Слишком

      Следующие несколько дней выдались для Каса благоприятными. Ни одно из занятий не показалось ему ужасным, по крайней мере, до сих пор; и он пока не успел совершить ничего глупого. У него всё неплохо складывалось, и это заставляло его улыбаться почти постоянно.       Так прошли первые три недели с начала семестра, но потом всё покатилось к чертям. Профессор Винчестер, Дин, решил провести внеплановую контрольную работу. Если и существовало что-то, что Кас был не в состоянии выполнить — то это вот такие сюрпризы — особенно неприятные.       Паника целиком поглотила его, как только ему на стол лёг листок с заданиями. Всего лишь пять задач, он мог решить их.             1. Задача… Два раза проверить. Правильно.             2. Задача… Два раза проверить. Правильно.             3. Задача… Два раза проверить. Правильно.             4. Задача… Два раза проверить. Правильно.             5. …       Кас моргнул. Он почти закончил. Это последняя задача. Он мог решить её.             5. …       Он упорно пытался найти ответ, молясь про себя, чтобы его хорошее настроение никуда не исчезло. Серьёзно, было несправедливо, что одна маленькая задачка может переменить его настроение; и насколько другим человеком он станет, если оно всё-таки изменится.       Он получил ответ. Он дважды проверил его.       Неправильно.       Он получил другой ответ. Он дважды проверил его.       Неправильно.       Его одолели отчаяние и тревога. Он не понимал, почему у него не получается её решить. Это простая задача. Она должна была быть лёгкой.       Ответ… Два раза проверить. Неправильно. Дерьмо.       — Я ни хрена не понимаю, как она решается!       В аудитории воцарилась гробовая тишина. Он действительно сказал это вслух?       — Кастиэль? Могу я поговорить с тобой наедине, пожалуйста?       Отовсюду вокруг послышались смешки.       Да. Да, он действительно сказал это вслух.

***

      Он ждал снаружи, пока Кас проберётся через ряды рюкзаков и дойдёт до двери.       — Кас… — начал Дин, когда тот появился.       — Простите, профессор Винчестер. Это больше никогда не повторится. Я был так расстроен и я…       — Кастиэль, дыши, — Дин положил ему на плечи руки, чтобы тот успокоился и сосредоточился.       Он проследил, как его студент медленно делает глубокий вдох и выдох. И почувствовал напряжение в паху. Дин не мог не заметить, насколько красивым был его студент. Кажется, упражнения с дыханием помогли, хотя тревога и испуг никуда не делись из больших синих глаз Каса.       — Кас, — Дин снова начал говорить, — если ты не понимаешь материал, мы, конечно, можем найти тебе репетитора, или я сам могу с тобой позаниматься дополнительно, хорошо?       Кас тихо сглотнул. Как бы замечательно не звучала идея о дополнительных занятиях именно с этим профессором, он понял материал достаточно хорошо, и не мог ему соврать. Он просто ненавидел, когда ему приходилось рассказывать своим преподавателям о своей проблеме. Они всегда считали, что он притворяется. Им не было до него никакого дела, даже если они и замечали, что с ним что-то не так. Другие преподаватели, которые действительно всё знали, смотрели на него с жалостью. Кас ненавидел, когда его жалели.       — Мне… Мне неудобно говорить об этом здесь. Можем мы… поговорить позже?       — Да, конечно, — Дин удивлено кивнул. Этот студент не выглядел на свои годы. В чём бы ни была его проблема, он более чем заслуживал времени Дина.

