Rubrum cinere

29 августа 2000

      С момента её последней фразы прошло как минимум секунд двадцать. Они стояли в разных углах комнаты и смотрели друг на друга. Она ждала его реакцию, а Малфой просто застыл в недоумении, стараясь осознать, не настигла ли его какая-нибудь лихорадка, что могла повлечь за собой столь бессмысленные галлюцинации. Или это просто очередной его кошмар. Точно. Стоит подождать еще минутку, и появится Темный Лорд под аккомпанемент из криков Нарциссы. Не могла же в самом деле Грейнджер заявить, что они… женятся? Может, ещё не поздно попросить Блейза настойку от безумия?       — Что, прости? — надежда на проблемы со слухом ещё теплилась в его разуме.       — Какое из слов в словосочетании “мы женимся” ты не понял? — все таки не послышалось.       — Ты ведь не серьёзно, Грейнджер? — он скрестил руки и пытался просверлить её недоверчивым взглядом.       — Вполне серьёзно. К сожалению, это единственный выход из ситуации, который я сейчас вижу. Если у тебя есть идеи получше — озвучивай.       — Я могу сделать тебе краткий конспект по книге, — не сдавался он, чувствуя, как напрягаются желваки.       — Этого мало.       — Блять, ладно, я перепишу тебе всю чертову книгу. Буква в букву, — процедил словно змея, которая выпрыснула свой яд.       — Малфой, нет. Это старая книга, там могут быть скрытые чары или тайные послания, мне нужна каждая деталь, мне нужна вся книга.       — И как ты себе это представляешь? Миленькая свадебка в саду Мэнора? Кого позовешь свидетельницей? А венчать нас будет Темный Лорд? — Драко выходил из себя.       — Я не знаю, нужно это обсудить! — она тоже перешла на высокие тона.       — Нет! Вот и обсудили!       — Мерлин, ты думаешь, что я всей душой мечтала выйти замуж за Драко Малфоя? Мне эта идея абсолютно так же не нравится, как и тебе. Но я готова на всё, чтоб достичь цели и защитить близких мне людей. Это не обо мне и моих желаниях.       — Это противоречит контракту, — да, он был готов уже на любую отговорку.       — Нет, не противоречит. Никто не подвергнется опасности, если все хорошо спланировать, а как только мне не будет нужен доступ в библиотеку, мы сразу же разведемся и забудем об этом, будто ничего и не было, — для неё это так просто. Конечно, не ей ведь этим заниматься.       — Если бы я знал, куда меня все это заведёт и что тебе придется быть моей женой, я бы еще в Хогвартсе подлил в твою кружку яд на одном из завтраков.       — О, Малфой, если бы я знала, что мне придется быть твоей женой, то я б его выпила.       Она продолжила сверлить его взглядом, пока он уставился в окно, сжимая в руках спинку кресла. Когда отрицание, гнев, торг и депрессия прошли, осталось только принятие. Отвратительное слово, как и сама ситуация. Драко постарался запихнуть все свои эмоции настолько глубоко, чтоб они пробили нижнюю стенку желудка, спустились к пяткам, уходя под паркетные доски, прорывая всю скалистую породу, ядро Земли, и вынырнули с той стороны океана, недалеко от Австралии. В самый раз для всепоглощающего гнева, что он испытывал от малейшего касания взгляда по этим блядским кудрям. Желание убить Грейнджер он так же отправил вслед. Когда пыл немного поубавился, а пальцы разжали обивку, Малфой повернулся в её сторону.       — Я чистокровный.       — Поверь, я это помню, — не может не язвить.       — В семьях чистокровных волшебников есть определенные правила для проведения венчания, потому что после свадьбы у мужчин открывается много возможностей, и на них накладывается определённая ответственность. Каждый род имеет свои собственные традиции, которые должны быть соблюдены, иначе свадьба будет недействительна и ничего не даст, кроме свидетельства о браке.       — А без этого нельзя?       — Можно, конечно. Не жениться, например, — он снова попытал удачу.       — И что тогда нужно для церемонии?       — Во-первых церемония должна проводится в Мэноре, там проходят свадьбы мужчин из рода Малфоев уже не первый век. Во-вторых обязательно присутствие хотя бы одного из родителей и его одобрение союза. В-третьих присутствие гоблина семьи Малфой, он будет свидетельствовать брак и запишет твоё имя в нашу… — он сделал небольшую паузу, прикрыв глаза и сжав губы, — родословную. И, естественно, нужны двое свидетелей — волшебник и волшебница соответственно. Также обязательным условием являются обручальные кольца из фамильной коллекции драгоценностей. Они зачарованы таким образом, что во время венчания, когда его надевают невесте на палец, кольцо активирует заклинание для проверки магического потенциала.       — Что значит проверка магического потенциала?       — Оно проверит, есть ли в тебе магия и достаточно ли чистый твой магический отпечаток. Это было создано для того, чтоб избежать браков с маглами или не чистокровными.       — Но магический отпечаток не зависит от чистоты крови, это давно известный факт! — негодующе заметила Гермиона.       — Так и передам своему пра-пра-пра-пра-пра-пра-прадеду, – его забавляло то, как поднималась её бровь при каждом слоге “пра”.       — Что будет если я недостаточно сильна?       — Ты умрешь.       — Это все?       — Из основного — да. Поэтому я и говорил, что это противоречит контракту. Очевидно, что мой отец не посодействует нам в этом деле, а мать я вовлекать не позволю. Да и если ты умрешь из-за кольца, то я умру тоже, что также является нарушением пункта о вреде семье Малфой.       — Миссис Малфой тоже нужно давать какую-то кровавую клятву, из-за которой она может умереть?       — Нет.       — Тогда почему нельзя её привлечь? Я видела её всего дважды за всю жизнь, но мне показалось, что она весьма приятная и понимающая женщина. Думаешь, её не выйдет уговорить? Или она сдаст тебя Волдеморту? — она засыпала его вопросами, словно они были на трансфигурации, а он заменял МакГонагалл.       — Она не сдаст и, скорее всего, поможет.       — Так, а в чём тогда проблема?       — Грейнджер, ты иногда бываешь просто бестолковой, — он измученно выдохнул, — Представь на секунду, что твоя мать видит, как вы оба с ней висите на дряхлой веревке над пропастью. Подняться вверх и спастись может только один человек,но нужно перерезать верёвку и нож в её руках. Чью она начнет резать?       — Свою… — что-то в её глазах померкло.       — Будь нож в твоих руках, чью бы начала резать ты?       — Свою… — дрогнувшим голосом ответила она.       — Так не мешай мне резать мою, не вовлекая в это мать, — он уже почти поверил в то, что смог её переспорить. Она на секунду отвернулась в сторону, по-видимому, чтоб смахнуть подступающие слёзы, но тут же развернулась обратно.       — Ты действительно так наивен, Малфой? Ты думаешь, что ты не вовлекаешь её, но ты вовлек её с того дня, как принял метку! Она уже в этой игре на выживание, вы оба уже висите на этих гребаных верёвках! Я предлагаю попытаться вытащить вас двоих. Ведь если у нас ничего не получится, он перережет обе веревки и ты это знаешь.       — Нет никаких “нас”. Меня не интересует спасение мира, я уже говорил. Мне важно только, что будет с Нарциссой, — Драко отчеканил это ледяным тоном.       — Так это и есть шаг к её спасению, как ты не поймешь? — она изо всех сил старалась до него достучаться, но билась о каменную стену. Грейнджер так боролась за них, словно Малфои и правда были частью мира, который нужно спасти. Есть ли реальная возможность, что её этот дурацкий план каким-то чудом сработает? И если он сработает, то будет ли это лучшим исходом для матери? Вероятно. И одно это слово уже заставило почувствовать что-то кроме давно приевшегося на языке вкуса безысходности. Блядская Грейнджер вызывала в нём слишком много новых эмоций. Я даю тебе всего один шанс. Если он не окупится…       — Хорошо, я поговорю с ней, но если она откажет, чтоб не подвергаться опасности, то ты больше не будешь затрагивать эту тему, ясно?       — Хорошо. Есть ещё вопросы. Что нужно уладить?       — Свидетели. Как ты мне предлагаешь найти двух людей, при этом не объяснив им ситуацию?       — Ну… Ты можешь как-то завуалировать…       — Что завуалировать? Свадьбу с той самой всезнайкой Грейнджер, золотой подружкой мертвого Поттера и входящей в топ-пять разыскиваемых людей Британии? Или, думаешь, в целом, сам факт секретной свадьбы, даже без называния твоего имени, можно завуалированно объяснить?       — В договоре есть лазейка… — нерешительно начала она.       — Которую ты, очевидно, оставила для себя, — он закончил за неё, — Говори.       — Ты можешь обсуждать контракт с людьми, находившимися в этой комнате… Тебе просто нужно будет привести их сюда и тогда ты сможешь все рассказать.       — Чудно, осталось найти всего-то волшебника и волшебницу, что не сдадут нас Темному Лорду и захотят в этом участвовать.       — Давай разделим, ты найдешь свидетеля, а я свидетельницу.       — Выберешь кого-то из тех, кто живет сверху? — небольшая манипуляция, чтоб узнать побольше о её окружении. Может, через неё он сможет выследить и остальных.       — Выберу кого-то кому можно доверять. Советую сделать так же, — очевидно, разгадав его план, ответила Гермиона.       — Я не доверяю никому, Грейнджер, — произнес он, смотря ей в глаза, затем развернулся к окну.       — Как будут какие-то изменения, оповести меня сразу же в любое время суток. Чем раньше, тем лучше. И, пожалуйста, давай без твоих селфхармовских замашек.       — Тогда как?       Она подошла к нему и протянула ладонь тыльной стороной вниз. Очевидно, нужно было достать браслет. Драко, подняв одну руку к лицу, второй начал нарочито медленно расстегивать пуговички на воротнике рубашки и аккуратно его закатывать. Глаза Гермионы закатывались не столь аккуратно, а с присущим раздражением, но ладонь она так и не опустила. Наконец, он вложил руку с браслетом.       — Тебе нужно будет представить в голове лицо человека, которому ты хочешь передать послание, и, дважды стукнув по браслету, произнести его вслух. В теории, — она показала, как стучать, придерживая его ладонь. У неё была довольно мягкая кожа.       — Что значит “в теории”?       — Я никогда прежде ещё не проверяла, работает ли это так, как должно. Поэтому, думаю, стоит сейчас проверить оба браслета.       Тонкая складка залегла между его бровей. Он дважды ткнул пальцем в браслет, представляя в голове лицо Грейнджер, и сказал: “проверка”. Её браслет в следующий миг также засветился фиолетовым и она активировала его, принимая сообщение.       — Я ничего не услышал, он не работает?       — Это отлично, что ты ничего не услышал. Только я могу слышать послание, — она постучала по своему браслету. В голове раздалось её голосом слово “проверка”.       — Работает. Отлично. Мне пора, — он собрался аппарировать, но у него ничего не вышло, — Может, ты снимешь с меня этот долбанный запрет?       — Как бы ты не хотел верить в свою уникальность, Малфой, но запрет не на тебе, а на доме и мне нужно время для этого. Пока что я буду тебя провожать, — сказав это, она аппарировала с ним назад в Лондон.       — Твоя квартира там? — он указал пальцем в одном из направлений. Судя по её удивленному взгляду, он попал.       — Почему ты так думаешь?       — Хоть ночью толком и не разобрать вид, но некоторые ориентиры были, плюс для аппарации нужно, чтоб это было в зоне досягаемости. Прикинув какие в округе есть подходящие рельефы, я выбрал самый вероятный по высоте и углу обзора.       — Доброй ночи, Малфой, — и она исчезла, не дождавшись ответа.       Он поднял руку и стукнул дважды по браслету.       — Как грубо.

