Часть 2. В час беды и минуту отчаяния
3 декабря 2022 г., 20:52
Восемь лет назад
Дырявый Котёл заполнял размеренный, слившийся воедино многоголосый гомон. За каждым столом разношёрстные компании магов ели, выпивали, смеялись и спорили, обсуждали последние новости. Подхваченная велением волшебной палочки официанта грязная посуда плавно перемещалась по воздуху в сторону кухни, сливочное пиво и тёмный эль разливались по кружкам, аппетитные закуски манили своими ароматами. В помещении стояла приятная прохлада, в которой гости с удовольствием спасались от удушающей июльской жары, которая вот уже пару недель терзала юг Англии. Словом, это был самый обычный летний день для этого паба. Таким бы он и остался, если бы привычную обстановку не нарушила резко распахнувшаяся дверь заведения, которая с громким стуком ударилась о стену и отскочила. Гости мгновенно повернулись на звук, разговоры умолкли. В паб ввалилась, как всем показалось, вусмерть пьяная девица. Она сделала несколько неровных шагов и схватилась за ближайший столик, отчего тот сильно пошатнулся, стакан с пивом упал и покатился. Сидящий за столом немолодой волшебник ухватил посуду за мгновение до падения на пол. Осмотрев странную гостью, он понял, что она не пьяна, но, вероятно, ранена. Пальцы, сжимающие край деревянной щербатой столешницы, были в крови. Другой рукой девица держалась за правый бок. Капюшон тёмно-бордовой мантии закрывал лицо, но волшебник был готов поставить сотню галеонов на то, что оно мертвенно-бледное сейчас. — Леди, вам нужна помощь? — наконец спросил он немного взволнованно, но достаточно вежливо. «Леди» с усилием отпрянула от стола и, выхватив из кармана палочку, угрожающе направила её на посетителей паба. — Мне нужен… — она сделала два тяжелых коротких вздоха, — хороший зельевар. Очень хороший. Среди вас есть… хороший зельевар? Девица переминалась с ноги на ногу, из-под капюшона поглядывая на посетителей. Рука, крепко сжимающая древко, подрагивала не то от волнения, не то от боли. Поражённые такой наглостью волшебники не нашли, что ответить: многие осторожно потянулись за палочками, но в конфронтацию вступать не спешили. Повисла тяжёлая, долгая пауза. В тишине раздался звон, от которого некоторые вздрогнули: кто-то уронил вилку. — Ну же! Неужели в центре Лондона не найдётся хоть одного талантливого мастера зелий? — гостья начинала терять самообладание, рука с палочкой дрожала всё заметнее, а дыхание становилось всё более неровным и шумным. — Знакомый м-моего отца… П-профессор… из Хогвартса, — послышался робкий голос молодого юноши из дальнего угла паба. — Он очень хороший зельевар. Сидящая с юношей за одним столом молодёжь синхронно закивала. Незнакомка направила палочку на парня и сделала в его сторону несколько шагов. Остальные присутствующие неотрывно следили за девицей, готовые защитить если не робкого мальчика, то как минимум собственные жизни, если странная гостья начнёт бросаться заклинаниями. — Профессор из Хогвартса, значит... Знаешь, где его найти? — спросила девица, приближаясь к столику, за которым, вжавшись в спинки стульев, сидели недавние выпускники школы волшебства. — Д-да, — юноша неуверенно кивнул и осторожно поднялся с места, окаменевшими пальцами сжимая свою палочку. — Отлично. Трансгрессировать, надеюсь, ты умеешь. Незнакомка обошла стол и грубо схватила парнишку за плечо. Юноша беспомощно посмотрел на своих друзей, но они старательно избегали его взгляда. Раздался хлопок, и парень исчез вместе с непрошенной гостьей. Ещё несколько минут в помещении стояла гробовая тишина. Двое оказались в узеньком мрачном переулке перед невзрачной дверью. Ведьма