Я буду покорной

Глава 19. Уход. Как только дверь за Сейей закрывается, Алмаз покидает полость рта Усаги, так и не кончив, и та судорожно глотает воздух, словно боится, что он закончится раньше, чем насытятся её лёгкие. - Он пытался тебя перевернуть. - Алмаз обходит кровать, а его тон чересчур зловещий. - Неужели вы в своих приватных беседах успели обсудить, что больше всего ты любишь, когда тебя имеют сзади? Усаги только мотает головой, но его разъярённый вид, заставляет ещё ответить и вербально. - Нет! - еле хрипит, пытаясь отползти от вскарабкавшегося на кровать Алмаза. - Мы ничего подобного никогда не обсуждали! Он замирает, оценивающе смотрит ей в глаза, и верит, что это всего лишь интуиция Сейи. Взгляд немного смягчается, но в мозг неумолимо вгрызается мысль, что она умудрилась кончить два раза, пока её трахал Сейя. - Ну, как тебе? Понравилось шпилиться с моим другом? - Господи, что ты от меня хочешь? Ты сам хотя бы понимаешь? - впервые она созывается на крик, впервые с её губ слетают претензии, и это заставляет парня оторопеть, по крайней мере, до тех пор, пока её тирада не закончиться. - То кричи, а то скучно, то не кричи, а то обидно. То расслабься и получай удовольствие, то какого хрена тебе понравилось? Ты сам подложил меня под него! Я этого не хотела! И что теперь? Хочешь поговорить о том, кто из вас лучше? Не дождёшься! Живи в неведении! Но он хотя бы меня ни к чему не принуждал! - Ты забываешься, Усаги! Он прав, она дала выход долго копившимся эмоциям, и осознав это, она замолкает, всё так же продолжая испепелять его взглядом, чувства внутри продолжают громыхать, ища выход. Усаги пытается встать с постели и уйти, но Алмаз хватает её, разворачивает к себе спиной и резко входит. Он трахает её так, словно в последний раз - жадно и ненасытно, вколачиваясь грубо и беспардонно, точно наказывая за то, что несколько минут назад она посмела кончить не с ним. Ему просто необходимо самоутвердиться, доказать себе, что он не хуже, в конце концов, остаться последним, кто доведёт её до оргазма, но Усаги не издаёт ни звука. Этот безнадежный половой акт длиться нескончаемо долго, кое-как сдерживая себя, он продолжает вдалбливаться в её податливое тело, всё ещё намереваясь довести её до оргазма, но готов уже кончить от любого, даже еле слышного стона. Но она хранит молчание, даже когда мышцы влагалища плотно обхватывают его член, даже когда начинает содрогаться от оргазма. Добившись желаемого, Алмаз сразу же кончает и выходит из неё, так и не получив должного удовлетворения, разве что физиологического, но ни толики облегчения это не приносит. Обессиленный, он падает навзничь и тихо произносит: - Иди домой, Усаги. Повторять просьбу не приходиться, девушка молниеносно проноситься по комнате, подбирая свои вещи, и скрывается за дверью уже в следующую минуту. В коридоре она быстро одевается, остервенело натягивая на себя бельё, платье, туфли и тайфуном несётся вниз по лестнице, рискуя оступиться и скатиться кубарём. «Бежать!» - единственная мысль, настойчиво стучащая в висках. Отчего она бежит, что конкретно из произошедшего угнетает больше всего, она не в состоянии определить. С равной долей вероятности это может быть то, что она всё таки переспала с Сейей, которого воспринимала как друга, то, что Алмазу она настолько безразлична, что он готов разделить её со своим товарищем, то, что после этого, воспользовавшись силой, грубо отымел её, как шлюху, или то, что несмотря на ненависть и тошнотворные чувства ее тело всё равно решило кончит. На любой из вариантов отзывается иступленной яростью, стучит в висках, заглушая мысли и биение