На борту девица!

      Возвращаясь обратно в толпу празднующих пиратов и Фатуи, Люмин глазами искала капитана, чтобы как можно скорее показать ему компас, указывающий на новое направление. Только вот, видимо мужчина решил куда-то отлучиться, поскольку, с первого взгляда, в окружении пьющих и поющих матросов, девушка не заметила рыжеволосую макушку. Однако, на глаза попалась светлая коса, метнувшаяся куда-то в сторону носовой части корабля. Понимая, что с братом блондинка тоже ещё не успела как следует поговорить с момента их внезапного воссоединения, Люмин проследовала за силуэтом парня, поднимаясь следом к самому носу.       — Ит… Ой! — когда она наконец-то постигла блондина, то удивилась, увидев того прижатым к груди его молчаливого спутника.       — Люми…? — парень поднял голову, взволнованно смотря на сестру. — Я как раз хотел…       — Оставлю вас. — тактично произнёс Сяо, буквально исчезая с глаз долой, растворяясь в тёмно-зелёном тумане.       — Сяо?! Ах… Да уж… Спасибо. — сложил руки на груди Итэр, смотря куда-то в сторону мачт. Зная характер Охотника на демонов, парень предположил, что тот будет, скорее всего, где-то неподалёку, вероятно, сверху, наблюдать за происходящим. Что ж, стоило отдать ему должное, в дела людей он по-прежнему вмешивался редко.       — Я не хотела вам мешать. — девушка подошла к брату, опираясь задом на перила борта.       — Нет-нет. Я как раз хотел вас как следует представить друг другу, но… Ты не думай о нём плохо. Сяо — мой верный спутник и товарищ… И близкий друг.       — И это видно. — что было правдой. Глядя на то, каким теплом наполнен взгляд брата, когда тот говорит о своём друге, становилось примерно понятным отношение блондина к Охотнику. — Это он помог тебе сбежать в Ли Юэ?       — Это тебе Аякс рассказал? — взгляд Итэра мгновенно изменился. Будто бы стал подозрительнее, что ли.       — А? Что за реакция, братец? — вот уж не думала Люмин, что блондин будет так себя вести с человеком, которому только что и отдал девушку в жёны.       — Ну знаешь… Ох… Ну почему… Вот именно пират, а? — этот вопрос был настолько детским, что сестра сразу же расхохоталась. — И не смейся!       — Ха-ха-ха! Ну… вот выбрала же пирата. И что? — вытирая слезинку в углу глаза, сказала она. — Сердцу не прикажешь…       — Да что ты… — пробубнил Итэр. — Я… Всего лишь хотел сказать, что не знаю этого человека, но, похоже, пока будет возможность понаблюдать.       — Значит ты теперь часть команды? Как давно? Где ты вообще был всё это время? — девушка вдруг заговорила серьёзно.       — После побега от Нацара мы с Сяо отправились в Сумеру.       — Что? Зачем?! — этого Люмин действительно не понимала.       — Я нашёл их Маркиза, под чьим ведомством было Графство Сунетти, того самого старика. — было видно, как парень поморщился, будто бы вспоминая что-то мерзкое. — Я подал прошение, чтобы заключённый брак был аннулирован, ведь я боялся, что этот психопат тебя схватит… Кхм… В общем, Его Светлость, Маркиз Хомаями одобрил мою просьбу, но взамен, мне пришлось какое-то время служить его дочери Дуньярзаде.       — Архонты, Итэр…! — девушка даже не могла представить, что брат отправился в путешествие с целью таким образом спасти сестру. Этот поступок вызвал восхищение и недоумение одновременно. Неужели он думал, что Аякс позволил бы Нацару забрать её обратно? Нет, не так. Думал, что сама Люмин допустит подобное?       — Нет-нет… Здесь помог именно Сяо. Из-за того, что он не принадлежит человеческому роду, он смог помочь избавить девушку от болезни, что мучила её долгие годы. За это Маркиз щедро вознаградил нас, а главное, старику Графу вообще запретили искать супругу в связи с преклонным возрастом. Господин Хомаями так расчувствовался от того, что его дочь была спасена, что, услышав историю о тебе, немедля разработал регламент, не позволяющий вступать в брак с такой колоссальной разницей в возрасте. Не знаю, приняли ли его в итоге в самом Сумеру, но на территориях, подвластных Маркизу, точно. Поэтому, когда тот вернулся из Монда, его ждал неутешительный приказ правительства.       — Это просто… Так, стоп. Что значит не принадлежит челове…       — Милая! Вот ты где! — на носу корабля показался капитан. По его весёлому настроению можно было подумать, что тот во всю празднует вместе с командой, но Люмин предельно чётко считывала раздражение мужчины, скрытое за якобы улыбающейся моськой. Опыт общения, что уж тут.       — А-Аякс?! Я как раз искала тебя и…       — Как-то плохо искала, родная. Учитывая, что здесь лишь вы вдвоём. — развёл руками капитан. — Эй, не возражаешь? — обратился он к парню. — Я хотел бы поговорить с женой. — но рыжему даже не нужен был ответ молодого человека, поскольку сам уже взял его сестру за руку, собираясь уходить.       — Стой, подожди! Я не договорила с ним и… — она почувствовала, как тот тащит её прочь. Итэр, лишь улыбнувшись, помахал, мол «сама разбирайся», отворачиваясь от сей картины воссоединения семейства.       — И потом поговорите. — спокойно ответил Аякс, чувствуя, как девушка тянет свою руку на себя.       — Да что с тобой?! — она чуть не врезается ему в спину, когда тот резко останавливается на ступеньках, ведущих на среднюю палубу, где и проходили самые масштабные гуляния.       — Со мной? — он обернулся, глядя на девушку снизу вверх. — Мы обручились меньше часа назад, а я всё никак не могу добраться до собственной жены. Не думаешь, что в этом есть что-то неправильное, красотка? — хоть его взгляд был серьёзным, в глубине этого синего омута было видно небольшую обиду, которая таила в себе желание провести с девушкой как можно больше времени. Именно это желание резонировало с её же собственным, поскольку Люмин и сама хотела как можно скорее остаться наедине с супругом. Она чертовски скучала.       — Простите моё невежество, капитан. Что я могу сделать, чтобы загладить свою вину? — она кокетливо положила ладонь на его щёку, поглаживая большим пальцем скулу.       — Покорно принять наказание, милая. — улыбнулся он, хватая в следующее мгновение девушку точно также, как когда-то нёс её через всю проклятую Инадзуму, закинув на плечо.       — Аякс?! Да какого?! Хэй! — понимая, насколько будет бессмысленным сопротивление этому человеку, Люмин вдруг резко замолкает, устраиваясь поудобнее. Радовало во всей этой ситуации ровно два момента: первый — зная, насколько может быть неудобным держаться на плече мужчины, девушка была рада, что сейчас, в отличие от их путешествия в Стране Молний, она могла хотя-бы опереть свою голову на локоть, упираясь им в мускулистую спину мужа. Мешала, разве что, только сумка, всё также болтающаяся на плече; второе — на корабле все настолько увлеклись празднованием, что на этих двоих вообще никто не обращал внимания. Кроме…       — Госпожа Люмин! — блондинка удивлённо уставилась на Михаила, вдруг увязавшегося в след за ними. По его чуть покрасневшему лицу можно было понять, что мужчина уже несколько пьян и его уже нисколько не интересовала картина, которую он видел своим немного расфокусированным взглядом.       — Михаил! Ох, я… — хотела она сказать, как рада видеть этого человека, но тот, что было неожиданно, её перебил.       — Примите мои поздравления и пожелания приятного вечера, миледи! — улыбаясь, он протянул две кружки рома, что нёс, поди, специально капитану, передавая висящей на спине девчонке.       — А? Спасибо? — она взяла их из рук, не особо понимая взгляд, которым их проводил боцман, чувствуя в следующее мгновение, как капитан резко завернул за угол. — Хэй! — разливая добрую часть напитка прямо на спину мужчине, Люмин уже чувствовала тем самым местом, на котором была рука рыжего, что ей это припомнят и очень скоро.       — Эй! Ты чем там занимаешься? — открывая дверь своей каюты, он тут же несёт девчонку дальше внутрь, захлопывая дверь ногой.       — Что «эй»?! Коль взял ношу, неси ровнее. Я могла и сама дойти, в конце концов. — хотела она бы ещё что-то добавить, как почувствовала, что мужчина опустил её зад на стол, усаживая ровно, опираясь двумя руками по бокам.       — Уверен, что могла, дорогая. Но у меня получилось быстрее. — он говорил это ей прямо в губы, готовясь вот-вот, наконец, перейти к самой долгожданной части свадебной церемонии.       — Аякс… — девушка никак не могла привыкнуть к тем словам, что капитан для неё произносил сегодня впервые: супруга, жена, родная, дорогая… Казалось бы, что они опьяняли похлеще того самого рома, что она сейчас держала в руках. «Ох, ром?!».       Когда рыжеволосый уже готовился поцеловать эту хулиганку, что в очередной раз испортила его белую рубаху, то вдруг почувствовал, что ему в грудь что-то упёрлось.       — А? — замечая две деревянные кружки с пойлом, которых до этого точно не видел в руках Люмин, капитан даже как-то удивился тому, как те у неё оказались. — Это ещё что за фокусы? Не уж то забрала у кого-то доходяги для настроения~? Хочешь сказать… — приблизившись, он провёл носом по её виску, шепча на ухо. — На трезвянку я тебя уже не возбуждаю?       — Что ты, мм, несёшь…? — отклоняясь вбок от его лица, девушка испытывала жгучее желание. Казалось бы, что все чувства, что блондинка скрывала в себе за годы одиночества, готовились выйти наружу бурным потоком похоти и разврата.       — Тогда зачем взяла это? — он продолжал нависать над ней, постепенно приближаясь всё ближе заставляя Люмин уже практически полностью опуститься спиной на стол.       — Михаил… Дал. — резким движением, буквально против собственной же воли, блондинка смогла развернуться от лица рыжеволосого, ставя кружки на какие-то бумаги. — И пожелал приятного вечера.       — Ха-ха-ха! Вот же! — Аякса действительно позабавила такая забота боцмана о молодожёнах. Спасибо ещё, что не пожелал в «брачную ночку» сыночка и дочку!       — Забавляетесь, капитан~? — используя освободившееся руки, Люмин притянула к себе мужчину за воротник рубахи, смотря снизу вверх на смеющегося мужа.       — Я ещё даже не начинал, принцесса~. — наконец поцелуй, который явно отличался от тех нежных и трепетных касаний к губам, что дарили эти оба друг другу в сиянии россыпи звёзд. Сейчас движения были глубокими, чувственными, резкими. Будто бы они оба так изголодались, что готовы были высосать нереализованные чувства, как самый настоянный ром — до дна.       — Ах, ха… — мужчина первым разрывает поцелуй, ощущая, как возбуждение проходит волной по всему телу.       — Аякс, ещё… — она смотрит на него затуманенным взглядом, готовясь отдаться своему мужчине полностью без остатка. Но он почему-то медлит.       — Погоди, дорогая. Есть один нюанс.       — Ч-что? — Люмин сейчас находилась в такой эйфории чувств, что не понимала, что вообще может быть важнее того, чем они собирались заняться.       — Момент. — капитан обходит стол, на котором сидела девушка и, достав что-то из ящика, возвращается обратно.       — Это…? — глядя на маленькую серую коробочку, блондинка вдруг будто бы приходит в себя, удивлённо смотря то на руки, то на лицо мужчины.       — Знаешь, обычно на помолвке дарят кольца… — он немного замялся, но, взглянув в родные золотистые глаза, спокойно раскрывает коробочку. — Но я хочу, чтобы ты носила именно это.       — Ах! — прижимая руки ко рту, девушка чувствует, насколько тронута подарком капитана. — Это же…!       — Да. Это пара.       Ощущая, как сердце отбивает бешеный ритм, Люмин смотрит на золотую с красным рубином серёжку в руках рыжеволосого, зная, что точно такая же, только уже чуть более тусклая, весит всегда в его левом ухе.       — Ты заказал такую же? — принимая украшение из рук мужчины, она пальчиками перебирает драгоценный камушек, чувствуя тепло от столь сокровенного жеста.       — Я всегда хранил её. Хранил для той, с кем хотел бы однажды разделить судьбу. — на сей раз, когда он наклоняется к ней, их поцелуй вновь становится мягким и лёгким.       