На борту девица!

Звучит торжественное вступление. Пары выстроились по кругу, готовые вот-вот пуститься в пляс. Гости в зале замерли, ожидая начала, не смея даже перешёптываться друг с другом. Казалось бы, именно это мгновение было настолько трепетным, что Тоня, стоявшая прямо напротив своего старшего брата, боялась даже вздохнуть как следует, чувствуя, насколько корсет платья вдруг стал утягивающим. Её потряхивало от волнения не только из-за собственного статуса, в рамках которого ей было недопустимо находиться в кругу аристократов, но и из-за того, каким непривычным было осознание того, кем является её сегодняшний партнёр. Нет, не так. Её первый в жизни партнёр. — Посмотри на меня. — тихий голос Аякса будто пробудил девушку ото сна, когда она перевела на него свой взволнованный взгляд. — Ты уже здесь, Тонь. — Братец… — старший брат был прав. Рыжеволосая уже заняла позицию в круге. Она просто не смогла бы сбежать, даже если бы захотела. Осознание неизбежности добавило какой-то странной уверенности, ведь теперь Тоня только и может, что танцевать, дабы не опозорить ни себя, ни брата. А уж это она любила, особенно вальс — самый важный и символичный танец их страны. И этот миг, в который музыканты осторожно переворачивают страницы нот, дирижёр грациозно поднимает руку, а пары с нетерпением ждут начало мелодии, подарил девушке приятный мандраж и предвкушение. И всё благодаря брату. Аякс очень хотел бы подбодрить сестру как-то более эффективно. Будь бы на её месте принцесса, он бы ляпнул какой-нибудь комментарий про их танцы в бою или же в постели, чем безусловно бы помог девчонке расслабиться, но… Но он не знал о своей сестре ровным счётом ничего. И потому, старательно мягко улыбаясь, чтобы не испугать родственницу, он, услышав начало мелодии, выполняет поклон, как и все мужчины в кругу. В ответ на это дамы, как и Тоня, выполняют свою часть приветствия и… Начинается вальс. Ещё в далёкой юности, когда молодому герцогу прививали все тонкости аристократской жизни, Аякс возненавидел именно танцы. То, как стесняли правила постановки ног, рук, головы, туловища и вообще всего, вплоть до, казалось бы, волос на голове — всё это не давало юноше никакой свободы действий. Нужно было каким-то чудом умудряться слушать мелодию, находить в ней пресловутые такты и попадать в них телом, контролируя каждое движение. В будущем мужчина использует эти, как он считал ранее, бесполезные навыки, чтобы чётче двигаться в бою, прислушиваясь к шагам врагов. Что не говори, но бой — это тоже своего рода танец. А потому, каждый раз вступая в очередную перепалку, будь то замес на берегу или абордаж очередного несчастного судна, Аякс всегда первым бросался в битву, занимая ведущую позицию в собственном смертельном танце. Однако сейчас, мягко беря под руку сестру, мужчине не нужно было вспоминать бесконечные уроки партий и позиций. Было удивительно, но тело само помнило, как нужно повиноваться мелодии, на автомате ведя партнёршу за собой. Движения выходили легко, а плавность переходов позволяла в полной мере ощутить уверенность в собственных действиях. — Ты замечательно танцуешь. Я нисколько не сомневался в тебе. — помогая на очередном повороте, мужчина придерживает Тоню, плавно ведя дальше. — Спасибо. Я очень люблю танцы, ха-ха. — всё больше погружаясь в такт мелодии, девушка ощущала себя словно в своей стихии, забывая про те волнительные чувства, что мешали ей в самом начале. — Ты тоже великолепно двигаешься, братец. — она немного замешкалась, прежде чем произнести следующую фразу. — Не думала, что на корабле у тебя было время оттачивать своё мастерство. — А? — Аякс шокировано уставился на улыбающуюся сестру, переваривая то, что только что услышал. — Так Люмин… — он постарался взглядом найти эту негодницу, но они уже слишком далеко отошли в потоке стремительно движущихся пар. — Ага, мы все здорово удивились. — Тоня заметила, что у брата эта тема вызвала некое беспокойство, поэтому поспешила утешить его. — Но мы действительно рады, что ты вернулся. — создалось ощущение, что теперь сетра помогает Аяксу, а не наоборот. Что не говори, он действительно не думал о том, чтобы