Алиса и мистер Кролик

— Не знаете ли вы, как мне выйти отсюда? — Это зависит от того, куда ты хочешь прийти, — ответил Кот. — Мне все равно, куда бы ни… — начала Алиса. — Значит, тебе все равно, в какую сторону идти, — перебил ее Кот. — Куда бы ни выйти, лишь бы куда-нибудь прийти, — договорила Алиса. — Льюис Кэрролл «Алиса в стране чудес»

      Том одновременно с восторгом и опаской смотрел вперед. Когда они с Гаррри отошли подальше от приюта, его новый опекун предупредил его, что сейчас он использует магию (на лицо сомневающегося в его адекватности мальчика Адриан наколдовал огненного котёнка и даже дал погладить его, и это не причинило никакого вреда) и перенесёт их в его поместье. Так прежде не страдавший плохим вестибулярным аппаратом Том познакомился с тяжелейшей тошнотой. Когда он наконец очухался и огляделся вокруг, никто не смог бы его винить за несдержанный вдох. Перед ними был заснеженный мост над пропастью между двумя надгорьями, который вёл в величественный и тёмный на фоне окружающего снега и льда замок. Холодно почему-то не было. — Мы в Швейцарии. Это Замок на костях, твой новый дом. Надеюсь, тебе он придётся по нраву. — Тому он точно пришёлся по вкусссу. Новая жизнь предвещала всё больше плюшек. — Почему Замок на костях? — с интересом протянул мальчик. На это мужчина лишь нежно усмехнулся и промолчал.       Они медленно прошли по мосту. Перед ними сами открылись двери, а посередине кланяясь стояла строгая брюнетка в костюме горничной. Ничего не произнеся, она отошла в сторону и застыла. Везде на стенах загорелись свечи. Верхняя одежда будто испарилась с них, а стук их шагов раздавался эхом пока, они не ступили на мягкий красный, как кровь, лестничный ковёр. На стенах коридора висело множество старинных портретов. И иногда Тому казалось, что он слышит шёпот за спиной. Но он сдерживал себя и, идя с гордой осанкой, не оборачивался.       Пройдя множество дверей, они наконец зашли в хорошо освещённую гостиную. Две кружки с чаем уже стояли на столе, и от них шёл небольшой пар. В один из них явно добавили молока. По обе стороны от стола стояли удобные, с виду бордовые, диванчики. Тому указали на тот, что стоял со стороны обычного чая, а сам Гарри сел напротив. «Дворецкий» же встал у его плеча. — Теперь, думаю, мне следует больше рассказать о магии. — Мальчик приготовился внимательно слушать. Рядом с сердцем что-то закололо, а со стороны окна послышался заглушенный вой метели. Том ощущал себя так, будто он тот самый Кай, что попал под опеку снежной королевы с кусочком зеркальца в сердце. Может, поэтому он был таким жестоким. Мужчина всё также тревожно мягко улыбался. — Для начало стоит сказать, что ты точно волшебник, ты ведь замечал за собой странные вещи. Не мог не замечать. У каждого волшебного ребёнка случаются магические выбросы. — Том еле сдержал гордую ухмылку. Он знал это. Он был особенным. И теперь у него был такой же особенный, как и Том, опекун. Но он был одновременно и разочарован, и рад, что Гарри (что за плебейское сокращение) его не спрашивал, какие именно вещи он мог сотворить. Том был сейчас слишком взволнован, чтобы качественно лгать. — Даже у взрослых при очень сильных потрясениях они могут случится, но особенно у детей. Лишь с одиннадцати лет такие как мы с тобой начинают учиться контролировать магию с помощью палочки в специальной школе. Точнее, это официальная позиция магов министерства, которые слишком слабы, чтобы даже выбросы нормальные иметь, но это другая история. Как ты понял, есть два мира. Мир Маглов, тех кто не умеет колдовать, и мир Магов. Также в мире Магов волшебников делят на три категории. Маглорождённые, те кто родился в обычной семье маглов и попадает в мир магии в возрасте