скривилась и прикрыла ладонью рот, согнувшись пополам — после парной трансгрессии её едва не вырвало. Юноша кивнул в сторону немного покосившегося дома с наглухо зашторенными окнами. — Вот. Но я не уверен… что он там ещё живёт. — Проверим. Свободен, — девушка грубо оттолкнула от себя паренька, и тот поспешил ретироваться. Ведьма настойчиво заколотила в дверь с облупившейся краской, привалившись плечом к стене дома. — Эй, зельевар! — девушка снова зажала бок. Кровь начала большим тёмным пятном проступать через плотную ткань мантии. Ведьма тихо выругалась и зарычала. — Открывай, зельевар! Иначе я сдохну у тебя на пороге! Guder, jeg ber dere, sørg for at han er hjemme, — тихо добавила магичка. Когда за дверью послышались шаги, ведьма прижала руку к груди и беззвучно зашевелила губами. Дверь распахнулась, и непрошенная гостья ввалилась в дом и остановила своё падение, уперевшись ладонью в грудь хозяина. На белоснежной рубашке под распахнутой чёрной мантией остался влажный алеющий след. Хозяин дома не предпринял ничего, чтобы помочь ведьме восстановить равновесие. Напротив — он сделал шаг назад, ожидая, видимо, что девица рухнет на истёртый пыльный половик. Однако она всё же смогла удержаться на своих двоих. Перед ведьмой с волшебной палочкой наизготовку стоял высокий худощавый мужчина. Пряди чёрных волос обрамляли бледное сухое лицо с чёрными глазами. Положение его тела выражало готовность немедленно вступить в ожесточённую дуэль, но на лице не дрогнул ни один мускул, а взгляд оставался непроницаемым — словно два обсидиановых камешка поместили в глазницы. — Помоги… мне… зельевар, — делая короткие вдохи между каждым словом, проговорила незнакомка с заметным акцентом. Тон её был не молящим и даже не просящим, а скорее приказным. Будто она и вовсе не умела просить. Северус Снейп недоуменно уставился на непрошеную гостью, нахмурился, осмотрел девушку с ног до головы, ненадолго задержав взгляд на кровавом пятне на правом боку. Незнакомка подняла голову, и капюшон спал на плечи. Зельевар увидел длинные светлые волосы, заплетенные в несколько тугих — но порядком растрепавшихся — кос, бледное угловатое лицо и обрамлённые длинными ресницами голубые глаза, удивительно яркие и светлые, будто осколки необработанного топаза. Но больше всего внимание привлекали татуировки: лоб и щёки ведьмы были украшены сложными узорами, в которых Северус узнал древние рунические письмена. — Убирайтесь, — холодно ответил Снейп, недвусмысленно направляя на непрошеную гостью палочку. — Вон. — Мне нужно всего одно зелье, — голос ведьмы стал тише, но по-прежнему сохранял эту неприятную наглецу. — Всего одно. — Здесь вам не аптека. Нужна аптека, идите на Косую Аллею, — зельевар говорил тихо и спокойно, почти сквозь зубы. Он поднёс палочку ближе к лицу ведьмы. — Вон из моего дома. — Но ты ведь открыл дверь, — стояла на своём незнакомка. — Я лишь хотел взглянуть на того, кто посмел так настойчиво ломиться в мой дом, — с ядом в голосе пояснил Снейп. — Я удовлетворил свой интерес, теперь можете проваливать. Если не сделаете это самостоятельно, я вышвырну вас силой. — Да что ж такое… — в голосе случайной гостьи слышалась смесь негодования и разочарования. — Ладно. Девушка сделала сложный пас рукой, соединив в причудливом жесте большой и безымянный пальцы. В тот же миг на груди хозяина дома зеленоватым светом засияли руны, на том месте, где остался кровавый след женской ладони. Северус непроизвольно отступил, взглянув на символы. Он уже выбирал, каким именно заклятием швырнуть в нахалку, чтобы заставить пожалеть о содеянном, когда заметил, что на груди незнакомки вспыхнули