Rubrum cinere

4 сентября 2000

      Джинни и Гермиона стояли посреди гостевой комнаты на втором этаже зельеварочной с горсткой летучего пороха в ладони. Рыжеволосая слегка нервничала, ожидая худшего от встречи с Малфоем и Забини, да и в целом, от всей этой затеи. Но подруга казалась ей очень спокойной и решительной, словно та готовилась выступать с докладом, который зубрила всю ночь. Это немного успокаивало. Уизли уже пятнадцатый раз заправила прядь за ухо, когда браслет Грейнджер засветился лиловым.              — Все готово, он открыл каминную сеть.              — Ты уверена, что это безопасно? — она заглянула в карие глаза.              — Джин, Малфой обещал, что кроме нас в Мэноре никого не будет. Все в порядке.              — Как же я надеюсь, что это не ловушка.              — Ты подписала тот же контракт, что и они. Никто не сможет нас подставить. Идём! Нас ждут.              Гермиона зашла внутрь камина и, сказав адрес, была съедена языками зеленого пламени. Джинни ничего не оставалось, кроме как повторить за ней.              — Гостиная Малфой Мэнора.              Сразу после перемещения, она прикрыла глаза на несколько секунд, чтобы побороть легкие приступы тошноты. Когда тело окончательно привыкло к новому пространству, она решила осмотреться. Её окружала огромная комната с высокими потолками, выдержанная в классическом стиле и продекорированная явно со вкусом. Вся мебель идеально сочетались между собой, создавая впечатление как минимум королевского дворца в версале. Наверняка тут один диван стоял как вся их Нора. Сердце немного сжалось при воспоминаниях о доме. Доме, которого больше нет.              Закончив рассматривать обстановку, она переключила свое внимание на двух людей, что уже, неудивительно, спорили. Гермиона что-то яростно пыталась доказать, пока Малфой недовольно закатывал глаза.        А он стал гораздо крупнее и суровее.       Уизли решила подойти поближе, чтобы узнать причину конфликта и нащупала очертание своей палочки в кармане       — …Нет! Я не понимаю зачем это нужно! Нет ни одной вразумительной причины, чтобы я надевала “что-то подходящее”. Мои джинсы весьма подходящие! — девушка гордо расправила плечи.       — О, я знал, что в тебе ни грамма манер, но что бы до такой степени… Это банальное уважение к хозяевам дома и священной церемонии, — Драко устало потер двумя пальцами переносицу, будто его мучила жуткая мигрень.       — Наш союз сложно назвать священным и уважение моё ты, уж точно, не заслужил.       — А моя мать? Она не знает всех подробностей этого мероприятия, но всё равно помогает. Поэтому, будь добра, хотя-бы перед ней не позорься, — Гермиона резко умолкла и залилась краской.       — Ладно, — процедила она сквозь зубы, — но только из благодарности к твоей матери. Веди.       Малфой выдохнул, кажется, только сейчас замечая Уизли. Он обвел её взглядом с головы до ног, в котором так и читалось разочарование, и снова повернулся к шатенке.       — Вот и умничка, Грейнджер, — он хотел развернуться, но Гермиона перехватила его руку чуть выше локтя, заставляя его немного наклониться к ней. Судя по тому, как напряглись тонкие девичьи пальчики — хватка была нехилой.       — Если ещё хоть раз от тебя прилетит любая фразочка из набора для дрессировки собак, то я тебе точно врежу, Малфой, — Джинни не совсем понимала о чем идет речь, но подруга явно была в ярости.       — А силёнок то хватит? — Драко ядовито усмехнулся.       — Хватит, — она выпустила его руку и он ушёл вперед.       Девушки двинулись следом, но при этом оставаясь на небольшой дистанции. Коридоры поместья были не меньше чем в Хогвартсе, такие же длинные и высокие. Как и было обещано, в здании никого не было. Только пустые комнаты и одинокие лестницы. Уизли решила спросить полушепотом:       — Не очень то вы ладите?       — Потому что он как был придурком — так и остался.       — Хоть что-то по-прежнему, — она не сдержалась и хихикнула, отчего Гермиона тоже немного повеселела, — а куда мы идем?       — Переодеваться во что-то приличное. Ведь его царское величество Малфой умрёт от одного только вида маггловских штанов.       — Ну пытки дорогой одеждой пока не самая худшая из всех перспектив, — она успокаивающе сжала руку подруги, на что та ей благодарно кивнула.       Они остановились у одной из многочисленных дверей. Драко открыл её, пропуская дам первыми. Это была какая-то из гостевых комнат, но она не шла ни в какое сравнение, с теми, что сделала Гермиона. Тут все просто кричало о благосостоянии хозяев. В конце комнаты, напротив кровати, стоял огромный шкаф, забитый дорогими платьями на любой вкус. А рядом с ним был роскошный будуар с различной косметикой и Мерлин знает чем ещё.       — Как только будете готовы - спускайтесь. Если что-то понадобится, то зовите Тинки, это домашний эльф, — сказав это, он захлопнул дверь с обратной стороны.       Девушки подошли к шкафу, просматривая все доступные варианты. Джинни выбрала красное платье в пол, что красиво подчеркивало зону декольте, оголяя плечи и спину. Верхняя его часть держалась без лямок и ткань по всей длине была инкрустирована драгоценными камнями, что завораживающе переливались на свету, создавая очертания лепестков роз. В одной из коробочек на столике были серьги с рубинами и небольшой кулон, которые идеально завершали весь образ.       