Тень

Как же иногда люди любят лезть в чужую жизнь. От скуки ли? А может из вредности? Скарамучча так и знал, что ему придется оказаться в центре и находится в окружении своих союзников в лице верхушек Фатуи. Одним словом — цирк, а Скара главный герой представления. — Как ты мог оказаться пидорасом? — вздохнул Панталоне, что сидел дальше всех и явно не горел желанием рыться в чужом грязном белье. Так, чисто для галочки бросил вот такую фразочку и затих, пересчитывая деньги в своих руках, полностью погружаясь в это дело. Синьора просто молча смотрела на Скарамуччу. Она уже все высказала. Агрессивнее всех была настроена Арлекино. — Ты просто мерзкий. — с презрением произнесла она. — Ты не член Фатуи, если привязался к кому-то. — девушка кинула еще более неприятный взгляд на Тарталью. — Поблажки делают слабаками. — Очень бесчувственная? — Чайльд ухмыльнулся. — Нет никакого правила, что нам нельзя иметь отношения. Да у нас вообще правил нет, если уж на то пошло. — Зачем нам Скарамучча? Он сам теперь на задних лапках перед Казухой бегает, уже все это замечают. Он нас позорит. — сквозь зубы произнесла Арлекино. — Пусть уходит из Фатуи. — Да пошла ты нахуй! — Скарамучча обернул на пол первое, что попалось под руку, и металлические ведра посыпались вниз с громким отвратительным звуком. В принципе, парень знал, что слова Арлекино — ничто. Не она решает, кто состоит в Фатуи, а кто нет. Почему ее вообще волнует, с кем там Скарамучча встречается? Этот утренний разговор подпортил парню настроение. К тому же каждый уголок тела ужасно болел, кости ломило, хотелось просто лечь и лежать мертвецом. Дверь в кабинет Дотторе очень уж привлекала, но Скар знал, что ему там не помогут. Казуха опять не выспался. Залил в себя с утра чашку кофе и отсидел пять уроков с горем пополам. Парень держал в руках телефон, лежа на парте, и бездумно листал новостную ленту, просто чтоб не вырубиться. Его внимание привлекло сообщение от неизвестного номера. Когда Казуха открыл чат, сон как рукой сняло. Сначала отправитель скинул видео, а затем довольно сухой текст. Каэдэхара усмехнулся. То самое видео, как Скарамучча целует его на вечеринке у Кэйи. Очень забавно. Казуха подметил, что тот, кто снимал, явно находился вне игры. Скорее, кто-то из-за двери осторожно высунул телефон и снял. Но видно все было прекрасно. Текст гласил: «Приходи сегодня в 15:30 на площадку возле 72 дома. Один. Если не хочешь, чтобы все увидели это.» Одно только Казуха не понимал, и это заставляло его улыбаться. Почему таинственный человек решил шантажировать именно его? Разве не логично, что это компромат скорее на Скарамуччу, чем на него, и Казухе глубоко плевать, сколько человек увидят это видео, о содержании которого все давно забыли. Возможно, неудавшийся шантажист просто испугался, что Скарамучча набьет ему морду, и разговора с ним не выйдет. А Казуха долго смотрел в экран своего телефона, размышляя, надо оно ему или нет. Все-таки парень задумался о Скаре. Не хотелось, чтобы у того появлялись проблемы. «Да почему меня волнуют его проблемы? Сам виноват, мог же просто проигнорировать это тупое действие и не было бы причин для беспокойств!» И все же, после седьмого урока Казуха быстро ушел из школы, не попавшись на глаза ни своим друзьям, ни Скару. Он шел в направлении нужного дома. Солнце светило ярко, даже немного грело. Но зимнюю куртку Казуха еще не сменил на весеннее пальто. Может такой солнечный день — это знак? Подойдя к площадке Казуха увидел лишь маленьких детишек с родителями. Он уже было подумал, что шантажист слился, но в этот же миг ощутил прикосновение к своему плечу. Очень легкое. Обернувшись Казуха увидел перед собой, вернее, ему пришлось немного опустить голову, и так