Железо внутри, железо снаружи

Бой шел близко. Соседний район начинался через три квартала. Южная портовая зона была насыщена большим количеством контейнерных терминалов, складских комплексов и промышленных объектов. Ее пересекали бесконечные трубопроводы, железные дороги, инженерные сети… Непростая цель для штурма. Железный воин справедливо предположил, что напавших вряд ли будет много. Большое незаконно вооруженное формирование не смогло бы незаметно просочиться в город. Хотя смертные способны на любую глупость. В любом случае стоило поторопиться. — За мной! — кузнец войны шагнул на проезжую часть, и небольшой грузовик, неспешно катившийся к повороту на соседнюю улицу, резко затормозил. Легионер с легкостью оторвал дверь кабины и глянул на замершего в ужасе водителя. — Разворачивайся. На первом перекрестке повернешь направо, а потом прямо до порта. Рен, проконтролируй, остальные в кузов! Машина шла с пустой грузовой платформой, и погрузка не заняла много времени. Хотя Арк’тур сделал себе мысленную пометку о необходимости продолжать работу над более легким комплектом брони. Ему не понравился скрип подвески грузовика. Напуганный водитель проворно развернул машину и начал быстро набирать скорость. В тентованом кузове было темно и прохладно. Пара деревянных паллет, обрывки картона и несколько пустых пластиковых бутылок перекатывались по полу. Легионер нацепил ранее висевший на магнитном захвате шлем, и перед глазами немедленно высветились руны активации. Прайм-когитатор сразу выдал на ретинальный дисплей перехват переговоров городских служб и тут же, повинуясь воле железного воина, отсеял все лишнее. В южную портовую зону уже направлены экипажи местной пожарной охраны, скорой помощи и усиленные наряды милиции. Стоящей оперативной информации было недостаточно, однако Арк’тур смог уяснить, что произошло нападение на Южную портовую зону. Численность противника не установлена, но не более сотни. Похоже, что кузнец войны переоценил силы безопасности Вейла. Банда вооружена преимущественно автоматическим оружием, хотя упоминаются гранатометы и даже автопушки. Все это едва удалось вычленить из бессвязных воплей и панических докладов. Смертные громко голосили, требуя немедленную поддержку и внимания вышестоящего начальства. Сперва такая суета вызвала раздражение и недоумение, но причина паники быстро прояснилась. Несколько дней назад в пятом складском комплексе Южной портовой зоны был принят большой груз огненного праха. Руководство порта почему-то промедлило с отправкой опасного груза адресату, и результат не заставил себя ждать. Немногочисленная военизированная охрана не смогла даже задержать напавших, и теперь счет шел на минуты. — Что будем делать, Жон? — спросила Пирра через вокс-бусину, которую она успела надеть, как и Нора с Реном. — Произошло нападение на порт, возможно, противник принадлежит к организации Белый Клык. Численность – до сотни. Вооружение – легкое, но имеется незначительное количество тяжелого. Будьте внимательны. Наша задача: прорваться к складу №5 и обеспечить безопасность контейнеров с огненным прахом. После мы передадим его под охрану прибывших сил милиции и начнем зачистку. — Может, все-таки дождемся подкрепления? — предложил Рен. — Там огромная территория, а нас всего четверо. — Нет. — отрезал кузнец войны. — Местоположение контейнеров с огненным прахом четко установлено, и каждая минута промедления – это время, подаренное врагу на подготовку. — Реннии, наш лидер прав! — голос Норы перемежался негромкими щелчками статики. — Этих козлов нужно резко давить! А то расползутся, как тараканы, и загребешься их потом выщемлять! — Нора… — неуверенно начала Пирра. — Тебе не кажется, что ты чересчур воинственно настроена? — Нормально! Давно было пора сломать кому-нибудь ноги! — Нора, остынь, пожалуйста. В бою нужна холодная голова, а иначе могут случиться неприятности. — Пиррочка, не нуди! Сама знаю и… Кузнец войны на мгновение задумался над словами мечницы. Она была права и одновременно ошибалась. Каждому инструменту находилось свое место и время. Горячие и переполненные рвением воины отлично показывали себя при штурмах и жестоких контр-абордажах. Повышенная агрессивность – приемлемое качество для легионера. Арк’тур давно научился работать с подобными индивидами и даже в некоторой степени ценил их. Ценил также, как фосфексный снаряд или абордажную торпеду. Они полезны, но имеют свою специфику, к которой следует привыкнуть. — Не засоряйте эфир и соблюдайте дисциплину вокс-обмена. — легионер решительно прекратил ненужный бардак и еще раз прикинул план действий. Южная портовая зона была настоящим индустриальным лабиринтом, а