Она окинула себя взглядом в зеркале. Каким бы сногсшибательным не было платье, она чувствовала себя в нём не так как должна. Волосы казались слишком неухоженными, да и имели какой-то странный грязно-медный оттенок. Кожа тоже приобрела неестественный желтый подтон, создавая впечатление, что она чем-то больна. Ужасно огромный нос и маленькие губы. Уизли как будто впервые смотрела на себя в зеркало. Как она могла раньше не замечать всех этих недостатков? Очевидно, что и Гарри их видел. Вся былая уверенность куда-то делась. Захотелось спрятаться, закутаться в огромный плед, за которым совсем не будет ничего видно. Ни сил, ни желания менять образ уже не было, поэтому она решила так всё и оставить. Какая разница.       Гермиона же наоборот очень долго возилась и не могла ничего выбрать. Она определилась, только когда рыжеволосая уже заканчивала свой макияж.       — Чёрное? — удивленно выгнула бровь Уизли, смотря на женскую фигуру в отражении.       — Под цвет моего настроения.       Хоть и платье выглядело не совсем свадебным, смотрелось все же роскошно. Шелковая ткань струилась по изгибам, аккуратно прикрывая колени. Верхняя часть была с небольшим воротником, окутывающим горло, но что поистине завораживало — небольшие вертикальные вырезы по бокам, которые слегка оголяли грудь, и при этом не выглядели вульгарно. Рукава сотканы из полупрозрачной сетки и усыпаны сложными витиеватыми узорами, на которых так и поблескивали маленькие камушки. К наряду прилагались массивные сережки в форме капли с черными бриллиантами не меньше пяти карат и заколка в том же стиле. Джинни восторженно разглядывала получившийся образ. Такие вещи должны находиться, как минимум, в Лувре, а не в гостевом шкафу Малфоев.       — Слишком? — Грейнджер, явно не привыкшая к таким вещам, сомневалась стоило ли вообще идти на поводу и переодеваться.       — В самый раз, ты великолепна! — возразила Уизли.       — Как думаешь сколько это все стоит? — она качнула головой в сторону вешалки.       — Такие числа вслух не говорят.       — А что делать с обувью?       Джинни указала на полку снизу, где располагались лодочки.       — О нет, я не обую эту мясорубку для ног, — Гермиона протестующе замахала руками.       — Эй, вообще-то они очень красивые, — она сделала вид, будто сказанное подругой очень глубоко задело её чувства.       — И жутко непрактичные! Как вообще некоторые женщины могут ходить в них каждый день?       — Уверена, Миссис Малфой оценит твои старые кроссовки.       — И ты туда же, — она отчаянно застонала, но все же принялась переобуваться.       Уизли уже закончила со своей подготовкой и угрюмо сидела, наблюдая за тем, как Гермиона пытается не выколоть себе глаз тушью. На её предложение помощи был получен отказ и она не знала чем себя занять. Тогда голову посетила мысль о том, что бы подышать свежим воздухом.       — Я тут по дороге видела балкон, не против, если я тебя там подожду?       — Хорошо, я уже почти закончила, — Джинни кивнула и вышла за дверь. Кажется, он был в конце коридора       Удары каблуков ритмично отбивались эхом от стен, заполняя собой все пространство. Погода стояла пасмурная, отчего недостаток света ещё более явно ощущался учитывая цветовую гамму Мэнора. Она шла не спеша, разглядывая портреты, висящие на стенах. Все мужчины и женщины на них были светловолосые, что одновременно поражало и завораживало. Встречались, конечно, редкие исключения, но их можно было пересчитать на пальцах. Джинни уже заметила выход на улицу, как вдруг её окликнули.              — Уизли полагаю? — на неё смотрела красивая белокурая девушка, что жила в пределах полотна.              — Все верно, а вы…?              — Сабрина Малфой, дочь Септимуса Малфоя. Ты очень похожа на неё.              — На кого?              — Мою дорогую подругу — Арианну Уизли, — девушка озадаченно свела брови, силясь вспомнить насколько это её дальняя родственница.              — И какой она была? — почему-то стало очень интересно.              — О, весьма своенравной! — она усмехнулась, — В наше время таких девушек сторонились, чтобы не иметь дурную репутацию и удачно выйти замуж. Но мне нравилась её воля к жизни, это делало её не такой скучной как остальную аристократию. Как жаль, что тот юноша сделал из неё пустую оболочку — отголосок былого естества.              — Что произошло?              — Она повстречала мужчину и закопала свою гордость в сырую землю под его ногами, становясь нежной и покладистой, прощая ему все грехи. Вот только, ему и задаром она была не нужна. С каждым днём она чахла, словно сорванный цветок, пока совсем не угасла. Если бы только она смогла отпустить его и повстречать того, кто был достоин столь прекрасной леди. Даже самые увядшие розы оживают в руках умелого садовника, что знает как о них заботиться. — Малфой заглянула девушке в глаза, — Я чувствую в тебе тот же дух. Не позволь никому его погасить.              — Благодарю… — она легонько кивнула даме в знак почтения.              Джинни не раз слышала от матери, что у неё был типичный характер для девушек семьи Уизли, но впервые она это почувствовала настолько явно. Неужели это неумение выбирать мужчин, что будут их ценить, было заложено в самом генетическом коде или это просто банальное совпадение? Хотелось рассмеяться от осознания, насколько история циклична. Как змея, что кусает свой собственный хвост. Легкие сжались от нехватки кислорода. Как оказалось, всё это время она и не дышала.              Воздух. Ей срочно нужен воздух.              Она дернула ручку двери, что вела на балкон, раздвигая массивные шторы. В нос ударил тяжелый запах табака, смешанный с ароматом восточных пряностей, ноток ванили и свежих грейпфрутов. Загорелый парень в ярко-бирюзовом костюме докуривал свою сигарету.              — Забини?                            