Люмин, обнимая капитана, насколько ей позволяла поза, старается выразить все свои чувства, чтобы отблагодарить его за столь чудесный помолвочный подарок.       — Но… Я ранее не прокалывала уши. Ты же сможешь…? — ей было немного страшно, но девушка всем сердцем хотела как можно скорее надеть эту драгоценность. Свидетельство того, что сегодня она стала именно его.       — Я позабочусь о тебе, принцесса. Но будет немного больно.       — Я верю тебе. — чуть отворачиваясь в левую сторону, Люмин с замиранием сердца чувствует, как Аякс примеряет место на правой мочке которое вот-вот пронзит болью.        — Ты готова, любовь моя? — он спрашивает серьёзно, потому что не хочет навредить ей. Но от осознания, что вот-вот всему миру заявит свои официальные права на эту женщину, руки будто бы сами тянутся поскорее сжать замок на нежной коже ушка возлюбленной.       — Да…              Буквально какие-то секунды и Люмин чувствует резкую боль в районе уха, а также щелчок, сигнализирующий о том, что мужчина сделал своё дело так быстро, насколько это было возможным. Однако боль становится лишь сильнее от того, что капитан, резко набирая в рот рома из кружки, присасывается к месту прокола, обводя языком рану, прижигая ту алкоголем. Он всасывает кровь, смешанную с ромом, сковывая столь интимным обрядом их союз, будто бы давая клятву их вечной любви на этом же самом ядрёном коктейле кроваво-янтарного цвета. Повторяя это действие снова, он чувствует, что крови в ранке становится меньше, а вот желания, наполняющего мутные мысли более содержательными картинками их предыдущих встреч в полумраке одинокой каюты, гораздо… гораздо больше.       Со звонким звуком он выпускает покрасневшую мочку изо рта, сглатывая ром, чтобы в следующее мгновение грубо провести языком по шее блондинки, по которой стекли остатки алкоголя.       — Ммм… — отодвигая боль на второй план, девушка вновь чувствует сильное возбуждение, когда мужчина снова проводит языком по её шее, доходя аж до уха, заводя кончик вглубь ушной раковины. — Ах, мхх…!       Аякс вновь возвращается губами к возлюбленной, позволяя той почувствовать вкус рома, опьяняющего сознание. Они целуются мокро, жарко, будто обжигаясь градусом алкоголя во рту. И девушка, плевав на какие-либо ещё, возможно предусмотренные ритуалы, сама протягивает руки к рубашке мужчины, срывая резким движением пуговицы с петель.       — Ах ты ж, вредительница какая… — коварно улыбаясь, он выдыхает ругательство в губы, принимаясь одной рукой распутывать корсет за спиной девушки. Ему-то, в отличие от неё, не хотелось бы подпортить столь чудесный наряд.       — Вы же знаете, капитан… — сладко проговаривает она, поглаживая оголённый торс мужчины. — Я обязательно всё пришью обратно. Я ведь уже не та неумеха, которой вы меня считали.       — Признаюсь, ха… - наконец закончив с завязками, он снимает с неё платье, позволяя полуголой девушке, на которой остались лишь перчатки, сапожки и бельё, полностью опуститься спиной на столешницу. — Раньше я имел наглость недооценивать тебя.       — Ах! Мммм! — чувствуя, как мужчина поцеловал её грудь прямо через её чёрный топ, блондинка выгибается животом навстречу, запрокидывая голову в удовольствии.       — Но, благодаря некоторым событиям… — он поднимается поцелуями выше, проводя своими сильными руками вдоль её рук, снимая перчатки. — Я осознал, насколько твои очаровательные ручки могут быть полезны. — сняв перчатки, он тут же берет её запястья, притягивая к собственному паху. — Докажи мне, что я сейчас прав, дорогуша~.       И Люмин с удовольствием слушается его, нащупывая твёрдое возбуждение мужчины, обхватив вместе с тканью и плотно сжимая пальцами.       — Ох, *блять! — чувственно произносит он на выдохе, снимая с девушки обтягивающий топ.       — Не ругайся. — мягко произносит она, опуская руку ещё ниже, нащупывая яйца мужчины.       — Вижу, ммм, поездочка в Снежную пошла твоему языку на пользу, да? — он вновь возвращается губами к её груди, всасывая сосок, чуть прикусывая его же. — Может есть что-то ещё, в чём он может быть полезен? — игриво произносит капитан, положив свою ладонь на лобок девушки.       — Ммм… Может и есть~. — чувствуя, как Аякс ласково прикасается к заветному месту, она поджимает ноги, стараясь усилить ощущения. — Вам, ммм, ах! Стоит лишь… Ах, приказать мне, капитан.       — Чёрт! — все эти похотливые разговорчики будили в мужчине зверя, что хотел как можно скорее насытиться своей жертвой в угоду собственным, исключительно животным предпочтениям. Но сам Аякс хотел бы ещё хоть чуть-чуть продлить этот сладостный миг наслаждения прелюдией, лишь бы вкусить как можно больше, как можно слаще.       Он одним рывком подхватывает девушку на руки, неся в сторону постели. После слов, столь неаккуратно брошенных любимой жёнушкой, он ощутил даже какой-то азарт — посмотреть, что ему готова предложить девушка. Усаживая ту на постель, он встаёт прямо перед ней, практически упираясь пахом в лицо.       — Значит… Мм, говоришь, что жаждешь услышать приказ, любовь моя? Ну так… Вот он: порадуй меня~. — как бы намекая на то, чего так жаждет мужчина, он, мягко положив руку на голову блондинке, приближает её лицо к собственному возбуждению. Ещё с того первого (и последнего) раза он помнил, что Люмин не особо полюбила делать минет, но искренне надеялся, что её фраза о «полезности языка» была сказана именно с этим уклоном.       — Слушаюсь, мой капитан~. — казалось, что девушка искренне наслаждается тем, сколько власти сейчас находилось в её руках. Рыжеволосый стоял прямо перед ней, но терпеливо ждал действий от девушки, с вожделением глядя на каждое движение, что аккуратно проделывала Люмин.       Она вновь прошлась рукой по выпуклости на ткани, плотно обхватывая, когда как второй рукой, заходя дальше, чуть сжала ягодицу справа. Это вызвало у капитана усмешку, мол, «твои ручки нужны в другом месте, милая». Однако, не обращая внимания, девушка продолжила руками гладить бёдра мужчины, постепенно опуская его брюки вместе с бельём всё ниже и ниже, нежно поглаживая лобок. Когда же ей удалось, наконец, оголить его пах, блондинка вновь взглянула в глаза возлюбленного, будто бы прося разрешения.       