он смог лицезреть девушку лет четырнадцати-пятнадцати с каштановыми волосами, собранными в два хвостика. Не смотря на миловидную внешность, дурой она не выглядела. Если сравнивать с Моной, то та сразу показалась парню легкомысленной и глупой, сейчас ситуация иная. Посмотрев на девушку больше десяти секунд, Казуха даже вспомнил, что видел ее несколько раз, только не мог вспомнить, где именно. Ну, один раз, очевидно, у Кэйи. — Отойдем. — сурово произнесла она. — Как скажешь. — усмехнулся Казуха. Его очень забавляло, что он попадает в такие ситуации. Сначала Мона со своими заявлениями, теперь еще одна девочка, собирающаяся «разрушить» его жизнь. Почему они такие наивные, и почему лезут именно к Казухе? Отошли они не так уж и далеко. Просто подальше от весело болтающих мамочек. — Я Ху Тао. — представилась девушка, высунула из кармана руку и протянула ее в знак знакомства. Казуха обратил внимание на ее маникюр — длинные черные ногти, а еще куча колец на пальцах. Парень несмело пожал ей руку. — Думаю, мое имя тебе известно. Что ты хочешь от меня? — Кхм, есть предложение. Вернее, просьба. — девушка неловко улыбнулась. — А еще вопрос. — Как много всего за одно видео, где меня целуют. Ты вообще, знаешь, что выбрала не тот объект для шантажа? — Казуха сложил руки на груди. — У меня была веская причина выбрать именно тебя. Ты влюблен в Скарамуччу? — девушка прикрыла лицо руками. — Прости меня, за такой личный вопрос… Сама формулировка Казуху весьма оскорбила. На видео нагло целуют его, и влюбленным тоже оказывается он. У девушки явно отсутствует способность анализировать. — Давай ты просто скажешь свои условия, а я их выполню. Ты удалишь видео и мы разойдемся, ладно? Без глупых вопросов. — Тогда давай немного другой вопрос. Тебе нравятся мальчики? Еще лучше. Казуха просто не понимал, к чему все это ведет. Кто вообще эта девчонка и неужели Казуха настолько смахивает на гея? Очень неприятная новость. — Так, что ты хочешь? — Ответь! Это очень важно. — девушка выглядела обеспокоенной. — Я не привык говорить о личном с незнакомцами. — Каэдэхару вся ситуация начала раздражать. Как будто над ним просто смеются. — Я хотела попросить тебя помочь моему другу. — опустив взгляд, произнесла Ху Тао. — Помочь принять свою любовь к человеку своего пола. Если попробуешь, я удалю видео. Если честно, я и так не собиралась никуда выкладывать. Просто, увидев, как ты смотришь на Скарамуччу, и еще понаблюдав за вами… Я подумала, что он тебе нравится. И если ты принимаешь свою симпатию, то может, помог бы моему другу принять себя. Я очень беспокоюсь за него. Он вряд ли считает меня подругой, но мне он очень дорог. Прости, я не хотела тебя оскорбить. Казуха был удивлен. Во-первых, тем, что девушка уловила в его взгляде симпатию к Скарамучче. Ужасно, неужели он все-таки влюбился, так это еще и так сильно видно. Во-вторых, ее друг явно счастливчик, раз ради него девушка идет на такой шаг. — А ему будет приятно, если он узнает, что ты рассказала совершенно чужому человеку о том, чего он так стыдится? — Я просто подумала, что если бы ты с ним подружился, то ему бы стало легче. — вздохнула Ху Тао. — К тому же вы уже знакомы, он не отзывался о тебе плохо. Да и ты, Казуха, выглядишь очень умным и я подумала, что именно ты сможешь помочь. — Знакомы? Как зовут человека, о котором идет речь? — Ты ответишь на мои вопросы? Которые я задала в начале. — Мальчики нравятся, Скарамучча нет. Произнеся это, Казуха неожиданно осознал, что по правде перепутал. Точнее, соврал нарочно. Как раз-таки, мальчики ему не нравятся, а Скарамучча… — Прости, что подумала так! Он же тебя обижал, да и вообще, это же Скарамучча. — Ху Тао нервно усмехнулась. — Так как зовут твоего друга? — Сяо.