одиннадцати лет благодаря специальному поисковому артефакту магической школы «Хогвартс». Полукровки, те у кого как минимум один родитель маг и были маглы или маглорождённые предки в пределах трёх поколений. И чистокровные, те у кого чистая магическая кровь больше, чем три поколения. Чистокровные считают себя выше всех и презирают грязную магловскую кровь. — Том бы усмехнулся, если бы не услышал следующие слова Гарри. — Что очень глупо так, как когда-то все они происходили от магловской крови. Да и новая кровь необходима, иначе даже в семье сильных волшебников может появиться сквиб. Это ребёнок магов, не владеющий магией. — Мальчика чуть не передёрнуло. Он не представлял насколько ужасным должно быть родиться обычным человеком, имея рядом сверхлюдей.       Его опекун встал и прошёлся к окнам, отшторивая их. Теперь Том видел летающие потоки снега и лишь слабое отображение пустого лица мужчины в окне. — Тут мы приходим ко второму делению магов. У каждого мага с рождения, в основном это зависит от ядра их родителей, проявляется вектор магии. Светлый, серый и тёмный. Не все одинаково предрасположены одной стороне. Кто-то более склонен, кто-то менее. На данный момент маги исказили это явление, считая, что светлые маги — это добро, а темные все поголовно злые. Это совершенно неправильный стереотип. Повторяю, это просто вектор магии, от которого зависит, с каким направлением заклятия будут проще даваться магу. Так светлый маг будет талантлив в светлых заклятьях и ему будут сложно даваться тёмные заклинания. И чем «светлее» светлый маг, тем больше будет проявляться разница в способностях. Серые же одинаково способы и к той, и той магии, но им надо прикладывать больше усилий в «стороне таланта», и они очень редки за счёт идеального баланса сторон. — Увидев вежливо поднятую руку в отражении, мужчина повернулся, вновь натягивая мягкую улыбку, и промочил горло чаем, который всё это время держал в руках вместе с блюдцем. А следом нежно спросил. — Что тебя интересует? — Какой вектор силы у вас и у меня? — Том заранее предугадывал ответ, но всё же Адриан смог его удивить. — Я очень светлый маг, а ты чрезвычайно тёмный. — Том чувствовал, что он тёмный, но почему...? — Если я тёмный, а мы пусть и дальние, но родственники, почему такая разница? — Ему ведь не солгали? — Мы ОЧЕНЬ дальние родственники. В начале тринадцатого века в роду Певерелл родились три брата. Я потомок младшего брата, Игнотуса Певерелла, а ты среднего, Кадмуса Певерелла. Но это история для другого дня. Ещё вопросы? — Том обязательно узнает об этом побольше позже. — Нет, продолжайте, пожалуйста. — смирно сказал мальчик, положив руки на колени.       Гарри отставил чашку на тумбочку рядом с окном, отвернулся и как-то измученно потёр лицо. — Маглорождённые, придя в мир магии, хотели подстроить его под свои стандарты. Полукровки их почему-то поддержали. Возможно, из-за чувства новизны. Так многие традиции чистокровных плавно начали уничтожаться. Когда из-за нежелания остальных им следовать, а когда из-за новых запретов и обозначения их как тёмных. Чистокровные, понятное дело, злились и начинали ещё больше презирать остальных, что привело к тому, что остальные стали считать их ещё более злыми и тёмными. Даже если на самом деле их вектор магии был слабым. Это замкнутый круг. Не помогало также и то, что в попытках сохранить свою чистую кровь Чистокровки занялись инбридингом, что в некоторых родах привело к наследственным психическим и не только заболеваниям. Магических существ, о которых ты узнаешь позже, тоже не обошла дискриминация.       