аналогичные письмена. — Что за… — прорычал Снейп, в глазах его метались недобрые искры. — Теперь, — ведьма сделала несколько коротких вдохов, — если я умру… ты тоже умрёшь. Наши сердца… остановятся… одновременно, — она вымученно, но довольно ухмыльнулась. — Ну? Так поможешь мне или нет? Северус нахмурившись смотрел на теряющую силы гостью. Она прислонилась плечом к стене коридора и едва могла держаться на ногах. Место, где вспыхнули магические символы, неприятно покалывало. Декан Слизерина почувствовал, как к сердечной мышце подбирается что-то ледяное, будто серебряная змея заползла в грудь и обвилась кольцами вокруг сердца. Он никак не хотел признать, что его застали врасплох, но так оно и было. Такая наглость чудовищно злила, но при этом… удивляла? А эта магия… Судя по ощущениям, заклятие тёмное, и ведьма наложила его, даже не вынимая палочку. Сильные чары, такому на занятиях по древним рунам не обучают. Выбор был невелик: вытолкнуть умирающую ведьму за дверь и проверить, действительно ли её заклинание подействует, либо заткнуть подальше свою гордость, помочь этой вымогательнице и забыть случившееся, как страшный сон. Снейп шумно вздохнул, схватил магичку за запястье и повёл за собой. Минуя узенький коридор и тесную, заставленную книжными шкафами гостиную, они прошли в небольшую лабораторию. Зельевар грубо швырнул незнакомку на хлипкое низенькое кресло у стены, та скривилась и зашипела от боли, но не сказала ни слова. А затем расстегнула мантию и стала рыться в набедренном мешочке, очевидно зачарованном на пространственное увеличение, поскольку рука опустилась в него почти по локоть. Непрошеная гостья вытащила из сумки большой острый клык и положила на соседствующий с креслом письменный стол. — Здесь яд. Она снова запустила руку в мешочек и выудила из него пожелтевшую и смятую страницу, грубо вырванную из книги. — А здесь — тварь, которой принадлежит яд. Ведьма протянула зельевару листок, морщась от боли. Было видно, что каждое движение причиняет ей сильнейший дискомфорт. Снейп бегло изучил страницу древнего фолианта. На рисунке была изображена крупная змея с львиными лапами и львиной головой. Где она нашла эту тварь? Гликоны водятся только на юге Европы и встречаются крайне редко. Да и кому вообще в здравом рассудке придёт в голову нападать на пятиметровое чудище? Хотя, учитывая поведение девицы, здравость её рассудка можно было поставить под сомнение. От внутренних рассуждений Снейпа отвлек голос незваной гостьи: — Приготовь антидот, — всё тем же приказным тоном сказала незнакомка и, немного помедлив, добавила гораздо мягче: — Прошу. Как будто подсказывая, что медлить некогда, где-то под рёбрами возникло давление, сопровождаемое не острой, но довольно неприятной болью. Мастер зелий отложил листок и стремительным шагом пересёк комнату, остановился у стеллажа с десятками флаконов и бутылочек. Отыскав Кроветворное и Укрепляющее, он выхватил пару склянок и вернулся к «пациентке». С нескрываемой неприязнью на лице он протянул девушке зелья. — Пейте. По два небольших глотка каждого. Это замедлит кровотечение и даст мне больше времени. Незнакомка молча повиновалась. Северус тем временем не стал терять драгоценных минут и приступил к приготовлениям. Магией зажёг огонь под одним из котлов и вышел из комнаты. Вернулся он, на ходу перелистывая страницы увесистой книги. Найдя нужный раздел, Снейп кивнул собственным мыслям. Рецепт не самый сложный. Единственная сложность — яд гликона. Именно того, что укусил жертву. В любом другом случае — лечение бесполезно. Рана будет кровоточить, её не зарастить никакими заклинаниями и целебными мазями — кровь