сердца, разрастается с немыслимой быстротой, доходя до точки кипения, превращаясь в бешенство, и всё это придаёт девушке нехилое ускорение. Ничего не видя перед собой, за пеленой разрывающихся на части эмоций, она бегом преодолевает гостиную, но кто-то останавливает её у самой двери, хватая за руку. От резкой остановки Усаги буквально наматывается на Сейю и падает в его объятия. И, кажется, всё её смятение эмоций, всё её нетерпение сердца, вся её кипучая злоба, импульсом запустившая программу побега, исчезает, стоило только наткнуться на препятствие и остановиться. Вместе со скоростью и вектором движения её покидают и силы. Тепло его тела, обволакивает сознание, нейтрализуя гнев и ярость, размягчает успевшее зачерстветь от негатива сердце, смиряет нервную дрожь и запускает новую программу жалости к себе. Она повисает на Сейе, безвольно и обессиленно, и, не сдерживаясь, ревет навзрыд. Парень ничего не спрашивает, лишь крепче прижимает к груди,гладит по спине, как напуганного ночным кошмаром ребёнка. В его медвежьих объятиях Усаги забывается, ощущая, как мир со всем негативом отступил, скрывшись за его спиной. Всё кажется мелким и незначительным по сравнению с теплом его тела, позволяющим чувствовать себя в безопасности. Всхлипы угасают, дыхание выравнивается, слёзы перестают течь Ниагарским водопадом. - Прости... - шепчет ей в макушку, когда истерикам девушки заметно стихла. - Прости, я не должен был... - Тебе не за что извиняться, Сейя. Я сама во всём виновата. - она отстраняется и смотрит на его грудь, где на футболке осталось два влажных пятна от её слёз. Она проводит по ним ладонью, словно пытаясь стряхнуть следы, потом заглядывает Сейе в глаза. - Извини, я не хотела. Приобнимая за плечи, он ведёт её на кухню, усаживает на высокий барный стул, заваривает крепкий чай, ставит перед ней чашку, а сам садиться напротив. Усаги обхватывает её ладонями, но пить не торопиться. Просто смотрит на янтарного цвета жидкость, утопая в потоке собственных мыслей. Какое-то время оба молчат, но Сейя первым не выдерживает гнетущей тишины. - Как долго это будет продолжаться? - вздохнув, тихо вопрошает он. Усаги лишь поднимает на него взгляд и отводит, вновь устремляя взор в чашку. - Сколько ещё ты намерена терпеть? Неужели ты не понимаешь, что его отношение к тебе не измениться? Для него ты как собачка на коротком поводке: он щёлкает пальцами, а ты служишь! Я не понимаю, неужели тебя не коробит от такого отношения? Неужели тебя устраивает эта роль? - Я сама не понимаю... Наверное, нет... уже нет... ох, Сейя... вы такие разные... ты хороший... - Усаги замолкает и крутит чашку вокруг оси, снова окунаясь в поток своих мыслей. - Иногда, я жалею, что не встретила тебя раньше... хотела бы я быть твоей собачкой... - Кажется, она сама не осознаёт, что произнесла это в слух, но, чувствуя на себе сосредоточенный взгляд парня, поднимет глаза. Он перехватывает её взгляд и смотрит в её глаза слишком долго, слишком внимательно, как будто вознамерился проникнуть в её голову, а потом резко поднимается и выходит из кухни, оставляя Усаги одну с чашкой чая, которую та сразу же перестала крутить. Его нет всего пару минут, но эти минуты тянутся для девушки медленнее часов. Мысли сомнений в голове роятся и разбегаются, структурируются, носятся по кругу и хаотично заполняют всю черепную коробку, от них нельзя избавиться, оставаясь здесь. Не понимая, чем она так задела или взбесила Сейю, что он быстрее пули вылетел из кухни, Усаги решает покинуть дом, дабы не отягощать никого своим присутствием, как, собственно, и намеревалась минут пятнадцать назад. Она поднимается