***

Вот так задачку подкинула ему девушка. Проще было бы подружиться с кем-то с чистого листа, чем сейчас с Сяо. Даже просто подходить было как-то неловко. Что ему сказать? «Привет Сяо, слышал, ты гей, не волнуйся, это нормально!» Стоп. А как вообще Казуха может ему помочь принять себя, если он сам не принимает свое влечение к Скарамучче? Внутренняя гомофобия подает признаки жизни каждый раз, когда он притягивает к себе Скара для того, чтобы страстно поцеловать на прощание. А сейчас он должен помочь кому-то? Серьезно? За одной мыслью последовала сразу другая. А что, если все это подстава и Ху Тао просто пошутила, и если Казуха подойдет к Сяо, то тот ударит его до первого произнесенного слова. Хотя, девушка выглядела весьма искренней. Да и цирка в этой школе и так хватает, ей незачем так напрягаться, чтобы развеселить себя. — И кем ты там так любуешься? — Итер проследил за взглядом Казухи и ужаснулся. — На Сяо пялишься?! — Что! — выкрикнул Казуха, вылезая из своих мыслей. — Никем я не любуюсь, задумался просто. Кстати о Сяо, вы вроде хорошие друзья, но давно вас что-то вместе не видел. — Ну, так уж сложилось. С ним сложно дружить. — вздохнул Итер и бросил мимолетный взгляд на друга. — С тобой, конечно, тоже сложно. Но мне нравится. — Спасибо. — улыбнулся Каэдэхара. — А у Сяо есть девушка? — Ты меня пугаешь. Нет. — Ты так категорично ответил, вы же давно не общались, может появилась. Пользуется же популярностью. Вспомнить только День Святого Валентина. — У него никак не может быть девушки. — очень уверенно произнес Итер, чем вызвал ужасный интерес у Казухи. — Почему? Почему ты так уверен? Итер смутился от такого напора. Оглядевшись, он наклонился ближе к Казухе. — Я тебе расскажу, но поклянись, что будешь держать тайну. У Казухи аж мурашки по коже пробежали, насколько все звучало напряженно. — Я могила. — В общем, в восьмом классе некая дама покорила сердце моего бедного и не знавшего до этого любви, друга. Я даже не знаю, что это за девочка была. Но он сказал, что не будет признаваться, потому что отказ очевиден. И я два года уговаривал его, но бестолку. В прошлом году он все еще любил ее. Думаю ничего не изменилось. Даже интересно, что за красотка такая. У Казухи аж лицо помрачнело. Неужели Ху Тао его обдурила? Сяо однолюб и объект его обожания — девушка. Итер бы врать не стал. Разве что… Могло ли быть такое, что Сяо сказал Итеру неправду? Просто придумал какую-то девушку. В общем, мыслей было много. Казуха долго не отвечал Итеру, и тот дал ему щелбан. — Что с тобой? — Да ничего, просто подумал, как здорово любить. — потирая лоб, ответил Каэдэхара. — Не думаю, что страдать от невзаимной любви — здорово. — Страдание — тоже в каком-то смысле наслаждение. Сяо резко поднялся из-за парты. И Итер, и Казуха дернулись. Но парень просто вышел из кабинета, даже не повернувшись в их сторону. Казуха на протяжении трех дней мучался от самокопания. Каждый его день начинался с одного: «Мне нравится Скарамучча как личность или как парень?» А после этой мысли Казуха чуть ли не бился головой о стол, думая: «Мне нравится Скарамучча?!» За пару дней Казуха пришел к выводу, что любить свой пол не так уж плохо. Если подумать, почему это вообще считается не нормой? И внутренняя гомофобия проявляется именно из-за окружения. В один момент, сидя со Скаром за столом, Казухе очень захотелось поговорить. Все-таки парень являлся единственным представителем нетрадиционной ориентации в его окружении. — Мучча, а как ты понял, что тебе нравятся ну… парни? Скарамучча оживился, он улыбнулся, отставляя в сторону кружку зеленого чая. — Ты помог мне понять. — Я? — Ты мне понравился. Сначала просто своим личиком. А потом весь понравился. А теперь еще и в постели никого кроме тебя с собой представить не могу. — Эй, ты пытаешься представить кого-то кроме меня? — Казуха улыбнулся, состроив из себя ревнивца. Скар просто пожал плечами. — А почему ты спрашиваешь? — Тебя никогда не угнетала твоя любовь к человеку своего пола? — Угнетало, конечно. Но, как бы не хотелось признавать, мне помог Тарталья. — Скарамучче не хотелось вспоминать, как Чайльд распинался перед ним каждый день, внушая, что его любовь — это абсолютно нормально. Тем более для него, Скарамуччи, испытывать такое чувство было верхом возможного. — И как он помог? — Так, подожди, тебя угнетает, что мы встречаемся? — улыбка сползла с лица Скара. Он ощутил, как волнение собирается в животе. Такие разговоры же не просто так случаются. — Да ну, нет. Я тебе чуть позже расскажу, для чего спрашиваю. Но не волнуйся, это нас не касается. — Казуха постарался сделать максимально искренний вид. Ведь если копнуть глубже, то Казуха долгое время, а может и до сих пор, старался избегать мыслей о себе и о своих вкусах. О своей тяге к парню. О том, что это действительно ему нравится. Скару стало немного тревожно. Он вновь пододвинул к себе чашку. — А в чем проблема сейчас рассказать? — Потерпи, малыш. Скарамуччу аж передернуло. — Казуха… Что ты несешь? — Так, как проходит твоя подготовка к экзаменам? — резко перевел тему Казуха и изогнул губы в своей лукавой улыбке.

