На борту девица!

«Тепло». — именно это слово как нельзя лучше описывало то, какой была атмосфера в родительском доме Аякса, пока девушка пила травяной сбор с добродушной женщиной. К удивлению Люмин, матушка, которой действительно хотелось бы о многом узнать, почему-то решила расспросить блондинку именно о её прошлом, а не о связи с сыном. Понимая, что эту сторону вопроса та не слишком прорабатывала, гостья практически ничего не могла ответить, кроме как, что она из Монда и у неё тоже есть семья (брат). Рассказ получился скудным на детали, ведь упоминать навязанную женитьбу и побег было строжайше запрещено Аяксом. Такие вот интересные подробности сильно бы подпортили легенду мужчины, что они вместе наспех сочинили. -- -(по дороге в Снежную, несколько дней назад)- — Давай ещё раз, девчуль. Самая базовая информация. — капитан сидел за своим столом, с улыбкой глядя на собеседницу снизу вверх, наслаждаясь её видом в свете тускло горящей керосиновой лампы. Эта негодница по прошествии месяца стала настолько раскрепощённо себя чувствовать, что сейчас сидела прямо на его столе, закинув ногу на ногу, даже не думая, что своей очаровательной попкой помяла подготовленные к отчёту для портовых служб бумаги. Такую дерзость мужчина позволял ей только в таком виде — когда на пиратке, из всех элементов одежды, была только рубашка. Этот маленький фетиш у него появился ещё в Инадзуме, когда она впервые показалась ему в столь непристойном, но крайне желанном виде. — У тебя была особая командировка от Её Святейшества Тсаритсы. — Люмин было тяжело выговаривать слова на снежанском, хоть и да, она правда старалась. Почти всегда. Честно-честно. — Милая… — сколько раз они уже отрабатывали эту несчастную букву? Но, стоило признать, из губ иностранки, которая даже могла произнести несколько слов на забытом самими Архонтами Каэнри’ахском, это было даже мило. Однако, зная, какие планы у Аякса были на девчонку, что должна была предстать перед правителем Страны Снега в качестве свидетеля по делу о глазе порчи, мужчина каждый раз цеплялся за неправильное произношение, надеясь не разгневать Её Святейшество при личной встрече. — Прижми свой чудесный язычок к нёбу и… — он встал с кресла, становясь прямо перед Люмин. — Скажи как следует. — Тса-ри-тсы. — произнесла девушка по слогам, отчего капитан в недоумении уставился на неё. — Ты… сейчас издеваешься надо мной? — видя то, как заулыбалась девчонка, он даже не поверил, что она столь очаровательно разводит его своей якобы неспособностью правильно говорить. — Ещё как, капитан. — даже понимая, что успех их миссии будет зависеть от деталей, которые Люмин придётся рассказывать родственникам мужчины, она не упускала возможности насладиться их стремительно утекающим временем вместе. Вот как сейчас: в каюте, наедине, под шёпот морских волн, ударяющихся о борт корабля, и шорохи раскрывающихся под силой ветра парусов… — Ах да? И на что же вы, Госпожа Виконтесса, — он поставил руки в по бокам от сидящей девушки, нависая над ней, — рассчитываете, исходя из задуманной вами авантюры~? — мужчина обожал моменты, когда в блондинке просыпалась эта игривая натура. Но он был серьёзен, рассчитывая, что девушка ответственно помнит о всех оговоренных деталях, а потому намеревался, всё же, проверить усвоение выданного ей ранее материала. — На снисхождение? — посмотрев из-под полузакрытых век на Аякса, девушка надеялась, что они смогут на как можно дольше оттянуть момент, когда нужно будет укладываться спать. Ведь уже на днях им суждено причалить к берегам холодной страны. — Мне искренне жаль, но… — продолжая медленно наклоняться к её губам, капитан вдруг резко вдавил девушку в стол, перехватывая руками её запястья, заводя за голову. — Я не собираюсь потакать вашим прихотям, принцесса. — освободив свою правую руку, он положил её на живот блондинке. — Аякс, ты…?! — Люмин испуганно уставилась