***

30 августа 2000

      На улице стояла солнечная погода, последние теплые деньки радовали жителей Лондона своим присутствием. В такое время ты действительно начинаешь ценить малейшие подарки природы, потому что иначе просто погрязнешь в пучине депрессивного настроения. Накинув на свою кроп-футболку с джинсами серый кардиган и закрепив волосы крабиком, Гермиона аппарировала на Гриммо, потому что ей надо было поговорить с Роном, но они с Гарри снова были заняты. Поэтому она решила поскитаться коридорами старого дома. В гостинной Луна читала какую-то книгу, и девушка решила её не отвлекать. Поднявшись на самый верх к чердаку, Грейнджер услышала звуки заклинаний. Приоткрыв двери, она застала Джинни за тренировкой.       Из окна в потолке падал предзакатный солнечный свет, затапливая собой всю комнату, отчего рыжие волосы младшей Уизли становились еще более рыжими. Она была одета в спортивный костюм с высоко завязанным хвостом, который уже порядком растрепался. Вокруг неё клубилась пыль, вылетая из нещасного манекена, которому неслабо досталось, хоть он и был зачарован на неразрушимость. Девушка то и дело посылала в него заклинания, стараясь держать одинаково быстрый темп боя. Гермиона облокотилась на косяк двери, беззвучно наблюдая за подругой. Когда та сделала ещё один выпад, то развернулась, почувствовав на себе посторонний взгляд.       — Представляешь Гарри?       — Нет, что ты… Ну, может быть, иногда…       Они обе рассмеялись.       — У тебя замечательно выходит, — заметила Гермиона.       — Спасибо! Вот так и скажешь Рону, а то он мне не верит!       — Он просто переживает за тебя, ты ведь знаешь. Ему больше некого защищать.       Джинни слабо улыбнулась, поднимая с пола бутылку воды. Открыв её, она сделала три жадных глотка и задумчиво опустила взгляд в паркетные доски.       — Как думаешь, Джордж ещё жив? Он единственный еще не появлялся в некрологе, — со дня финальной битвы она перечитывала каждый выпуск “Ежедневного пророка”, записывая имена всех знакомых ей людей. Джинни хотела после окончания войны сделать для них подобающие могилы, чтоб можно было приходь туда и скорбеть. Потому что они этого заслужили.       В начале ей было больно и страшно в один день потерять столько близких людей, в особенности родителей и Фреда. Если Рон вымещал все накопленные эмоции через агрессию, то Джинни просто плакала. Очень много плакала. Гермиона никогда прежде не видела, чтоб подруга столько плакала. Со временем боль немного поутихла, и Уизли стала закапывать её поглубже, успокаивая себя ежедневным ритуалом выписывания имен в блокнот, с глубокой верой, что она больше не встретит там знакомый набор букв.       Но, к сожалению, она встретила. Следующими, кого поймали — Флёр и Билл. Их убили во Франции, когда нашли убежище, в котором они прятались. Потом был Чарли, его поймали во время битвы за Хогвартс и спустя несколько месяцев заставили разводить драконов для Волдеморта. Он отказался, и его прилюдно казнили в назидание остальным. И последним стал Перси. Его убили за саботаж работы так называемого “Нового министерства”. Он пытался устроить внутренний переворот власти, но кто-то из подельников сдал его.       Таким образом, из огромного семейства Уизли в живых остались только Рон и Джинни. И, возможно, ещё Джордж.       — Я не знаю, Джин, — хуже горькой правды только пустые надежды, — Но если он жив, то мы обязательно его найдем и поможем ему.       Гермиона подошла к ней и вложила её ладони в свои, немного сжимая их в знак поддержки.       — Знаешь, мне иногда кажется, что сколько бы мы не старались, что бы не делали, мы не победим. У них столько ресурсов. Волшебники, деньги, власть, пресса. А что можем мы? Кучка упертых болванов, обросших вдоль и поперёк душевными травмами.       — Я тоже часто про это думаю, — призналась Гермиона, изучая лицо подруги.       — И как ты с этим справляешься? — искренне поинтересовалась Джинни.       — Никак. Я с этим не справляюсь. Это нормально, когда масштаб проблем превышает наш собственный многократно. Но я просто знаю, что не прощу себе, если не попытаюсь. Если мне суждено умереть, но я спасу хотя бы одного человека, я верю, что все было не зря.       — Верно, — она закинула голову вверх и проморгалась, чтоб убрать подступающие слезы, — Ты права. Что-то я совсем расклеилась. Ёще и придурок этот.       — Гарри?       — Даже имя его слышать не хочу! Я с ним порвала. Он даже ничего мне не сказал, представляешь? Просто “хорошо”. Болван! — она со злостью бросила бутылку на пол, отчего пластик на той раскололся и вода пролилась.       — Ох, ему явно не стоило тебя злить.       — Это уж точно! Я посмотрю на него когда он прибежит извиняться, а я его не прощу, — она медленно выдохнула, чтоб набраться самообладания, — Кстати, а ты чего тут? Пришла попрактиковаться со мной?       — Да, наверное. Но у меня есть к тебе просьба. Небольшая такая, — чертовски огромная, если быть точным.       — Конечно, что за просьба? — она с интересом перевела на Грейнджер взгляд.       — Перед тем как я тебе расскажу, пообещай мне, что ты никому не расскажешь, — она понизила голос, добавляя суровости, — Вообще никому.       — Мерлин, Гермиона, что за тайны такие? Может, и непреложный обет дать?       — Джин, я серьёзно, это слишком важно.       — Хорошо-хорошо, я обещаю, — рыжеволосая прищурилась.       Взмахом палочки Грейнджер наложила на чердак заглушающее заклинание, чем вызвала ещё более настороженный взгляд Джинни. Секунд тридцать она пыталась собраться с мыслями, теребя край своего кардигана, пока не набралась смелости, чтоб вывалить:       — Мне нужно, чтоб ты стала свидетельницей на моей свадьбе с Драко Малфоем.       — ЧТО?! — это было так громко, что Гермиона задумалась, не перекричала ли Уизли шумоподавление, — Я ничего не понимаю, это шутка?       — Нет, — а как хотелось бы.       — Подожди, подожди. Ты сейчас сказала какой-то странный набор слов, который никогда бы не смог стоять в одном предложении. Я не верю.       — Я могу объяснить.       — Да уж, хотелось бы…       Девушки сели на пол, и Гермиона начала рассказывать о том, как она вышла сама за зельями, как встретила Малфоя, как связала их. Затем рассказала про контракт и то, что Малфой нашёл ту самую книгу, но она в библиотеке, куда может попасть только член семьи.       — И поэтому вы женитесь? — до этого молчавшая подруга, наконец, подала голос.       — Верно.       — Как ты на это согласилась? Ладно ты! Как он на это согласился? Это же Малфой! Который всю жизнь называл тебя грязнокровкой! Просто поверить не могу! Бред какой-то… — объяснение явно не улучшило ситуацию.       — Мне самой в это тяжело верится, если честно. Всё жду, когда проснусь. Но он связан браслетами и контрактом, поэтому обязан мне помогать.       — Но как ты могла взамен пообещать свою жизнь? Ты не можешь принимать такие решения в одиночку! — она начинала негодовать, и Гермиона ненароком обвела взглядом остатки бутылки, надеясь, что её не постигнет та же участь.       — Если бы я вам сказала, вы бы согласились на такие условия?       — Ну, конечно, нет!       — Поэтому я и решила это в одиночку. Ты ведь знаешь Гарри, он бы сам вызвался поставить свою жизнь, как он всегда это делал. Но он единственный, кто может убить Волдеморта. Мы не можем рисковать даже тем, чтоб кто-то знал, что он жив. — Так говоришь, будто твоя жизнь не так важна, как наши! — Я знаю, что это не оправдание, но вы уже привыкли, что меня рядом нет. И, если что-то пойдет не так, то вы бы справились и без меня.       — Я не знаю, Гермиона… Это все выглядит так… Так…       — Отчаянно?       Джинни кивнула.       — А что нам остаётся? Так есть хотя бы шанс… Поэтому я и прошу тебя о помощи.       — Хорошо, я согласна.       Грейнджер всматривалась в серьёзное лицо девушки напротив и почувствовала прилив вины. Она ведь даже не дала ей выбора. Просто поставила перед фактом.       — Джин, я прошу тебя, хорошо подумай, ты не обязана, если ты не хочешь. Я все пойму. Я не имею право вот так втягивать тебя и рисковать тобой.       — Какая же ты идиотка, Мерлин, — она притянула подругу в объятия, — я никогда не стану делать то, чего не хочу. И я никогда не брошу тебя. Ты всегда можешь рассчитывать на мою поддержку и помощь. Да и разве есть у тебя другие столь обворожительные кандидатки на роль свидетельницы?       — Нет…       — Ну вот! Так что прекращай с этим самобичеванием. Ходит тут уже один такой. Ничего хорошего из этого не вышло.       — Спасибо, Джин! Ты самая-самая лучшая на свете!       — Я знаю.       Дверь за спиной Гермионы открылась, и в неё вошёл Рон.       — О, вы тут? А я вас найти не мог. Понаставили своих заглушек, — кажется, он только сейчас заметил, что они сидели на полу, — а что вы делаете?       — Женские секретики обсуждаем. А что тебе интересно? — хитро ухмыльнулась Уизли.       — Э-э-э-э… Да… То-есть нет! Я вообще Гермиону искал! — его лицо слегка побагровело, — Мне нужно обсудить с тобой то заклинание.       — Вообще-то мы должны были тренироваться! — возмутилась рыжеволосая.       — В другой раз, хорошо? Это правда срочно, — ответила Гермиона.       — Ла-а-адно, — девушка недовольно протянула в ответ.       Напоследок Грейнджер ещё раз благодарно ей улыбнулась, а та подмигнула в ответ. Затем она развернулась вслед за Роном и дверь захлопнулась.

