Драконья королева

Тем, кто занимался на пляже, оказывается бастард Корлиса - Алин. Беловолосый паренек попал в Красный замок после поездки Дейрона в Пентос и оказался единственным из бастардов, кого зелёной стороне удалось забрать себе. Помимо него, конечно, есть многочисленные бастарды Эйгона, но все они слишком мелкие, чтобы седлать драконов и пока не представляют ценности. Пользу, если бы даже конфликт затянулся, мог бы принести кто-то, кому сейчас столько же, сколько было бы Рейгару... Резко замерев, принц прикрываеь глаза, заново переживая момент, как в живот его сына, его племянника вонзается клинок. При воспоминаниях, ему не важно, чьим был Рейгар. Он был своим для Эймонда, таким же близким, родным ему, как дети Хэл. И тогда, и сейчас, у Таргариена закипает кровь, стоит ему подумать о Бледной Пиявке или том, как война может обойтись с Джейхейрой и ее братом. Если кто-то даже тронет их... Пламя Вхагар сожгет всех причастных, а он сам забудеь обо всем, чему его научили дни в подвале, в сожженом ныне Росби. В нем опять вспыхнет та ярость, что владела им до полета в Харенхолл, до того, как он осознал, что прошлого не изменить, а будущее можно сделать не столь... Жестоким. Ярость, что владела им до того, как он заставил себя забыть. Чтобы вновь не возвращаться к мыслям, что терзают его значительно сильнее, нежели ссоры с Бейлой, принц подходит к бастарду и, понаблюдав за тренировкой, показывается из тени. - Спарринг, - приказывает Таргариен и Алин, робея, отступает от него на шаг, но выставляет меч. Он значительно покорней и понимает свое место, в отличие от детей Деймоновой шлюхи, так что Эймонд, можно сказать, симпатизирует ему. Он, в принципе, терпимо относится к бастардам, если тех не пытаются выдать за чистокровных и передать им больше прав, чем они заслуживают. И все же он поклялся в том, что даст Рейгару фамилию Таргариен... Обнажив клинок, сняв плащ, принц убирает одну руку за спину, делая сторону, которую он не видит, более уязвимой и встает в стойку. Почти сразу, его ученик, если так можно назвать Алина, начинает нападать. Поначалу, пока он прощупывает почву, Эймонд дает ему время. После же, когда мальчишка перестает думать, несколько раз валит его на песок. Вскоре, бастард понимает ошибку и, пользуясь данными ему от природы хитростью и талантом, перестает действовать безрассудно и, с каждым разом исправляя маленькие ошибки, действует все увереннее, заставляя губы Эймонда складываться в скупые улыбки раз за разом. - Последний спарринг, - объявляет принц и видит недовольное лицо юнца. Тот, так же как он сам, как Бейла, стремится к тому, чтобы быть сильным. Одно это достойно похвалы. Но, лучше не перегружать молодое тело, чтобы не навредить мышцам. Однако, Эймонд и сам хочет сейчас сразиться, а в его голове рождается идея. Сняв серую рубаху, Таргариен отрывает от нее рукав и завязывает себе глаза. На этот раз, он сражается с использованием обеих рук, но это мало ему помогает. Мальчишка, пользуясь преимуществом, то и дело заводит его в опасные для слепого зоны - в скользкий ил, к крабам, на крошеные ракушки. Сам, Алин умело огибает препятствия, но принцу приходится сложнее, он, помимо боя с бастардом, занят ещё и попытками осознать, на слух и ощущения, что за новая подстава от сорванца его ждёт. В итоге, в поединке Эймонд проигрывает, но остаётся доволен. Надев рубаху обратно, Таргариен садится на один из камней в море, моча ноги по колено, чтобы на него забраться. Почти сразу Алин, которому следовало бы идти в замок, подсаживается рядом. Принц, случайно, вспоминает схожий эпизод с Бейлой, но мальчишка, в отличии от нее, потребности выговориться не имеет и явно ждёт каких-то напутствий. - Ты один здесь