раскрыть семье правду, оставаясь для них Великим Герцогом, что отдал свою жизнь во благо процветания родины. Что ж, раз девчонка сама так решила и по какой-то причине раскрыла правду о рыжем, было бы интересно узнать, что, собственно, было теперь известно о нём. — И как много принцесса успела рассказать? — осознавая неизбежность разговора, капитан даже был рад, что сейчас имеет возможность поговорить с сестрой без вмешательства других людей. — Про побег из гавани Страны Торговли, про Страну Молний и русалок. Это так захватывающе! — глаза девушки горели неподдельным интересом, таким же, как в детстве, когда матушка читала детям на ночь сказки у камина. — Ой, прости, я не должна наверное… — Тоня так расслабилась, что на мгновение и забыла где и с кем сейчас находится. Вновь прокручиваясь вокруг себя, она переступает через ноги брата, возвращая себе контроль за излишней эмоциональностью. — Ха-ха, не замечал за принцессой такой болтливости… — скорее из растерянности, чем из злости проговорил парень. — Вы, видимо, сильно сдружились? — вновь придерживая сестру, Аякс помогает ей встать в позицию, придерживая руками. — Да, Люми замечательная! — столь искреннее признание вызвало у Аякса тёплую улыбку, ведь да, он был полностью солидарен с сестрой. Музыка становилась то громче, то тише, но не на миг не позволяя танцорам замедлиться, поддерживая быстрый темп. Пары шли строго по часовой стрелке, плавно перемещаясь рядом друг с другом. Всё это действо было таким целостным и синхронным, что ощущалось для рыжеволосой дебютантки будто бы калейдоскопом из ярких красок нарядов барышень и улыбок молодых аристократов. — Сейчас будет смена партнёров. — от размышлений её отвлёк голос брата, что оглянувшись по сторонам, вновь взглянул в глаза сестрёнке. — Будь аккуратна и возвращайся ко мне. — мужчина подмигнул Тоне, а та, еле заметно кивнула, чувствуя тепло в душе от того, что она смогла так откровенно поговорить со старшим братом, которого слишком долго не видела. В её глазах сейчас он был не только прекрасным статным Герцогом, но, в первую очередь, родным человеком, которого Антонина была счастлива вновь обрести спустя столько долгих лет. Усиление мелодии и вдруг! Пары разворачиваются друг от друга, меняя партнёров, но продолжая движение в кругу. То, как грациозно двигались люди, как прелестно развевались пышные платья и как галантно партнёры подхватывали своих очаровательных партнёрш просто выбивало воздух из лёгких Люмин, что всё это время наблюдала за танцем, едва ли не раскрыв рот. От торжественности музыки и синхронности движений по телу девушки пробегали мурашки на каждом мгновении усиления композиции. Она просто не могла поверить в то, насколько великолепным был этот танец и люди в нём. Девушка даже чуть-чуть расстроилась, что не могла присоедениться к столь чарующему действу из-за незнания танца. Первое время блондинка старательно следила за парой капитана и подруги, завороженно наблюдая за ещё и вот такой стороной мужчины — галантной, нежной и заботливой. Со стороны он выглядел как идеальный партнёр — вёл девушку аккуратно, улыбаясь ей, поддерживая. Люмин не испытывала ревности, но пометила себе, что обязательно попросит мужчину станцевать с ней как-нибудь. Уж после всего, что они пережили и ещё, судя по всему, переживут, хотя-бы один такой танец будет соразмерной платой. Эта маленькая фантазия захлестнула девушку в тот момент, когда она увидела, как Аякс сменил партнёршу, разворачиваясь к абсолютно незнакомой Люмин женщине, собственно, как и другие мужчины. Ещё смена. И ещё. И вдруг, он останавливается прямо перед какой-то юной леди, с волосами такого же пшеничного цвета, как у неё самой. Именно в эту секунду скучающей Виконтессе на миг представилось, будто бы это она сейчас кладёт свою ладонь в его руку, томно заглядывая в глаза. Будто бы по её спине проходит разряд тока, когда мужская ладонь прижимает тело юной леди ближе. Будто бы это она ощущает его дыхание подле своего лица, от того, что партнёр наклонился слишком близко и… «Ох! Ну-ка хватит!» — понимая, что фантазия увела девушку совершенно не в ту степь, она снова вглядывается в толпу, видя, что