Часть V. Гарри Поттер и Орден Тайн

На следующее утро во время завтрака ко мне подошла высокая чернокожая девушка с длинными косичками. — Привет, Анджелина, — поздоровался я. — Привет, — бодро бросила она. — Как лето? — И, не дожидаясь ответа: — Слушай, я теперь капитан команды Гриффиндора по квиддичу. — Отличная новость, — улыбнулся я. Можно было надеяться, что отныне не придётся выслушивать длинных наставлений, какими мучил игроков Оливер Вуд. — Нам нужен другой вратарь вместо Оливера. Отборочные испытания в пятницу в пять часов, и я хочу, чтобы собралась вся команда, — надо посмотреть, как впишется новичок. — Не знаю, успею ли я, много дел, — сказал я. — Но я обязательно постараюсь. Анджелина посмотрела сначала на Фреда, сидевшего справа от меня, а потом на Джорджа, что был с другой стороны. — Вас это тоже касается, — она сказала это таким тоном, словно была уверена, что без еë напоминания близнецы не придут. Анджелина улыбнулась мне и отошла. Профессор МакГонагалл, идя вдоль стола, раздавала расписания. Я заглянул в своë: история магии, сдвоенное зельеварение, нумерология и сдвоенная защита от тёмных искусств… В принципе, неплохо. История магии была, по общему мнению, самым скучным предметом из всех, что когда-либо преподавались в мире волшебников. Профессор Бинс, наш учитель-призрак, говорил глухим монотонным голосом, который практически гарантировал сильнейшую сонливость уже на десятой минуте урока, а в тёплую погоду — на пятой. Форма преподавания у него была ровно одна — бубнить и бубнить без перерыва, а ты сиди и записывай или, если невмоготу, тупо пялься в пространство. Как вы, наверное, уже догадались, я и не пытался слушать Бинса. А зачем? Тесты он давал лишь изредка, а все темы я уже и так знал. Короче говоря, я решил, что куда полезнее будет почитать какую-нибудь книжку или заняться ещё чем-нибудь. — Успокаиваемся, — холодно произнёс Снейп, как только начался его урок. Этот призыв к порядку был излишним: едва дверь за вошедшим профессором захлопнулась, как безмолвие и неподвижность воцарились сами собой. Одного присутствия Снейпа было, как правило, достаточно для поддержания тишины. — Прежде чем начать сегодняшний урок, — сказал Снейп, быстро подойдя к столу и оглядев класс, — я бы счёл уместным напомнить, что в июне вы будете держать серьёзный экзамен, который покажет, насколько вы усвоили науку изготовления и использования волшебных зелий. Хотя изрядную часть из вас, несомненно, составляют кретины, я всё же надеюсь, что вы худо-бедно заработаете за СОВ хотя бы «удовлетворительно». Иначе вам придётся столкнуться с моим… неудовольствием. По окончании пятого курса многие из вас, разумеется, перестанут у меня учиться. По программе, нацеленной на подготовку к выпускным экзаменам, в моём классе зельеварения будут заниматься только лучшие из лучших, остальным же придётся со мной распрощаться. Он посмотрел на меня, и я широко улыбнулся, глядя ему в глаза. Конечно, я знал, что пристальное внимание ко мне со стороны профессора никак не связано с зельеварением. Было несложно догадаться, что он либо уже знал о том, что произошло на дисциплинарном слушании, либо желал это узнать как можно быстрее. — Но до приятной минуты расставания как-никак ещё год, — мягко сказал Снейп, — и потому, будете вы впоследствии претендовать на высшую аттестацию или нет, я советую всем собраться с силами и постараться получить те приличные баллы за СОВ, на какие я привык рассчитывать у своих учеников. Сегодня мы будем готовить зелье, которое часто входит в экзаменационные задания для пятикурсников. Это — Умиротворяющий бальзам, он помогает бороться с тревогой и снимать беспокойство. Но