***

Каэдэхара подумал, что просьба Ху Тао заставила его заняться самоанализом и самопознанием. И в итоге после трех дней размышлений в голову Казухи пришла идея. Если так подумать, может, Сяо поможет то же самое, что и ему самому? Проще показать, чем объяснить, что же он задумал. После школы все как обычно стояли на крыльце, обсуждая день, новости, сплетни. А вот Сяо всегда шел сразу в сторону своего дома, минуя болтающих подростков. Казуха увязался за ним следом, а когда нагнал, неловко похлопал по плечу. Сяо достал из уха наушник и скептически посмотрел на одноклассника. — Привет. — улыбнулся Казуха. — Что-то надо? — Сяо, это очень важно. Поможешь? — Что? — ничего не понимая, спросил парень. Казуха предложил пройтись ему где-нибудь подальше от школы. Сяо не питал к парню особой симпатии, но все же согласился. Стоит признать, стало интересно, чего от него хочет Каэдэхара. — Сяо, обещай, что никому не расскажешь… — произнес Казуха, снизив тон голоса. — Стоп. — недовольно произнес парень. — Ты хочешь мне секрет доверить? Не стоит. Я не хочу ничего знать. К такому Казуха был готов. Он состроил максимально страдальческий вид, опустил взгляд и нервно прикусил губу. — Когда я скажу, ты поймешь, почему я не могу поделиться этим со своими друзьями. Сяо с интересом хмыкнул. Что-то очень неожиданные откровения со стороны Казухи. — В общем, — Казуха засунул руки в карманы и набрав в грудь побольше воздуха произнес: — Мне понравился парень. — особый акцент он сделал на последнем слове. Сначала Сяо замешкался, но быстро вернул лицу привычное выражение. — Поздравляю. — взмахнул он руками. — Если бы ты был моим близким другом, ты бы перестал со мной общаться? — как будто в отчаянии спросил Казуха. Сяо сделал вид, что размышляет, потом улыбнулся. — Думаю, что нет. — А если бы ты был парнем, который мне нравится, что бы ты мне ответил? Сяо замер на мгновение, но быстро сообразил, что ответить. — Сказал бы, что ты конченный. — пожал парень плечами. — Знаешь, так себе успокоение. Но я рад, что смог с кем-то поделиться. Мне самому тошно от себя, но что поделать. Сердцу не прикажешь, как говорится. Друзья бы меня вряд ли поняли, а я только начал их обретать, мне нельзя так рисковать. Не могу жить, храня все в себе. — произнес заученную речь Казуха. Сяо молчал. Он то ли витал в своих мыслях, то ли размышлял над ответом. — Привыкнешь. — пробурчал он. — Это все, что ты хотел сказать? — Да, Сяо, прости, что на тебя так все взвалил. — сказал Казуха, глядя куда-то вдаль, только не на Сяо. Ему действительно было стыдно. — Забей, я тебя, кажется, понял. Так кто, если не секрет, тебе там понравился? — вздохнул парень, поворачивая голову на Казуху. Тот нервно сглотнул. — Да ты его не знаешь. — Ладно, удачи тебе там. Если что, обращайся. Вообще, твои друзья довольно понимающие, советую поделиться с самыми близкими. — Ага, да. Спасибо. Дальше они шли молча. Было неловко, но назад им возвращаться в одну сторону. Даже прощаться не стали, просто на одной из развилок разошлись. — Вот это новости. Казуха вздрогнул от неожиданности и обернулся. Вид Скарамуччи его не обрадовал, но он все равно улыбнулся. — Следил за мной? — вздохнул Каэдэхара. Вот же ж, свалился как снег на голову. — Меня поражает твой круг общения. — Я должен сейчас объясняться? — устало протянул парень. Вот чего, а желания оправдываться у него совсем не было. — Да забей. — через долгих десять секунд молчания, произнес Скарамучча и махнул рукой. Внутри все тревожно стучало. — Ты какой-то бледный в последнее время, точно не заболел? — Казуха протянул к лицу парня руку, но ей довольно грубо не дали достигнуть цели. — Мучча? — Я не заболел, сколько можно душить меня своей заботой? А если я скажу тебе правду? Я просто пил лекарства и сейчас пытаюсь избавиться от привыкания. Спасибо, что каждый раз напоминаешь мне о том, как ужасно я выгляжу. Казуха удивленно вскинул брови. — Что за лекарства? Зачем ты их пил? Их врач тебе назначил? — Голова болит от твоих вопросов. — Скарамучча спрятал руки в карманы и молча развернулся, устремившись вперед. — Эй, куда! Казуха не собирался его оставлять и пошел следом, задавая все те же вопросы, которые Скар благополучно оставлял без ответа. Когда они дошли до остановки, Казуха выдохнул. — Так мы едем ко мне? — спросил он. — Какой догадливый мальчик. — усмехнулся Скарамучча. Очень хотелось курить. Когда они оказались