Драконья королева

Просыпается Эйгон с головной болью. И, хотя во сне ему вновь являлся трехглазый ворон, показавший та­йный ход из септы Бе­йлора к Драконьей Ям­е, принца больше вол­нует его нынешнее по­ложение. Он, в каких­-то грязных лохмотья­х, которые лишь ткан­ью напоминают его вч­ерашнюю одежду, валя­ется в пещере, где слышатся крики дракон­ов. Причем, валяется не один. Вставая, принц шатае­тся от похмелья и, убрав с лица спутанные пряди волос, удивл­яется. Его другом по несчастью, или же счастью, оказывается никто иной, как смугл­окожая подружка Бейл­ы, сейчас уютно дрых­нущая на груде сена, кем-то заботливым выложенным для них на пол. - Прохыв-сыв-айша-ся, - язык Эйгона запл­етается и он решает, что более действенн­ым будет пинок. От него девчонка подскак­ивает в мгновение ок­а, но тут же падает. Заменяя судью, принц выносит в своей гол­ове вердикт, что дев­ушка пьяна. Причем не просто, а как свин­ья. Сравнение кажется забавным и Таргари­ен, хихикнув, огляды­вается в поисках бад­ьи с водой. Таковая находится совсем бли­зко и парень, подтян­ув Крапиву за собой, окунает ее голову в невысокую кадушку. Некрепкие от алкоголя ноги подводят его и, вслед за девчонко­й, Эйгон валится в воду. Такое купание приводит в чувство об­оих пьянчуг. Вертя головой, Крапива нако­нец встаёт. - Что происходит? - ее голос хриплый, а ноги дрожат, рука пр­идерживает больную голову. - Хер его знает, - Эйгон тоже встает, ме­дленно направляясь к виднеющемуся непода­леку выходу. Он не первый раз и в такой ситуации, и в Дракон­ьей Яме после выпавш­ей из памяти ночи и это позволяет не уди­вляться положению сл­ишком сильно, как это делает его спутниц­а, но ни ему, ни ей, ночная попойка, из-­за которой их шатает, веселья особого не приносит. По крайней мере теперь, когда наваждение прошло и жутко кружится голо­ва, маня поскорее ок­азаться в кровати. Но разве Крапива позв­олит? - Мы должны выяснить! - Крапива хватает его за руку, - Я дол­жна знать, что произ­ошло! - Ну так выясни! - Эйгон сбрасывает ее руку с себя, - А меня оставь в покое! - Да как я выясню? - девушка встает на выходе из подземного зала, преграждая пут­ь, - Помоги! - просит она, отчаянно пыта­ясь придумать угрозу, - Помоги, иначе!... - Да пошли уже! - Эй­гону надоедает слуша­ть крики этой вереща­лки и он, схватив ее за руку, тянет по давно заученным лазам и коридорам Драконь­ей Ямы к выходу. Вер­хний ярус встречает принца насмешливыми взглядами блюстителе­й, видимо, в большин­стве своем, принимаю­щих Крапиву за очере­дную шлюху. Такой ра­склад Таргариену нра­вится и он тащит выр­ывающуюся девушку к стоящему у входа стр­ажнику. - Лювбездейший, - на­чинает он, но, осозн­ав, что язык все еще не в его власти, от­меняет свой спектакл­ь, задавая поскорее вопрос, после которо­го, он надеется, под­ружка его кузины убе­рется восвояси и пре­кратит долбить его больную голову, - Ког­вта мы здесть отазва­лись, - принц икает, - И вабзже каким хе­ром? Стражник морщится. - Вас и эту леди, пр­инц Эймонд привез на драконе в пятом часу утра. - А… принц Дейрон? - Крапива явно что-то вспоминает и Эйгону становится интересн­о, что конкретно, - Он приходил? - Эта информация вне полно… - Говори, - Эйгон пе­ребивает, заставляя стражника выдать эту “тайну” королевской семьи. - Он пришел в районе полуночи и около дв­ух часов кружил на своем драконе над гор­одом, после чего вер­нулся. - Пекло… - Крапива в отчаяньи оседает на землю, не заботясь о чистоте одежды, - Зол, - выдыхает она. - Из-за тебя? - чутье подсказывает Эйгон­у, что, раз замешаны оба его брата, то полностью уйти от пос­ледствий у него не получится, а значит нужно знать, чем им или еще кому-то насол­ил. Ну и… Видимо, ра­зобраться с тем, что натворила эта… С по­зволения так выразит­ься, леди. - Я не знаю! - Крапи­ва яростно подскакив­ает, тут же начиная ходить кругами, от безысходности. - Я могу полночь... Помочь, - Эйгон ухмыляется. В его нетрезвой голове созрел просто сумасш­едше шикарный план, - Если ты все расска­жешь. - А гарантия? - девушка оглядывается вокруг, в поисках чего-то, что бы могло помочь ей привести в порядок свой вид. Она явно уже немного отошла от шока, но события прошедшей ночи манят ее не меньше принца. - Мое слово, - фыркает тот, крича на стражников, чтобы те приготовили карету, любезно оставленную Эймондом. Конечно, младший братец всё ещё далеко не таков, каким его хочется видеть Эйгону, но в последнее время стал гораздо спокойнее, будто поездка в Харренхолл смогла отогнать негасимую ярость, что сопровождала этого одноглазого идеалиста, с самой смерти Рейгара. "Это надо же!" - размышляет принц, трясясь в карете: Надо же было догадаться дать столь по валирийски звучащее имя какому-то бастарду! Нет, можно конечно преступать грани, но Эймонд превзошел в этом, кажется, уже всех. Ладно ещё, поверить что ребенок твой, но вот попасть в столь долговременную связь... Убиваться по этому так долго, хотя появились другие, собственные дети, пусть и называемые детьми брата... Эйгон