на мужчину, чувствуя, куда сдвинулось запястье рыжего — в бок. — Вздумала дразнить своего капитана, милая? Не могу не отметить твой обаятельный авантюризм! — девушка ощутила, как он слегка дёрнул её за талию, а затем начал щекотать, крепко прижимая своим телом к столу. — Быстро, повтори мне всё, что ты знаешь. — Ха-ха, нет, Ая… Аякс, прекра… Ах-ха! — девушка, будто уж на сковородке, извивалась под ним, стараясь уйти от приятно-неприятных ощущений, но никак не могла вырваться. Это была самая настоящая пытка: чувствовать его тело так близко, но получать совершенно не те ласки, на которые рассчитывала. — Говори, ну же! Я же знаю, что ты долго не протянешь~. — продолжая щекотать непослушную принцессу, он и сам не заметил, как настроился на ту же волну веселья, что и Люмин. — Хах! Ты! Ты в командировке от Её Святейше… ха-ха, Святейшества и мы в порту, хах, ай! В порту Ли Юэ, с братом, ах-ха! Ты пригласил меня и… Архонты, ха-ха! И вот я, ха-ха! Не могу больше! — слёзы из глаз от смеха не позволили блондинке увидеть ту нежную улыбку, с которой капитан смотрел на эту озорницу. Он тоже ценил их время. — Я был в специальной командировке от Её Святейшества, вместо Синьоры. Мы встретились в банке Северного королевства, когда ты с братом путешествовала. После этого я пригласил тебя на праздник, посвящённый новому году к себе на родину, и ты согласилась. — щекотка прекратилась и теперь мужчина нежно проводил этой же рукой по талии девушки, забравшись под ткань рубашки. — Д-да… — чуть выгибаясь к нему навстречу, проговорила Люмин. — Всё так и было, Ваша Светлость. — Вот теперь всё правильно, милая. Ты хорошо постаралась. — долгожданный поцелуй наполнен нежностью, которую Аякс так стремился передать пиратке. Сначала их любовь была страстной, наполненной духом исследования друг друга. Затем появились взаимные ожидания и уверенность в действиях. Смелость тела и стремление к постоянному соприкосновению то и дело сталкивало этих двоих вместе, позволяя поддаваться чувствам всегда, когда был шанс остаться наедине. А теперь… А теперь ощущение неизбежной разлуки, которое хотелось утопить в обратно пропорциональной заботе друг о друге. Каждое мгновение растягивалось, позволяя удовольствию и ласке будто мёду растекаться в душах молодых людей. Он уделяет больше времени прелюдии, словно каждый раз с нуля знакомясь с её телом. Она старается как можно чаще коснуться его, чтобы удостовериться в том, что капитан всё ещё рядом. Трудно сказать, когда их отношения замедлились, но сейчас ни один из них не собирался закрывать глаз, пока есть ещё хотя-бы одна ночь перед разлукой. -- — Но как же так вышло, что ты оказалась в Ли Юэ, дорогая? — резко возвращаясь в реальность, Люмин про себя отметила, что матушка, как и Аякс, практически всегда заканчивает предложение каким-нибудь милым обращением. Конечно, от капитана это скорее были издёвки, по типу «дорогуша», «милочка», «миледи» или же, его любимое, «принцесса», но вот от женщины действительно чувствовалась забота, с которой она также ранее общалась с сыновьями. — Вы знаете… — тут их прервал шум с улицы, означавший, что к дому кто-то бежит. Спустя пару мгновений раздался шумный стук в дверь, а затем и девичий голос: — *Мама! Открывай, это я! — и снова стук в дверь. — Ох, батюшки, Тонечка! — женщина встала, быстро направляясь к двери. — Тоня…? — поставив кружку на стол, девушка вспоминала всё, что ей рассказывал капитан о сестре. Так или иначе, но его слова всегда были пропитаны теплом по отношению к единственной младшей сестрёнке. Только вот сам мужчина не видел её с того времени, как помогал маленькой девочке с косичками. Сейчас же ей должно быть уже семнадцать лет. — *Мама! Там такое! — молодая девушка сразу же бросилась к матери в объятия, держа в руках вскрытое письмо. Её щёки были румяными от мороза, но самые отличительные черты внешности были такими же, как