осторожно: если переусердствовать с ингредиентами, пациент может погрузиться в глубочайший, а то и необратимый сон, поэтому пристально следите за тем, что делаете. Ингредиенты и способ приготовления, — Снейп взмахнул волшебной палочкой, — написаны на доске. (Они тотчас там появились.) Всё, что вам необходимо, — он опять взмахнул палочкой, — находится в шкафу. (Дверца шкафа распахнулась.) В вашем распоряжении полтора часа… Приступайте. Как и всегда, зелье было не особо сложным. Хотя, конечно, зельеварение не давалось мне так же просто, как какие-нибудь заклинания или трансфигурация. И дело тут не в том, что у меня что-то не получается, нет. Просто приготовление волшебного зелья требует максимальной сосредоточенности и предельной внимательности. И сейчас, когда Снейп так пристально наблюдал за каждым моим движением, я чуть было не испортил всë зелье, едва не пропустив третий пункт инструкции. — Тех из вас, кто справился с чтением инструкции, прошу наполнить вашим зельем колбу, снабдить её наклейкой с разборчиво написанными именем и фамилией и поставить на мой стол для проверки, — сказал Снейп, когда урок подошëл к концу. — Домашнее задание на четверг: двенадцать дюймов пергамента о свойствах лунного камня и его использовании в зельеварении. Поттер, задержитесь. Я вздохнул и, когда все вышли из класса, подошëл к столу Снейпа. Он взмахом руки запер дверь и, наложив пару заклинаний от прослушивания, заявил: — Поттер, вы должны рассказать, что происходит. Почему вы прогнали Дамблдора, и что происходило на слушании? — А разве Малфой не рассказывал? — спросил я. — Нет, — раздражëнно ответил Снейп. — Фадж сообщил ему лишь то, что вас оправдали по всем пунктам. — Простите, профессор, не могу, — я уже собирался уйти, как вдруг передумал. — Если только… — Если только что? — Снейп подозрительно прищурился, а я пожал плечами. — Расскажите, где сейчас Волан-де-Морт? Чем он занимается? Почему не хочет открыто появляться? — А разве Малфой не рассказывал? — ехидно улыбнулся Снейп. — Ему отец ничего толком не говорит, — печально сказал я. — Так что, вы расскажете? — Волан-де-Морт сильный легилимент, — Снейп покачал головой. — Вы же знаете, что это значит? — я кивнул. — Я рискую уже сейчас, общаясь с вами. — Я тоже, — пробормотал я себе под нос, подумав, что моя связь с Тëмным Лордом вполне могла оказаться двусторонней. — Что? — переспросил Снейп. — Ничего, профессор, — отмахнулся я, направляясь в сторону выхода. — Вам не о чем беспокоиться. После обеда мы с Гермионой отправились на нумерологию. Профессор Вектор, как и Снейп, говорила про СОВ: что это очень важный экзамен, что мы должны начать готовиться к нему уже сейчас, что от этого зависит наша жизнь и прочую ерунду. В результате еë речь так затянулась, что мы почти ничего не успели. А дальше… Дальше была защита от тëмных искусств. Когда я вошëл в класс, профессор Амбридж уже сидела за учительским столом. В классе все старались вести себя тихо: профессор Амбридж была пока что величиной неизвестной, и никто не знал, насколько строгим ревнителем дисциплины она окажется. — Здравствуйте! — сказала она, когда ученики расселись по местам. Несколько человек пробормотали в ответ: — Здравствуйте. — Стоп-стоп-стоп, — сказала профессор Амбридж. — Ну нет, друзья мои, это никуда не годится. Я бы просила вас отвечать так: «Здравствуйте, профессор Амбридж». Ещё раз, пожалуйста. Здравствуйте, учащиеся! — Здравствуйте, профессор Амбридж! — проскандировал класс. — Вот и хорошо, — сладким голосом пропела профессор Амбридж. — Ведь совсем нетрудно, правда? Волшебные палочки уберём, перья вынем. Услышав это, многие обменялись угрюмыми