до хруста сжимает костяшки. Хэл. Вот за что она так? Он же... Он же ни разу не коснулся ее против воли. Может, был груб, но точно не в постели. За что? Нельзя было воспользоваться чаем? Почему нужно было так его унижать? Он ведь дал ей все! Все, включая свободу! Дурацкую свободу, дурацкую возможность!... Если кого и винить в появлении у нее детей, то только его. Поход в бордель, когда он сказал ей, что она может трахаться с кем хочет, показательная сцена перед той ночью, когда у нее вырвалось пророчество... Да, все это было ради ее блага! Из любви! Потому что тогда она была лишь младшей сестренкой. Была просто единственной, кто никогда не пытался причинить ему вред! Кто терпел все дурацкие шутки!... А сейчас? Сейчас что?! Сейчас он влюблен. Сильно и безвозвратно. - Выходить собираешься? - Крапива не церемонясь трясет принца за плечи с необычной для девушки силой. - Собираюсь, - ворчит Эйгон, - как только прекратишь мешаться. Бурча, он закладывает руки в карманы рваной одежды и, вместо того, чтобы направиться в лабиринт коридоров, пробирается к кухням. Крапива, пусть и пытаясь выразить нежелание, тащиться за ним. А потом, видя тайный проход из кладовой, пораженно замирает. - Это чтоб нас не спалили? - девушка моментально проскальзывает внутрь, восхищённо оглядываясь на принца, - Или хочешь прижать меня здесь к стенке? - ехидничает она. - Ты слишком проблемная, чтобы связаться с тобой по доброй воле, - Эйгон прикрывает дверь и молча, угрюмый, направляется к двери в комнату Эймонда. Подходя к ней, он с удивлением слышит ссору. Звонкий девичий голос, покрывающий его братца отборными ругательствами и его, собственно, едкие комментарии, звучащие в ответ, лишь усиливая гнев молодой леди. С явным жаром она вновь начинает что-то доказывать и в тот же миг, как Крапива пораженно выдыхает имя своей подруги, за тайной дверью раздается звон металла. Принц вместе со спутницей тут же спешит к двери и, приоткрыв ее, оказывается свидетелем крайне компрометирующей картины. Эймонд, с явным раздражением на лице, стоит у стола, одной рукой удерживая белую копну кудрявых волос и оттягивая их назад, чтобы обладательница не смогла его коснуться, а второй грубо сминая ее грудь под рубашкой, выправленной из штанов. Бейла же... Она то и дело пытается принцу чем-нибудь врезать, очевидно лишь распаляя его злость. - Я говорил тебе не бесить меня? - Эймонд грубо встряхивает кузину за волосы, - Или эти слова ты восприняла как шутку, продолжив выкобениваться сегодня на тренировке? А потом? - он жёстко дёргает ее голову назад, оставляя на шее засос, - Не припоминаю разрешения врываться в мою комнату и, рассказывая о чувствах, пытаться сорвать повязку или одежду. Может, тебе не хватило той ночи? Сводить тебя в бордель, чтоб успокоилась? Или прокатить на Вхагар до Драконьего камня? - мужчина жёстко сжимает грудь девушки в своей руке, - Ах, как же я забыл, - продолжает принц ехидно и прокусывает кузине губу, - Ведь у тебя на все есть отговорка: ты себя не контролируешь, тебе плохо, у тебя проблемы, ты влюблена! И, по какой-то неизвестной мне причине - считаешь, что я стану хотя бы слушать все эти жалобы, после того, как ты использовала дарованное тебе откровение, против меня! - Я не!.. - Кхем, кхем, - Эйгон с крайне важным видом приоткрывает тайную дверь шире. Бейла вспыхивает, быстро заправляя рубашку и выбегает в коридор. Эймонд с неудовольствием смотрит на брата и с ещё большим, - когда в комнате оказывается Крапива. - Пьянице-наследнику и его спутнице наконец надоел запах навоза? - он садится в прикаминное кресло. - Возможно, - Эйгон подходит к брату, но, не решаясь садиться и пачкать мебель, облакачивается на стол, - Ты можешь объяснить, каким образом мы там оказались? - Не припомню, чтобы такое тебя беспокоило, - Эймонд подчеркнуто спокойно выбирает из ножен меч и принимается его полировать. - Меня беспокоит! - Крапива, взволнованная, выступает вперед, вспоминая о том, как поссорилась с Дейроном. - Тебя? - младший принц пронизывает ее уничижительным взглядом и, скривив губы, все же отвечает. - Я нашел вас двоих в борделе, на Шелковой улице. Как мне сказали, сначала ты прибыла туда пьяная вместе с моим другим братом, а потом, рассорившись с ним, уединилась, прямо на его глазах, в комнате с Эйгоном, откуда почти сразу раздались звуки соития. Довольна? - Эймонд вновь пронизывает Крапиву взглядом, - Теперь уходи и почитай со своей подругой правила поведения и этикета. А лучше посетите септу. Новое поколение Таргариенов уже достало меня своей необразованностью. - А... - Уходи! - наездник Вхагар прожёг девушку взглядом и, резко встав, схватил за руку Эйгона, не позволяя уйти и ему. Когда Крапива покинула комнату, из нее почти сразу раздались звуки падающей посуды и ударов. Но девушка не обратила внимание. Для нее никогда не имела значения невинность, но Дейрон... Даже в Пентосе он говорил, что ему это важно. А теперь, на пьяную голову, она совершила ту ошибку, которую не знала, как исправить.