Хеллоупойнт

      — За Медеей ведется охота! Я хочу, чтобы после вашего возвращения из Хеллоупойнта вы забрали её с собой на материк.       Густой теплый воздух разрезали точно надвое. Голос хозяйки дома звучал твердо, как камень, и зычно, как самая крепкая сталь маггловского меча. Леди Лагерта не оставляла им выбора. Женщина готова была помочь в их долгом пути на Хеллоупойнт, и условие было только одно — жизнь Медеи вдали от ледяной, примороженной веками Норвегии.       Ранним утром следующего дня и Мири и Том встали как по маггловскому будильнику, несмотря на тьму за окном. Оба они были сосредоточены. Нервы оголены. Отдых закончился и был забыт будто его и не было; всеми вокруг завладела сосредоточенность и серьезность. Даже вечно отпускающий шутки Рейнхард молча съел свой завтрак, лишь изредка бросая пространные взгляды на Макгонагалл. Женщина знала — он призовет её к ответу на множество своих вопросов, но вначале им стоило узнать, как действовать дальше.       Четверо людей: Рейнхард, Реддл, Макгонагалл и леди Лагерта сразу после завтрака собрались в освещенной множеством свечей комнате. В кабинете хозяйки дома все они были вовлечены в сложный разговор. Том стоял возле большого деревянного стола, где леди Лагерта расстелила перед ними свою магическую карту местности. Макгонагалл впервые видела такое и не сводила глаз с клочка бумаги, на котором даже снежная буря, бушевавшая недалеко от деревни, была отражена.       — Но это еще не всё. Я не хочу отдавать ее просто так. Ты, — женщина ткнула пальцем в Мартина, — должен жениться на ней и предоставить Медее защиту твоей семьи. Дать ей защиту крови.       Взгляды всех в комнате тут же устремились на мужчину. Минерва ахнула:       — Неужели все настолько плохо?       Вместо Лагерты ей ответил Реддл:       — На нас напал темный маг. Поверь мне, такой волшебник уже достаточная угроза.       С одной стороны Реддл был прав, он несравнимо больше знал о темных магах, но условия были весьма странными, как считала Макгонагалл. Однако и секунды не раздумывая, Мартин тут же дал свой ответ:       — Я согласен!       — Что? — поразилась Минерва.       Они были знакомы с Медеей от силы пару недель, а Мартин уже готов брать на себя такую ответственность?       — Она мне нравится, — пояснил мужчина с улыбкой на лице. — Я с радостью заберу Медею, чтобы помочь.       Помощь помощью, но магический брак? Это уже было достаточно серьезно.       — Когда вы успели так спеться? — удивилась Мири.       — Не одних вас подталкивают под задницу опасности, — огрызнулся Рейнхард.       Макгонагалл зарделась, бросив кроткий взгляд на Тома. В отличие от неё Реддл выглядел задумчивым и серьезным.       — Кто охотится за девушкой? Вы знаете его, верно?       Лагерта коротко кивнула. Она отошла на шаг назад и выглянула в окно. Жест этот можно было принять за меру безопасности, но Минерва видела — та лишь тянула время, чтобы собраться с мыслями и озвучить всё что знала правильными словами. Так и вышло:       — Это её жених.       Рейнхард скрипнул зубами.       — Не жених — Dies ist der Sohn eines Hundes, каких еще поискать надо.       — Значит, ты в курсе… — не спросила Макгонагалл, а лишь подтвердила свои мысли.       Кивнув, Мартин посмотрел на неё и в этом взгляде читалось всё: от решимости помочь несчастной девушке до обуревающей его злобы на этого неизвестного жениха.       — Я хочу знать больше подробностей, — задумчиво произнес Том, — прежде чем влезать в войну с неизвестным волшебником. Это не в моих правилах — идти не знаю куда в поиске неизвестно чего. Грозит последствиями.       Тут Макгонагалл была с ним солидарна. Что же такого угрожает девушке, чтобы идти на такие радикальные меры, как брак с мужчиной, которого сама Лагерта знает всего ничего? Или старая женщина видела то, чего не замечала сама Мири, погруженная в свои страхи и мысли?       — Я расскажу. У нас так принято. Но начать стоит издалека…       И Лагерта поведала им историю…       Давно еще, вероятно во времена викингов и войн с тьмой, на этом ледяном берегу образовалась община магов. Все они так или иначе были связаны с драконами. Это были воины, жрецы, ремесленники и их семьи. Все они составили костяк так называемой общины ᛞᚱᚨᚷᛟᚾᛒᛟᚱᚾ. Главной задачей их было следить, управлять, заведовать и оберегать самое крупное гнездо драконьего рода. Со временем маги придумали способ не только общения с этими могучими древними существами, но и обрели уникальное таинство управления ими. Сила эта передавалась из рода в род и только по женской линии.       