и уже на пороге кухни натыкается на Сейю, сменившего домашнее одеяние уличным. - Пошли! - он хватает её за руку и ведёт к выходу, передвигаясь так стремительно, словно боится передумать. Они пересекают двор и выходят за ворота. Короткий писк сигнализации, и Сейя открывает дверь внедорожника. Усаги молча садиться на переднее пассажирское сиденье, даже не спрашивая, куда он собрался её везти. Настроение скачет, как показания энцефалографа, около получаса назад её оглушала Ярость, пять минут спустя душила истерика, ещё минуту назад беспокойство и замешательство подталкивали её решительно уйти, и, вероятно, она израсходовала весь лимит эмоций за эти часы, по крайней мере, сейчас единственное, что она чувствует - безразличие ко всему. Апатия сковала всё её тело, вместо мыслей - в голове белый шум, вместо чувств и желаний - слепая покорность перед обстоятельствами, и даже бы если сейчас Сейя бросил на заднее сиденье пару лопат и кучу чёрных непрозрачных пластиковых пакетов, если бы погрузил в багажник бензопилу или охотничье ружьё, она бы всё также безропотно сидела, смирившись что её жизнь закончиться где-то в лесу в тяжких мучениях. Сейя заводит внедорожник и, резко выжимая педаль газа, направляет машину прочь от дома. Пока они спускаются с голливудских холмов, он сосредоточено следит за дорогой, на заметно, что он что-то тщательно обдумывает, а мысли в его голове не так размеренны, как внушает спокойное выражение его лица. - Какой адрес? - Адрес? - переспрашивает Усаги, не понимая. Ещё мгновение назад она пялилась в одну точку на лобовом стекле, погрузившись в себя, а вопрос Сейи заставил вернуться в реальность. - Адрес квартиры, которую снимает для тебя Алмаз. Где ты живёшь, Усаги? - А, ну... - девушка мотает головой, изучая местность, по которой двигается автомобиль. - Мы только, что проехали! Вон тот дом! - Можно было догадаться! Это очень похоже на Алмаза, держать тебя на расстоянии, но в непосредственной близости. - Сейя разворачивает машину и направляет её к высотке. - Этот небоскрёб виден из его комнаты, готов поспорить, что окна твоей квартиры выходят на голливудские холмы, и если ты их расшторишь, а он вооружиться биноклем, то сможет наблюдать, чем ты занимаешься. Усаги чуть ли не вздрагивает от его слов, вспомнив, как однажды Алмаз сдёрнул все занавески в её квартирке, сказав, что это придаст пикантности их сексу, а девушка потом, несколько недель так и не решалась их повестить на место. Сейя паркует автомобиль у входа в небоскрёб, но Усаги не торопиться выходить из машины, хоть и осознаёт, что парень просто подбросил её до дома. Она понимает, что нужно что-то сказать на прощанье, как-то показать, что произошедшее в их доме не изменило её тёплого отношения к Сейе, но в голову, кроме банального «спасибо, что довёз» ничего не приходит. Брюнет первый выходит из внедорожника и, обогнув его, открывает дверцу пассажирского сиденья. - Пошли, Усаги! Что-то мне подсказывает, что у нас не так много времени. Девушка выходит, подозревая, что Сейя решил проводить её до входа в дом, а это «у нас» всего лишь оговорка, за которой подразумевалось «у меня». Они идут к подъезду, но парень, не останавливаясь, проходит дальше, вызывает лифт и едет с ней на нужный этаж. У квартиры, доставая из кармана ключи, Усаги с недоумением смотрит на него, но он и не собирается уходить. Она отворяет дверь и пропускает его в квартиру. Сейя деловито проходит, быстро осматривается и заключает: - Собирай всё самое необходимое. Остальное я позже сам привезу. - Всё самое необходимое для чего? - Для начала новой жизни, Усаги. Если ты сама не находишь в себе