и у Аякса: синие глаза и ярко-рыжие волосы, которые девушка заплела в две косички. И да, как отметит про себя позже Люмин, россыпь веснушек, что украшала аккуратное девичье личико, делала рыжеволосую самим очарованием. — Милая, подожди, успокойся… — *Матушка! Скорее, это же письмо пришло! — юная леди будто молния металась по коридору, закрывая за собой входную дверь, снимая верхнюю одежду и переобуваясь в тапочки. — Скорее, заваривай чай, будем читать и… — дочка по привычке толкала мать на кухню, как вдруг заметила гостью, что уже пила чай. Тоня настолько удивилась, что едва не врезалась в женщину, которую сама же и поторапливала. — Тонечка, сегодня такой особенный день… — по растерянному взгляду женщины, Люмин поняла, что ей стоит сделать первый шаг в этом знакомстве. Изначально с Алексеем их встреча сильно не задалась, а потому, понимая, что от этого многое зависит, блондинка поднялась с места и, подойдя чуть вперёд, представилась, прикладывая руку к сердцу. — Люмин Виатор. Очень рада встрече с тобой. Я… — Невестка. — закончила за гостью женщина, нежно улыбаясь. — ЧТО?! — обе девушки одновременно уставились на матушку, а затем и друг на друга. — По-погодите, это не… — блондинка не могла понять, в какой из всех моментов их разговора, Люмин дала понять, что их отношения с её сыном особенные? Или это был сам Аякс? — *Чья невестка? — Тоню можно было понять, ибо все её братья уже достигли возраста, когда можно вступать в брак. Но вот за Алексеем та как-то не замечала потуг жениться, а Тевкр был слишком молод и занят на работе… — Ой! — поняв, что, раз гостья представилась не на их родном языке, то и рыжеволосой стоило перейти на общий тейватский, она повторила вопрос. — Невестка? — Но я же… — Люмин пыталась припомнить, в какой момент допустила ошибку. — Когда вы…? — Тоня, сегодня утром Аякс был в гостях. — с улыбкой проговорила женщина. — ЧТО?! — девушка во второй раз потеряла дар речи и, состыковав один факт с другим, шокировано уставилась на блондинку. — Он был дома?! — она почти ничего не помнила о брате, зная только, что тот усердно трудится на благо их родины. Тоне было всего пять, когда она в последний раз видела среднего брата, но именно с того дня, как Аякса отдали в Фатуи в семье многое переменилось. — Так это… — Прошу, садись, милая! — обращаясь к дочери, женщина подтолкнула девушку к столу. — И ты, дорогая. Познакомьтесь, а я пока налью чай. Обе девушки послушно сели на скамейку, чувствуя неловкость. Люмин своим первым шагом хотела как-то сгладить первое впечатление, но матушка всё сделала по-своему. Блондинка не злилась, но не представляла, как теперь ей стоит себя вести. Если эта женщина всем начнёт рассказывать о том, что их гостья — это невестка Великого Герцога, то проблем будет гораздо больше, чем если бы та узнала, что Аякс уже давно не был тем самым Герцогом. Да и с каких пор Люмин вдруг стала невесткой?! — Послушайте, госпожа Наташа… Вы неправильно поняли, я не… — начала аккуратно девушка, как вдруг её перебила Тоня, резко оборачиваясь лицом к лицу. — Это правда? Как он?! Как мой брат себя чувствует? С ним всё хорошо? Почему не остался? Почему не появлялся так долго? Почему?! Когда придёт снова? — по взволнованному лицу Тони было видно, насколько ту захватили эмоции. На глазах выступили слёзы, а нижняя губа подрагивала, показывая, что конопатая вот-вот разревётся. — Милая, ну что ты. С твоим братом всё в порядке. Он так вырос… — присаживаясь напротив девочек, матушка мечтательно посмотрела на Люмин, будто бы уже представляя их будущую большую семью. Только вот сама гостья была совершенно обескуражена. — Тогда почему всё… Так?! — рыжеволосая посмотрела на мать, видя абсолютное спокойствие со стороны той. Понимая, что своими эмоциями сейчас сильно пугает рядом сидящую девушку, Тоня вытерла рукавом своего вязаного свитера поступившие слёзы в уголках глаз и, вновь