взглядами. Ни разу ещё интересный урок не начинался с приказа убрать волшебные палочки. Я засунул свою в сумку и вынул перо, чернила и пергамент. Профессор Амбридж, наоборот, достала из сумки волшебную палочку, которая была необычно короткой, и резко постучала ею по классной доске, где тут же возникли слова: Защита от Тёмных искусств. Возвращение к основополагающим принципам. — Отмечу для начала, что до сих пор ваше обучение этому предмету было довольно-таки отрывочным и фрагментарным. Не правда ли? — сказала профессор Амбридж, повернувшись к классу лицом и аккуратно сложив руки на животе. — Постоянно менялись учителя, и не все они считали нужным следовать какой-либо одобренной Министерством программе. Результатом, к сожалению, явилось то, что вы находитесь гораздо ниже уровня, которого мы вправе ожидать от вас в год, предшествующий сдаче СОВ. Вам, однако, приятно будет узнать, что эти недостатки мы теперь исправим. В нынешнем учебном году вы будете изучать защитную магию по тщательно составленной, теоретически выверенной, одобренной Министерством программе. Запишите, пожалуйста, цели курса. Она опять постучала по доске. Слова, которые на ней были, исчезли, и взамен появилось: ЦЕЛИ КУРСА: 1. Уяснение принципов, лежащих в основе защитной магии. 2. Умение распознавать ситуации, в которых применение защитной магии допустимо и не противоречит закону. 3. Включение защитной магии в общую систему представлений для практического использования. Пару минут в классе раздавался только шорох перьев о пергамент. Когда все списали три поставленные профессором Амбридж цели курса, она спросила: — У всех ли есть экземпляры «Теории защитной магии» Уилберта Слинкхарда? По классу пробежало глухое утвердительное бормотание. — Мне кажется, надо попробовать ещё разочек, — сказала профессор Амбридж. — Когда я задаю вопрос, ответ я хотела бы слышать в такой форме: «Да, профессор Амбридж» или «Нет, профессор Амбридж». Итак: у всех ли есть экземпляры «Теории защитной магии» Уилберта Слинкхарда? — Да, профессор Амбридж, — хором ответили ученики. — Хорошо, — сказала профессор Амбридж. — Теперь попрошу вас открыть пятую страницу и прочесть первую главу — «Основы для начинающих». От разговоров можно воздержаться. Профессор Амбридж отошла от доски и, сев за учительский стол, стала наблюдать за классом своими выпуклыми жабьими глазами. Я поднял руку и даже не подумал притронуться к учебнику. — Вы хотите задать вопрос по поводу главы, мистер Поттер? — спросила она меня мягко, почти нежно (ну да, она же думала, что я жертва угроз Дамблдора). — Нет, профессор Амбридж, — невинно ответил я. — Понимаете, дело в том, что я уже читал этот учебник на втором или третьем курсе. Два дня назад я вновь пробежался по нему, освежив знания. Амбридж замялась в нерешительности — она явно не ожидала… такого. От ШОТовцев и Драко (урок был со слизеринцами) послышались еле заметные смешки. — Тогда, — начала Амбридж, — не могли бы вы сказать, как называется третья глава? — Мог бы, конечно, — сказал я. — «Основания для неагрессивного ответа на магическое нападение». — Замечательно, мистер Поттер, — промурлыкала Амбридж. — Раз вы уже ознакомлены с учебным материалом, я разрешу вам заняться выполнением домашнего задания по другим предметам и, пожалуй, начислю Гриффиндору десять баллов за тягу к полезным знаниям. Я спорить не стал. Кстати, учебник этот был весьма любопытным. В нëм отсутствовала глава про практическое применение заклинаний. Я думаю, если бы половина присутствующих не прошла все эти заклинания в ШОТ, сейчас кто-нибудь бы обязательно обратил на это внимание Амбридж. Мне даже стало интересно, что бы тогда произошло?