Мелкая оплошность

      Чинк проснулся. К его удивлению, он был явно не дома, а в какой-то незнакомой комнате. К тому же у него страшно болела голова — как будто он скатился по длинной лестнице, собирая ею все ступеньки. Сдвинув шляпу на затылок и помассировав пальцами виски, Чинк начал лихорадочно вспоминать, что же вчера произошло.              …Дискотека подходила к концу. Чинк, вдоволь напрыгавшись, сидел за одним из многочисленных столиков в клубе, потягивая через трубочку молочный коктейль с ореховым вкусом. Тот закончился до обидного быстро; похлюпав трубочкой, Чинк начал думать, не взять ли ему ещё один. Денег у него оставалось немного, а рассчитывать на карманные до следующего месяца явно не приходилось. Или… Так и не придя к выводу, Чинк посмотрел на часы и чуть не упал со стула — двадцать минут первого! Ничего себе он засиделся… Если через десять минут не будет дома, то новой взбучки не избежать. Тётя Люси любит его, но слово её железное. Сказала, что выпорет — значит, точно выпорет. Подвергать себя второму испытанию за сутки Чинк не хотел, а потому, вскочив и нахлобучив шляпу, бросился на выход.              Мотороллер, припаркованный у крыльца, стоял уже заведённый. Чинк перемахнул через сиденье и до отказа выкрутил рукоятку газа. Он не заметил, как из темноты за ним следят две пары внимательных глаз.              — Думаешь, тот самый? — раздался свистящий шёпот. Ему ответил низкий и хриплый голос:              — Определённо. Бельчонок, живёт с тёткой… Надо брать.              Чинк доехал до дома Люси за восемь с половиной минут. Влетел в прихожую, скинул плащ, шляпу, повесил их на крючок. Пулей вбежал на кухню. Люси сидела там, посматривая на настенные часы.              — Двадцать девять минут первого, — флегматично заметила она, увидев племянника. — Похоже, ты понял мои слова слишком буквально, Чинк.              — Успел? — выдохнул Чинк.              — Успел, успел, — добродушно усмехнулась Люси. — Иди спать.              Облегчённо переведя дух, Чинк поднялся на второй этаж. Неожиданно на него навалилась страшная усталость — всё-таки вторая бессонная ночь подряд для неокрепшего детского организма была серьёзным испытанием. Едва успев раздеться, Чинк упал на кровать и уснул…              Это не ответило на вопросы — скорее вызвало ещё больше. Если Чинк вернулся ночью домой и лёг спать, как он мог оказаться тут?.. И где это «тут»? Таких мест в долине Чинк не помнил — комната более всего походила на тюрьму. В два маленьких окошка были врезаны решётки из толстых прутьев — толщиной не менее запястья бельчонка. Единственная дверь была сделана из плотно подогнанных друг к другу досок. Не было ни единого просвета. Сама комната была пустой, не считая соломенного матраца, на котором Чинк и лежал.              Чинк встал, размялся. Подойдя к двери, на всякий случай подёргал ручку. Дверь отворилась неожиданно легко. За ней оказался коридор с голыми бетонными стенами. Одёрнув майку, Чинк вышел в коридор и наудачу пошёл влево. Шагов через десять бельчонок налетел на стену, чудом не содрав щёку о влажный шершавый бетон. Тупик… других дверей вроде бы нет. Развернувшись, Чинк дошёл до другого конца коридора. Результат тот же — стоило ему пройти десяток шагов, как он врезался в противоположную стену. Как же так?.. Неужели из этого странного помещения нет выхода? Такого просто не может быть — как-то же он сюда попал! Вспомнить бы только, как…              Люси проснулась позже обычного — дало знать о себе ночное бдение. Спустившись на кухню, она быстро сообразила завтрак — чай, остатки вчерашнего рулета, варенье, бутерброды с маслом — и снова поднялась на второй этаж, чтобы разбудить Чинка — после дискотеки он должен был спать без задних ног. Постучав в дверь спальни племянника, Люси окликнула:              — Чинк, вставай! Пора завтракать.              Нет ответа. Люси вошла и замерла на пороге. Постель была смята; самого Чинка на месте не оказалось. Постояв полминуты, чтобы собраться с мыслями, Люси спокойно пошла к себе в спальню и вернулась, держа в руке широкий замшевый ремень. Повесив его на спинку стула, белка написала короткую записку, положила её на стол и снова спустилась на кухню, чтобы позавтракать и заняться делами.              