глядя на гостью, но уже более уверенно, резко обняла её. — Что… — Люмин удивилась, но старалась не шевелиться, чтобы попытаться наладить уже почти провалившееся знакомство. — Я так рада! Добро пожаловать к нам! — слишком большой каскад чувств пронёсся сейчас в сердце рыжеволосой. Но одно было ясно точно, их гостья — символ скорого воссоединения семьи. Раз она здесь, значит и Аякс снова навестит их. Значит и Тевкр сможет вернуться. Значит и Алексею будет легче и… И отец… Может быть даже отец снова заговорит. — Спасибо… — Люмин почувствовала, как её плечо становилось мокрым от того, что девушка начала плакать. Она нежно приобняла её в ответ, стараясь утешить, но понимала, что недоразумение нужно искоренить пока не стало поздно. Вот только Люмин снова не успела ничего сказать. Видимо торопливость в речи — это тоже особенность народа Страны Снега. — Но только мы никому об этом не должны рассказывать, дочка. — матушка отхлебнула чаю, пристально глядя в глаза Люмин. — Это только между нами, девочками. — может быть блондинке показалось, но, вроде бы, эта женщина только что ей подмигнула? «Капитан ведь тоже так делал!» — Нам не нужно создавать Аяксу проблем. Он сам всё откроет, когда настанет время. А пока, Тоня, у тебя было какое-то письмо? Чего же ты так рано воротилась-то? А как же работа? — Ах да! — снова вытирая лицо рукавом, она отпрянула от гостьи, разворачиваясь к матери. — Тевкр раньше приедет! Отпустили раньше его, понимаешь! Побольше дома будет. Я как забрала на почте письмо, так сразу сюда неслась. А в пекарне подменят. Семья важнее. — последняя фраза очень чётко описывала то, о чём пытался Люмин ранее рассказывать капитан. Для этих людей семья всегда была на первом месте. — Какие славные новости! Какой чудесный день! — всплеснув руками, женщина взяла из рук дочери письмо, читая про себя. — Так как там братец? — вновь оборачиваясь к Люмин, спросила Тоня. — Всё… благополучно. Уверена, что скоро вы сможете встретиться на празднике. — было неловко, ведь после их общего «девичьего» секрета, блондинка не могла чувствовать себя уверенно. Ей казалось, будто она занимает не своё место. Может быть позже она обсудит это с их матерью. — Да! Я так этого жду! В прошлом году я не смогла дебютировать… — взгляд девушки погрустнел, но, встряхнув очаровательными косичками, она снова улыбнулась. — Но оно и к лучшему! В этом году я смогу это сделать вместе с братьями! — закусывая печеньем, Тоня продолжала пить чай. То, как девушка обходила тему с дебютом, натолкнуло Люмин на мысль, что это не самая приятная история. Однако чувствовалось, что это одна из тех важных деталей, таких как работа Тевкра, которые помогут блондинке узнать, что же случилось с семьёй Аякса за время его отсутствия. — Всё так и будет, дорогая. Ой! — услышав, что во дворе открылась другая створка калитки, предназначенная для завоза саней, матушка вдруг встала, намереваясь уйти в коридор. Звук этой калитки Тоня тоже слышала. Уж сильно скрипели старые ставни возле сарая. — Что-то случилось? — Люмин, заметив, как женщины на кухне притаились, тоже замерла. — Ох, ничего такого, милая. — матушка снова улыбнулась и покинула комнату. — Это отец. — как-то холодно отозвалась девушка. — Отец вернулся с рыбалки. -- Это было то самое рассветное утро, когда ни одно дерево в герцогском саду не смело шелохнуться, дабы не нарушать почтительную тишину, которой встречали рыжеволосого мужчину на коне, что размеренной поступью копыт демонстративно шёл к главному входу. Все служащие замка, в том числе солдаты и охранники, выстроились по периметру площади, не смея поднять головы. Многие из тех, кто стоял в линейке слуг пытались разглядеть человека, который спустя столько лет вернулся в свои законные владения, но боялись. Боялись кары, которая неминуемо коснётся каждого, кто все эти годы делал вид, что молодого Великого Герцога не существует. А