силы избавиться от этого тирана, я тебе помогу, если ты, конечно, не передумала. Усаги не отвечает, но целенаправленно идёт в комнату, достаёт из шкафа сумку, с которой когда-то прилетела в Атланту, кидает в неё кое-что из одежды и нижнего белья, потом направляется в ванную, сметает в сумку пузырьки и прочие средства личной гигиены, в спальне из шкафчиков достаёт документы и, собственно, всё. С оставшимися вещами она может и попрощаться, да их не так много. Девушка возвращается в гостиную, откуда Сейя, усевшись на диване, наблюдал за её сборами, и встаёт перед ним, демонстрируя свою готовность. Парень поднимается, забирает у неё сумку и идёт к выходу. Усаги смотрит ему в след, взвешивая происходящее, потом решительно достаёт из кармана мобильный телефон, который использовался для связи с Алмазом, кладёт его на стол и быстро догоняет Сейю. На площадке перед дверью он протягивает руку, и Усаги с готовностью отдаёт ему ключи. Он закрывает дверь, бросает ключи в карман и вызывает лифт. Девушке отчего-то вспоминается тот день, когда Алмаз точно также вывозил её с пожитками из другой квартиры, и она точно также чувствовала, что в её жизни происходят кардинальные перемены, но ровно также как и сейчас не могла предположить, что её ждёт дальше. Кажется, что жизнь делает новый виток, но этот виток заходит на тот же круг, зацикливается, и пусть обстоятельства изменились, пусть ситуация не похожа, пусть в неизведанное её увозит другой мужчина, это не придаёт уверенности в том, что прошлое отступило. Она думает, что Алмаз рано или поздно спохватиться, напишет ей очередное смс, а не дождавшись её, заявиться сюда, и вероятно, дико разозлиться. Он будет её искать и непременно догадается, что к её исчезновению причастен Сейя. Он найдёт её, абсолютно точно найдёт, надавит и запудрит мозги обоим, но так или иначе добьётся своего - вернёт заблудшую овцу в стадо. Через полчаса Сейя останавливает машину около очередного небоскрёба, а ещё через пару открывает перед Усаги дверь в новую квартиру. - Не стесняйся, проходи! Девушка настороженно заходит и медленно, крутя головой по сторонам, проходит в гостиную. В гостиной небольшой хаос: майка на диване, домашние тапочки посреди комнаты, опрокинутый стакан из Старбакса на кофейном столике, ворох дисков у игровой консоли под телевизором, там-там в углу, всё это указывает на то, что квартира обжита. Этот легкий беспорядок не раздражает, скорее придаёт уют, делая её совсем непохожей на ту скупую, безжизненную жилплощадь, вылизанную до последней пылинки, словно для съёмок в каталог, куда почти год назад привёл её Алмаз. - Да, знаю, у меня тут немного не прибрано, я не готовился к приходу гостей, надеюсь, это тебя не сильно смущает! - Это твоя квартира? - Усаги задаёт глупый вопрос, на который заведомо знает ответ. - Да, я здесь бываю, когда хочу отдохнуть от напарника. В общем, как-то умудряюсь жить на два дома. И ты располагайся! Смотри, здесь две спальни, одна гостевая, другая моя, но если моя тебе понравиться больше, я её с легкостью тебе уступлю. Пошли, покажу обе... - Сейя покидает гостиную, увлекая Усаги за собой. - Ну здесь по общему хаосу в обстановке ты можешь заметить, что эта спальня, в которой обычно сплю я... А эта гостевая, как заметно, здесь идеальная чистота, ну, может, немного пыльно. Если честно, не вспомню даже, когда последний раз открывал эту дверь. Я, кстати, часто недоумевал, на кой хер мне эта комната, но сейчас она уже не кажется мне такой лишней. В общем, ты определяйся, и если выберешь мою, я сразу же избавлю её от своих вещей. Сейя разворачивается и устремляется к входной