В одной лодке

Произошло сразу несколько вещей. Очако не раз и не два участвовала в спасательных операциях. Наверное, чаще всех своих однокурсников, возможно, даже чаще некоторых профессиональных героев, специализирующихся только на спасении. Она как никто знала, что значит этот гулкий звон стекла, ходивших ходуном окон. Времени думать не было. - На землю! - скомандовала Урарака детям, стоящим рядом с ней. Их глаза были круглыми от ужаса, но, к счастью, они безоговорочно послушали и упали на тротуар. Одновременно с тем, что она говорила, девушка молниеносно активировала свою причуду, отменяя вес массивного стола, соединенного со скамьями, который стоял у прилавка с выпечкой. Она опрокинула его перед ними, падая на колени прямо за ним, тут же возвращая его вес. Очако подгребла девочек, лежащих ближе к ней, и прижала их к себе, зажмурив глаза. Взрыв, раздавшийся прямо за ними, сильной отдачей тряхнул их вместе с импровизированным укрытием. Град из осколков стекла пронесся над их головами, разбиваясь о преграду на его пути. Пытаясь игнорировать звон в ушах и дрожание конечностей, Очако распахнула глаза и осмотрела детей. - Вы в порядке, ребята? - сипло спросила она, поднимаясь на колени, но не вылезая из укрытия. Опасность все еще была, ведь девушка не знала, что происходит там, в банке. - Ничего не болит? Они слабо помотали головами, все еще лежа на земле. Сказав им не двигаться, Очако подползла к краю стола и осторожно выглянула. Густой темный дым закрывал обзор практически полностью, но внутри банка, у самого входа, определенно находились силуэты нескольких людей. - Уходим! - прокричал один из силуэтов. Урарака слышала, что их быстрые шаги приближались. Снова спрятавшись, она прижалась спиной к столешнице, закрыв глаза и стараясь дышать тише. Что было проблематично, потому что адреналин уже бежал по ее венам, ускоряя сердцебиение и дыхание. Что она должна делать? Еще некоторое время назад, она бы без раздумий бросилась в самое пекло. На то она и герой. Чтобы спасать тех, кому страшно. Но сейчас, будучи беременной, она внезапно осознала, что не может двинуться с места. Ей и самой было невероятно страшно. Этот страх был каким-то иным. Не таким, как раньше, когда она стояла перед злодеем, обладающим сильной и опасной причудой. Да, тогда ей было не по себе - и это нормально, она такой же человек, как и все остальные - но Урарака преодолевала это и вступала в бой, не жалея себя. Сейчас все было не так: теперь не она управляла страхом, это он подчинял ее себе. Он был иррациональным, одним из самых древних инстинктов - защитить самое дорогое, что у нее есть, пусть она еще не до конца осознавала это. - Это че еще за херь? - чей-то неприятный голос громким басом раздался прямо над их головами. Очако вздрогнула, ощутив спиной удар чужой ноги о стол. - Баррикада? Умно. Кто это у нас такой прошаренный? Урарака мысленно обреченно застонала. Видимо, избежать боя не удастся. Если она будет продолжать прятаться, детям будет грозить еще большая опасность. Она понимала это, но... Почему ее руки так трясутся? Прежде чем она придумала хоть какой-то примитивный план, огромные руки схватили ее за ворот пальто и вытянули из укрытия. Бросив быстрый взгляд на замерших детей, которые уже было открыли рты, чтобы закричать, она твердо посмотрела на них, слабо мотнув головой. Ее повернули лицом к противнику, и Урарака подумала, что он не узнал ее как про-героя Уравити. Потому что, зная кто она, ни один злодей не станет рисковать и так опрометчиво хватать ее. Мужчина, схвативший ее, был высоким и большим, как возвышающаяся над ней неприступная гора. Его рост наверняка заходил за границу двух метров. На его противном угловатом лице блуждала коварная ухмылка, когда он осмотрел Очако с головы до ног. За его спиной товарищи, настороженно осматриваясь, подняли с земли мешки, набитые, очевидно, деньгами. Они суетились, отходя куда-то в проулок между зданиями. Неподалеку послышался звук приближающихся сирен. - Жаль на тебя нет времени, красотка, я бы... - едко сказал этот огромный тролль, но закончить у него не получилось. Урарака быстро дотронулась до него подушечками пальцев и отшвырнула его от себя. Он влетел в своих согруппников, повалив их всех в кучу. Тошнота и боль мгновенно подкатились к ее глотке, намного раньше, чем обычно, что выбило девушку из колеи и она отвлеклась. А потом в следующую миллисекунду порыв ветра снес ее назад к опрокинутому столу, о который она довольно сильно ударилась