посему обстановка на плацу была под стать траурной. «Хаа… Лихо всё подготовил… Каков чёрт!» — завидев переодетого в свой форменный комплект камердинера Михаила, Герцог сжал запястья на поводьях. «Я ж специально раньше приехал, чтобы немного встряхнуть позабывших лицо своего господина мелких сошек. А он вон что мне подсунул — даже не придраться» — остановив коня, рыжий в одно движение спрыгнул, вставая рядом с жеребцом. — Поднимите головы. — можно было поприветствовать слуг как-то иначе, но Аякс хотел, чтобы каждый, кто ещё мог позволить себе усомниться в словах прибывшей давеча команды подчинённых, собственными глазами узрел того, кто вновь вступает в свои законные права. И да, Аякс был прав. Судя по той обстановке, которая здесь царила, высшее руководство страны не было в курсе авантюры капитана восьмилетней давности. Взгляды разнились, как, впрочем, и аура людей. Кто-то восхищённо глядел на Герцога, не веря в то, что Его Светлость снова вернулся в поместье. Кто-то шокировано обдумывал как избежать последствий своих решений за последние годы. Кто-то был рад, что капитан добрался в срок целым и невредимым, как обещал. Но были и те, чей взгляд не выдавал чётких намерений своего обладателя. Они смотрели ровно, может даже чуть сердито, концентрируясь мысленно на каждом движении «званного» гостя. И этих людей Аякс, наученный горьким опытом общения с не самыми лояльными подчинёнными, сразу же заприметил. «А вот и крысы». — мелькнула мысль в его голове, когда вдруг камердинер вышел из строя, сделав пару шагов вперёд. — От лица служащих Его Светлости Великому Герцогу, Одиннадцатому фавориту Её Святейшества Царицы, я, главный камердинер Михаил, сердечно приветствую Вас, Господин. — речь этого человека была именно той, с которой когда-то юного Герцога первый раз встречали на площади перед этим же самым особняком. Всё, что сейчас было отличным от сцены, которую помнил Тарталья, так это то, что сам он теперь смотрел на Михаила сверху вниз, а не наоборот. Нутром Аякс чувствовал, что хотелось бы более тепло поприветствовать друга, иначе Михаила уже трудно было представить, спустя столько-то приключений, но их план должен был быть исполнен идеально. Потому-то Герцог холодно ждал окончание доклада своего камердинера, чтобы официально вернуть себе законные права на управление герцогством. — Все ваши указания были исполнены. Прислуга проинструктирована. Охрана заменена. Прошу вас позаботиться о нас. Клянёмся служить Его Светлости, Великому Герцогу. — Михаил выполнил поклон и все повторили это движение. Подобного рода приветствие несло в себе именно демонстративный характер, нежели информативный. Отчёт камердинер мог сдать и в кабинете, но ключевым было показательно выразить почтение хозяину поместья. — Благодарю, Михаил. — Аякс готовился максимально чётко донести свои первые распоряжения для прислуги. Когда все снова подняли головы и были готовы слушать, мужчина продолжил. — Я знаю, что моё долгое отсутствие каким-то чудесным образом осталось незамеченным для Её Святейшества и в этом заслуга каждого, кто все эти годы поддерживал легенду моей усердной занятости на благо Снежной в стенах замка. Смею вас заверить, что моя благодарность, как и особое пристальное внимание, будет соразмерно выполненному вами объёму работы за это время. — тонкий намёк на тщательную проверку оставленному после «чистки» Михаила составу прислуги не заметил бы только умалишённый. — А потому, прошу немедленно приступить к обязанностям. Я не потерплю проявления хоть малейшего признака пренебрежения к собственной персоне по причине вынужденного отвлечения от дел. Морозный воздух соответствовал настроению Великого Герцога. Каждый присутствующий ощутил на себе холод взгляда истинного Господина этих владений. Сам Аякс уже отвык от подобного тона, манер, сдержанности. На корабле всё было проще, да и проблемы решались быстрее. Однако