не будет сворачиваться. Жертву ждёт обильная кровопотеря, а затем мучительная агония. И похоже, ведьма об этом знала. Иначе зачем притащила зуб чудовища? Остаётся надеяться, что в клыке сохранилось достаточно яда. Северус начал подготавливать ингредиенты, наполнил котёл чистой водой. Незнакомка сидела в кресле, откинувшись на спинку, дышала часто и тяжело, рукой зажимала повреждённый бок, силясь хоть как-то остановить кровотечение. — Хватит пыхтеть, как загнанная кобыла, — не оборачиваясь, прорычал Снейп. — Если успокоите дыхание, будете терять меньше крови. Ведьма что-то недовольно проворчала на другом языке. Судя по интонации — ругательства. Но спустя несколько секунд всё же стала дышать медленнее и тише. — Как тебя зовут, зельевар? — через несколько минут спросила она, когда Северус добавил очередной ингредиент в котёл и перевернул песочные часы. Мастер Зелий проигнорировал вопрос. Он не имел ни малейшего желания вести светские беседы с этой психопаткой, взявшей его в заложники. — Мне просто интересно, в чей дом я вломилась и чью жизнь подвесила на волосок, — пояснила ведьма, блуждая взглядом по лаборатории и через открытую дверь заглядывая в гостиную. Снейп обернулся и смерил её пронизывающим, изучающим взглядом. Эти слова прозвучали донельзя спокойно и буднично. Словно она проворачивает подобное раз в неделю, не реже. Кто она такая? Судя по акценту и стилю магии, не англичанка и не американка. Скандинавия, наверняка. Руны там — чуть ли не популярнее, чем волшебные палочки. Северус заметил ещё несколько татуировок на запястье и пальцах. Далеко не все символы были ему знакомы. И что же иностранка с севера делает в Англии после стычки с чудовищем, обитающем на юге? Северусу хотелось бы знать ответ на этот вопрос. Но желание выставить ведьму за дверь, как только она снимет своё заклятие, было гораздо сильнее. — Так как тебя зовут? — повторила вопрос девушка, неотрывно глядя на потенциального спасителя. Северус отвернулся, снова проигнорировав свою «пациентку», и занялся подготовкой новых ингредиентов для противоядия. — Ну… я — Эва, — безмятежно представилась скандинавская ведьма. — Мне плевать. — О нет, зельевар, тебе не плевать, — ехидно протянула девушка — Тебе интересно, кто я такая и откуда взялась, — голос её стал чуть громче и не таким сдавленным. Похоже, выданные зелья начали действовать. — У тебя столько вопросов, и на них нет ответов. И тебя это бесит, да? Ты привык знать всё. Ты любишь быть умнее других и знать больше других. Поэтому сейчас ты пыхтишь и скрипишь зубами? Но не хочешь спрашивать. Потому что я тебя раздражаю? О да, я тебя очень сильно разозлила, не так ли? Остаётся лишь гадать, что бесит тебя больше: я или отсутствие ответов. Песочные часы уронили последнюю крупинку в нижнюю полость и замерцали ярким светом. Северус коснулся часов палочкой и перевернул, объём песка в верхней половине уменьшился. Мастер зелий добавил в котёл толчёные звёздочки бадьяна и принялся сосредоточенно нарезать корень златоцвета. — Как вы узнали? — он по-прежнему не оборачивался на ведьму. — О чём? — О том, что я привык знать всё. — Книги, — коротко ответила чужестранка и, немного помедлив, решила раскрыть свою мысль: — Они у тебя повсюду. И явно не для красоты. Ты зельевар, но книги не только про зелья. Предположу, что, чем больше ты знаешь, тем сильнее себя чувствуешь. А когда я уйду, ты будешь изучать рунную магию. Потому что заклятие моё снять не смог. Но в английской литературе ты ничего о нём не найдешь, так что можешь не тратить время. — Если вы уйдете, — бесстрастно поправил Северус, не отвлекаясь от своего занятия. Злость на