ничего подобного, что сейчас наяву привиделось Люмин, Великий герцог не делал, держа ровную осанку, даже не смотря на свою партнёршу. Видимо блондинка настолько соскучилась по ощущению этого человека рядом, что сейчас была вынуждена бредить всякими непристойностями, прекрасно понимая, где находится. Вот только с быстро бьющимся сердце было уже ничего не поделать. Немного встряхнув головой, отгоняя от себя навязчивые образы её и капитана, танцующих под эту великолепную музыку, она, в столь быстро меняющейся обстановке, всё же потеряла из виду знакомых, рассматривая теперь уже остальных участников танца. Все они были, безусловно, представителями аристократии, что отлично читалось в нарядах и манерах танцоров. Только вот лица… Лица этих людей сияли радостью и наслаждением от происходящего. Люди улыбались друг другу, приветствуя партнёров и близ танцующие пары. Они даже улыбались гостям, казалось бы, от всего сердца. Несмотря на то, что танец жёстко ограничивал социальный статус двух категорий граждан, титулованных и нет, не создавалась ощущение давления и принижения, как это было на праздниках в Монде. Чопорная аристократия Страны Свободы настолько была о себе высокого мнения, что порой, даже не смотрели на слуг, грубо обращаясь к ним приказами. Что уж говорить о светских раутах, на которых было непринято лишний раз вести беседу, если к тебе подходил человек низкого статуса или недворянского происхождения. От того-то блондинка и не любила сходки аристократов, которые устраивал дом Лоуренсов, постоянно чувствуя холод и тоску на подобного рода мепроприятиях. Но бал в Снежной был ярким, красочным и по-настоящему праздничным. быть может, родись Люмин именно в этой стране, она также как и Тоня обожала бы балы и танцы. Особенно, когда столько людей улыбаются тебе. Стало как-то даже некомфортно от осознания, что всё идёт как-то слишком хорошо, спокойно и тихо. И вот именно это чувство, затаившейся тревоги, чуть позже покажется девушке тем самым сигналом, который она пропустила, пока столь трепетно наблюдала за танцующими парами, но не видела того, кто столь же внимательно наблюдал за ней. -- Смена партнёров несколько смутила Тоню, поскольку та прекрасно помнила о том, что не имела статуса. И, если ей и позволено было начать танцевать с братом из-за его высокого титула, то было не совсем понятно, как на это могут отреагировать представители аристократии, к которым девушке нужно было снова и снова подходить, пока шёл переход в музыке. Благо, партнёры менялись быстро и Тоне нужно было только успевать улыбаться, очаровывая представителей знати своим коронным оружием — яркой улыбкой. Только вот с последним, четрвёртым мужчиной, пришлось задержаться, поскольку возвращение к своему партнёру должно произойти после небольшой танцевальной партии с текущим спутником. — Ох, вы же… — молодой человек лет двадцати ловко подхватил девушку за талию при очередном повороте, чуть прижимая к себе. — Простите пожалуйста, я скоро перейду, так что… — Тоня на автомате начала извиняться перед представителем титулованного сословия, надеясь не вызвать скандала, но её перебили. — Нет-нет, что вы. Очень рад встречи с вами, Антонина. — рыжеволосая удивлённо посмотрела на парня, не понимая, откуда тот её знает. — Я же не ошибся? — Н-нет, но откуда… Ох! — наступила часть, в которой пары начали самое важное построение — в три круга по центру, каждый из которых сначала двигался в одном направлении, а затем они начнут идти в противоположных. Её партнёр вёл девушку к самому центру, а потому вынужден был сильно ускорить свои действия, заставляя партнёршу подстраиваться. Но Тоня не растерялась, охотно следуя за молодым человеком, чтобы не доставлять ему неудобств. — А вы резвая! Редко встретишь настолько гармоничного партнёра. — этот юноша так очаровательно улыбнулся девушке, что у той спёрло дыхание. Когда-то она читала в романах для девочек, что первая любовь наступает, когда купидон стреляет своими стрелами, соединяя сердца двух людей. Рыжеволосая не знала, правда это или нет, но однозначно почувствовала, как её сердце будто пронзили насквозь этот нежный взгляд и приятная