сейчас, именно в этом месте, где каждый может оказаться предателем, необходимо было «правильно» заявить о своём настрое. И его речь не оставила сомнений в том, что хозяин непременно наведёт здесь новый порядок. Не дожидаясь, пока народ с площади разойдётся, мужчина первым проходит вперёд, а за ним, как и следовало, пристраивается камердинер и двое солдат для эскорта. Входя в стены «родного» поместья, Аякс не позволяет себе проникнуться той же ностальгией, которую совсем недавно чувствовал в фамильном доме, больше разочаровываясь от того, что он снова оказался в своей собственной ссылке. — Мой кабинет там же? — не останавливаясь, рыжий направился по знакомому маршруту, отмечая про себя, что за все эти годы внутри особняка не изменилось ровным счётом ничего. — Да, Ваша Светлость. — короткий ответ камердинера последовал незамедлительно. — Хорошо. — с дороги хотелось отдохнуть, принять ванну и позавтракать, но первостепенным было написать письмо принцессе, что пару дней назад Аякс сам оставил в доме своей семьи. Все эти дни он гнал коня чуть ли не до потери сил, беспокоясь о возлюбленной. В итоге, сумев преодолеть огромное расстояние на день раньше, чем рассчитывал ещё в порту, капитан стремился как можно скорее отправить ястреба к Люмин. Пройдя в рабочий кабинет, Герцог обнаружил порядок и… что странно, отсутствие неких папок с бумагами, которые ранее были расставлены в шкафу недалеко от письменного стола. Это значит, что его дела и правда кому-то «передали». — Ваша Светлость. — Михаил учтиво обратился к Герцогу. — Слушаю. — думая о том, что обязательно выяснит всё позже, он сразу же садится за стол. Однако камердинер не намеревался продолжать разговор, что намекало на определённые обстоятельства. — Ах да… — мужчина уже и отвык от всего этого. — Свободны. — распуская экспорт, Аякс приложил руку ко лбу, будто бы не веря, что снова приходится заниматься этим фарсом. «Этим прикажи то, другим это. Будто сами не знают, что делать. Такие бы в шторм как дубы-колдуны стояли бы без приказа и ждали, пока волна не отправит каждого к морскому дьяволу». — раздражённо думал Герцог. Как только солдаты покинули комнату, оставляя мужчин одних, Михаил снова заговорил. — Нам удалось сразу же захватить семь человек, кто управлял поместьем, пока вас не было. Именно они вели дела от вашего имени. Однако… — Однако, естественно, предателей больше. — перебил рыжий мужчину. — Я знаю. — достав письменные принадлежности, Аякс был готов написать письмо, но понимал, что ему бы остаться для этого одному. — У нас очень мало времени, поэтому никого из замка не выпускать. С этого момента удели внимание каждому. Нам предстоит большая работа. — серьёзно проговорил он, а Михаил, поняв, что разговор окончен, решил покинуть Герцога. — Ах да. — окликнул его рыжий, когда камердинер собирался закрыть за собой дверь. — Прислугу ко мне не подпускать. Я сам о себе позабочусь и позову, если что-то понадобится. — спустя восемь лет вольной жизни, мужчина уже не мог представить себе, чтобы его обслуживали как раньше. Сейчас это казалось странным и даже мерзким, что мужчину будут купать, расчёсывать и одевать какие-то женщины в чепчиках. Да и потом, подпустить к себе кого-то из незнакомого, даже скорее враждебного окружения Аякс не мог. — Как прикажете, Ваша Светлость. Оставшись один, капитан наконец-то сумел выдохнуть. Прописывая короткое письмо с расспросами о самочувствии блондинки, он размышлял над тем, как мало изменилось в этом месте, но переменилось именно в его душе. Раньше всё было не так. Рутинные дни в этом кабинете накладывались один на другой будто башня, что однажды непременно бы рухнула, подведя юношу к краю безутешности в неизменности своей жизни. Сейчас же, смотря на это сквозь призму тех замечательных лет, что он провёл под флагом собственного пиратского корабля, Аякс воспринимал эти стены как временное