***

                    Сигаретный дым приятно царапал горло, наполняя легкие, и давая временное ощущение легкости в голове. Ему нравилось почти всё в этой пагубной привычке. Как удобно сигареты ложились между аристократичных пальцев. Как они поджигались и тлели. Как изо рта выходили клубы пара и рассеивались, смешиваясь с воздухом. Даже этот горький привкус на кончике языка стал уже почти родным. Неотъемлемым. А ещё это здорово подавляло аппетит. Как и проскакивающие мысли о бренности бытия. Не существовало лучше предлога, чтоб уйти из шумного места или надоевшей компании. Единственное, что ему не нравилось — они слишком быстро заканчивались. Он мог выкурить до двух пачек за день. Что может быть ироничнее, чем будущий колдомедик, которому нравилось истязать свои легкие никотином?              Занавес, что отделял улицу и коридоры Мэнора на третьем этаже слегка качнулся и из-за него показалась рыжеволосая девушка.              — Забини?              А, вот что. Чертова Джинни Уизли. К сожалению, противоречие с сигаретами переместилось на второе место. Из всех семи миллиардов человек. живущих на этой планете. именно эта девушка прервала его, опирающегося на перила.        Де-жа-вю.              Он одновременно ожидал и не ожидал её увидеть. Надеялся и не надеялся. Хотел и не хотел. Да ему нужна награда за противоречивость. Блейз слишком в ней измазался. Только вот, от этого не так просто избавиться, как от обычной грязи. Не существует заклинания или зелья по очистке мозгов. Хотя его коллекция вполне могла претендовать на это звание.              — Сигаретку?              — Что? Нет, спасибо. Я не курю, — она подошла к краю и положила руки на прохладный металл, рассматривая окрестности. Мулат же продолжал стоять лицом ко входу, и только небольшим участком спины почувствовал слабую вибрацию.              — Значит, ты сегодня в роли свидетельницы?              — Вроде того.              — Слышал, что на маггловских свадьбах есть традиция: если свидетели переспали — то и брак будет счастливый, — он слегка повернул голову в её сторону.              — Не думаю, что отношения этих двоих могут хоть немного стать счастливыми, — она встретилась с ним взглядом и улыбнулась. Самой блядски прекрасной и искренней улыбкой. Он вообще забыл, что люди, оказывается, могут искренне улыбаться.              Джинни снова уставилась на горизонт, и он позволил себе немного её рассмотреть. Огненно-рыжие волосы складывались в идеальные прядки, что так и хотелось накрутить на палец. Или просто зарыться в них ладонью, наблюдая, как они мягко скользят по коже и поблескивают золотом. Густые ресницы, что были подчеркнуты тушью, обрамляли медовые глаза. На щеках и тонком вздернутом носике россыпь светло-коричневых веснушек. Губы в меру пухлые, но так идеально дополняющие лицо. Она была такой же, какой он её помнил. Такой, как она ему иногда снилась. А ещё она безумно вкусно пахла. Как целый персиковый сад. В голову пришла импульсивная мысль — задержать дыхание и больше никогда не дышать.              Забини сделал последнюю тягу и палочкой растворил окурок. Столько мыслей и вопросов проскальзывали в сознании, но он так и не решился нарушить тишину, повисшую между ними, что прерывало только пение птиц. Поэтому он просто стоял и рассматривал свои ботинки.              — Ты тоже… Прости, мне наверное не стоит спрашивать.              — Что?              — Ну… Ты как и Малфой…?              — Пожиратель? Нет, — он слегка приподнял рукав на левом предплечье, — я не принимал метку и не хочу.              — Разве он спрашивает или вы хотите? — она звучала слегка озадаченно.              — Не спрашивает. Просто мне повезло, — он говорил это очень расслабленно и весело, хотя, очевидно, что это было не так.              — Твоя семья его поддерживает?              — Моя семья: только я и мама. Мы оба предпочитаем держать нейтралитет. Ну, насколько это возможно.              — А отец?              — Он пропал когда я был ещё маленьким. Говорят, что скорее всего убили. С тех пор у меня было ещё несколько отчимов, но видимо служба у Темного Лорда не слишком безопасна.              — Мне жаль.              — Забей. Мы не были слишком близки. Ни с кем из них.              — Даже если так. Никто не должен так терять близких, — что то в её интонации вызывало желание отчаянно кричать, пока не порвутся связки.              — Мне… Тоже жаль… Я слышал про твоих братьев.              — Спасибо.              Она пережила в своей жизни явно не меньше его. Только из того, что он знал — смерть почти всех членов семьи и, конечно же, Поттера. Должно быть она много плакала. Как только ей удается продолжать улыбаться? Даже находясь сейчас в наихудшем из мест для неё. И в наихудшем положении. Она все-равно не сдавалась. Было ли это той гриффиндорской чертой, которой втайне завидовали все слизеринцы? Возможно.              — Почему ты тут? — спросила Джинни.              — Ну, знаешь, моя гостевая комната находится прямо напротив этих дверей. Я всегда в ней останавливался ещё с самого детства.              — Я не о том, — она покачала головой, — Почему ты помогаешь?              — А ты почему? — он слегка склонил голову вправо.              — Всегда отвечаешь вопросом на вопрос?              — А ты? — Блейз усмехнулся.              — Гермиона моя подруга, — заявила Уизли, словно это был универсальный аргумент в любой ситуации.              — А Драко мой друг.              — Но ты мог отказаться, тебе есть что терять. А мне — уже нет.              — Если только между нами, — он слегка понизил голос, — то Малфой не протянет без меня и двух дней. Стоило мне только отвернуться, как он уже попал в капкан к Грейнджер, — итальянец наигранно закатил глаза, но потом добавил уже серьёзнее, — Я тоже за него переживаю.              — Так ты его личный телохранитель? — она снисходительно улыбнулась.              — Видишь, у нас больше общего чем ты думаешь, salvatrice.              — Кто? — Джинни с интересом взглянула на него.        Конечно она не помнит. Да и не обязана.              Только вот между ребер заскрежетало какое-то неприятное чувство.              — Не важно. Просто итальянское слово.              — Ладно.              Внезапно раздался хлопок аппарации, и на балконе появилась маленькая эльфийка, которая была замотана в розовую простынь, что создавало впечатление небольшого детского платья.              — Хозяин попросил вас спуститься. Церемония уже начинается, — и она исчезла.              Блейз выпрямился, поправляя костюм, чтобы на нём не было никаких складок. Развернувшись к Джинни, он предложил ей свой локоть в качестве опоры.              — Всегда вы, мужчины, ведёте себя так, будто девушки уже не в состоянии самостоятельно ходить без поддержки.              — Живя всю жизнь с матерью, я знаю на что способны девушки, и это гораздо больше чем просто ходить. Просто хочу поухаживать за прекрасной дамой, не откажешь мне в такой чести?              — Умеешь ты льстить, подлец. Что ж, ладно, так и быть разрешаю.              — О, премного благодарен, salvatrice, — она приняла его руку и они направились в сад.                     