улыбка. — Спасибо… — чувствуя, как краснеет, она отводит взгляд, сосредотачиваясь на движениях. — Сейчас будет смена партнёров. Так жаль, что наша встреча заканчивается, но… Могу я позволить себе вольность пригласить вас на следующий танец? — от этих слов девушка чуть не споткнулась о ноги соседней пары, не веря, что этот молодой аристократ пригласил её. — Конечно я… — И, смена. — перебил её парень, позволяя партнёрше вновь удалиться в толпу, подхватывая ту девушку, с которой он сам начинал танец. Тоня настолько растерялась, оказавшись в потоке переходящих девушек, что вздрогнула, когда её руку перехватил старший брат. — Попалась? — весело спросил он, видя, что сестрица растеряна. — Что-то не так? — Ох, братец… Нет, всё… хорошо. — она застенчиво отвела взгляд, ища в толпе глазами того, с кем только что танцевала. Аякс тоже посмотрел в ту сторону, видя, как какой-то молодой мужчина смотрит на них в ответ. Ухмыльнувшись, Тарталья вмиг развернул сестрёнку, меняя их позицию на ту, что была дальше от центра. — Держись крепче, сестрёнка. — конечно, капитан сразу же понял, отчего его дорогая сестра вдруг стала столь застенчивой, и захотел проверить, вызвала ли девушка у того кавалера ответную симпатию. Двигаясь в такт музыки, он внимательно следит за парами, видя, как тот самый парень вместе с партнёршей как-то слишком скоро нагнали их. Это заставило рыжего улыбнуться, радуясь за Тоню. — Что ж вы так скоро отдалились от нас, Ваша Светлость? — мужчины встали в круг, позволяя дамам свободно кружиться подле них, а этот юноша занял позицию в аккурат рядом с Великим Герцогом. — А вы, я смотрю, не особо обучены манерам? — намекая на то, что первым должен говорить именно Тарталья, а не какой-то там аристократ, рыжий подхватывает руку сестры, снова провожая девушку, но уже в центр круга. — Не сочтите за дерзость, я уполномочен. — девушки возвращаются к партнёрам, отчего снова происходит смена фигуры танцевального шефства. Аякс озадачен фразой этого паренька. «Уполномочен? Может ли быть…» — не успевает подумать, как наступает заключительная проходка вальса, где мужчина помогает сестре повернуться для поклона и сам чуть склоняет голову перед зрителями, оказываясь прямо напротив Люмин и Тевкра, что завороженно аплодировали вместе со всеми. Видя перед собой близких, Аякс улыбается, глядя принцессе прямо в глаза, отчего у блондинки слегка краснеют щёки. — Ты был великолепен, брат! Спасибо за танец. — Тоня вежливо кланяется старшему брату, который повторяет своё движение головой, также благодаря спутницу. — Ты чудесно танцуешь, Тонь. Я счастлив, что смог исполнить этот вальс с тобой. — они оба подходят ближе к ожидающим их молодым людям. — Это было… волшебно! — Люмин правда пыталась подобрать слова, но, всё ещё находясь под чарами действа, что только что развернулось перед ней, не смогла как следует описать свой восторг. — Да, вы чудесно танцевали! — подбодрил их Тевкр. — Спасибо. Думаю, нам стоит сделать перерыв. — безусловно, мужчина был доволен, что смог порадовать свою младшую сестрёнку, но пора было поговорить и с братом. Наступил черёд решать рабочие моменты, ради чего он и вернулся домой. Ради кого он вернулся. — Тевкр, не составишь мне компанию? — Разумеется. — юноша с нетерпением ждал, когда сможет наконец-то побеседовать с Аяксом, а потому, кротко кивнув сетрёнке и Люмин, ушёл вслед за Герцогом, подальше от шумной толпы. — Люми, Люми, я там! Ох! Там такой молодой человек был! — Тоня всё же смогла сдержаться при братьях и, как только те удалились, взяла руки девушки в свои, сжимая крепко. — Ты представляешь?! — Что? Ты познакомилась с кем-то? — девушка даже не представляла, когда это в процессе танца рыжеволосая успела с кем-то поговорить. — Да! Он такой обаятельный и… Его русые волосы и зелёные глаза… Он такого, почти как у Аякса ростом и в коричневом фраке и… — Не обо мне ли вы столь подробно рассказываете? — вдруг к ним подошёл парень, которого до этого в точности описала Тоня, от чего та неосознанно приложила руку к губам, краснея от смущения. — Ха-ха, всё в порядке. Пожалуйста, простите моё невежество, что я случайно стал свидетелем столь интимной