еще там имелось достаточно горючих или токсичных материалов. Данный фактор дополнительно осложнял действия команды JNPR. Поэтому нужно прибегнуть к максимально простому плану действий. Решительный бросок до склада с огненным прахом и его дальнейшая оборона. Вряд ли напавшие смогут нанести сильные повреждения портовой инфраструктуре до прихода дополнительных сил милиции. Арк’тур неплохо изучил историю Вейла и с уверенностью мог сказать, что для этого государства смертных начинается новый этап. Противоречия в отношениях со зверолюдьми неуклонно нарастали и должны были рано или поздно прийти к кровавой развязке. Никакие усилия сторонников мирного сосуществования не дали результатов. Глухое недовольство перешло к активным протестам, а отсутствие видимого результата грозило вылиться в полноценный конфликт. Очевидно, сейчас кузнец войны наблюдал первые всполохи будущего пожара. Недавно начавшиеся наглые нападения перехлестнули стены. Пожалуй, это будет интересный опыт и первая возможность для смертных команды JNPR обагрить свое оружие. Гримм были не в счет. Они не оставляли после себя ничего и не могли дать попробовать настоящую кровь. Безусловно, отребье в порту также не было достойной целью, но хоть что-то. Разумеется, по меркам аборигенов кузнец войны шел на чудовищный риск. В таких ситуациях должен быть создан специальный штаб для координации усилий по обезвреживанию прорвавшихся в порт террористов. Есть утвержденный правительством порядок взаимодействия с охотниками или студентами старших курсов Бикона... Много условностей и прочих телодвижений. Локализовать и окружить источник угрозы, произвести эвакуацию персонала объекта, выяснить, имеются ли заложники… Легионер сам выбрал цель и был уверен в своих силах, а возможные потери среди гражданских были сочтены приемлемыми. Непреклонная логика утвердила приоритет контейнеров с огненным прахом, потенциально именно они могут привести к наибольшим жертвам и разрушениям. Все предельно ясно. Однако смертные не любят принимать необходимые решения. Они склонны к абсолютно ненужным компромиссам и половинчатым методам. Они боятся и сомневаются. Так и будет. Даже несмотря на то, что сегодня выходной день и, кроме того, продолжается забастовка докеров Южного порта. Поэтому сейчас там минимум персонала. — Приехали. — известил Рен и продолжил со все нарастающим беспокойством. Машина скрипнула тормозами и, замедлившись, чуть качнулась. — Что тут произошло?! Одним движением Арк’тур спрыгнул из кузова на дорожное покрытие и, обернувшись, осмотрелся. Увиденное заставило поморщиться. Кузнец войны не счел нужным подробно ознакомиться с портовыми районами Вейла и не ожидал, что пред ним возникнет настолько удручающее зрелище. Не было даже двойных ворот. Вместо них – хлипкий шлагбаум. Нет вышек или башен, нет стен или хотя бы колючей проволоки. Ничего нет, кроме жалкого сетчатого ограждения, а вместо мощного гарнизона – военизированная охрана с преимущественно стаб-пистолетами. Все это могло служить лишь для охраны от случайно забредших смертных, подверженных алкогольной интоксикации. Отвратительно. Как можно таким образом защищать важнейший стратегический объект? Уже неважно. Пусть случившееся послужит для местных властителей хорошим уроком. Шлагбаум был вырван с корнем мощным ударом и валялся на асфальте, рядом лежали два бездыханных тела в форме, под которыми растекались алые лужи. Далее также виднелись следы решительного натиска: расстрелянный вездеход охраны, дымящееся административное здание и несколько трупов. Еще трое – в униформе военизированной охраны, а остальные – в рабочих комбинезонах. В глубине порта спорадически вспыхивала стрельба, звуки боя сказали Арк’туру достаточно. Не было нужды слушать переговоры добиваемой охраны. По следам на дорожном покрытии кузнец войны определил количество техники – пять среднетоннажных грузовиков. Значит, напавших действительно около сотни с учетом того, что на одной из машин они транспортировали тяжелое оружие. Осознанная за один удар сердец картина была более чем складной. Напавшие ставили своей целью захват огненного праха и последующее уничтожение части портовой инфраструктуры. Однако им нужно время, чтобы успеть найти, а потом вскрыть контейнеры и подготовить заряды. Они рассчитывают укрепиться среди складских построек и, возможно, взять заложников, но последнее вряд ли. Иначе напавшие не стали бы расстреливать людей у здания администрации. Гул двигателей, раздавшийся сверху, прервал мысли кузнеца войны. Вызванные командой JNPR оружейные короба упали, сильно промяв дорожное покрытие. Среди них своими размерами выделялся огромный контейнер, отмеченный