You treat me not like everyone else

      Конечно, Ксавье не лучший человек, не лучший вариант для отношений. Но неужели он настолько отвратителен? Не подходит даже малоэмоциональной девушке, которая боится объятий и ненавидит яркие цвета, социопатке? Последнего не стоило говорить. Она же не любит, когда её называют социопаткой. Ему можно простить, он злился. Сильнее обычного. Сегодня всё словно взорвалось. В основном он злится на себя, всегда на себя. На самом деле он слишком любит её, чтобы по-настоящему злиться на неё, ревновать — да, но не злиться. Неужели, она совсем не видит или не хочет видеть, то что он делает для неё. Не хочет замечать его. Так ведь проще, оставлять его. Может, она права. У него в голове полный бардак, он сидит в мастерской и задыхается. Запах стоит отвратительный. Смесь растворителя, масляных красок и сигаретного дыма. Он начал курить и однозначно может сказать, что это 'занятие' слишком уж романтизировали. Помогает только первое время, а дальше делаешь это как будто на автомате. Только подумав об этом, он сделал затяжку. Ксавье много чего делает на автомате. Встаёт с утра, совсем без будильника, добирается до кабинетов по расписанию, пишет отцу одинаковые по содержанию сообщения каждую неделю, курит, рисует её. Последнее важнее всего. Иногда он совмещает. Он действительно думал над тем, чтобы уехать, забыть, стереть себе воспоминания, прибегнуть к чёрной магии. Чёрная магия — её конёк. И так каждый раз. Аддамс в каждой клеточке его мозга, пропитывает всё пространство вокруг. Она действительно заразила его, а Ксавье даже не надеется, что от этого есть лекарство. Рядом с ней он становится послушным щенком, от этой мысли становится тошно. Хочется подойти к ней, зажать в угол, увидеть в её глазах, то чего она никогда не показывает, поцеловать её в шею и оставить пару укусов на бледной коже, это месть, за всё то что он чувствует. он бы позволил ей сделать также и не раз. Может, она права, может, Ксавье неправ. Да, он — импульсивный, резкий моментами и повёрнут на своих загонах. Но чем она лучше? Наверное Аякс прав. Его целеустремленность сыграет с ним злую шутку. Сигарета рассыпалась пеплом по полу, парень затушил её ботинком. Он оставлял резкие мазки, изредка замирая, словно картина перед ним это живая Аддамс. Девушка с картины зажимала между ног виолончель и смотрела прямо в душу. Парень сжал в руках кисть и откинул её от себя, провёл руками, измазанными в краске, по лицу и начал ходить кругами по комнате. Его разрывали несвязанные мысли и отвратительные желания. Ему необходимо было признаться. В дверь постучали. Она стоит перед ним, сложив руки за спиной, смотрит на него, ждёт. — Что тебе от меня нужно? — слишком эмоционально спрашивает Ксавье, срываясь на недовольные тона. Он бы никогда не позволил себе такого, но не сегодня. — Впусти меня. — говорит она, без лишних эмоций. Он смотрит на неё и пускает. По-другому никак. Её внимание приковывает картина, а Ксавье и не пытается оправдаться, смотрит на неё, также как она обычно, протирая руки от краски. Уэнсдей стоит на месте пару секунд, не смотря на Торпа, переводит взгляд на него. Теперь на Ксавье смотрит сразу две Аддамс. Он за несколько шагов преодолевает расстояние между ними, разница в росте заставляет обоих помедлить, они смотрят друг на друга, Уэнсдей приходиться задирать голову, а Ксавье смотрит на неё сверху-вниз. — Что смешного? — спрашивает Аддамс, но её голос выдаёт её, дрогнув, внутреннее волнение берёт верх. Она закусывает губу, а он улыбается, наклоняется и целует её, почти неощутимо. Просто касание. Аддамс смотрит на него, впервые Ксавье не в силах понять, что она хочет сказать. Через секунду, она притягивает его к себе. Его губы накрывают её и они почти падают. Летят на мольберт и спина Уэнсдей едет по свежим масляным краскам. Он не кусает её, не может себе такого позволить, а она продолжает подминать его губы, под свои. Их это не остановит. Ксавье продолжает тянуть поцелуй, приподнимая девушку, окончательно размазывая краску на холсте. Это стоит того. Надеюсь, что она поймёт, что не одна.