у Казухи дома, тот сразу принялся заваривать себе кофе, а Скару чай. Он привык делать так каждый раз, даже уже не спрашивая, хочет его гость пить или нет. Скарамучча, взяв на руки кота, сел за стол. Все это время они молчали, перекинувшись лишь парой фраз на остановке. Но Казуха был даже рад, что ему не нужно говорить. Также в тишине они и сидели за столом. Когда кофе в кружке Казухи закончилось, он вздохнул. — Мы так и будем молчать? — спросил он. — Нет. — твердо произнес Скарамучча и отставил кружку. — Пошли в комнату. Казуха послушно кивнул, убрал со стола и пошел следом за Скаром в свою комнату. Тот сразу по-хозяйски плюхнулся на кровать. — Я заметил, что ты часто мне врешь и не договариваешь. — сказал он, глядя в потолок. Казуха сел за свой письменный стол, повернув стул в сторону Скара. — И я решил, что должен первым тебе открыться, может и ты тогда хоть немного мне доверишься. — И где же я тебе вру? — было приятно слышать, что Скарамучча собирается рассказать ему что-то важное, но также было и неприятно, что тот считает его лжецом. — Не рассказываешь про новых друзей. Тебе часто звонят и каждый раз «Венти». Дурак бы догадался, что ты просто не хочешь, чтобы я знал, что это за новые личности. Теперь ты еще и с Сяо дружбу завел, да и убежали подальше, чтобы вас никто не увидел. Дружбу ли? — с нажимом произнес парень. — Понятно. — безразлично пожал плечами Каэдэхара. Но Скарамучча не разозлился. Его мысли были заняты другим. — Ладно, ты спрашивал про таблетки. Я думаю, тебе стоит узнать обо мне побольше. — Казуха в ответ кивнул. — В детстве я лежал в дурке. — Скар опустил взгляд. — Я не знаю, какой у меня диагноз, потому что меня никогда не лечили всерьез. Мне ставили то, что было выгодно моей матери. Однако нашелся один человек, который был заинтересован в моем выздоровлении. Благодаря нему, я смог вернуться к нормальной жизни, ходить в школу и общаться с адекватными людьми. Но с этим человеком у нас был уговор, что он будет давать мне разные лекарства, чтобы смотреть на реакцию моего организма. — Скарамучча не следил за выражением лица Казухи, но был уверен, что тот с вниманием и интересом его слушает. — Они очень влияли на мое поведение и я не знал, каким настоящим я являюсь. Однако летом я перестал принимать то, что этот человек мне давал. Это было… больно. Но я стал чувствовать себя лучше. Стал чувствовать себя собой, потому что знал, что все, что я делаю, я делаю по своей воле, а не по воле лекарств. До одного момента… Мне было очень плохо и я отчаялся настолько, что вновь попросил что-нибудь успокаивающее и что поможет мне справляться с бурей чувств в груди. Помогло. Мне было очень хорошо. Но когда таблетки закончились, мне отказали давать добавку. — Скар грустно усмехнулся. — Вот, ломаюсь. Решил предупредить тебя, чтобы ты не злился, если я вновь начну кого-то там обижать и твой верный пес Итер побежит тебе сообщать о том, какой я мудак. Просто сложно справляться с этим. — разжав дрожащие пальцы, произнес он. Парень ощутил, как теплые руки Казухи сомкнулись на его запястьях. — Скажи мне, это все нелегально? Человек, что «спас» тебя, не является доктором? — Является. — отвернувшись, небрежно бросил Скарамучча. — Просто немного со своими тараканами в голове. В любом случае, если бы не он, я бы гнил в психушке. — Твоя мама этого хотела? — Я не знаю, чего она там хотела. — Скар нервно сжал зубы. — Плевать она на меня хотела, вот что. — Скар, мне очень стыдно, но я хочу тебе кое в чем признаться. — Казуха все еще сидел перед парнем на корточках, сжимая его запястья. Тот недоверчиво посмотрел в его глаза. — Я подобрал кое-что в кабинете, после твоего с Чжун Ли разговора. — парень поднялся и пошел к столу, достал из выдвижного ящика тот самый листок, который бережно хранил все это время. Скарамучча скучающе ознакомился с ним. — Но ты ничего не понял, да? — заметив, что информации, данной в нем, недостаточно для составления полной картины, спросил Скарамучча. Казуха кивнул. — Просто моя мать убила моего отца у меня на глазах в мой день рождения. — очень легко произнес парень. — А потом проткнула ножом свою ногу и сказала мне, чтобы я подтверждал, что это пьяный отец напал на нее, а то, что она его убила, было самообороной. У меня правда был хуевый отец, но… Я уже ничего не помню, кроме самого момента убийства. Вау, Казуха, ты выглядишь удивленным, что с твоим