Получив кроткий кивок, она приблизилась губами к головке, обхватывая член мужчины у основания ладошкой. Ещё со своего первого опыта она помнила, что заглатывать глубоко не стоит, а потому, начиная с лёгкий поддразниваний поцелуями, «поприветствала» его, мягко обхватывая губами.       — Ммм, Люми… — запрокинув голову наверх, Аякс закрыл глаза, осознавая, насколько долго ждал этой минуты. Как много грезил в фантазиях, видел во снах, представлял наяву… Он скучал, чёрт, по-настоящему скучал по ней!       Удовлетворённая такой реакцией, девушка берёт длину чуть глубже, останавливаясь лишь тогда, когда чувствует, что дальше начнёт только задыхаться. О нет, сегодня она хотела сделать всё хорошо, чтобы доставить максимум удовольствия. Безузсловно, опыта было ноль, но желание хоть как-то компенсировать свою неумелость, чтобы показать любимому, насколько она выросла за эти годы, сделало своё дело, и блондинка решила подключить к о всему прочему язык, облизывая головку, чуть посасывая в процессе. Отдаляясь назад, тут же вновь насаживается ртом, помогая ещё и рукой захватить ту часть его длины, которую не могла принять в себя целиком. Судя по тому, как тяжело стал дышать рыжеволосый, Люмин считала, что у неё получается превосходно. Хоть и да, сил оставалось не так много, а рот уже устал быть в напряжении.       — Архонты, девчуль… Какого дьявола ты делала в этой чёртовом замке всё это время?! Ах! — ощущая ритм, что задавала девушка, вдыхая и выдыхая через нос, капитан сам не заметил, как несколько увлёкся, помогая возлюбленной рукой, насаживая голову девушки гораздо глубже, чем до этого брала блондинка. Но, как только он почувствовал, что пик его возбуждения приближается, мужчина резко отодвинул от себя голову супруги, затуманенным взором глядя на неё.       — Хах, я… ха… сделала что-то, ха… не так? — подобный рывок напугал девушку, которая думала, что всё делала правильно.       — Как раз-таки, хах, наоборот, родная. — опьянённый ощущениями, что подарила ему эта красавица некоторое время назад, он, склонившись к ней, страстно целует её, словно стараясь передать весь спектр чувств, что испытывал.       — Мммм… — блондинка чувствует, как капитан вновь ласкает её промежность рукой, охотно поддаваясь его манипуляциям навстречу. — Аякс… ах, прошу… — всё нутро будто бы ныло в ожидании давно потерянных ощущений заполненности и единства с мужчиной. Тело слишком сильно реагировало, буквально лихорадя девушку, пробивая дрожью.       — Теперь уж, ах, я… не в силах, ммм… перечить тебе. — он вместе с возлюбленной опускается на постель и, подобрав одной рукой её маленькое, по сравнению с его, тельце, укладывается глубже, вновь осыпая поцелуями. Снимая один, затем второй сапожек, он пока (только пока) позволяет остаться ей в шортиках, поглаживая тонкие ножки.       — Ах, прошу, ммм! — сейчас те самые поцелуи, которые Люмин так трепетно ощущала какое-то время назад, пока мужчина точно также целовал её на столе, становились самой настоящей сладостной пыткой, отдаляющие миг блаженного соития двух жаждущих тел.       — Ты так нетерпелива. Позволь мне ещё немного помучить тебя, дорогая. — за деревянными стенами корабля слышались песни, крики, топот пиратов… Но Люмин слышала только голос капитана, что тихо и вкрадчиво шептал нежные и, в то же время, игривые слова, будто бы нарочно испытывая терпение девушки на прочность. Она всегда знала, что мужчина любит поболтать, но что бы в такой момент…       — Что ты… Ах! Архонты! — она почувствовала, как Аякс спустил с неё шортики вместе с трусиками, припадая языком к чувствительной зоне.       — Думаешь, хах, только у тебя есть проворный язычок? — он мягко надавливает кончиком языка на чувствительную горошинку, очерчивая границу нежного места. Опускается ниже, чтобы уже более грубо провести языком от промежности до клитора, чувствуя вкус её наслаждения.       — Ммнн… Ах, Аякс… Ммм… — пока он повторяет эти действия, Люмин ловит на себе взгляд, полный возбуждения и похоти. Да, это было очень развратно. Слишком. Отчего голова становится тяжёлой, а все мысли улетучиваются прочь, концентрируя всё восприятие только в том месте, где сейчас находился её любимый.       Внимательно следя за реакцией девушки, капитан вводит в неё сразу два пальца, наслаждаясь тем, как охотно те входят из-за обильности выделившейся от возбуждения смазки. Надавливая на чувствительную зону с внутренней стороны, стимулируя её с обеих сторон, мужчина чувствует, как девушка начинает сильнее дрожать. «Давай, моя девочка, я знаю, что ты этого хочешь». — думает он, активнее работая пальцами. Капитан не привык оставаться в долгу, а потому хотел как следует отплатить своей принцессе за недавнее удовольствие.       Она стонет, дрожит, тяжело дышит. Видя его взгляд… Чувствуя его язык… Ощущая его пальцы… Люмин просто растворяется в этом, пропуская сквозь себя знакомую тяжесть, что сковывает бёдра напряжением. Правда оно длится не долго, и вот, в один миг, взрывается сотнями фейерверков по всему телу, будто бы занося в каждую клеточку организма тот кусочек блаженства, до которого только что довёл её мужчина.        — А-а-а-ах! Мммм! Дааа! Ах! — она закатывает глаза, откидываясь на подушки, ощущая спасительный холод хлопка, что остужает горячую от перевозбуждения голову.       — Какая же ты умница, принцесса… — вытирая рот рукой, мужчина вновь нависает над блондинкой сверху, любуясь собственным творением. Несмотря на то, что он сам еле сдерживает свои силы, Аякс нежно целует блондинку в щёку, в то же время руками поглаживая податливое тело. «Она готова».       — Я… хочу тебя, Аякс. — отойдя от оргазма, Люмин заглядывает в его глаза, в полумраке практически догоревших ламп видя искру безумия, что вот-вот станет пожаром. Ей нужно было кое-что ещё, что мог дать ей только этот мужчина.       — Как пожелает моя принцесса. — потираясь своим возбуждением о её влажную промежность, он мягко входит в неё, чувствуя насколько в ней узко и хорошо. — Ооох, дааа… Архонты, да…       — Ммм… Аякс, ах, дай мне, ммм, пожалуйста… — с непривычки было тяжело принять мужчину сразу, чувствуя, насколько ощущения вновь были яркими и чувственными. — Дай мне, мм, минутку… Прошу…       — Я начну медленно, мм… Милая, просто… потерпи немного… — пока он шептал ей на ухо, девушка всё чувствовала, как горячо становится внизу, когда мужчина вновь и вновь входит внутрь.       Неприятные ощущения быстро сменились наслаждением из-за недавнего оргазма, позволяя блондинке, наконец, расслабиться, становясь одним единым с мужем. Его движения постепенно учащались, переходя на более грубый и резкий темп. Тяжёлое дыхание сбивалось, а вместо скромных, будто бы сдерживаемых, гортанных звуков, пространство заполнялось редкими стонами и словами любви, которые беспорядочным хаосом лились изо рта капитана.       — Моя родная… ммм, любимая, ах… — он и сам не ожидал, как, оказывается, много хотел сказать ей, как много в себе держал все эти месяцы и до этого… — мне так, а-а-х, не хватало тебя… — Если бы он знал, что им уготована столь долгая разлука, он говорил бы это ей раньше, плевав с самой высокой мачты галеона на все условности и гордость. Именно она сделала его таким. Именно с ней он хотел таким быть.       — А-а-ах! Аякс, я сейчас…. Ммм… — чувствуя, как девушку вновь и вновь обдаёт волнами наслаждения, она понимает, что вот-вот снова кончит, невзирая на то, что даже не прикасалась к себе руками. Просто тело было настолько счастливо слиться воедино с родным человеком, что с усиленным эффектом реагировало на каждый толчок возлюбленного.       — Ах, ха… Подожди, хах, меня, ммм, красотка. Я почти, мм… Ах! — он резко меняет угол проникновения, убирая её ноги со своих бёдер, закидывая те на плечи, с силой вжимая девушку в постель.       — Ммммххх, Аякс, я больше… ммм, а-а-ах! — затуманенным взором видя перед собой родные глаза, она находит в себе силы, чтобы улыбнуться ему, закусывая губу. Её тело усиливает амплитуду, опираясь на его плечи, будто бы в погоне за желаемым удовольствием, сама насаживается глубже, старательно приближая их общий пик наслаждения.       — Ох, Люми, ааах… Архонты… Как же… ах! — он чувствует как её тело пробивает дрожь, а лоно сужается, приятно сдавливая его внутри.       — Ммм! Да-а-а-а! Ах! Да-а-а… — продолжая чувствовать его грубые толчки, она теряется в ощущениях, улыбаясь и закатывая глаза. С каждым движением она будто бы снова и снова переживает эту яркую вспышку удовольствия, не понимая, как вообще можно испытывать столько чувств сразу?! — Ах! Аякс, дааа, ммм!       — Чёрт, ах! Люми! — не в силах более сдерживать оргазм, капитан делает ещё пару хаотичных рывков, изливаясь прямо внутрь девушки. Это ощущение было настолько приятным и чувственным, что вызывало восторг, будоража всё тело, пробивая судорогой наслаждения. — О-о-ох, дааа, хаа… Мммм… Вот… так…       В округе слышится гогот пиратов, их пьяные выкрики и песни. Топот мужских ног по палубе содрогает несчастное дерево, отдаваясь глухим звуком, вторя танцевальным движениям моряков. Шум и гам, продолжающийся уже не первый час, нисколько не мешал двум молодым людям нежиться в постели, постепенно возвращая дыхание и силы в норму. Они о чём-то говорили, но больше о чём-то молчали. Каждый в себе обдумывал то, сколько всего пришлось пройти, чтобы сейчас иметь счастье назвать человека, лежащего рядом, спутником своей судьбы. Сколько всего пришлось осознать, чтобы сейчас столь свободно произносить слова любви. Сколько всего предстоит друг о друге узнать, чтобы уверенно пройти столь долгий-долгий путь, благословлённый небом Страны Ветров и Свободы…       Думая обо всём этом, Люмин постепенно засыпает, чувствуя себя очень защищённо и правильно в тёплых мужских объятиях возлюбленного. Она счастлива. По-настоящему довольна своей жизнью и судьбой, подарившей ей столь захватывающие приключения с отважным рыжим капитаном… Засыпая с улыбкой на губах, девушка с нетерпением ждёт миг, когда проснётся и вновь сможет заглянуть в родные синие глаза, чтобы снова и снова чувствовать себя самой счастливой в этом мире. --       «Тяжело…» — первые мысли, посетившие юную леди в этой кромешной тьме.       «Почему так… тяжело?» — задумывается она, когда готовится хоть чуть-чуть приподнять свои веки.       «Куда меня тянет?» — она пытается пошевелить ладонью, но тяжесть лишь усиливается.       «Воздух? Где воздух?! Мне нужен воздух!!!»       Люмин в ужасе раскрывает глаза, видя перед бескрайнюю всепоглощающую толщину океана, что становилась всё мрачнее и мрачнее, затягивая в свою тьму бездонной молчаливой пучины.       «Где я?» — сил хватает лишь на то, чтобы чуть повернуть голову. И шок от понимания того, где сейчас находится девушка, душит ещё сильнее, чем отсутствие столь желаемого кислорода.       «Это океан!» — чувствуя холод в конечностях, Люмин осматривает себя. — «Я тону! Я тону, Архонты!» — девушка изо всех сил старается пошевелиться, но тело будто бы сковано путами.       «Помогите! Кто-нибудь!» — она старательно посылает сигнал рукам двигаться, но те застыли, словно окаменев, крепко держа знакомый ей атрибут.       «Компас? Почему в моих руках…?» — она вновь смотрит наверх, видя свет полуденного мрачного неба и темень огромного судна, что практически заслонило собой столь желанные сейчас лучи солнца. — «Что это за корабль? Почему я тону? Почему так тяжело?!»       Поддаваясь панике, девушка пытается хоть чуть-чуть вздохнуть, но тело наливается сталью. И этот холод, что Люмин чувствует спиной, даёт понимание того, что дурацкий плащ и платье с кучей оборок и корсетом утягивает её на дно, окончательно пропитываясь солёной влагой.       «Нет! Только не это! Почему он не прыгнул?! Почему не прыгнул?! Где чёртов капитан?!» — немой вопрос застывает ужасом в глазах тонущей леди.       «Что…? Кто должен прыгнуть? Капитан…? Какой капитан? Зачем я его жду…?» — будто бы на последних секундах жизни, перед девушкой проносятся образы, в которых мелькают одни за другими события последних дней.       Вот она радостная бежит на встречу с братом после своих занятий… А вот она уже плачет, сидя в кабинете Магистра Джинн… Потом всё как-то в перемешку, но часто мелькает Собор Барбатоса, куда Люмин ходила навещать Барбару… Вот компас падает с подоконника, ярко светясь во мраке комнаты… Вот Люмин рвёт платье, спустившись с какого-то дерева… А дальше вдыхает аромат морского бриза… Затем, будто бы вспышкой, её сознание озаряет хитрая улыбка красивого рыжеволосого мужчины, а затем его же злобный оскал, когда тот сжимает свою руку на её горле… Потом погоня, спешка и…       Боль.             От осознания — он.                                           Не прыгнул.                                                             За ней. --       Люмин тонет спиной, сжимая в руках заветный компас, который должен был привести её к свободе. Сейчас его свет уже не столь притягателен для той, что слишком долго не может сделать один единственный заветный вдох. Слишком долго для живого человека.       Её глаза наливаются той же тяжестью, что и платье, стянувшее намертво бренное тело.       Она всё ещё смотрит в высь, отчаянно ища фигуру мужчины, что вот-вот должен ворваться в морскую пучину, гордо протягивая свою руку помощи несчастной тонущей девице…       «Вот-вот… ещё буквально… капельку… Мне нужно лишь продержаться ещё чуть-чуть… Он поймёт мой замысел… Он должен был понять…» — глаза постепенно закрываются, уставши теряя свой свет.       «Я верю, что ты прыгнешь… Прыгнешь ко мне…» — страх уходит и на его место приходит смирение.       .       .       .       «Аякс…»       Глухая тишина, давящая своей чёрствостью к судьбе несчастной невесты, что бежала прочь от навязанного брака, скорбно провожала очередную жертву печальных обстоятельств. Говорят, что многие девушки, чья жизнь была наполнена болью и страданиями, искали утешения в море, отдавая дьяволу свои души взамен на возможность отомстить за жестокость предначертанного. Эти юные девы, что были прекраснее самых драгоценных камней и самых нежных цветов, стоило им оказаться в море, оборачивались монстрами, выворачивая наизнанку свою гнилую душу в поисках столь желаемой ими мести. Многие моряки погибли или пропали без вести, поддавшись сладкому зову искусительниц, чьи блестящие искренней любовью глаза наливались кровью, как только вершилась месть в угоду морскому дьяволу…       .       .       .       «…цесса…» — сквозь толщу воды, девушка слышит знакомый голос.       «Прин…а…» — снова зовёт за собой.       .       .       .       «Принцесса? Ох, ну что за безобразница! А ну-ка… Иди-ка сюда!» --       — Ай! — хватаясь за больное ухо, девушка делает резкий вдох, не веря своему счастью, что может позволить себе такую роскошь, как дышать. Она сразу же садится на постели, пытаясь выровнять дыхание, чтобы тело вновь смогло почувствовать себя живым. А заодно и понять, откуда взялась острая боль в ухе.       — Ой-ой! Смотри что ты сделала с мамой, принцесса! Говорил же тебе, не мешать маме отдыхать. Что надо сказать? — все эти причитания никак не позволяли девушке прийти в себя.       — Пласти? — прозвучал детский тонкий голосок.       — Именно.       — А? — с тем, как быстро в тело возвращался желаемый кислород, осознание того, где и при каких сейчас находилась Люмин, также догоняло её. — Лили…? — тяжело дыша, блондинка смотрела на стоящего рядом мужчину, в руках которого сидела малышка лет четырёх, с такими же рыжими волосами, как и у него.       — Эй?! Так ты опять маму за серёжку дёргала? *Ну что за коза-дереза… — сетовал он на девочку на снежнанском, даже не пытаясь злиться на маленькую непоседу. — Люми? Когда мужчина обратился к ней, его взгляд стал мрачнее. Что-то в её состоянии напугало его.       — Эй, погоди минутку, ладно? Щас мы дойдём до тёти Тони, и я быстро вернусь к тебе, хорошо? — дождавшись небольшого кивка со стороны жены, Аякс тут же направился куда-то прочь из деревянной комнаты, оставляя девушку наедине.       «Архонты… это был просто сон? Такой реалистичный сон… Просто… мать его, сон?» — глядя на свои дрожащие руки, Люмин осознала, что капли воды, упавшие на ладони были слезами облегчения, что кошмар закончился. Подумать только, какие-то минуты назад всё её тело будто бы в самой кошмарной из всех реальностей ощущало это сковывающее душу давление толщи океана, в которой медленно тлела надежда на спасение. Тот самый день их первой встречи с капитаном…       — Эй-эй, что вдруг случилось? — только заходя обратно в комнату, мужчина тут же застал девушку, плачущей и обнявшей себя своими же руками. Что не говори, но такое зрелище очень сильно пугает, особенно когда ничего не предвещало беды. — Посмотри на меня, Люмин.       — Всё… в порядке. Это сон… был… — голос надломился, а в груди снова чувствовалась тяжесть недавнего сна.       — Чёрт… что же тебе приснилось такого, что тебя аж трясёт? — мягко обнимая супругу, он по-свойский прижал её к себе так, будто бы защищая от всего мира разом. — Расскажи-ка мне, милая. Станет легче. Ну же.       — Ох… Мне приснился тот самый день, помнишь? — она посмотрела на него, всё ещё чувствуя обречённость тонущей беглянки. — Когда мы встретились… Я забрала у тебя компас и упала в воду.       — Ха-ха-ха! Конечно помню! Как же такое забыть, когда сам капитан пиратов прыгнул в море за какой-то там девицей?! — от столь приятных сердцу воспоминаний на душе становилось тепло. Подумать только, сколько ж лет прошло…       — Во сне ты… не прыгнул… — тихо проговорила Люмин, сжимая ладонь мужа, чтобы убедиться, что это он сейчас рядом с ней.       — Хэй, родная… — свободной рукой он мягко прикоснулся к её щеке, чуть поднимая заплаканное личико на себя. — Я прыгнул, видишь? И всё то, что мы пережили вместе, в том числе последствия в виде двух маленьких чертят, что никак не хотят укладываться на дневной сон, тому слишком уж яркое подтверждение. Не находишь?       — Хах, ты прав… Наши близняшки… — заменяя образ одиночества в морской пучине, Люмин воспроизводит портрет детей, появившихся не так уж и давно на свет.       — Что ты чувствовала? — несмотря на то, что сон явно был не из приятных, Аяксу хотелось бы знать, что именно напугало девушку больше всего.       — Я чувствовала, что задыхаюсь. Что тону с компасом в руках.       — Чёрт, вот же… Прости, сам не углядел за ней. — на немой вопрос блондинки, мужчина лишь виновато почесал затылок. — Пока боролся с Ильёй, эта папкина «радость» снова побежала к тебе. Она всё не отвыкнет, что уже слишком тяжёлая, чтобы спать на твоей груди. Видимо опять забралась на тебя, пока ты отдыхала. Отсюда и нехватка воздуха… Мда, кто ж знал, что у нашей девочки такая страсть к удушающим приёмам? — даже с какой-то гордостью произнёс мужчина.       — Это всё твои бесноватые корни. — девушка легонько толкнула рыжего в бок, чувствуя себя гораздо легче.       — Ха! Кто бы говорил, дорогая? — он приблизился к ней вплотную, шепча на ухо бархатным голосом. — Зная о том, как ты периодически сжимаешь меня ногами, пока я нахожусь внизу у твоей… Ай! — второй тычок в бок был более болезненным.       — Т-так, вот только не надо тут…! — она резко встала, не собираюсь выслушивать все эти гадости от мужа.       — Ха-ха-ха-ха! Что, засмущалась? — он резко встаёт подле неё, беря девушку на руки. — Где же было твоё стеснение вчера ночью, когда мы с тобой предавались утехам прямо на этой постели?       — Ой! — не ожидая, что её так резко понесут куда-то в сторону, Люмин от неожиданности вскрикнула.       — Вот тебе и «ой»! Держитесь миледи, я собираюсь вынести вас отсюда как можно скорее. — перехватывая жёнушку поудобнее, мужчина выходит вместе с ней в коридор, тихонько проходя мимо дверей детских комнат. — Веди себя тихо, если не хочешь, чтобы нам помешали, любовь моя. Усекла? — заговорческим тоном проговорил мужчина, чуть приоткрывая одну из дверей, на которой красовалась гордая табличка, написанная корявыми буквами детским почерком «ЛиЛи».       — Есть, капитан. — принимая условия игры, девушка прижимает руки ко рту, показывая, что будет молчать.       — Тонь! — шёпотом произносит мужчина, когда видит в приоткрытом дверном проёме свою сестру, укладывающую их милую дочурку спать. — Мы пропали на пару часиков.       — Спа-си-бо! — одними губами произносит Люмин прежде, чем Аякс уносит девушку прочь, даже не ожидая ответа от сестры, которая только приехала в гости, а на неё уже повесили любимых племянников.       — Надо будет как-то отблагодарить Тоню и Бориса. — спускаясь по лестнице, произносит рыжий, аккуратно помогая девушке встать в прихожей.       — Не ожидала, что ты будешь настолько благодарен. — чуть подначивая его, блондинка, не теряя ни секунды, обувается в уличные босоножки, накидывая на себя лёгкое пальтишко.       — Просто если в этот раз не отблагодарим, в следующий она точно не приедет. Если Илюха опять проснётся, эти двое зададут ей перцу, я-то знаю. — подмигнув супруге, мужчина открывает перед ней дверь и, как только сам вышел за порог, тут же тихонько закрывает её, чтобы не разбудить уснувших малышей.       — Бежим, скорее! — понимая, что времени побыть наедине у них не так уж и много, счастливое семейство сбегает прочь из маленького деревянного дома родителей, в коем они поселились на период взросления детей, подальше, к берегу залива, где по зиме часто можно встретить рыбаков, занимающихся подлёдной рыбалкой.       Эти минуты свободы, в которой оказываются двое взрослых людей, дарят им настоящий детский интерес к приключениям, граничащий с авантюризмом бывалых путешественников. Сердце рвётся к морю, душа к странствиям…!       Пока Люмин, улыбаясь, бежит за Аяксом, чьи мягкие рыжие волосы ярко подсвечиваются в свете заобеденного солнца, она вновь вспоминает о том, сколько ещё им осталось до того, как придётся покинуть милую деревушку Морепесок, чьи деревянные домики и аккуратные огороды стали за эти пять лет практически родными. Проносясь с хохотом мимо резных скамеек, на которых то и дело после ужина собираются бабушки, чтобы проводить закат в кругу сплетниц-собеседниц; мимо роскошных яблонь, чьи ветви уже слишком сильно опустились к земле под тяжестью налившихся соком плодов; мимо чьих-то гусей, которых кто-то забыл запереть за забором, что гогочащей стаей какое-то время провожают парня и девушку громкими «га-га-га»… Всё это стало неотъемлемой частью быта, в который с головой погрузились Аякс и Люмин, как только узнали, что их семья наконец-то станет больше.       Конечно, было немного жаль, что их новые пиратские приключения длились не долго. С момента венчания, той самой церемонии под звёздами, экипаж Северных пиратов под командованием капитана Аякса бороздил океаны добрых три года, найдя ещё два закрытых для простых людей подземелья артефактов, нанеся при этом четыре острова и один архипелаг на карту Тейвата. Естественно, большую часть награбленного пиратский корабль доставлял в Снежную, прямиком самой Царице, соблюдая условия, по которым Аяксу было разрешено посещать Страну Льда и Снега.       Согласно договору с правительницей морозного региона, мужчина получил особую миссию, когда рассказал о волшебном компасе и продемонстрировал силу артефактов народа Каэнри’ах (в сражении с Дотторе). Взамен на свою жизнь, он отдал Царице свободу, обязуясь минимум раз в три года являться к ней на поклон, с отчётом об открытых территориях и, возможно, новыми дарами в виде пресловутых артефактов, что женщина активно использовала во благо народа Снежной. Капитану не позволено было формально находиться в государстве, но, поскольку мужчина был пиратом, препятствовать его нахождению во время «командировок» правительница не спешила, позволяя тому, в сопровождении ответственного за него Одиннадцатого Герцога, свободно пребывать в стране, для того, чтобы после отправиться в очередное плавание, во имя искупления своего греха перед родиной.       