Слишком рано и не вовремя

      — Лен, не переживай так, не надо. Что ты, в самом деле, как маленькая. Ты совершенно меня не стесняешь. Первый раз, что ли?       — Ты не сходишь в аптеку, милый? Голова с дороги жутко разболелась и колено после последнего прыжка как-то не очень хорошо себя чувствует.       — Боже мой! Опять?! Когда ты успеваешь-то всё это? — Егор закатывает глаза и обнимает Лену за плечи, прижимая к себе, целует в макушку. Соскучился, оказывается. Сколько они не виделись? Месяц, наверное. У Лены была длительная командировка в Калифорнии — готовился цикл передач про скейтбординг. Неудивительно, что болело колено после этого путешествия — как же можно удержаться и не закатнуть с профессионалами, тем более на родине этого самого скейтборда. — Располагайся пока, сходи в душ, отдохни. Сейчас закажем поесть и я бегу в аптеку. Потом можем прогуляться, я тебе всё покажу. Как раз и с номером всё прояснится к тому времени, думаю.       Ленка чуть младше, на пару лет. Любимая сестра, единственный родной человек на свете. Родители погибли 20 лет назад в автокатастрофе, и их растили бабушки и дед, папин папа. Но и стариков со временем не стало, к сожалению, поэтому они привыкли держаться друг за друга, поддерживать и не расставаться надолго.       В отличие от рассудительного и серьёзного Егора, Лена уродилась хулиганкой и непоседой. «Вся в вашу породу, в Вяземских!» — сетовала бабушка Валя, мамина мама, обрабатывая в очередной раз разодранные локти и ссадины на лбу Лены. «Ну вот что ты хотела найти на дереве, деточка?! Куда тебя понесло опять?!» Таких историй было вагон и маленькая тележка за всю пока ещё недолгую жизнь Ленки. Егор только и успевал её вынимать, снимать, вылавливать и вытаскивать из разных интересных мест. Будучи уже постарше, приходилось и драться за неё, ибо палец в рот Лене тоже класть не стоило. Острый язык был хорошо подвешен, за что и прилетало не раз. И Егору тоже — спасибо любимой сестре.       Все виды экстремального спорта она перепробовала, кажется. Ну, или стремилась к этой цели, не останавливаясь надолго. Только если подлечить травмы. Телефонные звонки от Лены, которые начинаются со слов: «Ура! Ты не поверишь, Егор, куда я еду!» раздаются с досадной периодичностью и сулят километры вымотанных нервов и бессонные ночи, когда она не отвечает на звонки и смс… «Егор, ну там не было связи, ну не надо сердиться! Ты же знаешь, если что-то случилось бы, ты б уже знал. Плохие новости долетают быстрее хороших». Умеет сестрёнка успокоить, что и говорить!       Рафтинг? Пожалуйста. И вот Лена уже мчит с группой на Алтай, или в Якутию, или на Кавказ.       Или полёты с парусным крылом. Вот что ещё хуже можно было придумать?!       Про мотоцикл, который Лена любит так, как не всякий мужчина свою тачку, вообще и говорить не стоит. Ducati Super Sport, красного цвета, девочка гоняет, всё-таки…       И профессию Лена выбрала так, чтоб можно было совмещать с любимым хобби — она журналист и фотограф. Таскается по миру с пользой для общества, ведёт блог на YouTube, для таких же ненормальных экстремалов, как сама. Но добрая половина подписчиков, Егор уверен, приходит, чтоб поглазеть просто на Лену. Потому, что там действительно есть на что посмотреть. Ленка, хоть и сорвиголова, но за собой следит и ухаживает. Шикарные тёмные прямые волосы, тонкое, изящное тело, рельеф мышц на животе и проработанные лазаньем по горам и прочим малодоступным поверхностям, руки. Яркие голубые глаза — «в породу Вяземских», как сказала бы бабушка.       