тренируешься? - спрашивает Эймонд, разочаровывая бастарда. - Ну... Мне никто не помогает, хотя сюда иногда приходит Дейрон с мечом. - Он приходит тренироваться? - Таргариен поражен. Его младший брат никогда не показывал себя на тренировках выше среднего, зачастую ленясь исполнять все то, что ему говорили и учась, спустя рукава. Так зачем ему было приходить и заниматься самому? Может... - Ага. А ещё как-то высказался насчёт того, чтоб я с черными не якшался. Но откуда мне было знать, что смуглая, кудрявая бухая девка, бродившая здесь с бутылками, это кто-то из них? И ещё ему можно значит слушать ее бредни, пока в замок нес, а мне нет? - Когда это было? - Таргариену кажется, что он немного приблизился к разгадке мотивов парня, с инициалами его младшего брата. - Да в ночь, перед судом. И потом ещё... - Как я посмотрю, язык за зубами ты держать не умеешь? - голос слышится сзади и из-за скалы выходит Дейрон, - Наговорился? Марш отсюда! - приказывает он, вынуждая мальчишку сбежать. - Мне пора... - соскочив с камня, Эймонд хочет удалиться, но ему в спину летят слова, которые он не может проигнорировать. - Ты влюблен Бейлу, - говорит его брат, вынуждая обернуться. Глаза младшего принца, когда старший смотрит в них, сверкают опасностью. - Я сделаю с этим, что захочу, если всплывёт история с Крапивой, - чеканит Дейрон. - Не влюблен. Ты не докажешь, - Эймонд реагирует раньше, чем успевает хотя-бы обдумать. Он на самом деле думает о ней, значительно чаще, чем о других и в другом ключе, чем о других. Бейлу не может затмить даже наивная, невероятно красивая Хелейна, способная теперь хотя бы начать отстаивать позицию перед матерью, хотя раньше и слова сказать боялась лишнее. Даже ее личный рост не может затмить тех все более безумных выходок, на которые хватает, раз за разом, смелости у девушки со смуглой кожей и пушистым безумием на голове. А Эймонда привлекает именно сила, желание силы. Та редкая целеустремленность на пути к цели, которая есть у него и у Алина. Но у него нет сил это признать. - Мне пересказать вашу тренировку? - Дейрон ухмыляется и подходит к брату, - Я был там, а вы даже не заметили. Меня никто не замечает, все считают обычным. Согласись, идеальное прикрытие? - Было бы, не влюбись ты в Бейлину подружку, - Эймонд находит силы ответить, в его голосе звучит ядовитая насмешка, - Я могу пожелать тебе лишь удачи. Вероятно та, кого нужно забирать бухую с пляжа, с кем нужно болтаться по борделям, та, что уже опробовал твой брат, пока ты слушал ее стоны, гораздо подкованней в сексе, чем принцесса, в чьих корнях сомнений не... Принц не успевает договорить, а брат уже бросается на него. Но, в то время как Дейрон по-настоящему занимается лишь на пляже, Эймонд посвятил этому всего себя. - Я не прав? - осведомляется он, удерживая брата. Тому нужно отдать должное. Как Эйгона, откинуть его не получается. Но, младший, и значительно быстрей отходит. Очень быстро, он гасит свою злость и отшатывается от брата. Старшего принца, которому нужна разрядка, такой расклад не устраивает и он распаляет в Дейроне огонь. - А ты ведь так трепетно относился к вопросу девственности, - Эймонд ухмыляется. - А теперь все прахом. - Т-ты! - кровь младшего Таргариена кипит, - По-крайней мере, я не нашел утешение в недодраконе, чтобы было, кому посочувствовать, что единственный подходящий мне дракон - Розовый ужас! - выплёвывает Дейрон, зная, к чему это приведет. Его старший брат, не думая, бросается на него и два Таргариена сцепляются в рукопашной драке, забывая о драконах, семейных узах и последствиях. В этот момент, им обоим хочется сбросить напряжение от того, что оба не могут решится на тот выбор, что они боятся сделать. Они вступают в спарринг с самими собой.