Её проклятье и его спасение

***

- Ночка у нас явно будет очень, очень долгой. - поудобнее усевшись на кровати, довольно протянул Киомо, заметив, как раздражённо фыркнул Годжо, и с какой усталостью вздохнула Нами. Да, после столь активного дня ей бы не помешало несколько часов здорового, глубокого сна. Или хотя бы чашки кофе. Собственно, второе она ещё себе позволить может. Поднявшись с кровати и едва заметно пошатнувшись от усталости подкосившей ноги, Нацуко перевела взгляд с новоприбывшего на Сатору. Годжо стоял у стены напротив кровати и сложив руки на груди, почти не выражал никаких эмоций. Губы его были расслаблены, а черты лица не выражали напряжения. Повязка надёжно скрывала его глаза, поэтому Нацуко так и не смогла понять, какие эмоции сейчас испытывает Сильнейший. - Сатору, кофе? - вяло спросила Нами, отметив для себя в очередной раз, что она в действительности чувствует себя очень плохо, так ещё и после того, как встала с кровати. Возможно, на такое состояние неплохо повлияло призвание Киомо. Всё же, даже Нами понимала, для того чтобы Киомо мог существовать в их мире, его нужно было подпитывать энергией. А это довольно затратно и выматывающе, как она уже успела понять. - Нет, спасибо. - спокойно и даже как-то снисходительно, ответил Годжо, не поворачиваясь в сторону Нами. Казалось, он не сводил взгляд холодных глаз с мужчины, что довольно по-свойски растянулся на кровати, расплывшись в довольной кошачьей ухмылке. - А я не откажусь от чего по-крепче! - весело добавил Киомо, когда Нанами почти вышла из комнаты. Мужчина в долгом кимоно, казалось, чувствовал себя лучше кого-либо в этом техникуме. Бросив на него острый взгляд зелёных кошачьих глаз, Нацуко снова тяжёло выдохнула сквозь зубы, и скрылась за стеной. В спальне повисло немое напряжение, нарушать которое пока что никто не решился. - Быть честным - я тебе не верю. - спокойно признался Сатору, сохраняя холод в голосе и разуме. Киомо, с удовольствием откинувший голову на мягкие подушки пять минут назад, резко поднял её и с прищуром взглянул на Сатору. - Думаешь для меня важно твоё доверие? - хмыкнул мужчина и принял сидячее положение на кровати, слегка наклонив голову на бок и усмехаясь. - Думаю, что без него ты мало на что будешь способен. - в отместку оскалился Годжо и отметил, что на кухне как-то слишком тихо. Нанами задерживается. - Откуда тебе знать, малыш, на что я способен? Когда-то моя сила была равна твоей. - остро блеснув тёмными глазами и почти что оскалившись, Киомо лишь на секунду приоткрыл свою вражескую сторону, дабы показать Годжо, что недооценивать древнее воплощение то ли зла, то ли нейтральности нельзя. Но Сатору лишь в очередной раз хмыкнул, не выражая больше никаких эмоций, кроме насмешки. - Вот именно: "была". - спокойно бросил Годжо и с удовольствием заметил, как дёрнулся Киомо. Провокация удалась. Годжо нашёл первое слабое место у этого "неприступного недобожества". Осталось научиться правильно давить на эти самые слабые места, чтобы затянуть поводок на