Сюда, на морской курорт, Лена приехала тоже за репортажем, хоть и не её немного профиль был. Но здесь дислоцировался любимый брат — грех было не воспользоваться возможностью и не повидаться. Тем более, на побережье отдохнуть пару дней. Сто лет не виделись! И вообще, нужно было самой оценить состояние Егора после расставания с этим мужчиной, который никогда Лене не нравился: он её пугал и настораживал, хоть и виделись они за пять лет от силы пару раз. Слишком взрослый он был для Егора, слишком неподходящий по всем параметрам. А по телефону не очень-то поймёшь душевное состояние брата, привык всё скрывать и жить за семью печатями. И это тоже всё из-за этого Евгения. Спрятал его, будто брат был его собственностью. Хорошо, что Егор наконец-то решился на разрыв отношений. Идеальное терпение лопнуло. Не прошло и года, как говорится.       Лена не слышала, пока была в душе, как Егор заказал еду в номер и вышел в аптеку. Надо не забыть спросить про день рождения Евгения — поздравил ли его Егор? ***       Никита сегодня твердо решил прийти к Егору. Пары дней хватило, чтоб понять, что желание видеть этого человека рядом растёт в геометрической прогрессии. Хочется смотреть в карие глаза с кусочками солнца и плавиться, слушать спокойный голос, ощущать уверенность, которую он излучает…       Поднимается по лестнице, потому как нет сил ждать лифт, полный решимости. Третий этаж, 318 номер. Постучал в нетерпении.       — Ну Егор, ну ты как всегда, ей-богу. Как можно вечно забывать ключи? — слышится приближающийся голос за дверью.       Что?! Кто это?!       И нет времени, чтобы сбежать, дверь быстро открывается и перед Ником возникает девушка с полотенцем на голове, в футболке, явно с чужого плеча, потому, что на ней она смотрится коротким платьем.       — Ой, не Егор, — смеётся незнакомая девица, придерживая разматывающийся тюрбан на длинных волосах. — Курьер? А где еда? Ты кто, малыш? Потерялся?       От такого наглого напора незнакомки Ник на мгновения впадает в ступор. Чувствует, как краснеет и начинает отступать в коридор. Красивая, чёрт её возьми.       — Извините. Я ошибся дверью, видимо. Или не только дверью… — уже тише, разворачиваясь и уходя. — Удачи! — оборачивается, взяв себя в руки и улыбаясь самой своей обаятельной улыбкой, взмахивает рукой на прощание.       В кармане звонит телефон, когда Ник, не помня себя, сбегает вниз по лестнице:       — Да, мам. Хорошо, мам. Да, забыл. А написать можно? Обязательно звонить? Хорошо, мам. Да, занят, наберу позже.       В холле, уже в дверях, естественно, сталкивается с Егором, который тоже говорит по телефону:       — Уже поднимаюсь, что случилось то? Соскучилась? Посмотри в ванной, там должны лежать.              Хоть Ник и закончил разговор, телефон от уха не спешит убирать, чтоб не было повода заговорить с Егором.       Просто глаза в глаза, встреча в дверях. Секунды. И разошлись.       — Никита!       — Извини, важный разговор, — говорит и показывает свободной рукой на телефон, зажимая динамик, — тороплюсь очень!       Руки трясутся, в глазах темнеет. Выскакивает на улицу, воздух будто вышибают из лёгких, дышать трудно. Блять!!! На что он рассчитывал-то вообще?! Что он знает об этом человеке? Почему решил, что Егор его тут ждёт в одиночестве и скучает, задумчиво глядя в окно? И что это одиночество не может скрасить девушка? Девушка?! Да как так-то?! А что изменилось бы, если бы ему открыл дверь парень? Было бы больнее? Хуже? Лучше? По лицу бы ему прописал? Непонятно, что злит больше: что это девушка и он так ошибся, или то, что вообще там кто-то его ждёт, в принципе? В его номере, в его футболке. В его постели?! Пиздец, просто пиздец… Наличие в прикроватной тумбочке презервативов и смазки не делают из Егора стопроцентного гея, что ж…       