спиной. Черт! Из нее не выбило весь дух одним лишь чудом. - Не признал тебя в гражданском, гравитационная сука! - уже другой злодей был рядом с ней. Он слишком сильно сжал запястья Урараки, не давая двигать руками. Она могла бы вырваться. Очако знала столько приемов в ее боевом стиле, но боль, головокружение от удара и тошнота снова играли с ней злую шутку. Она бесполезна. Ганхэд сгорел бы со стыда. Попытавшись освободить свои руки, она засопротивлялась, стараясь ударить его хотя бы, по классике, в пах. Но злодей лишь отвратительно гоготал, сжимая ее сильнее. Он грубо развернул Очако спиной к себе, чтобы перехватить ее запястья одной рукой, освобождая другую. Он потянулся рукой за пояс, но что он хотел сделать, останется для нее загадкой. Яркая зеленая вспышка сбила злодея, что удерживал ее, с ног. Конечно, она знала, кто это был. - Урарака? - шокировано спросил Мидория, прижимая злодея к земле. - Как ты тут оказалась? С тобой все в порядке? Если не считать тошноты, головокружения, ноющей боли во всем теле и растоптанной геройской гордости? - Деку, - слабо улыбнулась она. Но с этим она поторопилась, потому что ее желудок стрелой пронзило острой болью. Ноги Урараки подкосились и она рухнула, хватаясь за живот. Даже при самых сильных перегрузках, ее причуда так себя не вела до этого момента. - Урарака! - испуганно закричал Деку. Выпустив из своего тела черные хлысты, он обездвижил злодея и бросился к подруге. - Идти можешь? Держись за меня! Очако, не моргая и тяжело дыша, смотрела на землю. Спазмы в желудке гнали кислый ком прямо к ее глотке, но рвоты, которая должна была принести знакомое облегчение, все не было. Она дрожащей рукой схватилась за предплечье друга, силясь подняться на ноги. Но попытка не увенчалась успехом. - Злодеи, - пробормотала Урарака, - они... - Сбежали, - бросил Мидория. Он нетерпеливо махнул рукой за своим плечом. - В любом случае, одного я поймал, так что им все равно никуда не деться, я найду их. Давай, я отнесу тебя в больницу. - Н-нет, я в порядке. - Ты плачешь. И правда. Она даже не заметила, что горячие слезы обжигали ее щеки. Несколько полицейских машин остановились рядом с ними. Деку передал полиции скованного злодея и вернулся к Урараке, осторожно поднимая ее на руки. Она хотела бы упрямо сказать, что справится сама. Что с ней все хорошо и помощь не нужна. Но все, что она могла, это закрыть слезящиеся глаза и упереться лбом в плечо друга. Очако лишь надеялась, что кое-кто внутри нее чувствовал себя лучше, чем она. ***** Бакуго громко выругался, вслушиваясь в монотонные гудки. За прошедший час он позвонил Урараке несколько раз, но ответа так и не дождался. Ей же лучше, если у нее будет реальная причина игнорировать его. Разговор с родителями занял у него больше времени, чем он надеялся. Он не привык так долго терпеть старую ведьму, особенно когда она включает «мать года» и начинает учить его жизни. В свойственной ей манере: вопя ему в уши и раздавая подзатыльники. И чего она так распетушилась? Можно жить вместе и даже жениться. И при этом быть полным ублюдком. Ведь как дерьмо не украшай, все равно будет вонять. Все эти гребанные формальности - просто пшик в воздух. Разве мало, что Кацуки уже взял на себя ответственность? В любом случае, он должен узнать мнение круглолицей по этому поводу. Это не он тут вынашивает в себе целого человека. А, значит, его мнение - в конце очереди. Бакуго фыркнул своим мыслям. Раньше он и не подумал бы смещать свои приоритеты в сторону кого-то другого. Но его жизнь так стремительно менялась, и парень со злостью осознал, что тупо не успевает за этими изменениями. А это было лишь первой ступенью. Кацуки откинулся на своем диване и открыл диалог с Ураракой. Она не прочитала сообщения за столь долгое время. Даже не была онлайн с самого утра. Та самая Урарака, активность которой в социальных сетях граничила с расстройством психики, как казалось блондину. Нехорошее предчувствие настойчиво заскреблось где-то на подкорке. Поборовшись с собой и проиграв в этой схватке, Бакуго яростно вздохнул и набрал самый бесячий номер в своей жизни. Какого, блять, черта он знал его наизусть, спрашивается?! - Каччан? - раздался удивленный голос. Он звучал усталым и взволнованным, что сразу приметил Бакуго. - Ты знаешь, где круглолицая? - без прелюдий потребовал Кацуки. Смутное беспокойство опутало его грудь. - Урарака? - растерялся Деку. - Она в больнице, а почему ты спра... - ГДЕ? - парень подорвался с дивана, метаясь взглядом