Киомо потуже. Конечно, этот приём слишком мерзкий для Сатору, так как на нём самом часто его пытались использовать. Но Сатору успешно прерывал все эти попытки на корню. А вот Киомо, похоже, даже не заметил. И всё же - недооценивать ново-явившегося и вправду не стоит. - Не уверен, что ты будешь рад проверить, на что я способен спустя тысячелетия. - откинувшись на спинку кровати и растянув губы в надменной ухмылке, Киомо явно собирался продолжить лекцию о своей силе и мощи, но договорить ему не дали. Грохот с кухни заставил мужчин вздрогнуть. - Нами? - громко спросил Сатору, замерев у стены и, казалось, даже не дыша. В ответ последовала лишь тишина. Отпрянув от стены, Годжо быстро направился на кухню, не зная даже что думать. Это не могло быть чьё-то нападение, ведь он не чувствовал чужой проклятой энергии. Тогда что, чёрт возьми, случилось? Но долго волноваться Сатору не пришлось. Он с облегчением выдохнул, стоило ему войти на кухню. Поставив у столешницы стул, Нами, сев на него, опиралась руками на столешницу и сладко сопела. Турка рядом была перевёрнута, а упаковка с кофе даже не открыта. Выдохнув, устало улыбнувшись и помотав головой, Годжо цокнул языком, когда прямо позади себя, возле уха, услышал мужской голос : - А она миленькая. - с усмешкой отметил Киомо, поставив на плечо Сатору свой локоть и оперевшись подбородком на ладонь. - Длинный разговор откладывается на завтра. - спокойно, но уверенно ответил Годжо, проигнорировав довольно правдивое замечание Киомо и направился в сторону сопящей Нами, которая уже не слышала ничего вокруг себя. - Не станешь её будить? Разве этот разговор не важен? - скорее с насмешкой, нежели с реальной озадаченностью, спросил Киомо, оперевшись спиной на дверной косяк, что вёл в спальню, и сложив руки на груди. - Нет. Сегодня у неё был слишком... Тяжёлый день. Пусть отдохнёт. - спокойно ответил Сатору, легко подняв Нами на руки и направился к кровати. Киомо надменно наблюдал за этой сценой. Потом с усмешкой фыркнул, когда Годжо, положив Нацуко на кровать, укрыл её одеялом. - Она для тебя важна. - попытался поддеть Сатору Киомо, когда тот направился к выходу из комнаты и потащил Киомо за собой. Сатору сразу же понял, что это ответная попытка надавить на слабое, поэтому, закатив глаза, он закрыл за собой и Киомо сёдзи, и направился в сторону учительского корпуса. - Не более, чем способная ученица. - спокойно ответил Годжо. И всё же, почему его элементарную заботу об учениках постоянно принимают за что-то большее? - Конечно-конечно. - забавно протянул Киомо, подняв руки вверх. - Отпускать тебя разгуливать по улицам Токио я не собираюсь. Потому сегодня побудешь в моей комнате, пока Нами не отдохнёт и не вернёт тебя туда, откуда достала. - делая очередной поворот в запутанном коридоре, Годжо расправил плечи, чувствуя усталость в теле. - Мы только познакомились, а ты меня уже в кровать к себе тянешь? В целом, я не против. - заговорчески усмехнулся Киомо, подмигнув Годжо, на что тот лишь хмыкнул. - Спать будешь на полу.