пристанище, которое никогда не сможет заменить ему свободу. За всё это время он сумел почувствовать вкус жизни, приключений, воли и… И любви. Всё то, чего рыжий был лишён, как только впервые оказался в этом же чёртовом кабинете. Но именно сейчас мужчина не чувствовал себя столь же одиноко и безнадёжно. Напротив, это поместье станет местом его силы, в котором он сможет уберечь от бед своих близких людей. Осталось лишь их собрать вместе. — Что ж… — проговорив тихонько, капитан сложил письмо, сворачивая его так, чтобы оно поместилось в карман сумки ястреба. — Надеюсь, у тебя всё в порядке, принцесса. -- Рабочий кабинет Девятого Герцога был выполнен в тёмных тонах с ярким акцентом вкрапления дорогого белого металла и драгоценных камней тёмно-фиолетового цвета, что было символом статуса и незыблемого благородства хозяина особняка. Мрачная и в тоже время изысканная обстановка помещения позволяла настроить собеседника на деловое общение, не давая возможности отвлекаться на некоторую, даже излишнюю роскошь предметов интерьера. Ведь свет с окна был сфокусирован именно на фигуре улыбающегося мужчины, изучающего какие-то документы. — Думается мне, что если прямо сейчас вы сделаете небольшой перерыв в своих бумагах, дорогой «друг», то вы приобретёте явно больше, чем потеряете. — посетитель хозяина поместья вальяжно расположился на диване для гостей, попивая чай, нарочито шумно втягивая горячую жидкость, демонстрируя, что устал ждать собеседника. — «Время дороже денег» — процитировал Герцог, подписывая очередной документ. — Однако в наших с вами отношениях, второго будет явно меньше, верно? — тёмноволосый встал из-за стола и, обойдя его, присел на диван напротив мужчины с красными глазами. Служанки, что находились близ стены, готовые в случае любого каприза хозяев исполнить их волю, тут же подали своему Господину чай и приборы. — Ну почему же. Исходя из отчётов, что подготовил мой юный протеже, скоро мы нивелируем последствия столь масштабной катастрофы, что учинил наш с вами «коллега». Мы готовы к полному запуску производства. Да и материал… — собеседник оскалился, тем самым повергнув в ужас присутствующих горничных, которые старались не показывать виду. — Уже собран. Ценнейший. Разносортный. С большой вариативностью базовых характеристик. — При всём при этом, я вынужден попросить вас не спешить, уважаемый Герцог Дотторе. — улыбка на лице мужчины осталась неизменной, но взгляд холодных аметистовых глаз говорил куда более красноречиво. — Мы не можем рисковать запуском столь масштабного плана, не удостоверившись в должном уровне финансирования проекта. Как только я получу оставшиеся бумаги по годовым вкладам с Великих Домов и посчитаю риски, только тогда позволю вам приступить к осуществлению задуманного. «Осторожная нога оступается редко». — вновь вплетая пословицу в разговор, мужчина позволяет себе насладиться ароматом чая, заваренного прислугой для этой встречи. — А вы, Ваша Светлость Панталоне, всё столь же нерешительны? Не думали, что нужно ковать железо, пока оно горячо? — Доктор пытался вести беседу с Дельцом на его же «языке». — Прошу меня простить, но моей сильной стороной, всё же, являются финансы, а не кузнечное дело. Тем не менее, я понимаю, что вам просто не терпится поделиться с миром своими безумно-интригующими идеями. Или это связано именно с особым поручением нашей прекрасной Дамы? Что-то я давненько не получал от вас известий по её миссии. — Ха-а… — хрупкая фарфоровая чашка с такой силой была поставлена на блюдце, что, казалось бы, было чудом, что она не разбилась. — Уверен, что это просто. Небольшая. Заминка. — каждое слово, произнесённое голубоволосым отдавало ядом. Было видно, что спокойствие ему сохранять трудно. — Смею вас заверить, что наш главный зритель непременно станет свидетелем начала новой эпохи в истории Тейвата. — он опустил голову и, чуть отсмеявшись, продолжил