двери. - Ты уходишь? - в гостиной его настигает Усаги. - Ну, да... - он замечает её нервную дрожь. Она лишь незатейливо пожимает плечами, сверля взглядом пол. - Ты хочешь, чтобы я остался? Эй, ты чего дрожишь? Усаги снова пожимает плечами. - Чего ты боишься? - Сейя быстро преодолевает расстояние между ними. - Не знаю. Мне кажется, что своим исчезновением я только больше разозлю Алмаза. Он меня найдёт и... не знаю, что сделает... - Эй, перестань! - Сейя, подойдя к ней вплотную, укрывает её своими объятиями, заставляя чувствовать себя в безопасности. - Я не позволю ему больше даже прикоснутся к тебе. Не бойся, Усаги. Всё будет хорошо. - Куда ты уходишь? - девушка поднимает голову, впиваясь в его глаза. - Я привезу твои оставшиеся вещи и заеду в магазин, в моем холодильнике настолько пусто, что там мышь повесилась. - Ты же останешься, правда? Не просто завезёшь мои вещи? - А ты этого хочешь, Усаги? - Да. - Ну, значит, так и будет. - Я буду тебя ждать, Сейя! Надеюсь, ты не передумаешь! - Даже и не мечтай! Я вернусь, закажем пиццу, посмотрим с тобой какой-нибудь фильм, главное, не унывай. И не бойся. Кстати, если в дверь кто-то позвонит, не открывай. Я открою своим ключом. Ну, всё, располагайся! - он чмокает её в лоб и уходит. Оставшись без его тёплых объятий, Усаги ощущает легкий холод, но настроение воодушевлённое, даже поступь возвращающегося страха не в силах его омрачить. Решив, немного облагородить жилище, она ураганом носиться по гостиной, подбирая разбросанные по комнате вещи, небрежно раскиданные Сейей. Потом идёт в гостевую спальню, прихватив по пути свою сумку, и обустраивает свою новую комнату, третью по счёту за последний год, где ей предстоит пожить какое-то время. Сейя возвращается ближе к вечеру, и по его понурому виду заметно, что он всё же пересёкся с Алмазом. Он проходит в гостиную и усаживается рядом с Усаги, смотрящей какой-то фильм по телевизору. Его присутствие само по себе нагнетает мрачные мысли. Девушка, не выдержав напряжения, буквально пропитавшее воздух, выключает телевизор, и разворачивается к брюнету. - Ты говорил с ним? - Вряд ли это можно так назвать, но я его видел. - Сейя, я не хочу становиться яблоком раздора в ваших отношениях. Я могу уйти. - Нет, уже поздно. Ты останешься здесь, мы сами разберёмся. Не маленькие уже. - Мне очень жаль. - она прижимается к нему всем телом, но внутренне ощущает его отторжение, хотя внешне он и не подаёт вида. - Никто тебя не принуждает делать выбор между мной и им, и уж тем более, выбирать меня. Мне не хочется быть чёрной кошкой, пробежавшей между вами. Я найду, куда уйти. - Беззастенчиво врет, хотя идти ей совсем некуда, правда, на кое-какие деньги, деньги Алмаза, если уточнить, оставшееся после последнего обналичивания, она могла бы позволить себе снять квартиру на месяц или два, да и его карта всё ещё у неё, если он, конечно, ещё не успел её заблокировать. - Куда? Вернёшься к нему? Знаешь, это будет очень подло! Сначала столкнуть нас лбами, а потом вернуться к нему, как ни в чём не бывало. Усаги отстраняется, словно обжегшись, от его резких слов по телу пробегают мурашки, а дыхание перехватывает. - Прости... я не хотел тебя обидеть. Просто эта чёртова ситуация выводит меня из себя. Ладно... Мы же в одной команде, так или иначе, наши отношения наладятся, так что не забивай себе голову. Нужно просто немного времени, и мы... Звонок в дверь не даёт ему продолжить фразу. - Иди в комнату. Наверняка это он! Сейя поднимается с дивана одновременно с Усаги, и пока та скрывается за дверью гостевой спальни, брюнет идёт встречать звонившего. Девушка слышит щелчок замка и