Hazy dreams

      Длинный мрачно-синий зонтик стукнулся о порожек у входа, осыпал пол глухим стуком посеребренных светом тусклых ламп капель воды. Щелкнул замок — Наказато тихо прикрыл дверь. Зонтик раскрылся, стукнулся о стену, чудом почти не намочив обои, пускай пол все равно надо было протереть.       Такеши сказал себе, что обязательно займется этим. Просто не сейчас.       Из спины будто бы вытащили стержень, что удерживал его весь этот проклятый день. Прохлада влажного дерева манила прилечь прямо на месте, и Наказато пришлось приложить немало усилий, чтобы не поддаться искушению. Он не мог позволить себе испачкать рабочую одежду в первый же день после стирки.       Строгие ботинки стукнули каблучками об пол, где чуть не рухнул Такеши, носки тут же были забыты где-то рядом. Домашняя футболка — давно немного дырявая, но все такая же любимая — будто бы сама скользнула в руки. Летняя жара, казалось, плавила мозг даже душным вечером после дождя, и мысли о расстеленном футоне казались такими приятными — но Наказато просто плюхнулся спиной на прохладный пол. Двигаться не хотелось совершенно. Может быть, чуть-чуть хотелось плакать. Такеши говорил себе, что это просто усталость.       Заверещавший звонок на двери застал его врасплох. Такеши никого не ждал. Но звук все не прекращался, и без того раскаленная в духоте голова начинала неприятно ныть. Наказато устало застонал, переворачиваясь на бок, и все-таки — неохотно, а оттого медлительно — поднялся на ноги, совершенно не задумавшись, что, может быть, ему стоило бы надеть не только футболку, но и штаны.       За дверью стоял Шинго, отсыревший до последней ниточки. Казалось, он пытался выглядеть уверенным, но то ли выдававшее его с головой все время меняющееся выражение лица, то ли липнущие к лицу пряди тяжелых от влаги волос делали его каким-то потерянным.       — Ты так и будешь стоять, или пропустишь меня? — наконец язвительно начал Шинго, но прикусил язык, наткнувшись на уставший взгляд Наказато. — Дерьмовый день? — уже тише спросил он, просачиваясь за распахнутую шире дверь. Такеши что-то пробурчал в ответ, и Шинго не стал уточнять, приняв это за согласие.       — Ты какими судьбами? — Наказато вздохнул. — Только не говори, что опять потерялся возле моего дома, увидел мою машину на стоянке и решил зайти.       — Мне что, промолчать? — Шоджи фыркнул, отводя взгляд, и все равно возвращаясь им к Такеши — то на лицо, то чуть пониже.       Такеши хихикнул, но прозвучало это как-то печально. Шинго закатил глаза.       — Выглядишь дерьмово, — буркнул он. — Ты бы хоть приоделся, — и фыркнул, кивая на выглядывающие из-под длинной футболки боксеры. Такеши вздрогнул, неожиданно для себя понимая свою ошибку, и Шинго хихикнул от вида заалевших ушей. — …Хотя лучше не надо, — Шоджи усмехнулся, и Наказато отвесил ему несильный подзатыльник.       — Пошли, возьмешь полотенце. Пол мне весь намочил.       Шинго обнял его со спины — Такеши вздрогнул, то ли от неожиданности, то ли от холода сырой одежды. Влажные темные пряди защекотали шею, Шоджи положил подбородок ему на плечо. Такеши чуть обмяк и прикрыл глаза, уронил голову назад, и Шинго что-то недовольно забормотал о том, что он, в отличие от Наказато, поднять и удержать его не сможет — но руки не разжал, а только лишь сплел пальцы на его груди. Такеши положил ладони сверху на его. С губ сорвался судорожный вздох, отдавшийся дрожью во всем теле.       — Эй-эй, ты чего? — всполошился Шинго, уже знавший эти вздохи. Дерьмовые дни у Такеши случались чаще, чем им обоим хотелось бы, и Шинго приходил без приглашения в такие дни чаще, чем хотелось бы уже Такеши — и оба ни за что не признают, сколько в действительности присутствие партнера приносило спокойствия. — Так сильно заебался?       