чередующимися черно-желтыми полосами. Арк’тур ловко застегнул упряжь автопушки и повесил топор на магнитный захват. Прайм-когитатор Анхеля автоматически произвел сопряжение с прицельным модулем автопушки и запустил процедуру диагностики. Смертные стремительно вооружились, но повели себя как всегда неправильно. Пирра и Рен устремились к лежащим у контрольно-пропускного пункта телам, а Нора, нерешительно шагнув пару раз, замерла, рассматривая последствия нападения. Легионер ожидал нечто подобного. Эти подростки, хоть и успели получить опыт сражений с гримм, но более конвенционные боевые действия стали для них неожиданным сюрпризом. Кузнец войны еще раз сверился с картой Южного портового сектора. Центральная магистраль устремлялась вглубь территории, разветвляясь на бесчисленные ответвления, ведущие к докам, складам и ремонтным мастерским. С обеих сторон тянулись ряды портовых кранов – исполинов с подвижными стрелами, готовых ухватить многотонные контейнеры и перенести их на палубы судов. Железнодорожные пути оплетали тело порта, регулярно забирая или наоборот питая его новыми грузами. Под ногами чувствовались отголоски вибраций – постоянный гул работающих двигателей, скрежет металла, перекатывающиеся колеса тягачей. Воздух был пропитан запахом соленой воды, топлива и металла. Арк’туру нравились такие места. Раньше в свободное время он мог с едва ли не детским восторгом наблюдать за работой космопортов, мануфакторумов или горнодобывающих комплексов. В этой размеренной индустриальной мощи было нечто завораживающее и правильное. Каждая фабрика словно была стрелой, направленной в обещанное им будущее. Которое превратилось в пышущую жаром сгораемых душ преисподнюю. Темные Механикум и их кузницы. Сарум, Ксана II, Самех, Кастир и Поликс, Циклотрат… Эти имена пахли спинномозговой жидкостью, медью и овеществленными страданиями. Они с механическим постоянством и ужасающей целеустремленностью порождали кошмары. Павшее жречество Бога-Машины самозабвенно и со вкусом испробовало каждый запретный плод. Они стремились возвыситься, но с каждым мнимым успехом погружались в бездну. Некоторые их машины едва ли могли существовать в реальном мире. Оскверненная плоть смешивалась с выкованными в крови шестернями, а потусторонние ветра вдыхали в нее жизнь. Противоестественный союз материи и варпа. Горько и даже обидно было признавать, но четвертый легион пошел схожим путем. Никто из братьев не осмелился перечить воле Железного Владыки. Когда все было отброшено, растоптано и забыто… Легиону требовалась идея и направление. Отец дал его перед своим возвышением… Кузнец войны сморгнул и опять взглянул на карту Южной портовой зоны. Было много способов проникнуть на этот объект и столь же много путей для отхода. Пожалуй, территория слишком огромна, и местные силы правопорядка едва ли успеют в короткие сроки надежно оцепить его. А это значило, что кому-нибудь из напавших удастся уйти. Неприятная перспектива. Она оставляла привкус легкой незавершенности, плохо сделанной работы. — Жон, они мертвы… — разгибаясь, глухо сказала Пирра. В ее глазах ясно читалось полное отторжение и непринятие случившегося. — Их специально добивали… — Внутри еще четыре тела. — известил заглянувший в здание администрации Рен. Он держался не в пример лучше мечницы за счет своего проявления. — Нора, ты как? — В порядке. — резко выдохнула Валькирия и требовательно уставилась на железного воина. — Я в порядке, приказывай. — Движемся двумя группами, наша цель – склад №5. Он находится в оконечности данной портовой магистрали. — кузнец войны указал рукой направление. — Пирра, ты и Рен принимайте влево и заходите с фланга. Я и Нора нанесем фронтальный удар. Легионер с неудовольствием отметил мелькнувшее в глазах мечницы разочарование и почти обиду. С другой стороны, эта смертная не выделялась интеллектом. Она не поняла, что ей сейчас оказали толику доверия, потому как она имела больше опыта, чем Рен или Нора. Сам же кузнец войны решил присмотреть за Валькирией, ее поведение пару мгновений назад заставило его сомневаться в пригодности этой девчонки. Смертные с недавних пор регулярно испытывали терпение железного воина. Настоящие боевые братья никогда бы не позволили себе даже тень подобного по отношению к своему командиру. Смертные. Они все чужие, каждый из них, но… Кроме них нет никого. Непросто быть единственным астартес на планете. — Впере… — начал было Арк’тур и осекся на полуслове. Вокализация боя изменилась. Он стал яростнее, и, судя по показаниям звукотепловых датчиков, появились новые действующие лица. Стоило ускорить движение. — План прежний. Пирра, на твоем свитке уже есть