тихо, чтобы только Панталоне его услышал. — Мы с моим юным ассистентом так ждём его возвращения, хи-хи-хи… Делец брезгливо отпил из кружки, не принимая эту безумную черту своего собеседника. В сущности тому было плевать на Доктора и его садистские наклонности. Поправляя очки, Панталоне думал только о том, что благодаря этому психу, он сможет подчинить себе все финансы мира, став самым влиятельным человеком Тейвата. Доктор был в его глазах и гением, и глупцом. И самая большая глупость, которую допускал этот безумец с красными глазами, была той, что он думал, что в этом мире всё решает сила. «Нет уж, мой дорогой враг. Всё решают деньги». -- Этот день был слишком долгим для капитана. Несмотря на то, что Аякс сразу же принялся за дела, только сейчас, когда время перевалило за полночь, а тело отказывалось вставать с мягкой перины, мужчина позволил себе наконец расслабиться. Было непривычным чувствовать сытость в желудке вместо алкоголя перед сном, мягкость матраса вместо жёсткости постели в каюте, запах свежевыстиранных простыней вместо аромата морского бриза и треск поленьев в камине вместо шума бьющихся о борт волн. Но к хорошему быстро привыкаешь. Только Аякс решил дать себе возможность отдохнуть, закрывая глаза, как услышал стук в окно. «Ястреб!» — промелькнуло в голове и мужчина тут же поднялся с кровати, подбегая к окну. — А вот и ты… — рыжий с улыбкой открывает створки, впуская морозный воздух в комнату, позволяя птице пролететь мимо, чтобы подсесть к источнику тепла. — Ну-ка, посмотрим, что ты принёс мне. — присаживаясь на кресло подле камина, он разворачивает записку, читая про себя. Аякс! Я рада, что ты в целости добрался до особняка. Тебе не стоит переживать, поскольку твоя семья хорошо приняла меня. Я не могу рассказать всё, поэтому кратко: все беды твоей семьи идут от отца. Он серьёзно болен и из-за этого твоим братьям и сестре пришлось позаботиться о семье. Поэтому, не вини себя. Думаю, что ещё есть шанс всё вернуть. Мы обязательно справимся. Твоя принцесса. Записка была короткой, но ёмкой. И от всего того, что Аякс прочитал, его сердце неожиданно почувствовало облегчение и одновременно страх. Люмин подчеркнула, что мужчина не причастен к тому, что случилось с его родными и от этого груз вины, испытываемый рыжим с момента, как Синьора поведала ему о брате, как будто стал меньше. Но сюда добавилось ощущение тревоги за состояние близкого человека, пусть и того, что когда-то предал Аякса. Беспокойство за то, что пришлось пережить младшей сестрёнке, которая пропустила свой собственный дебют и, к тому же, по словам старшего брата, завалила выпускные экзамены. Волнение за того же самого Алексея, который, как оказалось, всё это время заботился о семье вместо больного отца и… И за младшего, Тевкра, который всё это время искал брата. Видимо, искал, чтобы Аякс смог помочь семье. Сжигая записку, мужчина холодно смотрит в костёр, чувствуя уверенность в их с принцессой плане. Они добьются аудиенции у Её Святейшества и расскажут о том, что затевает один из Великих Герцогов, ставя бесчеловечные опыты над детьми. И обязательно… Обязательно поможет своей семье встать на ноги. Нужно просто ещё немного времени. Провести расследование, подготовить доказательства и со всем этим предстать перед Царицей на празднике. «Ах да… И это тоже» — быстрым шагом направляясь к столу, мужчина находит чековую книжку, которую они сегодня обнаружили вместе с делами Герцога в результате обысков персонала, исполняющего роль домоуправленцев. Выписывая круглую сумму, которая без подозрений может покинуть бюджет этого дома, Аякс скручивает чек также как и письмо, складывая в сумочку ястреба. — Отправляйся обратно и останься там. Пока та миленькая блондиночка снова тебя не отправит. — отпуская птицу в окно, капитан наблюдает за тем, как в кромешной морозной тьме исчезает образ ястреба. — Передай ей от меня привет~.