лицом, только не говори, что тебе меня жалко? — Жалко. — произнес Казуха. — Не ожидал, что все настолько… — Ты можешь сейчас ответить на мой вопрос: оправдывает ли мое детство то, как я поступал с другими? Именно этот вопрос сейчас крутился у Казухи в голове, и, услышав его из уст парня, он неопределенно пожал плечами. — Ты серьезно задумался? — удивился Скар. — Очевидно, что меня это не оправдывает. Почему ты сомневаешься? — Потому что мне тебя жалко. — Знаешь, куда засунь свою жалость? — Каждый раз, когда мне кто-то звонит, это действительно Венти. Я тебе ни разу не врал. И с Сяо я дружбу не завожу. Его подруга сняла, как ты целуешь меня в ту самую ночь у Кэйи. Она попросила меня помочь Сяо принять свою нетрадиционную ориентацию, потому что я, видимо, похож на гея. Иначе обещала слить видео, а я не хочу, чтобы твоя репутация портилась из-за меня. Вот я и решил помочь ей. И тот вопрос про то, как ты принял себя, я тоже задал из-за этого. Скарамучча внимательно слушал, а потом рассмеялся. — Знаешь, если бы ты сразу мне рассказал, тебе бы не пришлось так мучаться. Во-первых, мне все равно на это видео. Я же знал, на что иду. Конечно, неприятно было бы, если бы все увидели, но все не так страшно. Во-вторых, я знаю о Сяо больше, чем ты мог подумать. Я знаю больше, чем Итер. Глаза Казухи блеснули. Он меньше всего думал, что помощником в его деле может стать Скар. — Зная тебя, ты отозвался ей помочь из-за своего альтруизма. — Казуха в ответ неуверенно кивнул. — Что ж, я знаю, кто нравится этому чертовому дамскому угоднику. — Серьезно?! — Казуха удивленно захлопал глазами. — Кто? — Не скажу. — по-садистки улыбнулся Скарамучча. — Но я скажу тебе, что нужно делать. Звонишь своему драгоценному Венти и просишь его организовать очередную недотусовку, и пускай зовет побольше людей, всех, кого знает. И обязательно тебя. Ты будешь капать Сяо на мозг, а дальше алкоголь и еще кое-что сделают свое дело. — Что за загадки? Я так понимаю, мы надеемся, что объект симпатии Сяо явится туда и что-то произойдет благодаря тому, что я буду плести Сяо всякий бред? — Ну типа того. — А если не явится? Ты должен мне сказать, кто это, чтобы я понимал. — Так, ты все запомнил? — Скарамучча нежно провел пальцами по лицу Казухи, обхватил его подбородок и наклонился, целуя в губы. — Спасибо, что выслушал меня. Только не жалей. — Хорошо, я не буду. Как никак, я все еще помню свои обиды. — неожиданно для самого себя, произнес Казуха. Это всегда терзало его — прошлые обиды. Ну как забыть все те издевательства, побои и оскорбления? Да его до сих пор полкласса ненавидит из-за этого и считают мусором, можно ли это забыть? Скарамучча ничего не ответил.

***

Венти был удивлен такому порыву со стороны Казухи. Чтобы тот попросил его устроить пьянку?! Удивительно. Но парень был рад, сам давно хотел расслабиться в широком кругу друзей. — Этого твоего… звать? — неуверенно спросил Венти. — Кого? — совсем не догадался Казуха. — Скарамуччу. — Ну, раз уж людей будет много… — Не переживай, никто не обратит на вас внимание. — Спасибо. Скарамучча был удивлен, получив от Венти предложение прийти. С одной стороны, ему не очень хотелось туда идти и выпивать со всякими фриками, но с другой — там же будет Казуха. Венти с энтузиазмом рассказывал Казухе о всех, кого собирался звать. Оказывается у парня очень много друзей и знакомых. Но при этом на защиту перед Синьорой встать некому. Поразительная дружба. — А Сяо ты не зовешь? — напрягся Казуха, ведь это самый главный персонаж во всей этой ситуации! Почему он сразу не подумал, что Венти может его просто не позвать? — Я немного сомневаюсь, что он согласится. Давай ты позовешь, а то лично мне неловко. Казуха кивнул. Этого ему еще не хватало. Как будто ему было не неловко подходить к Сяо. Скоро тот начнет думать, что Казуха в него влюбился. Сначала секрет доверяет, теперь на пьянку зовет. Но делать нечего. Итер на такие мероприятия не ходит, его никак не попросишь, значит придется самому. Казуха снова поджидал Сяо после школы и опять пошел за ним, но в этот раз тот быстрее его заметил. Сяо высунул наушник, как и тогда, однако взгляд был еще более раздраженным, чем в прошлый раз. — Что опять? — Я нуждаюсь в моральной поддержке. Сяо ждал, когда Казуха начнет объяснять, а тот в свою очередь пытался не покраснеть от стыда. Боже, как же неловко. — На выходных у Венти дома будет что-то типа тусовки и