***

      Гермиона уже заканчивала добавлять последние штрихи, укладывая волосы волшебной палочкой. С её нынешней длиной, она редко когда делала что-то кроме пучков и тугих косичек. Захотелось, раз уж выпала такая возможность, распустить их. Даже складываясь в завитки, они достигали поясницы. Вышло очень даже недурно. Может, стоит чаще так делать. Но не было ради кого. Девушка большую часть времени проводила в одиночестве. Она обязательно подумает над всеми перспективами, а пока… Её размышления прервал домовой эльф.        Тинки, кажется?              — Мисс, — пропищала она, — хозяин попросил привести вас, чтобы выбрать кольца, позвольте вас перенести? — она протянула крохотную ладошку.              — Да, конечно, — пространство схлопнулось и они появились в небольшом коридоре, прямо перед тяжёлой дубовой дверью, — Спасибо, Тинки.              Малышка удивленно захлопала глазами, но сразу же опомнилась и, поклонившись, исчезла. Похоже её не так часто благодарили. Девушка неспешно подошла к двери, немного сомневаясь, стоит ли ей войти или ждать Малфоя. Долго думать не пришлось, так как проход открылся самостоятельно. В центре комнаты, спиной к ней, стоял блондин. Он рассматривал какую-то шкатулку.              — Это одно из хранилищ Мэнора, — послышался низкий мужской голос, — тут в основном хранятся дорогие украшения.              — Разве те, что вы оставили нам не дорогие?              — Грейнджер, дорогие — это больше миллиона галеонов, — он развернулся, чтобы ещё что-то добавить, но застыл на месте не моргая.              Впервые, наверное, за всю жизнь, она видела в его глазах нечто похожее на положительные эмоции. Даже можно сказать… Восхищение. Драко быстро опомнился и вернулся к шкатулке. Она подошла ближе, чтобы рассмотреть содержимое. В комнате было уйму сундуков разных размеров , и приходилось идти аккуратно, чтоб не упасть. Особенно на каблуках. Особенно Гермионе на каблуках. Она заглянула внутрь деревянного изделия.              Там хранились самые разные кольца, в самых необычных дизайнах и формах. Все они выглядели просто потрясающе, словно мини-ювелирный магазин. Она осторожно перевела взгляд на Малфоя не совсем понимая, что ей нужно сделать. Он заметил её замешательство и сказал:              — Нам нужно два кольца для венчания, выбери что-то на свой вкус. Тебе ещё долго с ним ходить.              Она озадаченно насупилась.              — Разве я не смогу снять его сразу после церемонии?              — Естественно нет. До тех пор пока ты будешь Малфой — кольцо будет оставаться на тебе, — она задумалась. Значит, нужно выбирать с умом. Что-то не слишком громоздкое и удобное, чтобы не мешало.              Она нашла какие-то самые маленькие и неприметные экземпляры, но тут её взгляд приковали два одинаковых кольца. Основание, скорее всего из платины, представляло собой словно небольшую веточку, на которой были вытеснены аккуратные листочки и россыпь маленьких камушков вместо цветов. В центре закреплен большой овальный бриллиант, а по бокам от него по сердцу из изумруда. Оно явно не подходило под описание “практичное”, но почему-то сердце тянуло именно к нему.              — Я выбрала, — она указала на бархатную подушечку. И вот, снова, та же эмоция в серых радужках.              — А так и не скажешь, что у тебя хороший вкус, учитывая Уизела.        Это сейчас что… Комплимент был?              — Честно говоря, я был уверен, что ты выберешь что-то попроще, вроде этих, — он ткнул пальцем на кольца, которые она изначально хотела взять.              — Видимо, я умею удивлять.              — Видимо, — он слегка покосился на её платье и многозначительно хмыкнул, доставая драгоценности и закрывая сундучок.              Закончив с этой процедурой, они вышли из комнаты и Драко запечатал её какими-то сложными чарами. Она слушала вполуха, так как её внимание привлекла гостиная. Та самая гостиная. В которой она и получила пару лет назад свой шрам. Он внезапно запульсировал, и начал жечь кожу, напоминая о своем существовании. Как будто, было мало тех моментов, когда она раздевалась перед походом в душ и рассматривала его в зеркале. Это стало словно отрезвляющей пощечиной. Нельзя забывать кто эта семья и зачем она тут.              — Идем за мной, — сказал Малфой.              Но вместо того чтобы плестись за ним следом, она поравнялась плечом к плечу и шла рядом. В этот раз она тут не пленница и они на равных. Гермиона не позволит никому собой помыкать. Он явно был удивлён, но ничего не сказал. Так они молча и шли до входа в сад. Как вдруг она заметила странное движение возле своих ног. Девушка инстинктивно отшатнулась в сторону слизеринца и он придержал её спину рукой, чтобы она не упала. От такого неожиданного касания по телу прошёлся электрический ток и она поспешно отодвинулась все ещё с подозрением смотря вниз.              — Павлины? У вас в саду есть домашние павлины?              — Да, мой отец их очень любит, иногда я даже думаю, что больше чем меня.              — Невероятно. Может и дракон где-то летает рядом? — съязвила Грейнджер, пораженная таким явлением.              — Я люблю летать только по утрам, — он слегка усмехнулся, явно забавляясь её реакций, и тем, как до неё доходило осознание сказанного. Гермиона густо покраснела.              Они дошли до арки, где их уже ждал гоблин, что будет официально закреплять их союз. Судя по тому, как он был одет и тому, что она не видела его ни разу в Гринготтсе, он был кем-то вроде персонального гоблина Малфоев. Это многое объясняло.              Драко призвал Тинки и попросил позвать остальных. Первыми пришли Джинни и Забини. Но что было самым странным — они шли вместе, под руку. Гермиона метнула в подругу взгляд “мы об этом точно поговорим”, на что та лишь сделала вид, что ничего не понимает и встала рядом. Последней появилась Нарцисса. Она была одета в роскошное вечернее платье нежно-голубого цвета, что так хорошо подчеркивало её дивные глаза. Наверное, это была самая грациозная женщина, которую она когда либо видела. И даже, несмотря на то, что она шла на каблуках не по самой ровной дороге, её осанка оставалась идеальной. Складывалось ощущение, что она парила — такими легкими и непринужденными были движения. Когда Миссис Малфой подошла ближе, то легонько улыбнулась в знак приветствия.              — Доброго дня, юные леди. Позвольте поинтересоваться, на ком из вас сегодня женится мой сын? — это была самая невозмутимая интонация, которую можно было только представить. Если она и была удивлена, то чертовски хорошо это скрывала.              Гермиона вышла немного вперед, здороваясь.              — Мисс Грейнджер, очень интересно, — она оценивающе её осмотрела. Именно в этот момент Гермиона поняла, что будь она сейчас в своих старых вещах, то сгорела бы от стыда. Что-то в этой женщине заставляло её чувствовать уважение, — Очень рада, что вам подошло одно из моих платьев, как и украшения.              — Так это вы все нам оставили? — такого поворота гриффиндорка уж точно не ожидала.              — Драко сказал, что, скорее всего, у вас не найдется подходящих по случаю вещей, поэтому я решила приготовить пару вариантов.              Девушка недовольно зыркнула на Малфоя, на что то лишь приподнял бровь.              — Благодарю, Миссис Малфой, это очень великодушно с вашей стороны.              — Раз уж все в сборе, предлагаю начинать, — вмешался Драко и Грейнджер, на удивление, была ему безумно благодарна.              Пара обреченных заняла место напротив венчальной арки, свидетели встали по бокам, а Нарцисса и гоблин переместились за строение, чтоб вести церемонию.              — Я так понимаю, что всю “торжественную” часть мы пропускаем? — блондин кивнул, — Дорошо, тогда переходим к клятвам. Прошу повторяйте за мной, — он повернулся к девушке, — Я, Гермиона Джин Грейнджер, даю свое согласие на брак с Драко Люциусом Малфоем, находясь в ясном сознании и по своей доброй воли, я обещаю быть с ним рядом в горе и в радости, в богатстве и бедности, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит нас.              Хотя формулировка и была далека от реальности происходящего, она все же повторила слово за словом, смотря в глаза Малфою с нескрываемым вызовом. Он оценил её несгибаемость и так же не отводил свой взгляд ни на секунду.              — Ваша очередь, — он повернулся к юноше, — Я, Драко Люциус Малфой, даю свое согласие на брак с Гермионой Джин Грейнджер, находясь в ясном сознании и по своей доброй воли, я обещаю быть с ней рядом в горе и в радости, в богатстве и бедности, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит нас.       Он уверенным тоном проговорил клятву.              — Прошу свидетелей назвать свои полные имена и подтвердить намерения молодоженов.              — Я, Блейз Фредерик Забини, подтверждаю законность брака и искреннее, — он слегка ухмыльнулся, — желание венчающихся.              — Я, Джиневра Молли Уизли, подтверждаю законность брака и искреннее желание венчающихся.              — Хорошо, и последнее — ваше слово Миссис Малфой.              — Я, Нарцисса Друэлла Малфой, даю свое полное согласие на проведение данного венчания и признаю Гермиону Джин Грейнджер частью семьи Малфой.              — Прошу вас всех расписаться в родовой книге, — к ним по очереди подлетал старый фолиант и они записывали туда свои инициалы, — Теперь обменяйтесь кольцами в знак вашей связи.              Блейз подал кольцо для Драко и тот медленно приподнял руку Гермионы. В этот момент замерли все присутствующие, стараясь даже не дышать, потому что именно сейчас всё могло пойти не так. Сердце заколотилось с бешеной скоростью. Он приподнял безымянный палец на тонкой руке и холодный металл не спеша заскользил по коже, фиксируясь на основании. В ту же секунду Грейнджер почувствовала, как её тело заполнила странная энергия. Она бурлила в крови, смешиваясь с потоками магии, словно пытаясь их поглотить. Голова закружилась, а температура тела начала стремительно расти. В шоколадных зрачках затерялся страх. Но ровно так же быстро, как это началось, так оно и закончилось. Лихорадка отступила, а кольцо издало изумрудное сияние. Все, кроме Джинни смотрели на неё с изумлением, не веря во всё происходящее. Даже лицо Нарциссы стало удивленно-обеспокоенным.              — Что-то не так? — не выдержав этого напряжения спросила Гермиона.              — Кольцо… Это поразительно… — заговорил гоблин, — у вас невероятный магический потенциал, сравнимый с самыми древними чистокровными линиями сильнейших волшебников. Для магглорожденной это необыкновенно. Вы действительно — ярчайшая ведьма своего времени, Мисс, — даже среди других существ ходили слухи о “Золотом трио”.              Гермиона неуверенно кивнула. Теперь её очередь. Драко не подал виду, что с ним что-то происходит, но короткая судорога в руке подтвердила, что он тоже это почувствовал. Его кольцо, ожидаемо, засветилось зеленым.              — И последний шаг: прошу скрепить ваш союз.        Что значит скре-              Она не успела закончить свои размышления, как Малфой притянул её за талию и накрыл своими губами. Внезапно, все её легкие захватил его тяжелый парфюм, а в рот проскользнул привкус мятной зубной пасты. Он целовал её очень сдержано, слегка касаясь губами. И они были такими чертовски теплыми и мягкими, что на пару секунд она поддалась. Это было просто невозможным, что бы такой холодный человек мог подарить такой теплый поцелуй. В низу живота начало зарождаться необъяснимое покалывание. И как только её прибило осознанием, что она, черт её подери, сейчас целуется с Драко Малфоем, девушка молниеносно отпрянула и влепила ему самую смачную пощечину, из всех что можно было представить. На бледном лице проступал красноватый отпечаток. Его губы, все ещё слегка влажные, растянулись в усмешку.              — Какого черта?! — негодовала она.              — Это обязательная часть, Грейнджер.              — Ты меня не предупреждал!              — Видимо, забыл, — он потер костяшками место поражения, упиваясь её эмоциями.              — На этом, правом данным мне, объявляю вас мужем и женой, — гоблин поставил печать рядом с их подписями, завершая церемонию.              — Отлично, — гриффиндорка, которая явно была вне себя от ярости пробормотала что-то невнятное, похожее на извинение, Нарциссе, а затем схватила Джинни за руку и двинулась куда-то в другую сторону парковой аллеи.        Чёртов Малфой!              