маршрут. Вперед. Пирра хотела что-то сказать, но передумала и, кивнув Рену, нырнула в переплетение портовых сооружений. Кузнец войны быстро зашагал по центральной магистрали и на ходу небрежным движением отпихнул вездеход охраны. Появление легионера немедленно привлекло внимание. На него обрушился поток огня. Враг укрывался по обеим сторонам магистрали. Тяжелые стабберы, автоганы и гранаты. Трое снайперов успели занять позицию на кранах. Автопушка на втором этаже портового управления, а из одного из разбитых окон первого этажа вылетело местное подобие крак-ракеты. Сопротивление можно было назвать по-настоящему жалким. Так много ошибок… Пули автоганов отскакивали от Анхеля, а крак-ракета прошла выше. Ничтожество с гранатометом слишком сильно торопилось. На ходу кузнец войны продолжал анализировать обстановку. Теперь принадлежность напавших на порт была окончательно определена. Белый Клык. Их даже чуть больше сотни, но вооружены скверно. Обычный сброд. Единственное, что показалось любопытным – это отсутствие в поле зрения грузовиков, которые доставили сюда террористов. Неужели они загнали их на склад для погрузки? Они всерьез рассчитывают уйти отсюда с огненным прахом? Глупость смертных не знает пределов. Основным узлом обороны оказалось именно портовое управление. Трехэтажное здание из красного кирпича, перед которым располагалась небольшая стоянка для мобилей. Кузнец войны ощутил очередной укол раздражения. Противник продолжал демонстрировать некомпетентность. Нет согласованности действий и маскировки. Отсутствует дисциплина огня. Арк’тур выставил левую ногу вперед и развернулся так, чтобы подставить под огонь массивный наплечник и уменьшить свой силуэт. Механизмы автопушки железного воина ожили, и она извергла смерть. Длинная очередь фугасно-осколочных снарядов прошлась по окнам портового управления. В руку легионера ударила отдача автопушки, что была через мгновение скомпенсирована искусственными мышцами брони. На землю со звоном посыпались латунные гильзы. Крошилась кирпичная кладка, а осколки стекла, весело блистая, разлетались во все стороны. Девятнадцать уверенно пораженных целей. Легионер с удовлетворением пронаблюдал, как верхняя часть тела неумелого гранатометчика вывалилась из окна и распласталась слева от входа. Второй этаж портового управления стал братской могилой для засевших там зверолюдов. Кровь и вывалившиеся внутренности. Прямые попадания превращали фавнов в красный туман, а высокоскоростные осколки рвали тела зверолюдов на части. Оружие, предназначенное для уничтожения легкой бронетехники и скоплений гримм, производило настоящее опустошение. Железный воин перевел режим огня на одиночный и двинулся вперед. Слабые отголоски отдачи, толкавшие в плечо, были почти приятными. Они вызывали ностальгию. Жаль, происходящее не тянуло на настоящий бой с реальным противником, но в любом случае сейчас появился смысл. Идти в атаку под огнем – именно для этого был рожден Арк’тур. Валькирия с разбегу влетела в боевые порядки террористов у магистрали. Ее молот описывал дикие дуги, и тела разлетались во все стороны. Кузнец войны слышал ее смех и выкрикиваемые оскорбления. Прямая и свирепая, она преодолела первоначальное замешательство и отдалась волне сражения. Не оглядываясь и не задумываясь. Неплохо. Совсем неплохо, однако Нора страдала типичным недостатком аборигенов Ремнанта – она проявляла жалость и не стремилась лишать жизней. Железный воин видел, что сострадание ей не к лицу. Оно замедляло ее рефлексы и сковывало мышцы. Оно губило потенциал. Оно мешало проявить истинную природу убийцы. Пожалуй, можно будет попробовать исправить этот изъян. Сомнения в смертных никуда не исчезли, а выработанное тысячами лет пренебрежение говорило об их бесполезности, однако… Придется смириться и работать с тем, что есть. В конце концов, Арк’тур справлялся с вздорными кузенами, значит, справится и со смертными. В просвете между рядами складских ангаров показалось море, которое расчертили пустые пирсы. Отсутствие кораблей под разгрузкой объяснялось забастовкой докеров. Вместо них кузнец войны с удивлением разглядел две сошедшиеся в схватке фигуры: Блейк Белладонна и Роман Торчвик. Последний был восходящей звездой криминальных сводок Вейла, его активно искали как охотники, так и правоохранительные органы. Бестолковый день стал немного лучше. Арк’тур решил взять голову Романа Торчвика, благо за нее обещана приличная награда, а денег всегда не хватало. Но сначала нужно разрешить ситуацию с огненным прахом. Ускорившись, кузнец войны приблизился к портовому управлению и с гулким грохотом проломил стену, оказавшись внутри затянутого пылью и дымом помещения.