по комнате, словно в поисках чего-то. - В... в больнице, - совсем тихо ответил Мидория. Реакция Бакуго, да вообще его звонок и вопрос об Урараке застали того врасплох. - Я не страдаю глухотой, придурок! Какого черта она там? - Эм... помнишь ту группировку злодеев, обчищающих банки? Так вот, сегодня они напали на еще один. Рядом с этим банком есть кондитерская и... Три раза ха! Мать его, разумеется, круглолицая пошла набить свои щеки именно в тот магазин, именно в то время. Немыслимо. - Скажи адрес больницы, - буркнул Кацуки, потерев переносицу двумя пальцами. - Зачем тебе... - Адрес. Деку. Что-то было в голосе Кацуки, потому что Мидория испуганно сглотнул и торопливо забормотал. Не теряя время, Кацуки отключился и направился к выходу. ***** Очако неуютно заерзала на больничной кровати десятый раз за последние пять минут. Когда Деку принес ее в больницу практически в бессознательном состоянии, паника поднялась просто катастрофическая. Еще бы: про-герой Уравити была, видимо, серьезно ранена. Если бы эта суматоха так и продолжалась, вряд ли бы ей удалось сохранить в секрете свою беременность от людей. Но ей просто сказочно повезло - сегодня была смена доктора Мацумото. Которая уже знала о ее беременности. Она с радостью взялась помочь Очако. Женщина заверила, что она может не беспокоиться и ее секрет не будет раскрыт больницей - врачебная тайна и все такое. За осмотром и сбором необходимых анализов, прошло пару часов. В течение которых девушка уже успела позвонить родителям. Те страшно перепугались - хоть она и попросила их не переживать, но кто бы ее послушал - и сказали, что они немедленно выезжают к ней. Очако ничего не оставалось, кроме как смириться и согласно бурчать в трубку, потому что упрямства ее отцу не занимать. После чего она зависла с телефоном в руке, размышляя, сообщить ли Бакуго о том, что с ней случилось. С одной стороны, не то чтобы они были кем-то друг другу. С другой, в ней определенно был кто-то, кто имел к нему самое прямое отношение. В дверь ее палаты тихо постучали. В проеме появилась лохматая голова Изуку, который ободряюще ей улыбнулся, когда вошел, прикрыв за собой дверь. - Эй, - Деку присел на стул рядом с ней. Он все еще был в костюме героя. - Ну? Как ты? - Неплохо, - ответила Очако, - ничего серьезного, на самом деле. Эти злодеи немного меня потрепали, но я цела. Ты все это время был здесь? - Да, - как само собой разумеющееся, кивнул Мидория. - Как я мог оставить тебя одну? - Спасибо. Он сконфуженно помялся, что не ускользнуло от ее внимания, но все же заговорил. - Могу я спросить? - Ты же знаешь - что угодно, - в сердцах закивала она. - Пока я ждал за дверью, - сказал Деку, нахмурившись. Его лоб прорезала знакомая ей морщина, которая появлялась там всякий раз, когда в его голове решалась какая-то головоломка. - Мне позвонил Каччан. А он никогда мне не звонит, если на нас не нападает какой-нибудь Все-за-одного. Он спросил где ты, а когда я ответил, что ты в больнице, он впал в панику и, видимо, помчался сюда. Не расскажешь что происходит? Здорово. Теперь у нее плюс еще две проблемы. Урарака вздохнула и подтянула одеяло повыше. Их с Деку столько всего связывало. Никто не понимал ее так, как он. И наоборот. Она любила его. Конечно, не так как в начале обучения в Юэй. Ее первая любовь давно в прошлом. Она превратилась в нечто иное. Родное. Теплое. Деку был ее другом навеки. Их связь нерушима. И... Как так получилось, что такой близкий для нее человек, все еще не знает? Разве после всего, что он для нее сделал, Деку не заслуживает правды? Если не он, то никто. Она зажмурилась, собрав все силы в кулак. - Я беременна. Хорошо, что ее друг сидел, судя по тому, как опасно покачнулся под ним стул. Очако тихим голосом рассказала ему все. С каждым ее словом зеленые глаза Мидории становились все круглее и круглее. Когда девушка закончила, он помолчал, а потом с понимаем в голосе заговорил: - Так вот почему Каччан такой странный в последнее время. Да уж, какие тут драки со злодеями. Знаешь, я дико рад, что успел сегодня. Кто знает, что бы случилось, опоздай я хоть на минуту. - Ты не можешь иначе, - с теплотой произнесла она, похлопав его по руке. - Герой среди героев. Изуку солнечно улыбнулся, прогнав все ее тяжелые мысли. Она скучала по этому. В свете последних событий, дабы скрыть от него свою беременность, они почти не виделись. Она тосковала по нему больше, чем могла себе представить. Они еще немного поговорили обо всем на свете, но вскоре