приглушённые голоса. - Где она? Я хочу её видеть! - Перестань! Она сделала свой выбор. - Она? Сделала? Не говори ерунду! Это ты накапал ей на мозги! - Алмаз пытается обогнуть Сейю и прорваться в квартиру, но дальше гостиной брюнет не даёт пройти, грудью загораживая проход к комнатам. - И что дальше? За волосы её потащишь за собой? Прикуёшь наручниками? - Твоё какое дело? Просто уйди! - Не падай ещё ниже! Это твоё к ней отношение вообще полный бред! Честно, я тебя уже не узнаю! Тебе не кажется, что ты заигрался в бога? - А вы уже успели обсудить наши с ней отношения? Каким образом, я стесняюсь спросить? В рамках оказания первой психологической помощи пострадавшим? И что она тебе такого сказала, что ты тут строишь из себя супергероя? - Ваши отношения мы ни разу не обсуждали, и знаешь, что? Я, конечно, вижу... видел... - поправляется Сейя без какого-либо злого умысла, но по вспыхнувшим глазам блондина, понимает, что только что задел его ещё больше, - ...только вершину айсберга, но я всё равно в шоке! Я даже боюсь думать, что ты проделывал с ней наедине и чем так её запугал, что она боится тебя! - О, милый заботливый Сейя! - от его приторной интонации, брюнета даже передергивает. - Сразу видно, что ты ещё не успел её трахнуть, а то бы всю твою учтивость, как ветром сдуло! Слышишь, Усаги? Он поимеет тебя во всех позах, а потом пинком под зад отправит... откуда ты там? Не помню! - Из Киото... - за спиной Сейи появляется Усаги. - Я из Киото, но тебе же никогда не было интересно, кто я, что я и что я чувствую. Единственное, что тебя интересовало - это твоё раздутое эго, которому непомерно льстила власть надо мной и моё безоговорочное подчинение. И ты можешь, конечно, волочит меня за волосы за собой, но я буду сопротивляться и лучше сдохну, но на этот раз не уступлю. Твои игры закончились. - Хм... - он растягивается в улыбке. - Как ты верно подметила! Да, мои игры, вероятно закончились, теперь с тобой поиграет Сейя, но недолго, не обольщайся. - он переводит взгляд на друга. - Молодец! Можешь собой гордиться! Это какая-то месть за прошлые провинности? Ну, ладно поиграй, я не возражаю. Как видишь, я сам её с готовностью с тобой разделил, но тебе же этого мало, да? Хочется полностью завладеть! Ну, что ты притих? Не бьешь себя в грудь и с пеной у рта не доказываешь, что твои намерения к ней чисты и невинны, не обвиняешь меня во лжи и прочее. Давай, иди до конца! Ты же прикинулся таким белым и пушистым, просто ангел на моем фоне! Я бы с удовольствием взглянул на её физиономию, когда ты, наконец, покажешь ей своё истинное лицо, жаль только, что вы вышвырнули меня из этого милого треугольника! - Перестань! - Усаги повышает голос и хочет ещё что-то сказать, но Алмаз её перебивает. - Я тебя предупреждал, не смей разговаривать со мной в таком тоне. - Он делает несколько шагов по направлению к Усаги, но Сейя быстро встаёт у него на пути. - Хватит, Алмаз! Хватит во всём обвинять других! Ты сам подложил меня под своего друга, отчего же теперь так бесишься? Все пляшут под твою дудку, ты должен быть доволен! - Или в комнату, Усаги! - Сейя бросает на неё твёрдый взгляд и девушка, секунду поколебавшись, скрывается в спальне. - Она сделала свой выбор, прими его. Мы, в конце концов, живём в свободной демократической стране, и она не обязана подчиняться. - Ага... я заметил, как ты ловко отправил её в комнату. Конечно, не обязана! И ещё больше будет не обязана, когда тебе надоест! Сколько, Сейя? Насколько тебя хватит? На пару ночей? Ты сломаешь её! Хотя какое моё дело, это теперь сфера твоей ответственности. - Он разворачивается и стремительно уходит. - Адиос!