там будет кое-кто важный для меня, ну, ты понимаешь… Можешь пойти со мной? — Казуха избегал смотреть в чужие глаза, иначе бы точно сгорел от стыда. Сяо от досады плотно сжал губы. Он не понимал, за что небеса сделали его тем самым избранным, который вынужден вытирать всем сопли и разбираться в чертовски важных любовных делах. Почему Казуха выбрал именно его? Разве не разумнее было рассказать Венти, который выглядит как божий одуванчик, и вообще наверняка является самым понимающим на свете человеком. — Меня туда не звали. — все же ответил Сяо и собрался уходить. — Постой! Венти попросил, чтобы я сам тебя позвал. Просто, вы же вроде как не ладите. — И ты думаешь, ради тебя я пойду домой к тому, с кем не лажу? — Сяо, я умру там, если не будет кого-то, кому я могу довериться. — Ты выбрал не того человека. — вздохнул Сяо. И даже щенячий взгляд парня не влиял на него. Казуха понял, что знатно так опозорился. — Ну ладно. Пойду, только тогда ты скинешь деньги за меня. А, и еще, покажешь мне своего парня. — Ну, еще пока не моего. — скрыв свою безумную радость, произнес Казуха. — Я смотрю, ты уже принял свое пидорство, поздравляю. — улыбнулся Сяо. — Знаешь, это не так просто, но не вечно же мне об этом думать. — Ну да, действительно. — парень кивнул. — До встречи тогда, Венти привет передавай. Вечером этого же дня Казуха сидел со Скарамуччей на лавке и в красках описывал весь свой позор. — Да все нормально! — посмеивался Скарамучча. — Я готов отсосать тебе у него на глазах, чтобы придать ему уверенности! Казуха еще больше смутился и спрятал лицо, уткнувшись парню в плечо. — Как, кстати, твое самочувствие? — спросил Каэдэхара. — Все не так плохо, как я ожидал. Только тишина дома доводит до желания скинуться с окна. — Ты поосторожнее с этим… — Да не парься, я таким не увлекаюсь. Последние дни Скарамучча каждую перемену проводил перед дверью в кабинет Дотторе. Он не собирался больше просить таблеток, он просто хотел поговорить с мужчиной, как в старые добрые. Хотя, уже стало понятно, что Дотторе потерял к нему интерес. Почему-то это не так радовало Скара, как он себе представлял.

***

Как и предполагалось, Казуха заплатил и за себя, и за Сяо, а еще пришлось и за Скарамуччу. Он не думал, что это так ударит по кошельку. Скоро снова придется созваниваться с Бэй Доу. Как-то стыдно уже даже перед ней, она же не знает, на что ее племянник тратит деньги. Сяо и Казуха вместе поднимались вверх по лестнице в квартиру Венти. Говорить им было особо не о чем, разве что Сяо поблагодарил за то, что, считай, будет сейчас есть и пить за бесплатно. Казуха в ответ лишь улыбнулся. Повезло ему. — Стой. — сказал Сяо, когда Казуха уже собирался звонить в дверь. — Не переживай там сильно и… Подумай хорошенько, прежде чем действовать. Казуха впервые ощутил от этого человека что-то теплое. Возможно, план их полная чушь. Может, Сяо искренне решил помочь, даже не думая о себе и своей ситуации. — Казуха! — выкрикнул Венти, открыв дверь, а после заметил и Сяо, хмуро смотревшего куда-то в сторону. — И Сяо. Приветик! А где.? — если честно, Венти думал, что Казуха придет сюда со Скарамуччей, но потом понял, что это глупость. Никто же официально об их дружбе не знает. — Ой. Ладно. Казухе до сих пор такие вечера не нравились. Шумно, грязно, воняет сигаретами. Каэдэхара зацепился взглядом за фигуру Скара и именно в этот момент на его плечо легла рука Сяо. — И где? — Еще, наверное, не пришел. — Ладно. Позовешь. И Сяо скрылся во всей этой массе людей. У Венти было комфортнее, чем у Кэйи. Удивительно, кстати, что того не пригласили. Узнает — обидется. Хотя, кого это волнует? Наверное, у Венти есть свои причины не звать этого странного парня, с которым Казуха так и не смог найти общий язык. Казуха ушел на кухню и сел на стул возле подоконника. Ему очень хотелось узнать, где родители Венти и почему позволяют устраивать дома такое, но это можно спросить потом. Стол был отправлен в зал, так что кухня выглядела пусто. Казуха посмотрел в окно, за которым уже было темно. В принципе, никаких больше указаний Скарамучча не давал, значит, нужно просто ждать? Скару быстро наскучило вести беседы с дураками. Он явно был здесь лишним. А Венти пришлось почти каждому своему гостю объяснять, как так вышло, что сюда попал Скар. Это выглядело забавно. — Э, как тебя там, сигаретки не найдется? — скука довела до желания курить, к тому же, пока