беседы. — Виконтесса Люмин Виатор. — блондинка выполнила поклон, а вслед за ней вежливо поприветствовала гостя и Антонина, не зная, куда деть глаза от стыда. — Борис Алексеенко. Сын Маркиза Алексеенко. Адъютант Его Светлости, Первого Фаворита Царицы. Безумно рад знакомству с вами, леди. — пока мужчина выполнял поклон, девушки удивлённо смотрели на него, не понимая, почему такой человек стоит сейчас перед ними. — Вы великолепно вальсируете, господин Алексеенко. — Тоня постаралась как-то облегчить накопившееся в душе волнение. — Благодарю. Я искренне желал бы вновь стать вашим партнёром в танце, но, увы, сейчас у меня есть рабочее поручение. — с толикой грусти проговорил адъютант. — Рабочее? — и вот это самое тревожное чувство, что зародилось в душе блондинки, пока она столь зачарованно наблюдала за танцем, сейчас разгоралось в груди ощущением опасности. — Именно. — молодой человек стал серьёзным. — Ранее Его Светлость Великий Герцог Тарталья запрашивал аудиенции у Её Святейшества Царицы. Меня попросили сопроводить его гостей в тронный зал, в котором и пройдёт встреча. — Ч-что? — тут Люмин обратила внимание на то, что Царицы на троне уже не было, как и большинство Фаворитов, что куда-то удалились. «Неужели всё произойдёт именно сейчас? А как же Аякс? Тевкр?». Видимо тревожное настроение ощутила ещё и Тоня, которая знала о том, какое преступление совершил Аякс в отношении родины. Она испуганно посмотрела в глаза молодого человека напротив, который поспешил её успокоить. — Мне очень жаль, что ваш чудесный вечер пока прерывается, но, если вы позволите, я готов сгладить ваши переживания, пригласив вас на танец после аудиенции. — небольшой поклон головы в знак того, что молодой человек действительно искренне расстраивается несколько успокоил Антонину, но не её спутницу. Люмин понимала, что у неё нет ни малейшего шанса избежать того, что вот-вот начнётся, а потому, сжимая сложенные руки, она принимает приглашение в тронный зал, надеясь, что Аякс действительно знает, что делает. Только вот откуда же этот страх, что никак не хотел отпускать её сердце? -- Тем временем, отойдя в безлюдное крыло коридора, Герцог подошёл к одному из высоких окон, чтобы увидеть, насколько время уже было поздним. — Значит Люмин всё уже рассказала… — начиная беседу, утвердительно поговорил Аякс. — Зато теперь я знаю, что ты не избегал нас всё это время, брат. — от облегчения, которое юноша испытывал, он приложил руку к груди, по-доброму глядя на старшего брата. — Почему именно Доктор? Ты хоть представляешь, чем он занимается? — плевав на осторожность, парень ближе подходит к младшему брату, говоря совсем тихо. — Он предложил помощь, ведь на твоём дебюте его представили как твоего напарника, разве нет? — по невинному взгляду Тевкра было ясно, что тот ни черта не знает о закулисной деятельности Второго Герцога. — Тевкр… — выдохнув, Тарталья пытается успокоиться, чтобы не напугать младшего. — Ты должен сказать мне всё, что знаешь о нём. Сейчас это крайне важно. — он положил ему руки на плечи, рассчитывая, что юноша доверится ему. — Б-брат… — такое поведение сильно отличалось от того, что парень видел в танцевальном зале. — С чего вдруг такая подозрительность? — Я не могу тебе пока объяснить, но знаю одно… — прокручивая в своей голове те события восьмилетней давности, мужчина неосознанно сжимает его плечи чуть сильнее. — Ты в большой опасности. Я вернулся, чтобы спасти тебя. Сказанное старшим повергло Тевкра в шок. Люмин упоминала, что Аякс вернулся на родину, чтобы помочь семье, но… То, о чём он сейчас говорил, в корне меняло дело. Неужели Тевкр сделал что-то не так? — Вот вы где, Ваша Светлость. — на другом конце коридора послышался голос девушки в форме агента Фатуи, только без маски. — Кто посмел… — тихо выругавшись, он отпустил руки, разворачиваясь прямо к гостье, интуитивно загораживая младшего брата. — Прошу прощения за мою бестактность и то, что беспокою вас во время беседы. Я — одна из адъютантов Его Светлости, Первого Великого Герцога Пьеро. Я уполномочена пригласить вас в тронный зал для аудиенции с Её Святейшеством, правительницей Страны Льда и Снега — Царицей. По