***

      Долбанное солнце светило ему прямо в глаза. Эта жара просто осточертела, и Драко уже не мог дождаться наступления осени, а затем и зимы. Холодное время года ему всегда больше приходилось по душе. Так он чувствовал, что меньше выбивается из этого мира. Он обретал некий покой, когда морозный ветер хлестал ему в лицо, немного остужая все те мысли, что беспощадно роились в его голове. Малфой сидел на диване в белоснежной, идеально выглаженной рубашке и брюках с ремнём. Махом ладони он зашторил все занавески в комнате, от чего та погрузилась в полумрак.       Когда Нарцисса вошла в гостинную, то лишь немного нахмурила брови, но ничего не сказала. На ней, как всегда, было одно из её очаровательных платьев ниже колена, цвета лепестков сакуры. Манжеты и воротник отделаны тонким кружевом пудрового цвета, а талию подчеркивал средней ширины ленточный пояс, что элегантно складывался в бант у её правого ребра. Расположившись рядом, она позвала Миппи, чтоб та принесла им чай.       — Чай с жасмином для Миссис Малфой и черный с двумя ложками сахара для Мистера Малфоя младшего, — пропищала эльфийка, затем поклонилась и исчезла.       Нарцисса сделала глоток ароматного напитка, прикрыв глаза от удовольствия, а затем перевела взгляд на сына, ожидая, что он начнет беседу.       — Как твоё здоровье, мама? — спросил блондин, соблюдая правила приличия.       — Все в порядке, Драко. Спасибо, что спросил. А у тебя как дела с новой должностью? — поддержала его Нарцисса.       — Все хорошо. Сегодня утром была уже вторая тренировка, и новобранцы весьма неплохо справляются. Но я бы хотел поговорить не об этом.       — А о чём, дорогой? — мать заметно напряглась.       — Я знаю, что ты не всегда согласна с политикой Темного Лорда, поэтому ты и отпускала наших пленных, — Драко решил зайти издалека.       — Что ты, они просто надоели мне своими криками. Я всегда была, есть и буду верна нашему господину, — она произнесла это абсолютно будничным тоном, словно говорила о погоде, но Драко заметил, как тонкие пальцы чуть сильнее сжали кружку.       — Мама, всё в порядке, это не проверка и нас не подслушивают. Я говорю с тобой очень серьезно и хочу услышать твоё искреннее мнение.       — Продолжай… — её плечи слегка расслабились и опустились на пол дюйма, при этом не разрушая идеальную осанку.       — Возможно, чисто теоретически, если бы был шанс, что Темный Лорд отойдет от власти, но для этого нужно было бы проявить некоторое содействие, и ты бы смогла это сделать, хотела бы ты знать подробности?       — Чисто теоретически, я бы хотела знать, кто заменил бы Лорда и стал новым господином, — она очень внимательно слушала, стараясь максимально анализировать сказанное. Поистине умная женщина.       — Полагаю, что в этой вымышленной ситуации не было бы нового господина. Весь режим бы пал, и все вернулось к тому ладу, что был до войны и, возможно, нам бы ничего не угрожало.       — Что ж, тогда… — она ещё секунду всматривалась в его лицо, стараясь разгадать, нет ли никакого подвоха и не грозит ли им опасность за любое неосторожное слово. Но, так и не найдя подтверждения своим страхам, она решила говорить искренне, — Тогда я бы хотела послушать такую вероятность.       — Предупреждаю сразу, что всего я сказать не смогу, и информация без подробностей может быть весьма несуразной.       — Живя с твоим отцом столько лет, я уже привыкла всё время быть в неведении.       — И ещё… Я бы не хотел тебя впутывать, потому что это может быть рискованно. Если ты откажешься, то мне будет спокойней, но я обязан спросить.       — Хорошо, я приму это во внимание.       — Предположим, что существует способ убить его. И для этого мне нужно будет жениться. Тут и нужна твоя помощь, чтоб ты одобрила брак в отсутствии отца, — Драко был готов к самой худшей реакции. Но её не последовало. Как и вообще любой явной реакции.       — Тебе нужно жениться на ком-то конкретном?       — Да.       Нарцисса слегка задумалась перед тем, как задать следующий вопрос.       — Ты её любишь?       — Нет, это просто договоренность.       — Она знает про все нюансы проведения венчания и согласна?       — Да.       — Ты можешь сказать кто это?       — Не уверен.       — Но я её знаю?       — Да.       — Ты уверен, что это нужно тебе, Драко? Ты ведь знаешь, что даже беседа о таком может повлечь за собой… — она сделала глоток чая, — Последствия.       — К сожалению, уверен.       Минуты две они просидели в тишине полумрака, пока Миссис Малфой размышляла над полученной информацией. Драко понимал, что больше ему просто не даст рассказать договор и надеялся, что решение матери не станет её будущей ошибкой. Наконец определившись, Нарцисса заговорила.       — Исходя из твоих слов, могу сделать вывод, что вероятность удачного стечения обстоятельств действительно велика, раз ты к этому причастен. Ты бы не стал лезть в безнадежные случаи, я надеюсь, — она по-родительски строго подчеркнула последние слова, — Не похоже, что ты ослеплён какого-либо рода эмоциями или чувствами. Скорее всего, дело в том, что ты дал какое-либо обещание, непреложный обет, скажем, и оно не позволяет разглашать детали. Что касается особы, с которой ты намерен вступить в брак… — она снова сделала глоток чая, — Вряд-ли это кто-то из нашего окружения, будь это так, ты бы не стал держать её личность в тайне, — она якобы просто размышляла вслух, но при этом внимательно следила за реакцией сына.       Он ничего ей не ответил, ни подтверждая, ни опровергая сказанное. Но материнское сердце понимало куда больше, чем просто слова.       — Я помогу тебе, Драко. Если ты уже в этом замешан, то как твоя мать, я обязана сделать всё, что в моих силах. Я всегда буду на твоей стороне, даже если ты будешь не прав и, разумеется, ничего из нашей беседы не выйдет за её пределы.       — Хорошо, спасибо, мам.       Камин полыхнул большим клубом пламени, и из него вылетела записка. Я дома, можешь приходить. P.s. я купил новую смородиновую наливку Блейз       Драко слегка усмехнулся. Друг радовался каждой новой бутылке алкоголя, как дети игрушкам в рождественское утро. Однако, это было как нельзя кстати, чтоб скрасить еще один “серьёзный разговор”. Блейзу вряд ли хватит такого обрывка информации, чтоб он помог. Да и не факт, что он согласится.       — Я обещал ещё зайти к Забини, — он встал с дивана и направился к камину для перемещения.       — Драко, — он оглянулся, — надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Блять, мам, хотел бы я иметь ответ на этот вопрос.       Но он лишь коротко кивнул, перед тем как пламя поглотило мужскую фигуру.