***

Лия была мертва. Можно жить без ноги, но сестра Лины умерла от болевого шока и обильного кровотечения. Зрачки Лины сузились, и она закашлялась. Слезы текли по щекам, а все тело словно парализовало. Сейчас Лина тоже умирала, но не от жутких ран. Снаряды, крики и страшная, неумолимая смерть родной души уничтожали ее изнутри. Ей уже не хотелось ничего, кроме одного – вернуться на день назад и бежать вместе с Лией куда угодно. Как можно дальше от Вейла и никогда не оглядываться. Это… пустые и глупые мечты о счастливом будущем, что не наступит. Время исчезло. Казалось, прошли часы или дни. Лина продолжала смотреть на искалеченное тело сестры, и разум отказывался понимать случившееся. Звуки и цвета увядали, а с покрытых пылью щек, оставляя за собой грязные дорожки, капала соленая вода. Лина так и не нашла в себе сил опуститься на колени рядом с Лией. Сделать это – значит осознать и подтвердить смерть Лии. Горе прижало кошачьи уши и давило на плечи, уговаривая Лину упасть на пол. Неизбывная вина разъедала изнутри, она опоздала всего на полминуты. Возможно чуть больше, однако ее промедление решило все. Вспышки воспоминаний. Они всегда были вместе. Девятнадцать лет, что были наполнены тяжелым трудом с самого детства, несправедливостью и маленькими радостями. На последний день рождения Лина добыла для Лии пятьсот грамм настоящей красной рыбы. Сестра радовалась ей словно маленький котенок. За всю свою жизнь она никогда не ела ничего вкуснее… Больше этого не будет никогда. Не будет веселых дней рождения. Не будет радости. Не будет улыбок. Лина похоронила их. — Нужно уходить! Быстрее! — Лина непонимающе оглянулась на трясшего ее за плечо Яссера. Она не хотела двигаться и более того – она не хотела жить. Увидев ее рассеянный взгляд, командир подгруппы Лины ругнулся и решительно потащил подчиненную к лестнице. Лина едва не споткнулась о тело Рико, из живота которого торчал железный обломок. Скопившаяся на полу кровь смешалась с грязью и стала мерзким темно-бордовым ковром. Лина, уставившись на широкую спину Яссера, продолжала бессмысленно переставлять ноги, будто овца на привязи. Или, может быть, она просто позволила себя увести. Так было легче погружаться в фантазии о прошлом дне и возможностях, которые он давал. Не видеть мертвую Лию. На первом этаже царила безудержная паника, и уже никакие крики и угрозы от командиров не могли спасти положение. Стрельба усилилась, а гранаты рвались под самыми стенами здания. Отчаянные попытки купить время для отступления. Он близко. Яссер, пригибаясь, провел Лину длинным коридором, идущим через все портовое управление. В торце здания формировалась группа для прорыва. Было решено разделиться. Кто-то будет пробиваться на склад с прахом, а остальные разобьются на небольшие подгруппы и станут отходить из порта самостоятельно. Плохой план, но другого не было. Хрупкая и неустойчивая надежда разрушилась за мгновение. Лина с трудом воспринимала окружение. Она не слушала фальшивые слова успокоения Яссера. Она собиралась остаться здесь и вернуться на второй этаж к сестре. Она не настолько сильна, чтобы отрицать правду. Именно это чувство безнадежности и общей отстраненности спасло Лину, когда стена справа взорвалась. Отрикошетивший обломок кирпича попал ей в живот, удар выбил из легких остатки воздуха и заставил скорчиться от резкой боли. Хрустнули ребра, а к горлу подступила тошнота, которую не получилось сдержать. Пугающий гул сквозь звон в ушах заставил Лину неимоверным усилием поднять голову. Сначала она не поняла, что видят ее слезящиеся глаза, но осознание пришло ударом мифического великана. Он был огромен. Почти не реален. Его нагрудник покрывали царапины и несколько выбоин от попаданий мелкокалиберных снарядов – вот весь результат их усилий. Ничтожные попытки отрицания величия. Глупо, все было глупо… В правой он нес ужасающее орудие войны – двуствольную автопушку. Ее убийственно точный огонь лишил жизни многих, в том числе и Лию. Лина, превозмогая боль, сделала вдох и с удивлением осознала, что не хочет мстить. Его запах. Он не был роботом, как поначалу они подумали, но… Он не был человеком. Всего лишь отголосок, которого хватило, чтобы понять. Смерть. К ним пришла смерть, и все сопротивление бесполезно. Он сделал всего один шаг, и застонала земля. Счет времени пошел на секунды – это инстинктивно ощутили все, кто еще был жив. С диким криком к железному гиганту бросилась Аннет, сжимая в каждой руке по противотанковой гранате. Он отмахнулся от нее как от надоедливого насекомого. Небрежное движение. Громкий хруст и треск разрываемой плоти. Изуродованная голова Аннет с открытым в беззвучном крике ртом подкатилась к ногам Лины. Она не успела заметить, как в левой руке гиганта оказалась зверского вида секира, но последствия… Так не должно быть. Не с такой силой и скоростью. Не с такой непостижимой жестокостью. Холодно блеснуло лезвие, и Яссер оказался разрублен наискось. Бойня без шансов. Железная смерть двигалась с неумолимой стремительностью. Происходящее менее всего напоминало сражение. Сражение предполагает обоюдный обмен ударами и хотя бы крохотную возможность перевернуть ситуацию. Секира гиганта резала не только тело, но и саму душу. Совершенное убийство. Ничем не хуже его грозной автопушки. Нельзя смотреть. Нельзя слышать. Он воплощал собой войну, выходящую за пределы понимания хрупкого разума фавна. Друзей Лины давили и разрывали на куски. Перерабатывали. Он не воспринимал их как противников. Незначительное неудобство – вот чем они были. Тщетность любых надежд вымыла из сознания даже страх. Его скука стала последней каплей для пошатнувшейся психики Лины Вито. Сознание в глазах фавна погасло в тот момент, когда гибельная тень накрыла ее с головой. Из прохода в стене бил яркий свет. Снаружи доносилась стрельба, гудел доспех гиганта, кровь капала с топора, но Лина слышала другие звуки. Все бессмысленно. Все рухнуло в бездну. Лина, ритмично покачиваясь, смотрела перед собой, губы фавна беззвучно кривились, словно она разговаривала с кем-то, видимым только ей. Лина потерялась в спасительных воспоминаниях о вчерашнем дне, когда еще была жива Лия. Будущего более не существовало. Оно не нужно. Лине Вито не нужен мир, в котором есть железный гигант. — Слышишь меня? — раздался задумчивый и глубокий голос. — Ты потеряла разум, отродье, страдай до конца.