Спустя века кровь смешалась настолько, что стало попросту невозможно проследить, где родится следующий маг с такой удивительной силой. Поэтому все еще существующая община тщательно следила за тем, чтобы найти и забрать таких детей под свое крыло. Но несмотря на секретность о них узнавали, а это означало — охоту. Нечистые на руку маги не только пытались, но и у них получалось, воровать таких как Медея и использовать в своих целях.       Тишину в комнате прерывал лишь треск камина. Минерва посмотрела на Тома — мужчина был погружен в свои мысли. Все они, и Лагерта, и Рейнхард внимательно следили за лицом Реддла. Они ждали его ответа, и он дал его:       — Почему Медея спокойно путешествует на самом обычном корабле? Её силу видели многие сотни других волшебников…       — И вы сразу поняли, что это не просто навык, а именно что магический дар? — загадочно улыбнулась Лагерта. — Скажу проще — понимать дракона не так сложно если какое-то время побыть среди них. Заповедники по всему свету тому хороший пример. Да, это действительно большая редкость, но вот заставить этих существ действовать так, как хочется только тебе — из них никто не может. Моя бабушка была такой же. Я же переняла от неё лишь жалкие крохи знаний, и конечно же именно на мои плечи лег весь тяжелый груз по воспитанию Медеи, когда община её впервые нашла.       Об этом Макгонагалл даже не задумывалась. Она также, как и все остальные, считала Медею одаренной, пускай и невероятно, девушкой, но оказалось что та не так проста, как показалось на первый взгляд и поэтому Минерва задала свой интересующий её вопрос:       — Почему же вы готовы отдать её в неизвестность и даже в брак?       — Чтобы защитить, — отрезала Лагерта. — Наша община уже не такая, что раньше. У нас нет прежней власти и силы. Что я могу против сильного темного мага? Прятать её вечность?       — И вы думаете, что к Рейнхардам этот маг не сунется? — со скепсисом в голосе спросила Макгонагалл.       Женщина коротко кивнула.       — Магия крови, о которой я говорила…       Будучи нечистокровной волшебницей, Макгонагалл с трудом понимала, что именно заключено в этих слова, но судя по лицам обоих мужчин в комнате — сила была более чем достаточной, чтобы Медею больше не побеспокоили.       — Магический брак свяжет нас кровью, — согласно кивнул Мартин. — Мой род имеет достаточно власти для того, чтобы дать отпор.       — И не только это. Рейнхарды в родственных связях даже с магами Британии. Если понадобится, они поднимут за собой всех.       Эти слова прозвучавшие с уст Реддла, будто ударили наотмашь. Стало ясно как день почему такой человек, как Том, что видит перед собой только выгоду решил помогать Мартину справиться с проклятьем оборотня. Все просто: он тебе — ты ему. Ловко придумано, — поразилась внутренне Макгонагалл. Да, она была лишена иллюзий насчет Тома еще с путешествия в Египет, но эта информация, о которой женщина даже не задумывалась ранее, распахнула её глаза во всю ширь. Кирпичи в гладкой стене легли на свои места. Макгонагалл опять почувствовала себя глупой дурочкой по сравнению с Томом. Этот мужчина ведь и правда ничего не делал по доброте душевной. Ничего. Только выгода.       А теперь он попросту загнал Мартина в тупик, из которого был только один выход — положиться во всем на Реддла, а значит по крупному задолжать ему. Минерва только надеялась на то, что Рейнхард понимал, что делает, и готов к последствиям. Особенно к ответной услуге, которую Том непременно с него стребует.       Минерве вдруг стало страшно… Страшно и тошно. А она сама разве не в такой же ситуации? Чего будет стоить эта доброта по отношению к Мартину и к ней самой после? Что Реддл запросит у нее? А ведь она уже пошла на поводу у мужчины, согласившись не передавать часть информации Дамблдору. Неужели Макгонагалл сама лично себя загнала в такой тупик?       Картина была до дрожи ужасающей. Драконы, в будущем оборотни, Рейнхарды и их влияние в волшебной Германии, а еще чистокровные семьи Британии и глупая мисс Макгонагалл, внутри которой сидит дьявольская богиня, что может города равнять с землей. И всё это в руках одного человека. Мы в шаге от третьей мировой войны, — с ужасом осознала Макгонагалл.       