***

      Забини записывал в блокнот одну из теорий, которая пришла ему в голову для нового лечебного заклинания, когда в комнату постучали. Взмахнув палочкой, он убрал небольшой бардак на рабочем столе и открыл дверь для друга. Малфой, как всегда был одет, словно в его цветовой палитре существовало всего два цвета, не считая их оттенков. Черный и белый. В то время, как на мулате была шелковая рубашка цвета фуксии и зеленые штаны.              — Выглядишь ещё бледнее, чем обычно, — заметил Блейз.              — Приму за комплимент, — ответил Драко, — так что, говоришь, наливка новая?              Комнату осветила лучезарная улыбка. Парень встал со стула и подошел к своему секретному хранилищу, что находилось в потайном отделе шкафа. Там покоились его самые любимые, либо новые экземпляры из коллекции. Бутылочка с темно-фиолетовой этикеткой стояла прямо по центру. Забини аккуратно поддел защитную пломбу и открыл пробку. Тем временем Малфой беспардонно занял своё любимое кресло.              — Почему ты просто не откроешь магией? — полюбопытствовал блондин.              — Ты не понимаешь, это ведь самое интересное.              — Да? А я думал, самое интересное происходило после второй бутылки в спальне слизерина с Дафной.              — Это было следующее самое интересное, — он ухмыльнулся, рисуя обнаженные образы двух человеческих тел в воображении и наливая алкоголь по бокалам. Один из них он протянул другу, садясь напротив.              Малфой скептически принюхался и сделал глоток. Забини наблюдал за реакцией.              — Недурно. Приторно на мой вкус, но пить можно, — вынес вердикт Драко.              Блейз поднес к губам бокал. Обоняние сразу же захватил запах смородины, а язык обжег сладковато-терпкий вкус настойки. Комок тепла скатился с горла, проходясь под ребрами и спускаясь в желудок.              — Где брал?              — В “Vinosino”, тем что заведует Мисс Харлоу.              — Мисс Харлоу? У неё нет случайно сына? — Драко слегка нахмурился, словно силясь вспомнить вступительную часть доклада.              — Двое вроде бы. Младший Руперт и старший Винни.              — Винни значит… — хмыкнул Малфой.              — А что? Знаком с ним? — поинтересовался Забини.              — Винфрид - один из новобранцев в моем отряде. Самый слабый из всех.       Блейз удивленно округлил глаза.       — Винни-то пожиратель? — он рассмеялся, — я такого в жизни бы представить не смог. Сколько раз видел его с братом в магазине, всегда думал, что младший пойдёт по следам их отца. Но Винни! Это, конечно, сильное заявление.       — Странно это все.       — Уж точно.       Они так и сидели, развалившись в креслах, попивая алкоголь. Блейз знал, что это всё прелюдии, и, если Драко так долго тянет с началом разговора, то там что-то важное. Даже выпить с ним согласился. Да что там согласился, сам предложил. Явление, по редкости сравнимое с семилистным клевером. Когда они были ещё в Хогвартсе, то иногда по выходным выпивали вместе на общих тусовках слизерина. Но чем дальше Драко ввязывался во всю эту ебаторию с метками и собраниями, тем меньше он позволял себе расслабляться. Он всегда говорил, что должен удерживать стены. Это одновременно пугало и восхищало в нём. Сам Забини так никогда бы не смог. Ему повезло, что его семья после пропажи отца осталась непричастна к этому, и его не заставили принимать метку. Мать вообще его никогда и ничего не заставляла делать против воли. И он очень это в ней ценил.       Мулат рассматривал друга, стараясь понять, через что он сейчас проходит. Эта фантомная боль, странный браслет, и вот они никак не могут начать разговор. Он уже готовился снова выслушивать очередной план по спасению Нарциссы, в конце которого Драко умирает. Как будто этот придурок реально не мог даже допустить в своей голове, что его друзьям будет не все-равно на это, и они ему помогут свести счеты с жизнью. В такие моменты Блейз думал о том, что бы случилось, если бы они однажды поменялись местами. Стал бы Малфой его спасать? Наверное, да, если бы знал. Но он не знал.       — Мне нужна твоя помощь, — перебил его размышления Драко.       — М-м-м? — расслабленно протянул Забини.       — Мне нужно чтоб ты стал моим свидетелем.       — Кого ты уже убил, признавайся?       — На свадьбе, Блейз.       — Ты убил кого-то на свадьбе? — он завис в недоумении, — Погоди, погоди… Свидетелем на свадьбе?! Драко Люциус Малфой женится?!       Он вскочил со своего места, не зная, бежать ли ему за шампанским или за огневиски. Зависело от характера разговора.       — Всё не так просто… Ну, за огневиски, так за огневиски.       Он приманил бутылку крепкого алкоголя и разлил им по стаканам. Малфой осушил свой залпом, что только подтверждало всю тяжесть ситуации. Похоже, он хотел сегодня напиться.       — Жду подробностей.       — Я не могу тебе их пока рассказать.       — Что? Почему? Мерлин, что за тайны?       — Потому что эта свадьба может стоить мне жизни. И не только мне, а абсолютно всем к ней причастным.       — И ты хочешь, чтоб я, не зная деталей, вот так легко согласился, — не вопрос, скорее утверждение.       — Нет.       — А что тогда? — он совсем его не понимал сегодня. Драко съехал по шкале от обычного поведения примерно на шесть клеточек вниз.       — Я даю тебе выбор. Ты можешь узнать подробности, но станешь причастным ко всему этому. Либо я прямо сейчас сотру тебе последние две минуты в памяти, и мы больше никогда об этом не заговорим, — прямо русская рулетка. Крутите барабан.       — И ты искренне считаешь, что после такого заявления я упущу возможность узнать нечто столь интригующее? Будто ты знаком со мной первый день.       — Блейз, я серьёзно. Подумай, или ты хочешь рисковать из-за меня.       — Драко, блять, Малфой. Моя жизнь состоит из того, что я рискую из-за тебя. Заканчивай с этим пафосным дерьмом мученика и выкладывай уже всё. Или мне принести тебе разрешение, заверенное у семейного гоблина в двух экземплярах с гербовой печатью?       — Тогда я тебя предупреждаю, то, что ты увидишь может показаться тебе полным бредом и бессмыслицей. А еще мне придется наложить на тебя силенцио. На всякий случай. Какой случай должен произойти, чтоб я… кричал?       — Ладно, фетишист, давай сыграем в твои грязные игры. Спасибо, что хоть к кровати не привязываешь.       — Тебе бы не помешало, для профилактики.       — Колдуй.       Драко махом кинул на друга заглушающее и встал, направляясь к камину.       — Забыл сказать, нам нужно будет кое-куда переместиться, — Блейз удивленно нахмурил брови, но пошел следом.       Они появились в каком-то баре на окраине магического Лондона. Блейз отряхнул свою драгоценную рубашечку от сажи и, не обращая внимания на какую-то подмигивающую ведьму, продолжил путь за Драко. Выйдя из бара, они свернули в какие-то безлюдные улочки, где находились склады и не было волшебников. На улице уже порядком стемнело. Дойдя до границы аппарационного барьера они оказались в неосвещенном переулке. Мулат все еще не понимал, что они тут забыли. Из-за плохой видимости он не совсем понимал, что делает друг, но увидел лишь какое-то фиолетовое свечение. Секундой спустя послышался хлопок аппарации. К ним шла тонкая невысокая фигура в темной мантии с капюшоном. Когда она приподняла голову, то он увидел… Ебучий случай.       — Добрый вечер, Грейнджер, мы на чай, — силенцио сдержало яро рвущийся наружу крик удивления. АХУЕТЬ.

***

      Гермиона стояла посреди улицы и не могла поверить своим глазам. Ещё когда Малфой прислал сообщение со словом “мы”, она уже заподозрила неладное, но когда увидела его в компании чёртового Забини, то надежды на спокойный вечер резко устремились к нулю. Он теперь каждый день будет ко мне ходить?       Оба парня выглядели весьма расслабленными, даже чересчур. Только мулат таращился на неё и на Малфоя так, будто это были вообще единственные люди, которых он когда-либо видел в своей жизни. Спасибо, что он хотя бы делал это молча, но не нужно быть легилиментом, чтоб понять о чём думал Забини. Сплошной когнитивный диссонанс. Интересно, что ему сказал Малфой?       Исходя из их договора, он почти ничего не мог рассказать другу. Но всё ли Гермиона продумала? Может, была какая-то лазейка? Если была, то может, она сейчас в ловушке? Насколько безопасно вообще приводить в убежище уже не одного, а целых двух слизеринцев? Хоть она и не знала наверняка, являлся ли Забини пожирателем, предрассудки делали своё дело. Да и не предрассудки это вовсе, просто он мог быть потенциально опасным, ведь его не сковывал ни браслет, ни контракт. И она не может причинить ему вред. Но и позволить ему напасть на неё будет нарушением для Малфоя.       — Грейнджер, чего зависла? — это был необычный для него тон. Слишком небрежный и несобранный, будто бы… Пьяный? Да они оба в стельку! Как они вообще сюда добрались?       — Я не буду вас трансгрессировать в таком состоянии, — твердо заявила она.       — Тогда скажи мне расположение, я сам нас перенесу.       — Я не могу сказать. Да и вообще, вас может расщепить, — она искренне удивлялась тому, как он вообще мог составлять предложения длиннее двух слов.       — Я знаю, что я делаю. Так что? Или будем стоять тут и ждать пару часов?       Гермиона стояла, скрестив руки на груди и оценивая ситуацию. Как назло, у неё не было даже отрезвляющих зелий в квартире, за которыми она могла бы переместиться. Она обязательно отругает за это Рона, потому что он постоянно брал их без спроса. Патовый случай.       — Я все-равно бы сам рано или поздно узнал, зачем усложнять всем жизнь? — она снова грозно на него взглянула. Ничего не раздражало в нём так, как его правота.       Отойдя на два шага назад, она подняла руку, и браслет подсветился лиловым. Если уж говорить, то пока только Малфою.       — Какие мы скрытные, — он ухмыльнулся, и обе мужские фигуры исчезли. Она растворилась вслед за ними.       Первое, что она услышала, появившись на кухне, было громкое “Ахуеть!”. Похоже, Забини все же решился прокомментировать данную ситуацию.       — Блять, я забыл, что тут рассеивается магия. Теперь ты можешь говорить, Блейз, — безысходно выдохнул блондин. А, так это было силенцио, а я уж обрадовалась.       — Какого хуя тут происходит? Ты и Грейнджер? Вы что? Встречаетесь? Хотите пожениться? Спасти мир? Или просто сбежать? Подожди, она беременна? Двойней? Тройней? — похоже, эти пару минут в тишине дались ему ой как не просто. Он решил за раз вывалить весь свой мысленный поток.       Не справляясь с таким напором Малфой прервал его речь:       — Тебе надо немного протрезветь, — он протянул ему крохотный пузырек с зельем, который достал из кармана. Точно такой-же он держал в своей руке, — Грейнджер, не увеличишь для нас, а то не очень удобно… — он наклонил его так, будто собирался пить.       До этого просто наблюдающая Гермиона подошла к ним, чтоб помочь, как вдруг…       — Почему вы не выпили их до аппарации? — на что Драко лишь усмехнулся, как бы намекая: “Тебя обманули, дурочка”. Мерзавец. Нужно быть с ним в два раза осторожней, нет, в три!       