заносчивую магичку наполняла каждую клеточку его тела. Эта иностранка во всем оказалась права. И это раздражало. Раздражало настолько, что Снейп оборвал собственную попытку про себя похвалить проницательность ведьмы. Следующие несколько минут прошли в молчании. Зелья действуют, это хорошо. Но, донимая свою «подопечную» расспросами, он понизит шансы на успех, следовательно, и на своё выживание. А у него есть ещё дела на этом свете. — Эй, зельевар, долго там ещё? — нетерпеливо поинтересовалась ведьма, когда до конца приготовления оставалось не менее тридцати минут. В этот момент Снейп изменял силу пламени под котлом, чтобы довести противоядие до нужной температуры. — Нет. Северус сверился с книгой и дотронулся до котла — тот был ещё слишком горячим. — А можно мне ещё тех зелий? — Нет. Снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь сдавленным дыханием раненой магички, шелестом краев чёрной мантии и мерным постукиванием ножа о деревянную доску. Северус методично нарезал, взвешивал и погружал в котёл ингредиенты, выдавливал сок из растений, отмерял нужное количество капель из маленьких скляночек. Вдруг он замер и выпрямился. Что-то было не так. В унисон этому чувству Снейп ощутил, как невидимая серебряная змея туже стянула кольца вокруг его сердца. Зельевар резко обернулся и посмотрел на свою «подопечную». Та сидела в кресле, завалившись на бок. Голова безвольно лежала на плече, выбившиеся из причёски влажные от пота пряди волос разметались по лицу. Под ножкой кресла образовалась внушительных размеров лужа крови. — Эй! — мужчина посадил девушку прямо, и двумя руками приподнял голову, пару раз несильно ударил по щекам. — Эва, вы слышите меня? Ведьма не реагировала. Снейп молниеносно оказался рядом со стеллажом и выудил оттуда непрозрачную склянку. Распечатав маленькую бутыль перед лицом девушки, он начал водить ею под носом ведьмы. — Ну, очнись! — прорычал Северус, напряженно вглядываясь в мертвенно-бледное татуированное лицо. Эва поморщилась, медленно заморгала и нахмурилась, а затем с отвращением отвела от лица мужскую руку со склянкой. — Что за вонючая дрянь… Зельевар шумно выдохнул, закрыл бутыль и поставил на стол рядом с креслом. — Ты отключилась. Больше так не делай. Если почувствуешь, что скоро потеряешь сознание, вдохни это, — Северус вернулся к приготовлению противоядия. — Поняла. Спасибо, — сдавленно проговорила ведьма и взяла в руку склянку, стала вчитываться в название, выведенное аккуратным бисерным почерком на приклеенном кусочке пергамента. — От твоего самочувствия зависит моя жизнь. Я сделал это не из благородных побуждений, — огрызнулся Северус, а затем добавил как бы между прочим: — Твоя магия очень тёмная. — А твой голос очень сексуальный, — ухмыльнулась ведьма. — Что, продолжим обмениваться комплиментами? Снейп с трудом удержался от порыва швырнуть в наглую гостью нож, которым прямо сейчас нарезал печень лягушки. Через пару минут он всё же решился задать вопрос, который его мучил всё это время: — Где ты нашла гликона? — Под Бирмингемом, — спокойно и без утайки ответила магичка. — Они там не водятся. — Это верно. Зато там водится коллекционер, который плохо следит за своими живыми экспонатами. Тварь сбежала, меня наняли, чтобы её отыскать. «Наняли» — отметил про себя Северус. Значит, встреча с монстром не была случайной. Похоже, ведьма промышляет охотой на магических существ. — Ты убила довольно редкое создание. Насколько я знаю, гликонам грозит вымирание, — Снейп говорил без сожаления или осуждения. Просто сухая констатация факта. — Кто сказал, что я его убила? — удивилась Эва. — Тогда бы мне не заплатили. Я вернула