вашему запросу. — произнесла та, подойдя ближе к гостям. — Что? Сейчас? — было весьма странно, что Царица решила ответить на запрос непосредственно во время торжества одного из Фаворитов. Это нарушало всяческие протоколы подобного рода мероприятий, а потому, Тарталья сразу же напрягся, понимая, что ничего хорошего от этой встречи ждать уже не приходится. — Именно. Её Святейшество, как и ваши гости, уже ожидают вас. — Тоня и Люмин? — вдруг забеспокоился Тевкр. «Вот чёрт… Неужели меня опередили?» — надевая на себя маску холодности и безразличия, мужчина сделал шаг к адъютанту. — Веди. — короткий приказ, и девушка развернулась. — Брат, подожди… — в глазах младшего читалось неподдельное беспокойство из-за того, что Тевкр знал о секрете Аякса. Увы, но времени на обсуждения того, что из себя представлял на самом деле Второй Фаворит Царицы не было, а значит нужно было просто идти туда, где их уже ждали. — Всё будет хорошо, Тевкр. Просто… — он остановился и прошептал тихо, чтобы девушка в форме не услышала его. — Верь в своего старшего брата. — вот она — уверенная улыбка капитана, что заставляла подчинённых следовать за этим мужчиной на край света. Пусть Аякс и не знал, что его ждёт впереди, но то, что на его стороне будет хотя-бы его семья, он не сомневался. И это, надо сказать, придавало душевных сил. — Хорошо. — младший последовал за Герцогом, обдумывая всё ещё то, о чём его пытался предупредить старший брат. -- Парадные двери отворились и молодая адъютантка пригласила гостей пройти внутрь светлого помещения. Оно было величественным и просторным, сравнимым по величине с центральным залом, примерно в половину меньше, но наполненным белым светом. Казалось бы, этот интерьер был знаком Тарталье, который, бегло оглядывая тронный зал, тут же наткнулся взглядом сначала на Царицу, гордо восседающую на будто бы хрустальном белом троне, а затем и на трёх Фаворитов, что стояли прямо за своей повелительницей: Второго, Девятого и Пятого. Что удивительно, самого Первого, что послал сюда адъютантов не было. Видимо, Её Святейшество оставила его вместо себя руководить балом. — Его Светлость, Одиннадцатый Фаворит Её Святейшества Царицы — Великий Герцог Тарталья и… сопровождающий родственник. — объявила девушка, почтительно отходя к стене. — Ваше Святейшество. — прикладывая руку к груди, мужчина немедленно преклоняет колено, приветствуя Царицу. Тоже действо повторяет и Тевкр, несколько обижаясь, что его представили как какого-то родственника. Именно после дебюта ему полагалось занять должность адъютанта и, как мечтал сам юноша, у Одиннадцатого Герцога. — *Приведите их. — холодный голос, совершенно не такой, каким женщина приветствовала гостей на балу, пробирает до мурашек. По команде, солдаты приводят через другую дверь двух девушек, напуганных столь непонятным обращением. Рядом с ними также стоит зеленоглазый адъютант, сопровождая леди. Его Аякс тут же узнал. — Люмин… Тоня… — шепчет про себя имена девушек Аякс, на подкорке сознания понимая, по какой причине его повелительница сейчас столь холодна. «Это суд!» — в подтверждение своей догадки он шокировано смотрит на вставшую с трона Царицу и Фаворитов за ней. — Тарталья. — внимание всех людей в зале было приковано лишь к ней — величественной и прекрасной правительнице их Страны. — За твою недолгую, но, всё же, преданную службу, я благородно позволила тебе насладиться столь великолепным праздником, вместе с твоими родными и близкими, отсрочив вынесение приговора. — женщина говорила на общем языке, чтобы блондинка могла слышать то, что собиралась объявить Царица. Именно она всё то время наблюдала за гостьей, обдумывая то, насколько девушка способна оказывать влияние на её Фаворита. Сможет ли она стать достаточно прочным рычагом давления или же просто будет мешаться… Сейчас правительницу это уже не волновало. — Сейчас же мы, наконец, можем приступить к тому, ради чего я собрала вас здесь, хоть и да, мне прискорбно, что твоим близким тоже уготована тяжёлая участь. — Что происходит? — по лицу Тони текли слёзы. Она ничего не понимала, но ужас от предчувствия чего-то плохого пробирал её до костей. Как и Люмин, что