***

      

      — Но ты видела что он сделал? Как же он меня раздражает! Он мерзкий, противный, идиотский, кретинистый, несносный…              — А ещё я видела, что ты целовала его в ответ, — прервала её тираду Джинни.              — Я случайно! Я просто не ожидала, что он так сделает!              — Ну, на всех свадьбах жених и невеста целуются, это нормально.              — Да, но у нас не свадьба, а просто вынужденное сотрудничество!              Девушки сидели на небольшой кованой скамейке возле одного из фонтанов. Остальные, кажется, ушли в дом, но Гермионе нужно было время немного прийти в себя и успокоиться.              — И как оно?              — Что?              — Ну, тебе понравилось?              — Да… Нет! Мерлин, я не знаю! То есть да, он неплохо целуется, но это же Малфой! Как он вообще может кому-то нравиться?              — Гермиона, если для тебя он ничего не значит, то просто забудь. Это уже произошло. Вы ведь взрослые люди, что такого в простом поцелуе?              — Да ничего, но меня раздражает сама суть. Он позволяет себе вот так манипулировать мной и выводить на эмоции ради своей забавы.              — Разве ты не делаешь так же?              — Да, но только потому, что он так делает! — рыжеволосая прыснула.              — Хорошо-хорошо, это он виноват, он — негодяй! Мы обязательно пожалуемся его матери и она поставит его в угол.              — Джи-и-и-нни, я серьёзно!              — А чего ты ожидала от Малфоя? Он всегда старался тебя задеть. Просто не обращай внимания на него и используй по полной.              — Ладно, думаю ты права. Кстати, а что было с Забини?              — Что было с Забини? — непонимающе переспросила девушка.              — Вы пришли вместе.              — Мы просто встретились по дороге. У нас с ним нет такой вражды как у вас, поэтому мы спокойно можем находиться в компании друг-друга и не ссориться. Ничего сверхъестественного.              — Будь аккуратнее, не стоит доверять пожирателям.              — Он не пожиратель, — Гермиона удивленно уставилась на неё и подруга начала оправдываться, — Я просто случайно увидела его предплечье, там пусто.              — И все же.              — Ладно, как скажешь, Гермиона-которая-заключила-контракт-с-Малфоем. Пошли, я думаю, что у тебя еще остались незавершенные дела тут.              Грейнджер кивнула и они направились к зданию. Зайдя внутрь, стало слышно доносящиеся голоса из гостинной на первом этаже. Хвала Мерлину, не худшей из возможных. Девушки зашли внутрь, там были только Блейз, что развалился на диване, и Драко, прощающийся с гоблином. Нарцисса куда-то ушла.              — Спасибо за оказанные услуги, надеюсь это все останется между нами, — он вручил ему увесистый мешочек с галеонами.              — Мистер Малфой, вы ведь знаете, что нам нет дел до конфликтов волшебников. До тех пор пока вы платите мне деньги — я не имею права разглашать какую-либо личную информацию этой семьи.              — Хорошо, и ни слова моему отцу.              — Я не буду отправлять ему сову с радостной вестью, разумеется, но если он запросит древо, — он постучал длинным ногтем по фолианту с их подписями, — я не имею права ему в этом отказать.              — Понимаю, по возможности тогда предупредите меня если такое случится.              — Постараюсь, Мистер Малфой. Всего доброго! — и он исчез в камине.              Только сейчас Драко заметил, что число лиц в комнате слегка увеличилось.              — Как прогулка, Грейнджер? Любовались гортензиями? — бросил он издевательским тоном.              — Все прекрасно, Малфой. Спасибо за беспокойство, — процедила сквозь натянутую улыбку.              — Может, нам всем стоит немного выпить? — вмешался Блейз, стараясь избежать очередного препирательства.              — О, я точно не против, — Джинни устало свалилась в кресло напротив дивана.              — Нам с Малфоем нужно в библиотеку, это то, ради чего мы здесь, — она перевела на него взгляд и он ей кивнул, — Джин, ничего если я тебя оставлю?              — Иди уже, со мной все будет в порядке, — она приняла у мулата стакан огневиски и сделала глоток.              — Спасибо, я тебя обожаю.              — Я знаю! — крикнула она вдогонку.              Они шли с Малфоем теперь уже совершенно в другую сторону, нежели утром. Видимо, там находилось хозяйское крыло. Когда коридор достиг конца, она почувствовала как тело преодолело какой-то барьер. По ощущениям было похоже на то, когда проходишь сквозь стену на станции к Хогвартс-Экспрессу. Едва ощутимая зябь и мурашки, что расползлись по оголенной коже. Прямо перед ними была огромная двойная дверь. Малфой потянул ручку.              Первым, что она ощутила — был запах книг. Их тут было просто огромное количество. Настолько много, что казалось невозможной задачей их когда-то сосчитать. Книжные полки росли вверх, заполненные битком самыми разными обложками с всевозможными названиями. Судя по тому, что верхушек не было видно, комната находилась под заклинаниев внутреннего расширения. Это как стоять внизу очень глубокого колодца и смотреть в небо, но натыкаться взглядом лишь на бесконечность мощенного камня. Гермиона зачарованно подошла к стеллажам, едва касаясь кончиками пальцев. Она пребывала в полном восторге. Это осязалася в воздухе. Кажется, что, при желании, можно даже потрогать его, пропустить между пальцев, нырнуть с головой и очутиться в самых невинных и теплых воспоминаниях с детства.              Драко остался стоять у входа, оперевшись плечём на косяк двери и скрестив руки. Он просто наблюдал за ней, за её реакцией. Он не отпустил ни одного комментария: саркастичного или грубого. Он просто молчал, почти не дыша, чтоб не портить момент.              — Это… Это просто невероятно! — она обернулась в его сторону, улыбаясь самой широкой в мире улыбкой. Даже цвет её глаз стал будто бы на пару тонов теплее. Это был первый раз когда она смотрела на него без неприязни и раздражения.              — Рад, что тебе нравится, — уголок рта наметил извилистую линию. За которой тоже, на удивление, стояла искренность.              — Могу я…? — девушка несмело протянула руку к пестрящей обложке. Юноша лишь коротко кивнул.              Бережно, почти невесомо, книга выскользнула из стройного ряда. Послышался шелест бумаги. Гермиона перелистывала страницы, жадно хватаясь взглядом за любые детали. Затем она вернула фолиант на место и достала другой. Минут пять она ходила вдоль полок и просматривала всё, за что цеплялся пытливый ум, просто не веря в реальность существования подобного места.              — Здесь столько редких и старых изданий. Это потрясающе…              — Наша семья нажила своё состояния в основном из-за коллекционирования и хранения разных ценных вещей. Книг в том числе, — она не заметила, как Малфой оказался за левым плечом.              — Никогда бы не подумала. Я не слышала ничего такого, даже когда читала о семьях чистокровных.              — Естественно, потому что это закрытая информация, которую знает только наша семья и приближенные.              — Здесь даже магловские книги! Но… Разве вы не против всего магловского?              — Какая разница, магловские они или нет, если они имеют ценность? К тому же, моя мать любит читать любые интересные детективы. Даже эту Агату Кирсти.              — Агату Кристи, — поправила его Грейнджер, на что он просто пожал плечами с видом “невелика разница”.              Когда она закончила просматривать все, к чему могла дотянуться, то наконец заметила стол, на котором лежала стопка бумаги, чернильница, пару перьев и та самая книга. Спустя столько времени, потраченного на её поиски, было страшно даже коснуться её, что бы случайно не рассеять мираж. Но это оказалось реальностью. Гермиона развернула книгу, окунаясь в чтение.              — Я думаю, что моё присутствие необязательно. Буду у себя, — на этом моменте она уже слушала вполуха, не вдаваясь в подробности и размышления о том, где находится это “у себя”. Все её внимание было сконцентрировано на новой подсказке.                     