Но дела не пошли. Всю голову Люси заняли мысли о её неугомонном племяннике. Чинк так и не вернулся, и если поначалу это раздражало, то ближе к обеду уже начало тревожить. Может, что-то всё-таки произошло? Но в Медовой Долине и слыхом не слыхивали о преступлениях. Случались разве что мелкие происшествия, да и те Софи раскрывала за считанные часы. Люси успокаивала себе тем, что, если бы случилось что-то плохое, она бы уже узнала. В маленькой долине Чинка нашли бы быстро, а найдя, непременно бы сообщили его близким. Но тревожные мысли не хотели уходить. К пяти часам Люси, до того обещавшая племяннику всевозможные казни, уже готова была отдать что угодно, лишь бы оказалось, что с ним всё в порядке, а в шесть, не выдержав пытки неизвестностью, отправилась к Софи.              Выслушав белку, Софи довольно долго молча думала.              — Возможно, Люси, — наконец заговорила она, — твои подозрения небеспочвенны. Я целый день не могу дозвониться до Чинка. Для сегодняшнего дела пришлось просить помощи у Беллы… Что-то определённо произошло, но что — не берусь сказать, пока у нас нет фактов.              — Так что нам делать? — Люси старалась говорить спокойно, но в её голосе ясно звучали слёзы.              — Не хочу тебя обнадёживать, Люси… — Софи нахмурилась. — У меня есть одно подозрение, и если оно верно, то Чинк в большой опасности… если только…              Сова не договорила, но Люси и так поняла её последние слова — «если только Чинк ещё жив».              — Ты думаешь…              — Люси, я уже сказала. Пока нет фактов, рано делать какие-то выводы. Ответь мне на несколько вопросов. Помнишь, ты звонила мне вчера ночью?              Люси кивнула.              — Он тогда ходил на дискотеку. Сегодня вечером была вторая её часть. Ты отпустила его?              Белка кивнула снова — на этот раз уже не столь уверенно. Она не понимала, куда клонит Софи.              — Чинк вернулся домой?              — Да, примерно в половину первого.              — В половину первого… — медленно повторила Софи. — Ты не заметила, когда он пропал?              Люси покачала головой:              — Когда он пришёл, я отправила его спать и легла сама. Утром проснулась — его уже не было.              Софи отошла к окну. Люси услышала, как она тихонько бормочет себе под нос:              — То есть всё-таки пошёл… Ах, Чинк, разве я тебя не предупреждала?..              — Софи?              — Большое спасибо, Люси, — Софи по-прежнему стояла к своей невольной гостье спиной. — Пожалуйста, иди домой. Если появится что-то новое, я тебе передам.              Когда за Люси закрылась дверь, Софи взяла со стола планшет и набрала номер, известный только ей. Через полминуты на плазменном экране на стене появилось чьё-то лицо в чёрной маске. Задний фон был размыт — неизвестный шифровался.              — Передумала, совушка — добрая головушка? — лицо в маске сипло рассмеялось собственной шутке.              — Я слушаю ваши условия, — медным голосом произнесла Софи. — Только не причиняйте вреда моему помощнику.              — Будь паинькой, совушка, и с прелестной головки твоего помощника не упадёт и волоска. Итак, условие первое…              Люси вернулась домой совершенно разбитой. Медленно выпив целый чайник чая, она поднялась в комнату Чинка — осмотреть её на предмет хоть каких-то подсказок, что могло произойти.              Тщательный обыск комнаты не дал результата. Люси уже собиралась уходить, когда неожиданно заметила, что записка, написанная Чинку, лежит не на столе, а на полу у одной из его ножек. Подняв её, Люси обомлела. На обратной стороне записки было нацарапано — судя по всему, пером: «Ваш племянник вернётся в целости и сохранности через несколько дней. Не пытайтесь выяснить, что с ним произошло, и вам не придётся ни о чём жалеть. Доброжелатель».              В том, какой это «доброжелатель», Люси сомнений не испытывала. Попытка позвонить Софи сорвалась — линия была занята. Впрочем, Софи перезвонила через несколько минут, и Люси смогла рассказать ей о записке.              — Вот как?.. — Софи задумчиво потёрла виски. — Это многое объясняет…              — За домом кто-то следит? — испуганно спросила Люси.              — Определённо. Вопрос только в том, кто… Жди моего звонка. Я постараюсь всё выяснить.              Софи отключилась. Совершенно растерянная Люси, походив минуту по комнате, села за шитьё — это её успокаивало.              Ждать пришлось очень долго. Время уже приближалось к полуночи, Люси начала клевать носом, но её разбудил звонок.              — Да, Софи? Ты что-то узнала?              — Немногое, — Софи выглядела озабоченной. — Мне удалось узнать, где Чинк. Скоро он вернётся домой. Ложись спать и не волнуйся. Не могу обещать, но постараюсь сделать всё, чтобы утром Чинк был дома. А впрочем… Пока ты не спишь, не возражаешь, если я зайду к тебе? Думаю, комната Чинка может дать ответы на некоторые вопросы…              Люси кивнула.              Софи была у белки уже через несколько минут. Внимательно осмотрев комнату, она неожиданно повернулась к стоящей в дверях Люси и спросила:              — Ты открывала окно?              Люси помотала головой.              — Странно… — пробормотала Софи. — Проникнуть через окно никто не мог — рама толстая и прочная, снаружи её не открыть. Значит… — не договорив, она бегом спустилась на первый этаж. Люси едва успела посторониться. Снизу раздался голос:              — Да, я так и думала! Замок взломан, причём довольно грубо… Кто бы тут ни был, они не слишком-то старались скрыться.              — То есть… — Люси закашлялась.              — Кто-то следил за Чинком и за твоим домом. Когда вы легли спать, они взломали дверь, поднялись на второй этаж и похитили Чинка. Вопрос только в том, зачем…              — Ты что-то знаешь? — быстро спросила Люси.              — Знаю немного, Люси, но догадываюсь о многом. В том числе и о том, кому же выгодно было похитить Чинка…              Помолчав немного, Софи сказала:              — Вот что, Люси. Я вынуждена взять свои слова назад. Чинк пока домой не вернётся — это небезопасно. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы спасти его, но потом Чинку нужно будет спрятаться. И в Долине есть только одно безопасное место… тюрьма.              Люси поперхнулась слюной.              — Да, именно так. Чинка — только не спрашивай, откуда я это знаю — похитили, чтобы надавить на меня… как-никак, он — мой помощник. Поверь, Люси, это действительно так… Но они не остановятся на этом. Ты тоже в опасности, а потому тебе лучше исчезнуть.              — В тюрьму? — слабо улыбаясь, спросила Люси.              — Выбор невелик, — возразила Софи. — Добрались до Чинка — доберутся и до тебя. Я вернусь через минуту и всё объясню подробнее.              Выйдя на крыльцо, Софи достала телефон. Собеседник взял трубку почти сразу — видимо, ждал звонка. На экране появилось то самое лицо в маске.              — Всё-таки передумала, совушка-голубушка? — саркастически усмехнулся неизвестный.              — Я уже говорила. Не в моих полномочиях…              — А я уже слышал эту песню, совушка. Хочешь увидеть своего помощника — сделай то, о чём я тебя прошу. Вряд ли для старшего детектива долины большая проблема договориться с мэром…              — Мэр многим мне обязан, — кисло согласилась Софи. — Хорошо… но прежде чем я добьюсь исполнения ваших условий, мне нужны гарантии, что мой помощник вернётся живым и здоровым.              — Совушка, не наглей. Я и так пошёл тебе навстречу…              — Пока не будет гарантий, я не стану предпринимать никаких действий, — отрезала Софи. — Иначе вы не остановитесь в своих требованиях никогда.              Помолчав, неизвестный нехотя кивнул:              — Хорошо, совушка. Завтра утром твой драгоценный помощник будет дома. И только попробуй после этого не выполнить наших условий, птичка Божия… сильно пожалеешь.              Неизвестный сбросил вызов. Закатив глаза, Софи негромко что-то прошептала и вернулась в дом. Люси ждала её на кухне.              — Я договорилась, — устало сказала Софи, садясь за стол. — Чинк завтра утром будет дома. А теперь слушай меня очень внимательно.              Люси кивнула.              — Тебе не придётся спать в эту ночь. Ночью ты выключишь свет и сделаешь вид, что спишь. Главное — не засни по-настоящему. Ближе к утру приведут Чинка. Как только вы останетесь вдвоём, ты скажешь Чинку, что вам нужно уходить, и что ты всё объяснишь потом. Вы соберёте вещи и выйдете через заднюю дверь дома. Оденьтесь так, чтобы вас трудно было заметить в темноте. С задней стороны дома вы дойдёте до остановки и сядете на автобус, идущей до тюрьмы. Я предупредила охрану, что вы укроетесь у них на какое-то время. Вас отведут к начальнику; там ты, — Софи достала из кармана своего неизменного пиджака мятного цвета конверт из плотной бумаги, — передашь ему вот это. Здесь моё письмо, которое всё объясняет. Вам выделят жилую комнату. Я навещу вас, когда это будет безопасно.              — Конечно, Софи, — Люси кивнула.              — Надеюсь, что всё кончится хорошо… — пробормотала Софи. — Мне придётся исчезнуть немедленно, чтобы не подвергать вас лишней опасности. И, пожалуйста, Люси, не пытайся выяснить сама, что происходит… это небезопасно.