***

С портовым управлением было покончено за пару минут. Арк’тур поморщился, безусловно, он не ждал чудес воинской доблести от противника, но… Складывалось ощущение, что этих ублюдков набрали прямо в городе и, наскоро вооружив, отправили на операцию. Возможно, для общего руководства были выделены несколько более толковых зверолюдов, однако они не могли исправить ситуацию с отсутствием дисциплины и боевого слаживания. Такая банда могла справиться с налетом на слабо защищенный объект. Она могла посеять панику и хаос, но на этом все. Вести боевые действия эти отбросы не способны. Кузнец войны отвернулся от сидевшей на полу фавна и зашагал к пролому. Примитивный ауспекс показывал, что в здании более не было живых. Остальные либо мертвы, либо сбежали. У самого пролома на железного воина налетела троица фавнов, вооруженная устрашающими тесаками. Неумелость и беспричинная наглость зверолюдов раздражали. Всего одним ударом топора легионер располовинил сразу двоих и на противоходе размозжил череп третьего молотом, расположенным на обухе. Сверху раздалась серия из двух слабых взрывов. Нора, проявив нехарактерную предусмотрительность, при помощи гранатомета заткнула оставшихся снайперов, засевших на кране. Она успела расправиться со своими противниками и, задорно махнув рукой кузнецу войны, ринулась к складу. — Жон, мы внутри. — на связь вышла Пирра, ее слова изредка перекрывали звуки стрельбы. — Вижу грузовики… Гримм! Они успели вскрыть часть контейнеров! — Никуда эти ушлепки не денутся! — воскликнула Валькирия. — Нора в здании! — Не вздумай тут ничего взрывать. — обеспокоенно предупредил Рен, и эхо перестрелки усилилось. — Пирра, там сверху! На втором уровне! — Сейчас разберусь! — Заканчивайте. — бросил Арк’тур, и механизм перезарядки его автопушки подхватил новую ленту. — Я иду к причалам. До моего приказа не подпускайте никого к контейнерам. — Все сделаем! — весело откликнулась Нора. — Не переживай и сломай им там ноги, Грозный лидер! Кузнец войны слегка приподнял бровь, когда ретинальный дисплей вывел предупреждение от сенсориума Анхеля. Групповая цель двигалась навстречу легионеру. Очевидно, враг решил попробовать отбить склад, используя последний резерв. Через полминуты он смог увидеть их. Зверолюды, облаченные во флак-жилеты с эмблемой Белого Клыка и вооруженные автоганами и дробовиками, накапливались у контейнерного терминала. Были у них и ракетные установки, и тяжелые стабберы. У террористов виднелись даже знаки различия… Очаровательно. Уродцы играли в армию. Это чуть лучше, чем сброд, с которым команда JNPR столкнулась в начале боя. Странно, что именно они не были задействованы в охране захваченного склада с огненным прахом. Видимо, те, кто планировал налет на порт, предпочли держать боевое ядро возле себя. Хотя в любом случае ничего бы не изменилось. Баллистический вычислитель указал предполагаемый эллипс разлета осколков и наиболее оптимальный порядок поражения целей. В принципе, легионер вполне мог бы обойтись без таких костылей, но так привычнее. Можно попытаться представить, что он все еще на своем месте… Печально. Он докатился до низин жалкого самообмана. В прошлом уже давно не было места для него. Чужой для всех. Однако там были его братья, что являлись последним якорем. Лишь их существование не позволяло окончательно раствориться в сожалениях. У него были корабли, боевая техника и воины, но отсутствовала цель и… Разум выдал неприятную параллель – в новой жизни ничего не изменилось. Здесь Арк’тур также чужой. Очередь из пятнадцати снарядов прошлась губительной плетью по зверолюдам. Тонкостенные осколочно-фугасные снаряды повышенного могущества сорвали контратаку Белого Клыка. Землю усеяли изорванные тела, и кровь хлынула в канализационные стоки. Застигнутые врасплох мутанты бестолково кричали и пытались укрыться, однако для них все было кончено. Новые и новые снаряды рвались среди мечущихся фигур. Кузнец войны с удовлетворением качнул топором, происходящее помогло улучшить настроение. Неожиданный удар по изготовившемуся к атаке противнику всегда был самым сокрушительным. Упредить в развертывании и давить сходящимися клиньями тяжелой бронетехники, поддержанной непрерывным огневым валом… На миг перед глазами возникли редуты седьмого легиона. Жестокий штурм куртины между бастионами Врат Гелиоса. Неожиданный встречный бой в катакомбах у космопорта Львиных Врат. Толпы прокаженных кузенов из четырнадцатого, формирующих штурмовые колонны. Свирепая лобовая бойня на руинах Горгонова Рубежа. Каскадные взрывы плазменных снарядов крушили рокрикт и пласталь. Плавилась броня, и воздух горел от яростных атак. Огромные орудийные башни срывало с монолитных оснований и бросало вниз. Детонация боекомплекта прокатывалась оглушительным ревом, и