***

      Спустя около трёх часов, девушку уже окружала целая мини-коллекция разных словарей древних языков. Тинки любезно помогла ей научиться пользоваться стендом для быстрого поиска литературы, но это едва ли помогло. Львиная доля книги состояла из описания, предположительно, разных темных ритуалов на непонятных языках. Лишь несколько она нашла на староанглийском, однако они были никак не связаны с крестражами. Это удручало. Удалось перевести ещё пару страниц, но тоже мимо. Похоже, тут гораздо больше работы, чем она предполагала. Очень хорошо, что она все-таки может видеть оригинал книги, потому что любая неточность пера - и вышло бы иное слово. Значит, всё это было не зря. Просто нужно время.              Голова гудела, мысли путались, а странные закорючки сливались в единое месиво. На улице вечерело. Она решила, что для начала неплохо получилось, но сил заставлять себя сидеть дальше уже не было. Девушка решила искать Малфоя, чтобы он провел её к подключенному камину, потому что она точно сама его не найдёт. Собрав пергаменты и уменьшив их до размера ладони, Гермиона покинула библиотеку. Можно было, конечно, снова попросить помощи у эльфа, но зудящий внутри интерес подталкивал её побродить по хозяйскому крылу.                     Оно было таким же, как все поместье, но и в тот же момент другим. Тут не стояла такая тяжелая атмосфера. Как будто стены не так давили. В воздухе витала легкость и спокойствие. Гермиона готова была поставить 10 галлеонов на то, что это была полностью заслуга Нарциссы. Коридор завёл её в небольшую гостинную, с камином, парой кресел, диваном и роялем в углу комнаты. Тут было уютно. Мягкий свет от камина обводил контур мебели, создавая комфортный полумрак. За окнами розовели остатки заката на темно-синем полотне неба. Что-то внутри неё потянулось к инструменту.        Когда я в последний раз играла?              Она не могла вспомнить. Опустившись на небольшой стул с мягкой обивкой, она коснулась холодных клавиш. Сначала совсем немного, словно пробуя звук, затем уже с легким нажимом. Мелодия полилась из-под её пальцев, заполняя всю комнату. Это было что-то импровизированное на основе произведений, что она когда-то учила. Она получалась такой свободной, такой легкой, с некоторой долей отчаяния. Словно птица, что вырвалась из клетки и взмыла в воздух, разрывая крыльями воздух и тучи, стремясь к солнцу. Она то спускалась ближе к земле, то взлетала вверх, удаляясь все дальше и дальше за линию горизонта. Она знала, что если подлетит слишком близко, то её нежные перышки опалятся и сгорят, но так отчаянно жаждала свободы и тепла. Под конец вышло совсем грустно, но отчего-то так по-настоящему. Гермиона оторвала руки, чувствуя, как её сердце колотится.              Следующее, что она почувствовала была пара внимательных ясно-голубых глаз. Миссис Малфой с интересом наблюдала за ней с нежной материнской улыбкой, затерявшейся в складке губ.              — О, п-простите, я… — начала заикаться девушка.              — Очень красиво вышло. Что за мелодия?              — Просто импровизация.              — Я раньше всегда любила слушать, как играл Драко. Сейчас он такой занятой. Приятно было снова услышать звуки музыки в доме.              — Не знала, что он тоже умеет играть.              — Его всегда тянуло к прекрасному, — она загадочно окинула Гермиону взглядом.              — По нему и не скажешь, — саркастически фыркнула девушка, но, похоже, Нарцисса пропустила это мимо ушей.              — Вы можете мне рассказать немного больше о том, зачем вы тут?              — Боюсь, что нет, Миссис Малфой. Для вашей же безопасности.              — Я рожденный окклюмент. Как и все в семье Блэков. Если я не захочу чего-то говорить — никто не узнает об этом, — значит Малфой все-таки не врал тогда.              Гермиона все же немного сомневалась, стоит ли ей рассказывать что-то. Не понятно была ли это магия вейлы в крови или просто природная харизма, но сердце чувствовало доверие к этой женщине. Помедлив, она произнесла:              — Многого я не смогу вам сказать, но я ищу ответы на некоторые вопросы, и ваша библиотека мне очень сильно в этом может помочь.              — Полагаю, речь идет о Темном Лорде? – увидев замешательство в карих глазах, она продолжила, — Можете не отвечать, я понимаю. А как у вас с внутренними стенами?              — Боюсь, я не обладаю такими навыками. Я пробовала однажды научиться по соответствующей литературе, но это не дало результатов.              — Я могла бы помочь вам. Из меня неплохой легилимент. А на вашем пути, я думаю, это может стать весьма полезным, возможно даже необходимым навыком.              — О… Не знаю, что и сказать, — девушка начала растерянно бегать глазами по комнате.               С одной стороны это действительно могло помочь, а с другой… Если она узнает, что Гарри жив…              — Я понимаю, что для вас это может быть риск, но могу лишь заверить, что пока вы на стороне Драко, то и я буду на вашей. И я не буду трогать воспоминания, в которые вы не будете меня пускать. Выберем какие-то незначительные и старые, чтобы тренироваться их защитить. Тогда вы сможет так сделать со всеми. Я даю вам своё слово, а оно для меня — нерушимо.              — Благодарю, — эта женщина с каждым разом вызывала в ней всё больше восхищения, — Тогда я с радостью приму вашу помощь.              — Чудно, буду ждать вас тут по вечерам. Это моя личная гостинная для чтения, Драко и Люциус тут редко бывают. Приходите по возможности.              — Хорошо. Ещё раз спасибо, — она поднялась со стула, — Я думаю, что мне уже пора. Не подскажете, как найти вашего сына и где можно оставить платье и украшения?              — О, не бери в голову, это подарок. Все-равно я их уже давно не ношу. Мне будет очень приятно если вы с мисс Уизли его примите. А Драко… — она перевела взгляд ей за спину.              — Я что-то пропустил? — в дверях показалась блондинистая голова.              — Нет, я просто искала выход. Спасибо, Миссис Малфой, до свидания, — женщина напоследок ей улыбнулась и кивнула в знак прощания.              Они шли с по коридору до лестницы, и Гермиона старалась понемногу запоминать маршрут. Судя по всему ей тут ещё часто бывать.              — Нашла что-то? — нарушил тишину слизеринец.              — Пока нет, всё написано на разных языках и перевод займет некоторое время. Мне придется ходить сюда пока не смогу всё расшифровать.              — Я так и предполагал. Постарайся запомнить дорогу и не бродить по всему поместью. Сегодня тут никого нет, но так не всегда. Не нарывайся на проблемы.              — Ладно, — сил спорить уже не было.              — Неплохо играешь, — это было настолько же неожиданно, как увидеть летающего пингвина.              — Ты слышал?              — Конечно, я же не глухой. Думаю, тебя все слышали, — она слегка покраснела, потому что об этом как то и не задумывалась.              Остальная часть пути прошла в таком же молчании. Когда они спустились в гостинную та, на удивление, оказалась пустой.              — Салазар, и куда они ушли? Тинки, найди Блейза и Уизли, скажи что Грейнджер закончила.              Через пару минут эльфийка вернулась с Джинни, та выглядела слегка взволнованной и немного напуганной. Это было странно. Она ничего не спросила ни про книгу, ни про что-то ещё, а просто молча подошла к камину.              — Порох слева, — подсказал Малфой, и она первая растворилась в зелёном огне.              — А что с нашей одеждой?              — Я отправлю вам совой.              — Ладно.              Когда Гермиона появилась в своей комнате, то уже была одна. От рыжеволосой и след простыл. Она решила её сегодня не трогать и надеялась, что ничего плохого не произошло. Наконец-то этот длинный день подошел к концу.              

***

      

      Она стояла одна среди тишины гостинной, что нарушал лишь треск поленьев в камине, который заботливо разожгли домашние эльфы. Рука невесомо легла на черное лакированное дерево рояля, и воспоминания накрыли её с головой. Почудился запах юности, и заиграла мелодия ностальгии.              