тварь хозяину и получила целую кучу золота. Хотя за сломанный клык часть суммы пришлось вычесть. — То есть ты получила рану от гликона, зная, что это смертельно опасно, — мастер зелий вполоборота посмотрел на ведьму, — затем взяла монстра живьем, попутно лишив зуба. Притащила его хозяину, получила плату. И только затем отправилась искать помощь? — Ну да, — ответила ведьма с недоумением, словно эта последовательность действий была вполне логичной, а удивление зельевара казалось ей очень странным. — В школе, где я преподаю, есть целый факультет таких придурков, — раздражённо выплюнул Северус. Эва не ответила, лишь хмыкнула, а затем поднесла к лицу склянку с «вонючей дрянью» и, морща нос, сделала несколько коротких вдохов. Снова воцарилась тишина. — Удивительный ты человек, зельевар, — через несколько минут нарушила молчание ведьма, — Иные в твоём положении были бы напуганы, пощады просили, пытались договориться. А ты… работаешь, как ни в чем не бывало. Ещё и ворчишь, иронизируешь. Это профессорство так тебя закалило? — Можно и так сказать, — уклончиво пробормотал Снейп. Когда, наконец, зелье было почти готово, Северус добавил в котёл финальный и самый важный ингредиент — несколько капель яда, которые предварительно извлёк из клыка чудовища. Зелье зашипело, запузырилось и приобрело глубокий фиолетовый оттенок. Снейп приманил магией один из кубков и зачерпнул в него противоядие. Затем подошел к «пациентке» и протянул спасительный напиток. Девушка вытянула руку и, на мгновение замерев нерешительно, всё же приняла тару и в несколько глотков осушила. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга в ожидании. Затем ведьма скривилась и застонала, схватилась одной рукой за поврежденный бок, а другой впилась ногтями в обивку кресла. Противоядие начало действовать. С минуту боль не отпускала девушку, но вскоре ведьма выпрямилась в кресле, подняла взгляд на зельевара и удовлетворённо кивнула. — Я сделал, что нужно. Теперь сними своё заклятие, — потребовал Снейп. Ведьма сложила пальцы правой руки и очертила в воздухе руну. Зеленоватые символы мгновенно испарились. Девушка запустила ладонь в набедренный мешочек, всё ещё морщась от сильной боли, и вытащила из него пригоршню золотых монет, положила их на стол. — Это за зелья и ингредиенты, что тебе пришлось потратить. Прости, зельевар, что подвергла твою жизнь опасности, — тихо добавила охотница, — Я просто не умею вести переговоры. Может, всё же скажешь, как тебя зовут? — Зачем тебе это знать? — сухо поинтересовался зельевар. — Чтобы молиться богам о твоём здравии, — без малейшей тени иронии ответила ведьма. — Я не верю в твоих богов. — Это неважно. Моей веры будет достаточно. — Северус Снейп. Так меня зовут, — отрывисто проговорил мастер зелий только затем, чтобы ведьма от него отвязалась. — Северус Снейп, — повторила ведьма на норвежский манер, с нажимом на звонкую твёрдую «р». — Рада знакомству. Девушка вытерла ладонь о подол мантии и протянула её для рукопожатия. — Не думай, что это взаимно, — проворчал Снейп, игнорируя протянутую руку. Ведьма вымученно усмехнулась. — Я должна залечить свою рану, — сказала она после недолгого промедления. — Иначе отправлюсь к праотцам раньше, чем переступлю порог этого дома. Прошу, позволь сделать это. И тогда я уйду и больше тебя не потревожу. Снейп напряжённо вздохнул. Хотелось взять ведьму за шкирку и вышвырнуть прочь из дома. Но впервые за всё время в её голосе не было приказного тона и самоуверенной наглецы. Она действительно выглядела ужасно, несмотря на противоядие: кожа стала совсем белой, всё лицо мокрое от испарины, глаза красноватые и влажные, взгляд