Рядом с таким мужчиной, как Том, Минерва чувствовала себя девчонкой, которую легко обвели вокруг пальца. Опять. Видел ли Том когда-нибудь в ней самой нечто большее, чем просто инструмент? Или же точно также, просчитав все свои ходы наперед, воспользовался её чувствами?       — Мири, — вдруг позвал её Том, и женщина вздрогнула, вырвавшись из своих мыслей. — Пожалуйста, возьми Мартина и оставьте нас с леди Лагертой наедине.       Видя растерянность в её взгляде, Реддл посмотрел на Рейнхарда.       — Мартин, нам нужно будет поговорить, но позже, а сейчас будь так добр выведи Минерву на воздух, кажется она плохо себя чувствует.       Если бы взглядом можно было убивать, то Рейнхард и Реддл уже превратились бы в кучки пепла. Взяв Минерву под локоть, Мартин буквально вытолкал её из комнаты, а следом и вовсе вывел на улицу, не забыв при этом захватить их теплые мантии.       Только там она наконец смогла дышать и тогда попросила:       — Впечатай меня в стену, Мартин…       — Что? — удивился мужчина.       — Дура, дура, дура… Какая же я дура, — шептала она будто безумная, ругая себя на чем свет стоит.       — Эй! — Рейнхард попробовал было привлечь к себе внимание, но безрезультатно, и тогда он взял Макгонагалл за плечи. Тряхнул. — Что случилось?       — А ты не понимаешь? Он же нами как пешками пользуется…       — Кто? — не сразу понял мужчина.       — Реддл, кто же еще! — огрызнулась Мири.       Мартин недобро усмехнулся.       — Что, только сейчас поняла?       — А ты? — перевела стрелки женщина. Она отодвинулась и заглянула ему в лицо. — Зачем ты идешь на поводу у него?       — Потому что он обещал помочь, — коротко отрапортовал он, пожав плечами.       Взгляд Рейнхарда скользнувший прочь от её лица уже многое рассказал, но Макгонагалл надавила:       — И чего тебе будет стоить его помощь? Понимаешь хотя бы?       — Ты рано думаешь об этом. Может он и не попросит об ответной услуге…       — Он-то? Не смеши меня. Том метит очень высоко. Настолько, что я уже не теряюсь в догадках, что нас всех ждет. Уж не рождение ли второго Гриндевальда?       — Ты смотришь на все с одной стороны. Знаешь, что я хочу тебе сказать, — а не думала ли ты о том, чтобы воспользоваться ситуацией в свою пользу?       — Ммм?       — Он определенно к тебе относится с особой нежностью. Погоди фыркать, это видят даже его парни, не говоря уж обо мне. Так почему бы тебе не использовать его так же, как он тебя? М? Мы уже давно не те дети, которым нужна была его помощь на озере, теперь мы может не только принимать, но и просить.       Минерва оторопела.       — Его помощь на озере? О чем ты?       — Ха. Он не сказал тебе? — Рейнхард по-доброму рассмеялся. — Забавно, а я вот уже узнал. Это он вытащил меня из озера, когда я тонул. Удивительно, что ты еще не поняла этого.       По коже ворохом мурашек — понимание, но разум бился до конца:       — Мне было десять, а значит ему…       — Столько же…       Их взгляды встретились. Макгонагалл фыркнула, отгоняя бившуюся в висках мысль. Нет, этого просто не может быть!             — Бред. Ты бредишь, Рейнхард.       — А ты действительно дура. Мы были связаны судьбой еще тогда. Вернее, вы оба. Забавно, а ведь он тебя сразу узнал.             Как наяву в голове промелькнули воспоминания. Она, Рейн и глупая выходка на озере в центре Лондона. Треснувший лед, друг, тонувший и захлебывающийся, а потом чьи-то руки, тянущие её вместе с Мартином к спасительной суше. Ей было десять…       — Шарф… — прошептала Минерва, сжимая себя руками.       Это было так странно — спустя столько лет узнать правду. Столкнуться с ней лицом к лицу.       — Годрик, я ведь таскала тот самый дурацкий бабулин шарф в красную клетку весь первый курс в Хогвартсе.       Разрозненные мысли точно взорвало Бомбардой. Он знал её столько долгих лет и не разу не сказал ей… Даже не намекнул, что знает и помнит. Водоворот закрутил и выбросил несчастную Макгонагалл на берег того самого озера, как рыбу об лед, заставив только хватать открытым ртом воздух.       Будто почувствовав её мысли, Рейнхард крепко обнял Макгонагалл.       — Дурочка… Какая же ты иногда дурочка, Макги. Я думал, если мы когда-нибудь вновь встретимся, то ты будешь взрослой волшебницей, а не dummes kleines Mädchen . Тебе и правда стоит повзрослеть. И к тому же, если верить твоим словам, то почему тогда такой продуманный до мелочей Том Реддл не выставил тебе счет еще тогда?       — Водяной черт его не разберет… — растерянно шепнула она.              — Ты его слабое место, Макги, — Мартин ласково погладил её по спине, — вот почему. Так пользуйся своей властью в полную силу.       — И что я могу? Даже призвав его к ответу нет гарантии, что он поделится своими истинными планами.       — Но может намекнуть… Ему нравится, когда ты понимаешь все сама без подталкивания под твой прекрасный зад. Когда сама принимаешь решения, а отсюда следует вывод…       — Какой же?       — Что ему не послушная марионетка Макгонагалл нужна.       Понимание отразилось на её лице. Макгонагалл отодвинулась, сделала шаг в сторону и только тогда взглянула в ледяную пустыню, что простиралась перед домиком Лагерты.       Мартин вывел их на улицу, укрыл теплым заклинанием, отчего даже пар не выходил из её рта. В голове был такой сумбур, что хотелось сбежать. Превратиться в кошку и долго бежать прочь отсюда пригибаясь и ловя ветер шерсткой.       — Ему нужно, чтобы я сама пришла к каким-то выводам… — шепнула Мири себе под, нос, но Рейнхард услышал:       — И он, я более чем уверен, уже дал тебе все ключи, детка. Смотри: у Лестрейнджа отец сущий мудак, как думаешь, кто способствовал тому, чтобы он путешествовал, познавая магию, а не сидел в поместье пялясь на свою жутко чистокровную невесту? М? А Долохов. Уверен, ты знаешь и эту фамилию. Так вот Антонин бежал со своей родины, преследуемый очень нехорошими людьми. Понимаешь, почему он ни капли не скрывается больше?       — Манипулятор хренов! — выругалась Мири, хотя в душе что-то треснуло.       Уверенности в мыслях поубавилось. А ведь она действительно судила Тома с точки зрения Дамблдора всегда, хотя сердце твердило одно — реальный выбор всегда делал мозг.       — В точку. Но манипулятор, защищающий своих людей. Да, он требует в ответ беспрекословно подчиняться… Ну прости, не делай такие глаза — это действительно так.       — Значит, если Реддл однажды попросит — Рейнхарды поддержат его, что бы он не требовал, так? Даже, если это будет поддержка войны?       — Он еще ничего не просил, но скорее всего да. Моя бабушка все еще довольно влиятельна. К тому же у неё зуб на ваше Министерство магии, как и на немецкое. Сейчас у нас ситуация примерно такая же как и у вас.       Макгонагалл попробовала припомнить все, что ей было известно о немецком министерстве после маггловской войны, но мысли все еще витали совсем не в том направлении, а возле чьей-то змеиной головы. Реддл, точно гидра, опутал её своими сетями, а самое страшное, что при всем желании она почему-то не хотела сейчас же сесть за письмо Дамблдору. Хотя, может магу давно уже известно, что пытается сотворить Реддл?       — Твоя бабушка вроде бы в Италии сейчас, да? — спросила она, уже не пытаясь привести мысли в порядок.       — Ага, — кивнул Рейнхард. — Кстати, не пора ли нам поговорить обо мне… Все же я решил жениться. Будешь подружкой невесты?       — Рейн, — Макгонагалл покачала головой, пряча улыбку. — Ты звучишь и выглядишь, как повеса… Ну какая к дракону женитьба?       — Обижаешь, — надул губы Мартин. — Мне уже больше тридцати — я вполне готов понести сию ношу. Да и к тому же раз уж у меня не вышло отбить тебя у Темного мага, может получится отбить Медею у другого?       — Мартин! — Макгонагалл ударила его по плечу.       — Что? — Рейн передразнил её. — Она милая. Даже очень. Красивая, правда неопытная, но сильная и смелая. Медея мне нравится.       — Нравится — переспи, но женитьба…       — Ты, я смотрю, так и делаешь, да?       Минерва сжала кулаки.       — Я сейчас тебя Авадну и даже не моргну и глазом!       — Ой, ли. Да ты Империо пользовала с таким лицом наверняка, будто слизня лизнула.       — Ты не видел моего лица.       — Но могу его себе представить… — беспечно отозвался Рейнхард. — К твоему, сведению мы в Дурмстранге проходим все Непростительные, как они зовутся у вас, заклинания. И кроме этого у нас есть еще целая куча, о которых ваше Министерство даже не догадывается.       Он подмигнул ей, на короткий миг возвращая на землю. Удивительно, но его беспечность и улыбка вселили в Макгонагалл твердую уверенность — она все сможет. Минерва обязана побороться с этой гидрой и не дать ей наделать глупостей. Если Реддл хочет менять что-то в политике родной магической Британии, то она совершит второй подвиг Геракла, отрубив парочку голов.       — Идем внутрь, я хочу выпить чего-то согревающего.       Макгонагалл кивнула и развернулась, чтобы войти в дом, но внезапно на границе участка, совсем рядом с ними, прогремел оглушительный взрыв.