***

      Они договорились встретиться вечером после занятий около 17:30. Кас нервничал. Конечно, он часто нервничал, когда разговаривал с профессорами, но было что-то такое в профессоре Винчестере… Дине, что заставляло его пульс биться чаще, и из-за чего у него потели ладони.       Кастиэль встал в дверях кабинета Дина, в руках он держал два стаканчика кофе; профессор поднял голову и улыбнулся ему.       Кас покраснел и, пытаясь скрыть это, с огромной скоростью затараторил.       — Я, эм… Я принёс вам кофе, я не знал, какой вам нравится, поэтому я взял обычный кофе, — он поставил стаканчики на стол. — И ещё для вас я взял со сливками и сахаром. Он из магазина неподалёку, я надеюсь, вам понравится. Это моё любимое место, я хотел поблагодарить вас, так что…       — Кас, — Дин прервал его. Он подумал, что никогда не слышал ничего приятнее. Он почувствовал одухотворение совершенно явно, — Спасибо тебе. Это очень заботливо.       Дин пригласил его присесть. Кас опустился, и они погрузились в уютную тишину. Кас заговорил первым.       — Официальный диагноз — биполярное расстройство со склонностью к бреду и предрасположенностью к наркомании, — он замолчал на мгновение. — На самом деле всё не так ужасно, как звучит. У меня нет слуховых или визуальных галлюцинаций. У меня нет раздвоения личности. Хотя, думаю, иногда может показаться, что это не так. Мне поставили диагноз четыре года назад. Я принимаю лекарства, которые держат меня в стабильном состоянии, но каждый день у меня проходит по-разному. Сейчас мне намного проще распознать приближающиеся приступы, чем раньше. Моё настроение до сих пор неустойчиво, но всё не так плохо, как раньше, я уверяю. Я взял этот курс снова, потому что в прошлом году у меня возникли проблемы, и ранним утром вторника я проснулся в госпитале. Меня поместили туда на неделю, так что я пропустил занятия. Я планирую закончить этот семестр без… без перерывов, хотя, я уверен, вы понимаете, что я не могу планировать ничего подобного заранее.       Когда он закончил свою речь, Дин сделал большой глоток кофе, поставил стаканчик на место и посмотрел на него. Кас начал паниковать. Он сказал слишком много? Его отстранят от занятий? Для него всё кончено в этом колледже?       — Я гей.       — Что…? — Кас уронил челюсть.       — Ты сказал, что у тебя биполярное расстройство, — Дин пожал плечами. — А я гей. Я думаю, что у спортсмена, сидящего на первом ряду, завелись лобковые вши, — он усмехнулся. — Я хотел сказать, что всё это не имеет значения.       Тишина продолжалась, Кас быстро допил свой кофе.       — Не имеет?       — Нет. Не совсем.       — Но… Сегодня я сорвал занятие…       — И что? — спросил Дин. — Такое случается. Однажды в старшей школе я заснул посреди урока, и мой друг подумал, что будет весело меня толкнуть. И я с криком приземлился на пол. А твоё нарушение, по крайней мере, было связано с учебным материалом.       Кас не мог поверить, что этот разговор происходил на самом деле. Когда подобное случалось, преподаватели обычно всегда отстраняли его, либо читали нотации о необходимости образования, или рекомендовали хорошего терапевта. Но Дин был не таким как все, это было очевидно.       — Расскажи мне о своём бреде. Ты сказал, он отличается от галлюцинаций, — Дин снова улыбнулся. — Будет отрадно знать, что однажды я не войду в аудиторию или кабинет и не обнаружу, как ты посыпаешь солью пол, пытаясь отогнать демонов.       Внезапная смена темы его немного удивила, но он быстро встрепенулся и засмеялся над шуткой, несмотря даже на то, что она была довольно жалкой.       — Эм. Да. Это больше похоже на… Я люблю читать, но приходится делать это осторожно. Потому что если я погружусь в книгу слишком сильно, я забуду, что… что мир в книге — ненастоящий. И потеряю связь с реальностью. А потом… это просто… случится.       — Разве не все погружаются в книгу при чтении?       — Да, вероятно, — Кас улыбнулся этой мысли.       Они снова замолчали. Честно говоря, этот разговор заставил Каса почувствовать себя лучше. Он редко чувствовал себя комфортно, сидя в тишине.       Но на этот раз молчание нарушил Дин.       — Умереть, уснуть. // Уснуть! И видеть сны, быть может? Вот в чем трудность; // Какие сны приснятся в смертном сне, // Когда мы сбросим этот бренный шум, // Вот что сбивает нас [2].       Кас замер, а потом пробормотал:       — «Гамлет». Акт 3. Сцена 1.       — Да, — Дин улыбнулся. Ему действительно нравился Кас. Вероятно, даже больше, чем преподавателю должен нравиться студент, но сейчас это было неважно. Он продолжил: — Всё верно, Кас. Даже Гамлет, один из величайших литературных персонажей всех времён, прошёл через подобное, — он потянулся через стол и сжал руку Каса. Она была холодной. — Важно то, что ты со всем справишься.       Они разговаривали ещё около часа… обо всём. Это был первый раз, когда Кас действительно чувствовал, что всё хорошо после того, как он открылся кому-то. Ему казалось, он нашёл друга. Приятно было знать, что кто-то волновался за него из-за перепадов его настроения. А в конце встречи, которая продлилась гораздо дольше, чем они ожидали, они пожали друг другу руки и попрощались.       — Можем ли мы… может быть… встретиться снова? — нервно спросил Кас, дойдя до самой двери и развернувшись к преподавателю. — Хорошо иметь кого-то, кому можно открыться.       Дин улыбнулся так же, как и много раз до этого.       — Конечно. Я просмотрю своё расписание и найду для тебя время.       Кас отправился к своей машине с чувством большой надежды, которая распространялась по всему телу, грея его.       Дин до своей машины практически бежал, радуясь, что он наконец-то едет домой и у него есть возможность провести кое-какие исследования. Он хотел лучше понять своего любимого студента.