не отрывая глаз смотрела на капитана, молясь за его жизнь. — Ч-что… Подождите, это… — Аякс никак не мог понять, почему всё происходит так стремительно? Причём тут его родственники и почему из всех Фаворитов за Царицей стояли лишь эти трое? — Герцог Тарталья. Я, единоличный правитель Страны Льда и Снега, Царица Снежной, обвиняю тебя в убийстве Великой Герцогини Восьмой Фаворитки Синьоры, а также в измене родине и своему народу. После свидетельских показаний, подтверждающих факт измены, ты будешь приговорён к смертной казни через обезглавливание в этом же тронном зале. После этих слов в помещение вошла стража, резко толкая мужчину так, чтобы тот вновь оказался перед повелительницей на коленях. Шокированного Тевкра отвели в сторону, но тоже окружили охраной, не давая близко находиться с братом. — Нет! — крик юноши срезонировал от холодных стен, растворяясь в последующей гнетущей тишине. -- «Обвиняю… приговорён… измена…» — казалось бы, будто голова девушки сейчас лопнет от того, что мысли одна за другой били внутри черепной коробки словно кувалдой по наковальне. В глазах потемнело, а ноги стали ватными. Сердце совершало удар практически через раз, не позволяя сделать столь желанный вдох, чтобы сказать хоть что-то. Люмин смотрит на поражённое лицо Аякса, в ужасе представляя, что дальше может случиться. Однако, в чувство её приводит всхлип, раздавшийся рядом. — Нет… Этого… не… — рыжеволосая с трудом контролировала накатывающую истерику. Что странно, но тот самый адъютант шокировано смотрел то на Герцога, то на его сестру, что наводило на мысли, что он понятия не имел, зачем девушек пригласили в тронный зал. Теперь уже было очевидным, что Тоня сегодня не потанцует. — Тонь. — Люмин взяла её за руку, обращая внимания на себя. — Верь в него! — блондинка так и не рассказала причину, по которой мужчине пришлось покинуть свою страну. Поэтому факт того, что у Аякса был с собой глаз порчи, немного успокаивал. Ведь, мало ли, может именно это поможет сохранить капитану жизнь. Хоть сама она и продолжала дрожать, Люмин уже была готова призвать меч, активируя глаз бога, находящийся под юбкой на подвязке для чулок. — *Прошу секретаря зафиксировать начало судебного разбирательства. — женщина села на свой трон, отчуждённо смотря на подсудимого Герцога. — Ваши Светлости, Великие Герцоги. — секретарь, девушка с планшетом бумаг и пером подала голос. Она стояла неподалёку от того места, куда подвели Люмин и Тоню. — Прошу Вас зафиксировать для протокола вашу позицию по отношению к обвиняемому. — Пожалуй, я начну. — первым подал голос Второй Герцог, чем даже не удивил Аякса, сидящего на коленях. Теперь ему вдруг стало ясно, почему картина происходящего была ему до боли знакомой. Точно также когда-то его и посвящали в Фатуи. Куча стражи, холод стен помещения и этот надменный взгляд Герцога. В этот раз аж троих. — Я, Второй Великий Герцог Дотторе, буду свидетельствовать перед лицом Её Святейшества Царицы против Одиннадцатого Герцога Тартальи. «Этот ублюдок… Даже не скрывает своей радости». — видя ухмылку Доктора, капитан сжимает зубы. — Я, Девятый Великий Герцог Панталоне, не буду свидетельствовать перед лицом Её Святейшества Царицы, заняв нейтральную позицию в данном деле — наблюдателя. «Что? Панталоне отказался? Хах, такой же аккуратный, как и всегда. Что не веришь в успех своего партнёра?» — именно этот шаг Девятого Фаворита позволил Аяксу чуть приободриться, осознавая, что даже приближенный к Доктору не делает на него стопроцентную ставку. — Я, Пятый Великий Герцог Пульчинелла… — услышав это имя, Люмин замерла, припоминая, как о нём отзывался ранее Аякс. Пусть его отношение к этому старику было несколько странным, но одно было понятно точно — этот человек был наставником юного Одиннадцатого Герцога, а значит должен быть на его стороне. Почувствовав облегчение, девушка выдохнула. — буду свидетельствовать перед лицом Её Святейшества Царицы против Одиннадцатого Герцога Тартальи. — Грёбанный старик… — улыбаясь в предвкушении, капитан смотрит прямо в глаза Пятому Фавориту и видит в них тоже самое, что и все те долгие годы их вынужденного сотрудничества — ни-че-го.