Деку ушел, когда его срочно вызвали на работу. Но она недолго была в одиночестве. Ее дверь в очередной раз распахнулась, но теперь она едва не слетела с петель, ударившись о стену. Под ее ошарашенным взглядом, в палату ворвался запыхавшийся Бакуго. - Круглолицая, какого черта? - рявкнул он, надвигаясь на нее. Он просто шел, но Урараке под впечатлением так не казалось. - Привет, Кацуки, - пискнула она, стараясь слиться с кроватью, на которой она лежала. Если бы за ее спиной не было изголовья кровати и стены, она бы попятилась назад. - Привет, блять? Мало того, что ты не отвечала мне, так еще и успела влипнуть в неприятности! - кричал парень, пнув по дороге стул, на котором сидел Изуку. - Почему я узнаю, что ты в больнице не от тебя, а от тупицы Деку? - И...извини? А что еще ей сказать? Прости, что почти два часа вертела телефон в руках и все никак не могла решиться нажать на кнопку, когда ее палец зависал над твоим именем? Прости, что не знала, стоит ли ей звонить или она этим самым переступит какую-то невидимую черту? Кацуки сжал зубы, чтобы не сказать что-нибудь лишнее. Он бросил куртку на стул и подошел к ее кровати, сев на самый край. - Ты в порядке? - спросил он, осматривая ее. - Да, по большей части. Меня, конечно, сильно приложили спиной, но исцеляющие причуды творят чудеса. Были еще обычные побочные проявления моей причуды, потому что мне пришлось применить ее для защиты. Из-за беременности они немного усилились, но ничего страшного. «Ничего страшного» совсем не читалось на лице Бакуго. Особенно когда увидел ее запястья. Он резко протянул руку и взял ее за кисть, приближая ее руку к себе. Урарака опустила взгляд и поджала губы, видя, на что он обратил внимание. Ее запястья были чуть ли не полностью зелено-фиолетовыми, с четкими следами чужих пальцев на коже. - Достаточно лишь грубой силы, чтобы заблокировать мою причуду, - прошептала она, стыдливо закрывая глаза. - Какой из меня герой... - Заткнись, - глухо зарычал Кацуки. Он на постоянной основе говорил куче людей, что они - отстой. В большинстве случаев, он правда так думал. Некоторым определенным людям он говорил это, чтобы задеть, даже если это неправда. Но сказать такое Урараке не пришло бы ему в голову никогда. Была всего пара человек, чью силу он настолько уважал. Это Всемогущий. И она. Поэтому, слышать как эта дура наговаривает на себя, было отвратительно. Если Урарака не была героем, то им всем тут вообще ловить нечего. Особенно ему. - Я не... - «Ты не» говоришь больше этого дерьма, поняла? - Бакуго твердо смотрел на нее. - У тебя, что, черт тебя, сотрясение или что? Откуда это взялось? Урарака позволила разочарованию затопить ее с головой. Она чувствовала себя униженной и слабой. Перед самым главным критиком - перед собой. - Я проиграла сегодня. Испугалась. Словно только вчера поступила в академию, а мне уже нужно сразиться с всемирным злом. Очако не знала почему, но это было легко - поделиться с ним своей слабостью. Когда ей приходилось признаваться в этом перед кем-то другим, то она всегда ожидала, в глубине души, насмешки или сочувствия. Но она не хотела ни того, ни другого. И от Кацуки она этого не получала. - Всегда страшно, когда есть что защищать, - серьезно сказал Кацуки, сдвинув брови, - даже мне... бывало. А это не шло ни в какое сравнение с тем, что сейчас переживаешь ты. Кажется, это голос Бакуго, но где сам Бакуго? Очако смотрела него во все глаза. Она помнила, что в тот вечер хотела, чтобы они никогда не были знакомы. Чтобы встретиться снова с чистого листа. Так почему ей сейчас казалось, что ее желание исполнилось? - Да, ты... прав. Тишина между ними в этот раз была самую малость неловкой. - Кхм... как ребенок? - блондин невольно бросил взгляд на ее живот, скрытый одеялом. Он знал, что еще рано, но ему казалось, что он видит там некую округлость. А когда Очако, словно услышав его мысли, провела по животу рукой в успокаивающем жесте, он проследил движение ее руки со странным трепетом в сердце. С ним что-то явно не так. - Ребенок тоже здоров, - радостно поделилась девушка, будучи счастливой переключиться на что-то более приятное. - Доктор Мацумото сказала, что он тот еще боец, держался молодцом. Ну, знаешь, есть в кого. Она игриво усмехнулась ему. Бакуго смотрел на нее и понимал, почему так много людей восхищаются ею. Она сильная - этого не отнять. Могла надрать задницу даже ему, а потом улыбаться и дуть на его рану, чтобы не щипало. - Да, - хрипло пробормотал Кацуки. - И правда есть.