наступление продолжалось. Нигде и никогда более не было такой войны. Настолько страстной и всесокрушающей. Стволы автопушки разогрелись, и начала проявлять неприятная вибрация. Кучность снизилась на семь процентов. В прошлой жизни такая проблема отсутствовала. Видимо, все-таки придется ускорить разработки собственных материалов и сплавов. Местное оружие, по мнению Арк’тура, почти всегда было одного качества. Дерьмового. Бронепластины Анхеля держали ответный огонь. Смятые крупнокалиберные пули разлетались в стороны. Бронебойные снаряды, впрочем, как и разрывные, не причиняли вреда кузнецу войны. Никакой ауры, только честное железо. Кузнец войны увернулся от первой крак-ракеты и сбил вторую, но третья все же достигла цели. Системы шлема отработали штатно. Визоры автоматически отсекли слепящую вспышку, грохот взрыва снижен до приемлемых показателей, прайм-когитатор продолжил бесперебойно функционировать. Попадание пришлось на правый наплечник, и мощный удар развернул торс железного воина на сорок пять градусов, но Анхель сохранил целостность. Усиленные керамикой бронелисты не были пробиты. Арк’тур негромко фыркнул и вновь открыл огонь из автопушки. Зверолюды показали свою истинную сущность – потеряв любой намек на дисциплину, они превратились в неуправляемое стадо, ведомое примитивными инстинктами. Пусть бегут. Судя по перехватам милицейских каналов связи, первый кордон отцепления уже начал формироваться. С каждой минутой прибывают все новые силы. Вскоре район будет кишеть служителями правопорядка. С одной стороны, это поспособствует быстрой ликвидации или задержанию террористов, а с другой, команда JNPR вряд ли сможет попрактиковаться в операциях по зачистке. Деморализованные остатки Белого Клыка скрылись в глубине контейнерного терминала. Значит, пришло время добыть голову Романа Торчвика. Арк’тур замер в момент, когда вновь ожил сенсориум Анхеля, новые цели, как раз на крыше склада, который в данный момент отбивали Рен, Нора и Пирра. Кузнец войны обернулся, и на ретинальном дисплее тут же появилось увеличенное изображение двух фигур. Одна из них была хорошо знакома легионеру – Руби Роуз, а вот другая… Рыжие волосы и зеленые глаза, облачена в серо-белое платье. Датчики сенсориума забили тревогу. Мощнейшее энергетическое ядро и невероятно частые всплески активности массива когитаторов. Она лучилась инфо-потоками, словно сверхновая звезда. Впервые за всю новую жизнь железный воин испытал по-настоящему сильные чувства. Гнев застил глаза, а отвращение рвалось изнутри. Они накатывали слитным валом. Они призывали к немедленному действию. Осознание было полным, а истина не подлежала сомнению. Безумие. Они сотворили безумие. Силика Анимус. Изуверский интеллект. Порождение Темной Эры Технологий и неизбывный ужас, что едва не покончил с человечеством. Необходимо уничтожить эту тошнотворную скверну, а потом найти и выжечь всех, кто приложил руку к ее появлению. Если нужно, то и все их семьи. Убивать, пока не останется никого, кто знал. Стереть в пыль данные, когитаторы, научные центры и города. Кузнец войны знал не так и много, однако… Он помнил миллионы живых медных шестеренок на Оскосе. Странные пустотные корабли у погасших звезд скопления Лямбда-3490, наполненные идеально структурированной пустотой, беспрестанно шептавшей о несбывшемся. Заброшенные инфо-крипты на безымянной луне и извлеченое оттуда ядро, которое сожгли, отправив к ближайшему солнцу. Смятение охватившее боевую конгрегацию Механикум, когда они в сопровождении бронетанковой центурии из его гранд-батальона погрузились в зловещую тьму Раптории. К своему удивлению, Арк’тур сохранил лишь фрагментарные осколки воспоминаний об этой операции. Кто-то поработал с его памятью. Остались вспышки бешеного огня в упор и неясные ряды неумирающих скелетообразных фигур, неумолимо наступающих из живой черноты. Привычные физические концепции утратили смысл, а оружие кричало за пределами реальности. На корабли вернулась только десятая часть легионеров. Из Механикум никто не выжил. Рапторию экстерминировали при помощи пустотных макро-тягачей Механикум, что сбросили на Рапторию ее луну. Это было правильно. Древние мерзости не должны возродиться. Темные Механикум пытались создать подобие Силики Анимус, но, к счастью для всех, у них ничего не вышло. Лишь жалкая имитация, не способная повторить невиданную мощь оригинала. Кузнец войны несколько раз посещал миры-кузницы павших служителей Омниссии и наблюдал за их извращенными творениями. Энергии имматериума переполняли адские машины, заточенные внутри демоны выли в бессильной злобе… Все это не то. Слишком примитивно и по-человечески. Изуверский Интеллект оперирует на ином уровне знания и жестокости. Нужно разобраться с этой тварью. Выяснить, кто является ее