7 сентября 1971

      

      От начала шестого курса прошла уже неделя. Нарцисса стояла около музыкального инструмента, наслаждаясь какой-то веселой песней, что играла Лиззи.              Они познакомились с ней на третьем курсе чудным летним вечером, когда Блэков пригласили на одно из ежегодных мероприятий Элфордов. Мать заставила тогда всех троих сестер выглядеть самым приличным и подобающим образом, что явно раздражало Андромеду. Для тринадцатилетней Цисси это же было совсем не сложно. Ей всегда хорошо давались приемы и мать это очень радовало. Но внутренние стены помогали скрывать нависшую скуку. У неё не было друзей среди аристократии, так, лишь знакомые, которым она учтиво улыбалась. Девушка не ожидала ничего нового от этого вечера и не была охвачена той паникой и переживаниями, что витала в их родовом поместье.              — К чему вся эта суета? Мы же постоянно ходим на приемы.              — Ах, милая, это не просто прием. Семья Элфордов самая богатая и самая влиятельная во всей магической Британии. Они также входят в мировое содружество чистокровных. И, кстати говоря, у них есть девочка твоего возраста, было бы неплохо если бы вы подружились.              Она не раз в Хогвартсе слышала про Элизабет, дочь зельеварочного магната. Ещё с первого курса к ней было приковано очень много внимания. Но та училась на Когтевране, поэтому они не часто пересекались и никогда прежде не общались. Наверняка очередная избалованная девица.              И именно эта девица буквально налетела на неё из толпы в зале приёмов нарушая абсолютно все мыслимые и немыслимые приличия.              — Вот ты где! А я искала тебя! Я ведь обещала показать тебе наш сад.              За ней впопыхах бежал какой-то несуразный мальчишка, стараясь не сбить кого-то из гостей. Яксли, кажется.              — Но, мисс Элизабет, я ведь не рассказал вам ещё про…              — Прошу меня простить, но мне нужно уделить внимание всем нашим гостям, — и она схватила ничего не понимающую Нарциссу под локоть, уволакивая куда-то в сторону выхода.              Вскоре они действительно очутились в роскошном саду, освещаемым лунным светом и парой парящих фонарей со свечами.              — Прости за это, я просто уже не знала, как мне избавиться от этих рассказов про разновидности лягушек.              — О, я понимаю, мы с ним на одном факультете и на занятиях по травологии он просто не замолкает.              Элфорд рассмеялась, и смех был настолько звонким и заражающим, что Блэк тоже не удержалась.              — Я кстати Элизабет, но можешь звать меня просто Лиззи.              — Очень приятно, Нарцисса.              — Какое красивое имя, — воскликнула девушка, — можно тогда я буду называть тебя Цисси?              — Я не против, — она улыбнулась.              В тот вечер они много гуляли и говорили обо всём на свете. Это оказалась так приятно, просто болтать обо всяких глупостях не задумываясь, что о тебе подумают или скажут. Но каким было её удивление, когда Лиззи первого сентября радостно махала ей на вокзале Кингс-Кросс. С тех пор они стали почти что неразлучны.              — Нам уже пора.              — Ну подумаешь, немного опоздаем. Мы же дамы, нам можно.              На неё смотрела пара чистейших серых глаз, принадлежащих русоволосой девушке. Пряди легкими волнами спускались по плечам, создавая слегка небрежный вид, но едва ли так можно было описать их обладательницу. Густые брови, небольшой округлый нос, пухлые красноватые губы и россыпь едва заметных веснушек. Даже если закутать её в огромный мешок из-под картошки и измазать грязью, она все-равно будет смотреться в нем легко и женственно.              — Лиззи, ты как всегда. Идем.              Белла позвала сестру с подругой познакомиться со своей компанией. Они были на год старше, но удивительным было то, что среди трёх слизеринцев затерялся один гриффиндорец. Явление из раздела фэнтезийных книг школьной библиотеки.              Большая змея вынырнула из пола, открывая взору потайную дверь, что вела в гостинную их факультета. В углу большого помещения, на диванах, расположились трое парней и темноволосая девушка с прямыми волосами. Они оживленно что-то обсуждали. Кажется, квиддич.              — Люциус, ты ведь прекрасно знаешь, что мы победим. У нас в этом году команда куда лучше, благодаря новым игрокам. Я видел их в деле, — парировал парень с гербом льва.              — Это просто смехотворно. Слизерин забирает кубок уже какой сезон подряд. Кем бы ни были ваши новички, этому не бывать, — он перевёл взгляд на девушек, — Приветствую вас, милые дамы.              — Это моя сестра Нарцисса и её подруга Элизабет Элфорд, — представила их Беллатриса.              Малфой встал и поцеловал девичьи руки в знак приветствия, немного задержав взгляд на белокурой Блэк.              — А это мои друзья. Люциус Малфой, Том Реддл и Габриэль Брикман.              Люциуса девушка помнила ещё с приемов, они часто там пересекались, но никогда официально не знакомились. Их семья достаточно влиятельна и имеет одно из самых внушительных состояний. Никто правда не знает, чем они занимаются, но все их уважают и побаиваются. Можно понять почему. Платиновый блондин с короткой стрижкой, острыми чертами лица, прямым широким носом, точеными скулами и тонкой линией губ. А также этими хмурыми бровями и стальными глазами. Их цвет отличался от тех, что были у Лиззи. Если радужки подруги можно было сравнить с цветом сияющего единорога, то его… Ртуть. Она плавно стекала в небольшие капельки, поблескивающие на свету, обладая странным магнетизмом и ядовитостью.              Второй юноша лениво перевёл глаза из-за книги. Тома тоже можно было встретить на мероприятиях, он, как правило, собирал вокруг себя мужчин, обсуждая с ними политику. Хотя, она ни разу не видела его родителей, да и не была уверена чистокровный ли он. Но то, что он попадал на закрытые празднования говорило о многом. Темные волосы, разделены пробором, темные глаза, да и сам он был во всём черном. Под глазами лежали небольшие синяки, видимо он часто засиживался допоздна за чтением. Его телосложение было более хрупким на фоне двух широкоплечих спортсменов, но это ни капли не делало его менее внушительным, и даже наоборот, добавляло загадочности.              Третьего парня она видела впервые, хотя фамилия Брикман говорила о многом. Это вторая по влиятельности семья после Элфордов, что занимались добычей и торговлей драгоценными камнями. Странно что они не пересекались раньше. Каштановые волосы, карие глаза и форменная мантия Гриффиндора. Заявиться в ней в гостинную слизерина уж точно смелый поступок. Черты его лица складывались плавными линиями, создавая ему действительно красивую внешность. Нарцисса могла бы поспорить, что он имеет куда больше десяти поклонниц.              — Как вышло что мы с тобой не виделись раньше? — обратилась она к Габриэлю.              — Я просто не фанат всех этих торжеств. В детстве я всегда с них сбегал, чтобы полетать на метле и мать решила, что бесполезно меня заставлять, — он неловко провел рукой по затылку.              — О, ясно.              Именно этот вечер в атмосфере прохладных подземелий и перекатывающегося на языке вкуса белого сухого вина стал началом их истории. Истории про шестерых молодых, влиятельных и амбициозных аристократов.