попытках избавить Оливера от напряжения. После укола гидрокодона подопечный заметно притих, но крепко стиснутые пальцы им так и не удалось разжать. К полуночи Мэттью вызвал на дом врача, к двум — удалось избавиться от судороги, и Оливер провалился в сон, проснувшись только к обеду.       Краммер лежал к нему лицом, облаченный в униформу, и, положив голову на собственное предплечье, просто наблюдал. — Привет, — сонно пробормотал Уинфли. — Привет. Как ты? Как рука? — Вроде нормально, — нехотя улыбнулся Оливер, не почувствовав ничего, кроме двух рабочих пальцев, и уткнулся носом в руку индейца, вновь закрыв глаза. — Слушай, Краммер… — М? — Я знаю… осталось всего два дня… Но… Может устроишь мне еще один секс перед уходом? — Без проблем, — улыбнулся Мэтт. — Приведем тебя в порядок, и я позвоню Арчи. Если он, конечно, согласится на второй раз после того, что произошло.       Оливер поднял глаза на медбрата, и они в унисон рассмеялись. — Да уж… — хмыкнул Уинфли. — Я бы, на его месте, ни за что бы не согласился. — А я — тем более.       И они вновь расхохотались. — Знаешь… только я бы хотел без кое-чего обойтись… — прикусив губу изнутри, внимательно посмотрел на индейца Оливер. — Да ради Бога. Без чего? — Без Арчи, например… — безотрывно глядя в черные глаза, проговорил Олли. — Без Арчи… значит… — повторил за ним явно ошарашенный Мэтт, перестав дышать. — Угу, — подтвердил Уинфли, кивнув. — Без Арчи. Без него и в прошлый раз можно было обойтись…       Возникшая пауза придавила даже на барабанные перепонки.       Но никто из них не давал заднюю, вперившись друг на друга, пока спустя бесконечность апачи не вернул себе дар речи, прорычав: — Я убью тебя, Оливер! Я прям щас тебя убью! — А криминалисты при вскрытии обнаружат потом твою сперму во мне? — боязливо усмехнулся Уинфли. — И не только в желудке! — рыкнул Мэтт, в одно мгновение быстро раздвинув Оливеру ноги, и оказался лежащим на нем сверху. — Ты весь будешь в ней! И она — в тебе! — Ну тогда, ладно. Убивай, — согласился Олли.