создателем, сколько существует ей подобных, кто обеспечивал исследования и занимался административной работой. Арк’тура интересовало все, что касалось появления Изуверского Интеллекта на Ремнанте. Как только ситуация прояснится до конца, можно будет приступать к разработке плана тотальной зачистки. Кузнец войны сделает это, не считаясь ни с чем. Приемлемы любые траты и потери. Величайшая милость для человеческой популяции Ремнанта. Железный воин проявит снисхождение в отличие от Префектуры Магистериум. Они, не задумываясь, немедленно сожгли бы всю планету. Мерзость спрыгнула с крыши склада, достав из-за спины несколько мечей странной формы. Неведомая сила удерживала их в воздухе. Неужели аура? В таком случае уровень падения ее создателей находится за гранью возможного. Они каким-то образом вселили в эту гнусность душу. Невероятное святотатство. Желание применить оружие росло в геометрической прогрессии, но выработанная за столетия дисциплина разума позволила остановить разрушительное побуждение. — Пенни, постой! — прокричала Руби, сын Пертурабо услышал имя своего нового врага. Сопровождаемая гулом реактивных двигателей, тварь молниеносно устремилась к контейнерному терминалу. Ее мечи взметнулись в стороны и принялись беспощадно настигать отступающих террористов. Легионер прекратил огонь, все его внимание было сосредоточено на Пенни. Он задействовал всю мощь сенсориума Анхеля, необходимо собрать как можно больше данных для последующего анализа. Арк’тур начал готовиться к уничтожению Пенни. Тщательно и последовательно, не упуская ни одной детали. Вскрыть паттерны атак, установить время реакции, определить наиболее вероятные векторы движения. Легионер не сомневался в себе, он выдерживал и более яростные шторма. — Жон! — обеспокоенный голос Пирры заставил Арк’тура слегка отвлечься от механической мерзости. — Слушаю. — Похоже… Похоже, у нас проблемы. — Поясни. — Мы захватили прах и пленных, заместитель начальника склада был агентом Белого Клыка, он открыл ворота хранилища опасных грузов, и… Они успели похитить один из контейнеров. — Каким образом? Где сам начальник склада? — Жон… Весь транспорт террористов здесь. — мечница тяжело вздохнула. — Начальник склада убит. — Допроси… — нахмурившись, кузнец войны замолк, на его глазах происходил абсурд. Из-за контейнерного терминала вынырнул Буллхед. Машина не несла опознавательных знаков армии или академии, поэтому сразу же стала приоритетной целью. Очередь бронебойных снарядов ударила в район кабины Буллхеда, мгновенно прикончив экипаж. Случившееся далее стало неприятным сюрпризом. Еще не успел рухнуть подбитый легионером Буллхед, как показались сразу три подобных ему машины. Две из них прикрыли своими корпусами третьего, что нес контейнер на внешней подвеске. Автопушка извергла поток огня, кузнец войны не жалел оружие, стреляя на расплав стволов. Одновременно с железным воином Пенни также включилась в бой. Зеленый луч рассек один из Буллхедов, оставив после себя ровные, чуть оплавленные края. Датчики доспеха Арк’тура успели снять энергетическую сигнатуру луча и определить время, нужное Пенни на его подготовку. Получение этих данных стало последним на сегодня успехом. Буллхед с контейнером успел воспользоваться временем, которое купили для него пожертвовавшие собой машины. Сделав крутой маневр, он оказался прямо над складом, где хранился огненный прах, и пилот, опознанный при помощи мощной оптики шлема как Роман Торчвик издевательски помахал рукой. Двигатели Буллхеда отчаянно взвыли, переходя на режим форсажа. Было неразумно сбивать Буллхед с огненным прахом над местом, где хранилось еще больше точно такого же вещества. Это понимали все, но легионер не пожелал сдаваться. Прицелившись, он выпустил оставшиеся снаряды на пределе эффективной дальности. Брызнули обломки, и правый двигатель Буллхеда задымился. Машину тряхнуло, однако она не рухнула на землю. Выносливый летательный аппарат выдержал еще пару попаданий в область хвоста и продолжил полет на одном движке. Откуда в порту взялись четыре Буллхеда? В перехватах милицейских каналов связи не было ничего об этих машинах. Только грузовики. Получается последние использовались для отвлечения внимания и транспортировки пушечного мяса. Недурно сработано. Роман Торчвик смог уйти, прихватив с собой огненный прах. Плевать. У кузнеца войны появился новый и гораздо более опасный враг – Изуверский Интеллект. Следует как следует обдумать предстоящие операции. Вдали послышались быстро приближающиеся сирены. Подкрепление наконец прибыло, но неожиданное появление Пенни смешало все планы по охоте на разбежавшихся террористов. Пусть ими займутся другие. Бросив последний взгляд на Пенни, железный воин вышел на общую частоту его подразделения: — Команда JNPR, мы уходим!