Эта увлекательная жизнь!

      Увидев на пороге собственного номера Ичиго, Граимджоу так удивился, что уселся на столик, рядом с которым стоял. Мебель оказалась ветхой и, не выдержав веса арранкара, рассыпалась, и, соответственно, Эспада оказался на полу.       - А... а ты... ты как меня нашел? – наконец потрясенно выдавил он.       - Искал и нашел! – все еще сердито рыкнул Куросаки. - Собирайся! Мы возвращаемся домой! А то отослал меня к Заэлю, а сам удрал! Я из-за тебя столько перестрадал, скотина ты бездушная! Так что теперь уже не сбежишь – я тебя в подвале запру и выпускать не буду, пока вся эта блажь у тебя из головы не выветрится! Ты что, не мог по-человечески объяснить, как для тебя это было важно? Если бы сказал правду, то я бы, может быть, и уступил, и всего этого кошмара не случилось! Блин! Ехал к тебе и думал: надеру тебе уши и за шкирку домой приволоку! А теперь так рад тебя видеть, что только и хочется, что тебя обнять!       Клубничка подошел ближе и плюхнулся на Кошака, сграбастав его в крепкие объятия. Он стал радостно обцеловывать свою пропажу, когда у них над головой раздался недовольный голос:       - А это еще кто? У нас тут деловой разговор, а этот щенок врывается, словно к себе домой, да еще и заявляет, что ты поедешь с ним? С чего это вдруг?       Покрасневший от гнева Сэкста выглянул откуда-то из-под руки временного шинигами, весь взъерошенный и обцелованный, и сердито вызверился на крысомордого:       - Нэдзуми, ты попридержи свой язык! А то ведь я его тебе вырву! Не смей говорить гадости об Ичи!       Куросаки довольно заулыбался: он всегда был уверен – что бы ни случилось, Сэкста все равно будет защищать его от всех на свете! Он ткнулся губами куда-то у ушко Шестого и томно прошептал:       - Скажи пусть выйдет на пару минут – мне нужно кое-что тебе сказать! Гримджоу разомлевший от удовольствия послушно повторил:       - Слышь, Нэдзуми, погуляй пока в коридоре: нам с Малышом надо кое-что обсудить! И никого сюда не впускай! Я сам тебя позову, когда будет нужно! – присовокупил он угрожающим тоном.       Человечек, видимо, уже хорошо изучивший своего собеседника тяжело вздохнул, но спорить не стал: выйдя в коридор, он закрыл за собой дверь и стал терпеливо ждать.       - Так что ты хотел мне сказать? – вернулся к интересовавшему его, как ничто другое в этот момент, вопросу Сэкста.       - Я так скучал по тебе все это время! – сладко шепнул ему на ухо Ичиго - А ты даже не приласкаешь меня?       Возбужденное дыхание Куросаки, прошедшееся по беззащитной шее и уху, отозвалось сладкими мурашками по всему телу, и Шестой, уже не думая ни о чем, стал поспешно срывать одежду с тела любимого. Куросаки тоже не лежал бревном и активно участвовал в процессе снятия одежды, и они управились с нею в рекордно короткие сроки. Спустя пару минут они уже лежали на довольно широкой кровати, куда они перебрались, ибо лежать на полу было холодновато, да и не слишком удобно. Увидев, как возбужден Клубничка, Кошак довольно ухмыльнулся и спросил:       - Всего-то пару ласк, а ты уже готов? Так быстро?       На что Рыжик сердито ответил:       - Так ведь тебя же ждал, бака! А ты никак не находился, и вообще, какого черта? Займись уже, наконец-то, делом!       И Джагерджак последовал толковому совету. Он снова стал ласкать любимого, отыскивая заветные местечки на знакомом и обожаемом теле, пьянея от тихих стонов временного шинигами. Он спускался все ниже и ниже, обцеловывая и лаская все, до чего смог дотянуться, и наконец добрался туда, куда стремился. Гримджоу прекрасно знал один маленький секрет своей любимой Ягодки и собирался воспользоваться им сполна.       Язык прочертил влажную дорожку по внутренней стороне бедра, и Рыжик издал короткий всхлип, пролившийся бальзамом на душу арранкара. Эспада знал: это место было эрогенной зоной его сладкого мальчика – пара прикосновений языком, и он будет пылать огнем в его объятиях. Рука проворно нащупала тюбик со смазкой, и ловкие пальцы тут же принялись за дело – стали растягивать Ичиго, готовя к последующим событиям.       Улыбнувшись, Сэкста накрыл ртом уже стоявший колом член Куросаки, и нетерпеливые руки подтолкнули его, предлагая взять его поглубже. Кошак послушно выполнил требуемое, и тут же Рыжик простонал:       - Блин! Как хорошо...       Шестой щедро дарил наслаждение любовнику посасывая, облизывая и поглаживая языком головку и ствол. Клубничка, уже не сдерживаясь, стонал в голос, добавляя накала и так неслабой страсти, охватившей этих двоих. Почувствовав, что Рыжик на пределе, Эспада легонько прихватил зубами головку, и любимый кончил прямо ему в рот. Кошак ухмыльнулся и, закинув ноги Ичиго себе на плечи, одним мощным движением вошел в подготовленное тело. - Моя очередь получать наслаждение! – довольно заявил он, глядя в глаза Рыжику.