Зеленоглазый взял чай и сел обратно. Мужчина смотрел на Тома, будто выискивал в нём что-то невероятно важное лично для него, но не находил. Может черты его матери? — Завтра мы пойдём в магический банк и ты примешь статус наследника. После этого я расскажу тебе больше о твоей семье. Пока что я Лорд двух родов. Певерелл и Слизерин. Когда ты достигнешь семнадцати лет, я передам тебе титул Лорда Слизерина. Он твой по праву крови. — Зелёный, казалось бы флюоресцентный взгляд, всё ещё будто сканировал его, от чего появлялось еле преодолимое желание заёрзать. Сдерживать радость и злорадство от слов мужчины было тоже нелегко. — А что насчёт Певерелл? Он будет принадлежать твоему ребёнку? — Задал Том волнующий его вопрос. Не то чтобы он хотел всё и сразу. Он сам по себе может стать великим. Но вот иметь рядом ещё одного мелкого ублюдка и делить опекуна ему не хотелось.       На это седоволосый как-то мрачно и по детски хихикнул. — Поверь, у меня вероятно никогда не будет детей. Просто у каждого магического рода есть требования к тем, кто носит их статус. И род Певерелл тут крайне особый. К сожалению, никто кроме меня этих требований не выполняет. Даже ты. — На этих словах красноглазый дворецкий презрительно усмехнулся. — Господин, даже если бы кто-то крайне приблизился к вашему званию, поверьте мне, они не прожили бы долго. — При этом мужчина положил руку на плечё его опекуна и наклонился к его уху.       Нет, всё-таки мальчика очень напрягал этот человек.       У Тома было так много вопросов, что даже у такого гения, как он кружилась голова. Для начала хотя бы как такой явно невероятный волшебник подружился с его матерью. Он хотел знать полную историю. Но он также понимал, что, задавая за один раз много вопросов и прося слишком много информации, он может раздражать собеседника. К тому же, пока он решил играть обычного, чуть более умного ребёнка. Хотя он и был уже почти на сто процентов уверен, что его не вернут. Сейчас, как обычный ребёнок, Том должен отходить от впечатлений. — Спасибо вам за то, что рассказали мне всё. Это очень важно для меня. Узнать всё и даже больше об новом мире. — Том сыграл всю возможную искренность, где-то внутри даже чувствуя, что немного правды в этом есть. — Я рад сделать всё, что могу для тебя. В будущем ты потихоньку будешь всё больше и больше погружаться в реалии этого мира. На данный момент думаю, я дам тебе обдумать всё это и оставлю с Эллой. — В дверях появилась та самая горничная со входа, и в свете люстр Том заприметил её синевато бледную кожу и почти чёрные глаза. — Если захочешь чего либо, скажи ей. Печенье, конфеты, чай или сок, неважно. Она всё выполнит. И когда захочешь в свою комнату отдохнуть, она тебя проведёт. — И встав мужчина вышел со своим вечным спутником.

***

      Том медленно допивал свой чай и думал. Правда, его слегка нервировала эта женщина, стоявшая по струнке и, казалось бы, даже не дышавшая. По крайней мере ничего кроме звука тиканья часов он не слышал. — Сколько вы уже тут работаете? — Он таки решил с ней заговорить и заодно побольше узнать.       Женщина, то есть Элла лишь показала ему шесть пальцами. Том нахмурился. Зачем такому богатому человеку недееспособные слуги. — Извините за вопрос. Вы немая? — На свой невинным тоном ребёнка заданный вопрос он ждал какого угодно подтверждения очевидного тезиса, но точно не этого.       Дама наклонилась к нему и открыла рот. Языка там не было.

***

      Где то на заднем дворе вороны играли в мяч, толкая голову женщины с лицом искажённом в ужасе. Домовые эльфы на кухне изучали новые рецепты сладостей. Бледный садовник в саду вместо ветки роз случайно отрезал себе палец, а потом положил себе в карман.       В спальне Мастера смерти Адриан Певерелл как всегда засыпал под запах ликорисов, уткнувшись носов в мантию Смерти. За талию его придерживала костяная рука.