Как же так?! Почему же так больно и обидно? Невозможно, чтобы Егор кого-то сейчас обнимал и целовал своими мягкими, требовательными губами, смотрел в глаза осколками обжигающего солнца! У себя в голове Ник уже присвоил Егора себе и не хотел им ни с кем делиться. Просто нужно было время, чтоб проявить себя, подойти ближе. А тут вот как, оказывается…       ***       Егор сейчас ничего не понял. Что это было вообще? Почему Ник смотрел на него такими потерянными глазами? Там, в глубине его глаз, в радужке, серый лёд покрывал всё толстой коркой, а руки дрожали. Это что за разговор такой важный у него? Что-то случилось?       Поднимается в задумчивости в номер по лестнице, а следом приезжает курьер на лифте. Вместе заходят в дверь, Егор расплачивается и Лена забирает пакеты.       — Ну наконец-то. А то ходят тут всякие красавчики невозможные, дверьми ошибаются, смущают невинных девушек своими глазищами голубыми, — смеётся Ленка.       — Красавчики? С голубыми глазищами?!       И у Егора в голове постепенно начинает складываться пазл из только что случившихся событий …       — Лен, а давай поподробнее, пожалуйста, с этого момента.       — С какого именно?       — Как дверью ошиблись.       — Ну что там интересного-то? Парень постучал, я открыла. Сначала подумала, что это ты, ворона-кума, как обычно, ключи забыл. Поняла, что и не курьер это, пакетов с едой не было в руках. Малыш так растерялся при виде меня, что будто язык проглотил сначала. Даже покраснел немного. Это было так забавно! Я же со своими шуточками вечно, в краску его вогнала, видимо. Но он сказал, что ошибся дверью и ещё чем-то — я не расслышала — и сбежал быстренько.       Егор медленно опускается на стул на кухне. Блять. Он понимает, что приблизительно надумал себе Никита за то короткое время, как пробыл здесь, как накрутил себя, судя по затравленному взгляду.       Лена за это время, пока рассказывала, разобрала пакеты с едой, достала таблетки от головной боли.       — Егор, что с тобой? Таблетку дать? На тебе лица нет, что ты завис-то?!       — Давай поедим и мне надо будет уйти ненадолго. Кажется.       — То есть, ты хочешь сказать, что это был твой знакомый и дверью он не ошибся? — Лена смотрит пристально, будто сканируя мысли и всего Егора, считывает его реакцию.       — Да, Лен, именно так.       — Переспали уже, судя по реакции парня, да? Чего бы ему так дёргаться то и срываться с места?       — И откуда ты такая умная свалилась мне на голову?       — Офигеть, конечно. Я тут мчу к нему, думая, что брат разваливается на куски от тоски после расставания с партнёром, а он трахает красавцев юных на берегу моря! — смеётся Ленка, но замолкает сразу, потому что Егор совсем не расположен к такому тону общения. Он до сих пор прикидывает, как быть дальше.       — Лен, не надо.       — Да поняла я, поняла уже. Всё так серьёзно? Ты хочешь сказать, что за неделю — или сколько ты тут уже — ты успел влюбиться сам и влюбить в себя мальчишку?!       — Я пока не готов ответить ни на один твой вопрос, прости. Я правда не понимаю пока ничего.       — Что сделать-то надо? Он так дорог тебе? Давай вместе пойдём и найдём твоего ревнивого психа, я сама всё объясню ему.       — Не думаю, что это правильное решение…       А может, так и правда лучше? Может, хорошо, что всё так получилось? Никита побесится немного, приревновав, и всё забудется. А уж он, Егор, как-нибудь тоже постарается пережить, забыть этот эпизод своей жизни. Что может удержать Ника рядом с Егором? Такого свободного и юного? Зачем разбивать своё сердце ещё раз? Это больно, как оказалось, особенно сейчас, когда оно и без этого ещё кровоточит тоской.