затуманился от боли. Она действительно была на пороге смерти, хотя и старалась не подавать вида. — Делайте, что нужно, и проваливайте, — выплюнул Северус и принялся наводить порядок в рабочей зоне. Охотница поднялась с места и скинула с себя мантию. Та соскользнула на пол и плюхнулась прямо в лужу крови возле кресла. Снейп вполоборота оценивающе осмотрел рабочую одежду охотницы: штаны из драконьей кожи, светлая хлопковая рубаха, крепкие наручи на предплечьях и жилет также из качественной драконьей кожи с защитными металлическими вставками. К сожалению, от клыков гликона они не спасли. С правой стороны жилет и рубашка были разорваны в клочья, кровь обильно пропитала ткань. С трудом удерживая равновесие, ведьма вернулась в кресло и принялась стягивать с себя окровавленные лохмотья. Снейп мгновенно отвёл взгляд и сосредоточился на очищении лабораторной утвари и раскладывании её по своим местам. Слух уловил, как на пол рухнул жилет, звякнув металлическими пластинами, а следом за ним отправилась рубашка. Он даже не удивился тому факту, что ведьме не претит мысль оголяться в присутствии чужого человека. Через несколько минут за его спиной Эва выругалась на родном языке и зашипела сквозь зубы, а затем негромко застонала. Северус машинально обернулся, уже опосля вспомнив, что женщина сидит почти без одежды. Благо, ей хватило приличий остаться в нижнем белье. Охотница сжимала дрожащей рукой волшебную палочку и направила кончик на жуткого вида рваную рану. Гликон, к счастью, не вонзился клыками ни в один из внутренних органов, но он попросту оторвал кусок плоти от правого бока. В верхней части ранение было настолько глубоким, что проглядывалась белесая поверхность ребра. Обычно при таких повреждениях люди корчатся и вопят от боли, а эта ведьма не только смогла добраться до дома зельевара, но перед этим умудрилась закончить свою работу и получить плату за неё. Скользнув взглядом по коже охотницы, Северус понял, что превозмогать увечья этой чужестранке не впервой — всё её тело было покрыто старыми шрамами различного происхождения: продольные полосы от когтей, следы зубов и ожогов виднелись на плечах, торсе и руках. Ведьма, не обращая внимания на наблюдающего за её действиями зельевара, кое-как колдовала над раной. Выходило у неё из рук вон плохо: куски плоти срастались, но уже через пару мгновений разрывались вновь, что наверняка причиняло неимоверную боль. У Эвы попросту не хватало сил, чтобы сосредоточиться и наложить заклинание как следует, дело осложнял к тому же остаточный эффект яда. Ведьма в очередной раз выругалась сквозь зубы и рвано выдохнула. Северус пару минут наблюдал за безуспешными попытками врачевания, шумно вздохнул и потёр переносицу, зажмурившись. Нет, он не станет помогать ей. Не станет. Пусть эта сумасшедшая шантажистка справляется сама. И всё же смотреть, как кто-то отвратительно справляется с тем, что он делает превосходно, всегда было для Северуса Снейпа чем-то близким к медленной жестокой пытке. — Откинься на спинку, — приказал Северус, извлёк волшебную палочку из рукава и подошёл к охотнице. Эва подняла на него немного ошалелый взгляд, но указание выполнила. Её рука плетью повисла вдоль измождённого тела. Снейп принялся водить палочкой над ранением. Кровь перестала сочиться, а разорванные кусочки плоти устремились друг к другу, постепенно соединялись и срастались. Ведьма молча следила за движениями мастера зелий и лишь немного морщилась от боли, когда магия Северуса делала свою работу. Когда рана стала уже не такой большой и перестала кровоточить, зельевар взял с одной из полок чистую салфетку, покрыл её экстрактом