***

Всепоглощающая темнота становилась всё ближе. Она, словно зыбучие пески, всё сильнее и сильнее поглощала в себя. Сначала плотными узлами окутала ноги, а потом начала затягивать в себя полностью. Как бы ты не старался, выбраться из неё ты не сможешь. Тело парализовывает и ты просто ощущаешь, как медленно задыхаешься в этой вязкой, холодной и пугающей темноте. Нами закрыла глаза, а внутри неё всё сжалось от страха. Она кричала, но её собственный крик отбивался эхом только у неё в голове. Последние проблески света скрылись, и на их замену пришла полноценная пустота и тьма. Где-то далеко, в самых далёких отголосках сознания, Нами слышала голос - отдалённый, тихий и такой знакомый... - Мам...- беззвучно прошептала Нацуко, силясь открыть глаза, но её словно окутывала пелена, не позволяющая сделать что-либо. - Нами, солнышко моё...- ласковый, столь родной женский голос сильно ударил по ушах. - Мама...- снова беззвучно прошептала Нанами, а к горлу подступил тяжёлый ком. Прошло столько времени с той чёртовой аварии, и Нами, казалось, уже перестала так болезненно реагировать на упоминания о матери и отце. Но увидев сейчас её вновь, как тогда, почувствовав нежный запах фруктовых духов, окутавший, как впервые, Нацуко чувствовала, как грудь тяжёло сжимается, и как тяжело ей становится дышать. Темнота немного рассеялась, и перед девушкой появилась болезненно знакомая картина, которую она всеми силами пыталась забыть. Это была её комната. Небольшая, усыпанная детскими рисунками. Яркая и весёлая. Из каждого уголка сочилась детская энергия позитива и веры только в хорошее. Нами помнила, что в тот день где-то на столе лежал комикс о мире шаманов и магии. Она непроизвольно иронично улыбнулась. - Нами, послушай меня. - тихо начала женщина, что держала маленькую девочку с длинными тёмными волосами за руки. Она сидела перед ней на коленях. Деловой костюм, состоящий из чёрных классических брюк и белой рубашки, заправленной в брюки, был помят и запачкан. На ярких глазах женщины наворачивались слёзы. - Нами, чтобы ни случилось, ты должна быть сильной. Ты должна уверенно смотреть вперёд, какие бы палки тебе жизнь не подкидывала, слышишь? - дрожащий голос совсем не сочетался с нервной улыбкой на искусанных губах женщины. Руки её дрожали, а девочка, стоящая перед ней, начинала волноваться. - Мама, что-то случилось? - тихо спросил ребёнок, сильнее сжимая родительские ладони. - Нет, малышка, что ты, всё хорошо. - сдержав грудной всхлип, ответила женщина. Её шёпот пробирал до костей, заставлял сердце болезненно сжиматься. Нанами сжала кулаки и закусила губу, чувствуя, что ком в горле всё сильнее душит её. Наблюдать за этой картиной со стороны оказалось намного сложнее, чем испытывать её когда-то. - Просто помни, что я тебе сейчас скажу... - ещё раз грустно улыбнувшись, женщина крепче сжала ладошки дочери. - Ты не должна сдаваться. Не должна останавливаться, оплакивать прошлое. Смотри только вперёд и стремись только к будущему. Не держись за то, что "было" и живи тем, что "есть". Будь нашей с папой доченькой, Нами...- шёпот изредка обрывался всхлыпами, а женщина сильнее закрывала глаза, стараясь сдерживать слёзы. - Хината, быстрее! - с первого этажа послышался взволнованный голос отца. Женщина вздрогнула, и прижалась своим лбом ко лбу дочери. - Прости нас, Нанами... Будь сильной девочкой. И не забывай, что куда бы ты не попала, где бы ни была, с какими бы трудностями не сталкивалась... Не забывай, что ты можешь справиться со всем... Ты сильная, и у тебя нелёгкая судьба. Ты справишься, слышишь? Справишься, потому что ты моя доченька... - закусив губу и зажмурив глаза, женщина обняла дочку обеими руками, прижимая её к себе, словно в последний раз. - Скоро придёт сестра Хори, она побудет с тобой, пока нас с папой не будет...- слёзы всё же градом покатились по щекам женщины, а шёпот её ещё сильнее задрожал. - А куда вы с папой едете, мам? Когда вы вернётесь? - тихо спросила напуганная Нами, когда Хината отстранилась от неё, а на пороге комнаты появился её отец. Родители девочки переглянулись. - Мы... Нам нужно уехать... Мы будем скучать, Нами...- натянув улыбку на дрожащие губы, произнёс отец, сжимая ладонь Хинаты, что подошла к нему. - Мам, пап, не уезжайте, не оставляйте меня, пожалуйста! - девочка бросилась к родителям, но те остановили её рукой. - Мне страшно! Что происходит? Почему мама сказала мне эти слова? Куда вы уезжаете? Возьмите меня с собой, но не оставляйте одну! - взмолилась девочка, а по её щекам потекли слёзы. Юный разум ещё ничего не понимал, но горячее сердце ужасно билось в предчувствии беды. - Мы всегда будем рядом, Нами... Всегда...- прошептала Хината и сжала протянутую ладонь девочки. Улыбнувшись ей дрожащими губами, она, следом за мужем, покинула комнату. Входная дверь захлопнулась, а Нами подбежала к окну. Голубые глаза с волнением наблюдали за тем, как мужчина и женщина спешно сели в чёрную машину, как быстро они дали по газам. А потом перед Нами всё начало плыть. - Нет! - она потянулась к девчушке, что стояла у окна, но тьма поглотила всё намного раньше. А потом в голову резко ударил визг шин, чей-то крик, сирена скорой помощи, плач ... И голос. Снова родной, тихий, но на этот раз полон ненависти и отвращения. - Мы погибли из-за тебя. Ты нас убила, Нацуко Нанами. А потом наступила окончательная темнота.