Наказато угукнул и чуть развернулся, обнимая его в ответ. Прохладная от влаги одежда уже не казалась такой проблемой, но в голове все-таки промелькнуло беспокойство о здоровье Шинго.       — Идем, дурачок, — беззлобно буркнул Такеши и потянул так и не выпустившего его из кольца рук Шинго за собой. Шоджи зафыркал, капли с волос неприятно заскользили за шиворот. Такеши бросил в него полотенцем.       Похоже, сегодня Шинго не собирался уходить.       Наказато стукнул портфелем об пол возле низенького столика — тот будто сам выскользнул из уставших рук.       — Опять бумажек сверху накидали? — Шоджи усиленно тер голову махровой тканью. Такеши снова угукнул и опустился на подушку подле столика, пытаясь игнорировать желание просто завернуться в одеяло и уснуть. Шинго фыркнул, скомкал полотенце, стараясь избегать пальцами мокрых частей, и потянулся за футболкой. — Пидарасы.       — Погоди, — Наказато склонился вбок, протянул руку к Шоджи, и Шинго хмыкнул, плюхаясь практически на Такеши. Поцелуй на ключицах — голова скользнула вниз, лицом тыкаясь в грудь Шинго. Тот беззлобно хихикнул и взъерошил прилизанные волосы.       — Расслабься уже, идиот, — голос мягкий, не такой, как на людях, когда им обоим нужно казаться слегка иными людьми, чем они есть на самом деле. — День закончился, — приятное почесывание затылка. Такеши выдохнул. Два таких простых слова.       Верно. День закончился.       Шинго обнял его, снова. Пальцы неосознанно и будто бы неловко бегали по спине — Такеши медленно расслаблялся. Может быть, действительно стоило отложить дела на попозже, уже на выходные, а сейчас просто поддаться касаниям и усталости.       Такеши снова вздохнул.       — Так-то, — довольно хмыкнул Шинго — он всегда был так доволен, когда у него получалось отвлечь Наказато от напряжения, пускай сам Такеши, податливо размякший в его руках, и не очень понимал, почему. — Ну что, кого сбить на этот раз?       — Не надо никого сбивать, — заулыбался Такеши, и Шинго поежился от его щекотливого дыхания. — Коллеги достали, вот и все.       — Вот и пошли они, — буркнул Шоджи. — Возьми отпуск.       Наказато наконец рассмеялся, и Шинго в ответ сиял гордостью — то ли за Такеши, то ли за себя самого — не хуже начищенного пятака.       — И вообще, я жрать хочу, — в наглую добавил Шоджи — Наказато с улыбкой закатил глаза.       — Готовить придется.       — Опять?! И как в тебя столько лезет, Такеши! Я же всего-то позавчера..! — наигранно-возмущенно заахал Шинго, оба прекрасно знали, что того, что он готовил в прошлый раз хватило бы всего на пару приемов пищи. Он готовил немного, будто бы только для себя, но Такеши знал, что ближайший день ему не придется беспокоиться о завтраке и ужине. А там и Шинго снова заглянет. Такеши нравилось.       Шоджи что-то недовольно — Такеши знал, что это просто игра — бормотал на кухне, все-таки одевшись, и даже нацепив фартук. Штаны остались валяться где-то рядом с промокшей насквозь футболкой, и теперь их с Наказато импровизированные наряды отличались разве что расцветками. И Шинго казался таким домашним и будто бы даже уютным. Такеши нравилось.       Они смеялись, и теплый запах свежей пищи из всего, что нашлось в холодильнике щекотал желудок, и прошедший день уже казался таким далеким-далеким, а запасная пара ключей, прохладой металла вложенная в ладонь Шинго — такой правильной. Наказато думал, что, наверное, стоило это сделать еще раньше.       — Может переедешь уже?       — Ага, чтобы я тебе каждый день готовил? Вот какой у тебя план, Такеши? — ахнул Шинго, шутливо хватаясь за сердце. — Не дождешься.       — Даже если я очень попрошу? — Наказато уложил голову ему на колени, и Шинго окончательно растрепал чужую прилизанную укладку.       — Ну, если уж сам Наказато Такеши снизойдет до меня, простого смертного, — фыркнул Шоджи. — Тогда, может, подумаю.       Такеши захихикал, и Шинго щелкнул его по носу.       Он остался.