За эти три года, что путешествовали пираты, Аякс был у Царицы ровно два раза: первый раз, когда спустя всего лишь год преподнёс ей щедрые дары в виде найденных в морях неизвестного ранее архипелага «Золотого яблока» артефакты, усиливающие целительные способности; и второй, когда подарил обнаруженные в прибрежных землях Страны Огня зачарованные предметы, способные усиливать огненную магию, что сильно облегчило бы нагрузку на отопительную систему страны. Однако, когда мужчина пришёл второй раз, он был не один. Вместе с ним была семья Виатор. Именно тогда, в присутствии Царицы, капитан Северных пиратов сложил свои полномочия, передавая клятву поиска артефактов брату своей, находящейся тогда уже на пятом месяце беременности, жене. Правительница Страны Льда и Снега одобрила такой ход событий, понимая, что семья — это самое важное в Снежной, и позволила мужчине вместе с супругой остаться в государстве до тех пор, пока те не посчитают нужным вновь отправиться в странствия, забрав клятву у Принца Свободы.       С тех пор, как Аякс и Люмин поселились в родительском доме на окраине деревни Морепесок, ожидая пополнения семейства, Итэр, приняв на себя новую должность капитана пиратов, отправился в путь, записав направление, которое показывал компас в руках сестры. Судя по тому, как по прошествию двух лет направление компаса сменилось, Люмин поняла, что брат, всё же, нашёл сокровища. И подтверждением тому стала их долгожданная встреча, когда родившимся близнецам было всего три годика. Так молодой капитан Итэр узнал, что стал дядюшкой очаровательных близнецов, которым теперь частенько слал подарки почтовой службой Тейвата и тех мест, где бывал по направлению компаса.       Кто бы мог подумать, что брату настолько понравятся морские странствия под чёрным флагом? Конечно… Ввиду характера блондина, нынешнюю политику их экипажа было трудно назвать «пиратской», но поскольку такой свободы, как у не подчиняющихся никому отбросов общества не было больше ни об одной категории мореплавателей, Итэр не менял символ на флаге корабля, получая удовольствие от вседозволенности в выборе деталей своих путешествий.       Ну а что до самих Аякса и Люмин? Как и было сказано ранее, девушка каждый день отсчитывала срок, что пара дала себе на жизнь в условиях оседлости и быта. В день, когда близнецам исполнится пять, семья отправится по направлению, что укажет зачарованный компас, но уже в качестве простых путешественников. Задача будет отыскать клад, а не привести его к Царице. Таким образом, составляя карту сокровищ, они смогут передать её после Итэру или же самой правительнице Снежной, продолжая поиски волшебных творений забытой цивилизации.       — Ай! — слишком задумавшись над прошлым и будущем, Люмин не заметила, как мужчина перед ней остановился, поскольку они уже почти добежали до берега. Сбивая его с ног, она катится вместе с ним по траве практически до самого песка, крепко держа друг друга за плечи.       — Ха-ха! Не думал, что ты настолько сильно хотела оказаться подо мной, дорогая. — отдышавшись проговаривает мужчина. — Не ушиблась?       — Ха-ха-ха, ты меня раскусил. — она нежно поглаживает его грудь, перебирая пальчиками складки на красной рубахе, чтобы в следующий момент за них же притянуть ближе. — Не уж то откажешь мне?       — Тебе-то? Никогда, милая. — улыбаясь, он целует её нежно, будто они только-только учатся чувствовать и любить друг друга. И какая разница, что прошёл уже не год, не два, а целых семь лет? Для них каждый раз, когда удавалось остаться наедине и, тем более, подальше от любимых деток, было словно первое свидание, которого, ввиду некоторых особенностей их истории знакомства, у них так и не случилось. А от того, трепет и чувства с каждым разом становились глубже, осознаннее и приятнее. Они действительно любили друг друга и были счастливы дарить эту любовь своей семье, о которой оба так долго мечтали. --       Перебирая ногами тёплый песочек, пара медленно шла вдоль берега, наслаждаясь августовским вечерним солнышком, что вот-вот уже готово было заходить за горизонт. Эта линия между сушей и заливом стала их собственной линией старта. Каждый раз, когда бабушка с дедушкой приезжали, чтобы понянчить любимых внуков, молодые родители тут же сбегали к берегу, дабы снова оказаться у этой границы между спокойной, мирной жизнью и удивительными странствиями, к которым тянулись сердца путешественников.       Пусть пока Аякс и Люмин идут лишь вдоль. Пусть пока для них эта линия остаётся пределом желаний. Ведь они сами расставили приоритеты так, чтобы дети могли как следует подрасти, прежде чем последовать за своими родителями в путь. Пусть они оба молчаливо смотрят в даль, надеясь однажды снова почувствовать свежий бриз, встречающий тебя на рассвете в море.       Просто сейчас, провожая глазами тонущее в заливе солнце, они точно знают, что ровно через семь месяцев и двенадцать дней, они смогут вновь подойти к этой самой границе меж двух совершенно разных миров, чтобы торжественно пересечь её, не думая о том, когда судьба накажет им вновь вернуться на линию старта.       А где-то дома, пока маленькие шкодники с рыжими волосами и золотыми глазами, залезли на стол в родительской спальне, прокравшись мимо уснувшей совсем недавно тётушки Тони, в руках одного из близнецов открылся волшебный компас, что ярко засветился голубым, словно лазурные волны моря, цветом. Малыши зачарованно глядели на то, как стрелка бьётся, указывая направление, которое ещё пару дней назад было совершенно другим. Видимо, скоро племянников должен навестить ещё один родственник, а пока, возвращающиеся домой родители ещё не знают, чем готовы их удивить маленькие путешественники, научившиеся самостоятельно открывать зачарованный компас. --       Конец.