***

Резко подскочив на кровати, Нами сделала глубокий рванный вдох. Сначала резко заболела и загудела голова, потом по телу прошёлся разряд боли и только тогда Нами смогла нормально соображать. Оглядевшись, она поняла, что находится в своей комнате, на кровати. Она провела ладонями по щекам, ощутив там влагу. - Это был лишь сон... Лишь сон... - закрыв лицо руками и оперевшись локтями на подтянутые к себе колени, Нацуко тяжело вздохнула. Кровать рядом слегка прогнулась, и Нами перевела взгляд в сторону от себя. Там сидела Нэко, слегка наклонив голову. Она была вся в траве и какой-то грязи. Наверное опять на прогулку ходила, в такую-то погоду. - Ох, Нэко... Где же тебя черти носили... Вот почему я тебя вчера не видела. Прости, я совсем о тебе забыла за всем этим потоком событий. - снова протерев глаза и вытерев слёзы, Нами вяло улыбнулась кошке и почесала её за ухом. Та отозвалась ласковым мяуканьем и урчанием, стремясь навстречу ласки хозяйки. Ещё раз осмотревшись, Нами заметила, что сквозь закрытые окна пробиваются солнечные лучи. И её тут же прошибло воспоминаниями. - Киомо! Годжо! Точно, чёрт, я что, уснула?! Почему я в кровати? И где же эти двое? Господи... - тяжело вздохнув, Нацуко потянулась в карман за телефоном. Она была даже не переодета, потому чувствовала себя не первой свежести. Несколько коротких гудков, и по ту сторону телефона послышался весёлый, бархатный голос. - Выспалась? Отдохнула? - явно с улыбкой спросил Сатору. На заднем фоне слышалось непонятное мычание и шуршание. Нацуко провела ладонью по лицу и едва заметно покраснела. - Да. Прости, я вчера слишком вымоталась и уснула прямо на кухне наверное... А мы ведь должны были разобраться с Киомо... Чёрт. - тяжело выдохнув, Нами откинулась на постель, прикрыв глаза. - Не переживай. Вчера у тебя был тяжёлый день, поэтому нормально, что ты слишком устала. С Киомо всё... относительно хорошо. - хмыкнул шаман, а Нанами насторожилась. - Кстати, где он? - сдержав зевок, спросила Нацуко, но услышав тихий смешок от Сатору, она резко открыла глаза и села на кровати. - Годжо, где Киомо?- серьёзно спросила Нами, из-за чего шаман снова издал смешок. - Приходи в тренировочный зал и сама увидишь. Наш "неприступный и непобедимый", оказывается, не такой уж и непобедимый. - с ухмылкой протянул Сатору и отключился от разговора. - Да вашу ж мать... - тяжело простонала Нацуко, предчувствуя, что с этого момента в её жизни начинается ещё большая проблема, нежели была до этого.

***