После того, как зелье подействовало, оба парня стали более серьёзными. Блейз, кажется, начал обрабатывать всё происходящее и складывать общую картину..       — Садись, теперь я смогу ответить на все твои вопросы, пока Грейнджер сделает нам чай.       — А ты не оборзел, Малфой? Меня с домовым эльфом не перепутал?       — Это очень сложно, если честно. С эльфами куда приятней общаться, и они сразу делают, что просят. Или, может, ты сама лучше всё объяснишь Блейзу? — она понимала, что он по большей части старается просто сделать их разговор более приватным, чтоб Забини было комфортнее… Но эта его манера просить. Да какое просить — приказывать. Девушка начала мысленно проговаривать рецепт бодроперцовой настойки, чтоб как-то успокоить гнев, который снова в ней проснулся.       Гермиона на автомате повторяла все те действия, что она делала утром, в обед, перед сном, когда хотела почитать книгу или просто отвлечься. Она заваривала чай. Некоторые более яркие эпитеты из речи итальянца достигали её слуха, но она старалась не концентрироваться на этом. Как говорится — спасибо, что не Паркинсон. Разлив чай по трём кружкам ( потому что ей самой тоже нужно было чем-то занять руки), она отлеветировала их на стол и постаралась немного вникнуть в разговор.              — Именно поэтому она заставила меня жениться, чтоб коварно захватить в свои лапы все книги из библиотеки Мэнора, — с нарочитой печалью выдал Драко.       — Мне нужна только одна книга, и я не виновата в том, что она у тебя в Мэноре!       — Типичные женские отговорки, чтоб выйти замуж, — подтвердил Блейз. Какой ужас, их теперь двое.       — Моя мать согласилась, хоть я её и отговаривал, поэтому осталось найти только свидетелей, — уже более спокойно продолжил Малфой.       — Подожди, но как она согласилась? Ты ей рассказал? — перебила его Гермиона.       — Нет, я только сказал, что ей нужно будет дать согласие на брак и что это может ей сильно навредить в будущем.       — И она согласилась?       — Разве не это я сказал минутой назад? — он смотрел на неё, как на глупого пятилетнего ребёнка, который спросил, почему небо голубое.       — Да, прости… — для неё до сих пор каждый раз было шоком то, что кто-то из Малфоев может любить и заботиться. Хотя и Нарцисса больше Блэк, чем Малфой. Может и в Драко есть что-то такое? Бред.       — Честно, я даже не знаю, что тебе ответить, Драко. Я, конечно, ожидал интересный рассказ, может даже какую-то любовную историю, — Драко и Гермиона одновременно поморщились, — где Грейнджер тебя поймала в свои сети. Но она буквально тебя поймала! Что ж, это многое объясняет за эти пару дней, — он повернулся к Гермионе и нарочито склонил голову, — Моё почтение.       — С-спасибо? — на фоне Малфоя Забини выглядел куда более дружелюбно.       — И что вы двое будете делать, если я не соглашусь?       — Как говорила Грейнджер: “Сотрём тебе память и выбросим на обочине Лондона без сознания”.       — Неутешительная перспектива, однако. Но, как я и говорил раньше, я тебя одного не оставлю. Чувствую, сейчас работы по твоему исцелению прибавится. Я с вами.       — И всё? Не будет никаких условий? — с нескрываемой осторожностью поинтересовалась Гермиона.       — О, так ещё и условия можно было диктовать? — Забини уже писал в голове список из вещей, которые будет требовать.       — Тебе — нет, — отрезал Драко.       — Но… Я не смогу тебе полностью доверять на слово, — Гермиона задумалась над тем, как всех обезопасить.       — Так давайте я тоже подпишу ваш контракт?       — Так не получится, — она отрицательно покачала головой, — нужно переписывать их и делать ещё один.       — Мы не спешим, Грейнджер, — Малфой уселся поудобнее и потянулся за своим обожаемым чаем.       Она призвала ещё одно кресло с верхней комнаты и также канцелярские принадлежности. Подсев третьей за кофейный столик по центру, Гермиона склонилась над пергаментом, начиная писать.       — М-м-м… Ты запомнила, как мне нравится. Хорошая девочка, — блондин, нагло ухмыляясь, попивал горячий напиток с двумя грёбаными ложечками сахара, которые она, не задумываясь, туда кинула.       — Я не специально, — выпалила Гермиона, заливаясь краской и продолжая гневно строчить. Она не понимала, что её злило больше: то, что она и правда запомнила, его реакция и издевательская интонация, или то, что у неё не нашлось, что ответить почти впервые за их общение.       Блейз словно сокол сидел и наблюдал за их коммуникациями. Он ничего не говорил, просто слегка щурил глаза и сдерживал коварную ухмылку. Ей даже не хотелось знать, что он там себе фантазирует. Когда второй контракт был закончен, она прочитала его вслух на оценку.       — Значит, ты добавила в один пергамент сразу защиту для всех из моего и из твоего списка, чтоб его могло подписать оба человека, что будут свидетилями. Он несёт в себе те же правила, и заканчивается он… когда?       — По окончанию нашего.       — В целом звучит справедливо, — Забини оставил размашистые буквы “B.Z.”       Он даже не заметил, что там была фамилия Поттер, в отличии от Малфоя. Гермиона задумалась, что попадись она в тот день не Драко, а ему, все было бы куда проще. Но будь это Блейз, он бы её и не поймал. Тогда бы и книгу она не нашла. Во всём были свои плюсы, как бы не хотелось этого признавать.       — Да, кстати, а кто будет свидетельницей?