бадьяна и приложил к ране, затем взмахнул палочкой, и широкий бинт опоясал девушку. Снейп выпрямился. — Через пару дней заживёт, — констатировал он, изящным движением убирая палочку в рукав. Эва поднялась с кресла, осторожно ощупав свежую повязку, и долго не отводила взгляд от зельевара, который продолжил приводить в порядок лабораторию, расставляя по полкам банки с ингредиентами. — Зачем? Почему ты это сделал? — девушка не могла скрыть удивление в голосе. — Ты ясно дала понять, что не покинешь мой дом, пока не залечишь свою рану, — холодно ответил Снейп, не отвлекаясь от своих занятий. — Без моей помощи ты бы провозилась до следующего полудня, либо вовсе умерла здесь от кровопотери. Ещё не хватало мне объясняться с мракоборцами, откуда у меня в лаборатории труп полуголой истерзанной иностранки. На сегодня у меня не было в планах оказаться в центре международного скандала. И в конце концов… я предпочитаю доводить дела до конца. Хотя ты всё равно довольно скоро умрешь, если продолжишь зарабатывать на жизнь столь неблагоразумно опасным делом. Везение не будет хранить тебя вечно. — Это не везение, зельевар. Это мастерство, — твердо ответила девушка. — И не стоит так пренебрежительно относиться к профессии, благодаря которой на твоих полках покоится треть ингредиентов. Если бы не охотники, волшебникам было бы нечего бросать в котлы, — выговорила она с тенью обиды, а после добавила уже спокойно и задумчиво: — Что ж… ты помог мне, хотя был не обязан. И это после того, как едва не остановила твоё сердце. Боюсь, теперь этих монет не хватит, чтобы заплатить тебе. Северус бросил взгляд на горсть золотых галеонов на столе. Ингредиенты, которые он использовал, стоили втрое меньше. Он вопросительно посмотрел на ведьму. — За жизнь платят жизнью. Таковы традиции. Таков закон, — отчеканила охотница. — Ты, кажется, планировала возносить молитвы о моём здравии, — саркастично протянул Северус, прекратил свое занятие и, скрестив руки на груди, застыл посреди лаборатории. — Этого будет достаточно. — Это тоже будет, не сомневайся. Ведьма медленно наклонилась к луже собственной крови у ножки кресла и обмакнула в ней указательный палец, а затем выверенными уверенными движениями принялась выводить кровью руны на собственном левом предплечье. Снейп с тревогой наблюдал за её движениями, но не пытался остановить. На опыте он знал, что даже простейшие заклинания способны стать разрушительными, если нарушить их наложение. А магию этой ведьмы никак нельзя было назвать простейшей. Эва заговорила громко, чеканя каждое слово: — Пусть боги будут моими свидетелями. Я клянусь своей жизнью и бессмертной душой: в час беды и минуту отчаяния, когда зельевару Северусу Снейпу будет грозить смертельная опасность, я клянусь быть рядом и сохранить его жизнь. Ибо в час беды он сохранил жизнь мою. А если Клятва моя не будет исполнена, пусть сердце моё остановится в тот же миг, а бессмертная душа утратит суть свою. Таково моё слово. Такова моя Клятва Души. Когда ведьма произнесла последние слова, кровавые руны вспыхнули огнём и раскалённым клеймом впечатались в кожу. — Что ты наделала? — Северус не отрываясь смотрел на алые символы, застывающие на тонком женском предплечье. — Заплатила справедливую цену. До встречи, зельевар. Извини за беспорядок. Проницательный взгляд голубых глаз в последний раз скользнул по удивлённому лицу хозяина дома. Девушка подняла с пола свою грязную одежду и, небрежно накинув мантию на голые плечи, выскользнула из лаборатории. Хлопнула входная дверь. Больше Северус Снейп не видел странную охотницу. До тех пор, пока не наступили его час беды и минута отчаяния.