балкон свободен. — Я Саймон. — улыбнувшись произнес парень. Если бы он знал, как Скарамучче плевать. Он забыл это имя сразу, как услышал. — Конечно, держи. — А зажигалка? — На балконе есть спички. — сказал Венти, который очень кстати оказался рядом. А может, он всегда тут сидел? Парень обычно быстро пьянел. Он сидел, обнимая бутылку своего любимого вина, которое кроме него тут особо никто и не пил, разве что девушки, каких тут было не так уж и много. — О, позови ко мне Казуху. — шепнул он парню. Тот еле поднялся на ноги, но кивнул. Вот так бедняга. Скарамучча пошел в сторону балкона. Прохлада приятно ударила в лицо. У Венти был весьма комфортный балкон. Даже что-то вроде лавочки было. Позаботился. Венти шел, глядя себе под ноги, под которыми буквально рушился пол. По крайней мере, так было в голове у парня. Он даже не заметил, как в кого-то врезался. Бутылка выпала из рук и содержимое разлилось по полу. Это очень огорчило Венти. — О. — произнес парень, когда тот, в кого он врезался, наклонился и поднял ее. — Еще чуть-чуть есть. — произнес парень и протянул бутылку Венти. — Сяо, прости. Я тебя облил? — с трудом парню все же удалось узнать того, кого он сбил с ног. — Все в норме. — отмахнулся тот и пошел прочь. Венти исполнил просьбу Скара и отыскал Казуху. Это было не сложно. Тот не любил пьяных людей, поэтому вид друга его огорчил. Он почувствовал вину. Конечно, Венти и так любит выпить, но… Если бы эта пьянка не нужна была Казухе, то сейчас бы Венти не был пьян, и возможно занимался чем-то полезным. На балконе Скарамучча сидел один. Он почти докурил. — Ты так долго. — вздохнул Скарамучча. — Давай ты мне расскажешь наконец, кто нравится Сяо. Скарамучча пожал плечами и странно улыбнулся. Казуха понял, что ответа от него не получит. — Садись, чего стоишь? — поинтересовался Скар и наконец потушил сигарету, бросив окурок в пепельницу. Казуха послушно присел рядом. Было приятно вот так посидеть на прохладном балконе. Музыка из комнаты доносилась до ушей сидящих на балконе парней. Каэдэхара подумал, что это довольно романтичная обстановка. Кроме музыки, парень услышал скрип балконной двери. Он уже хотел обернуться, но Скарамучча схватил его за плечо и развернул лицом к себе. Холодная рука, пропахшая табаком, обхватила его лицо и в следующее мгновение Скар прильнул к нему губами, целуя и нежно гладя другой рукой по волосам. Казуха услышал, как дверь захлопнулась. Он грубо отстранил от себя парня, резко оборачиваясь. Но уже никого не увидел. Да и не нужно было это, догадаться не сложно. — Там был Сяо, да? — Тебе не хочется меня целовать? — разочарованно произнес Скарамучча. — Ты подстроил это? — Да, все под контролем. — Под каким контролем? Мне кажется, что мы творим какую-то дичь. — Зато вместе, Казуха. — как-то грустно вздохнул Скар. Сяо, конечно, был удивлен, увидев эту парочку. Тем более с учетом того, что Скарамучча сам попросил его подойти на балкон. Случайно или специально все это получилось — абсолютно неважно. Сяо почему-то разозлился. На себя, на Казуху, на Скарамуччу. Захотелось уйти отсюда поскорее. Краем глаза парень заметил, как Венти медленно идет в сторону ванной, причем один. Выглядел парень неважно. Как и всегда. Зачем пить столько, чтобы потом даже плохо было? Сяо невольно пошел за ним. Он заглянул в ванную комнату. Венти один сидел на полу, положив голову на свои колени. Веки его были прикрыты, словно он спал. От парня очень сильно пахло алкоголем, в частности вином. Сяо закрыл дверь и присел напротив Венти на корточки, стал всматриваться в его умиротворенное лицо. «Неужели так быстро заснул?» Волосы то и дело лезли ему в глаза, из-за чего парень хмурился, хотя все равно продолжал выглядеть мило. Сяо протянул руку и осторожно убрал длинные прядки. Парень выглядел бледным. Сяо не смог себя сдержать и коснулся своей холодной рукой его горячей щеки. Это прикосновение заставило Венти приоткрыть глаза. Сяо вскочил на ноги, намереваясь быстро покинуть ванную. Однако он заметил, как тяжело тот вздохнул, а губы вздрогнули. Веки вновь тяжело опустились. Сяо покачал головой и опять сел на корточки. — Ну зачем ты пьешь? — куда-то в пол, произнес парень. Конечно, ему не ответили. Сяо ощутил некое спокойствие. Они здесь одни. Музыка гремит где-то там, за дверью, здесь лишь ее отголоски. Разные мысли лезли в голову. Основным испытываемым чувством было отчаяние. Вот он сидит, напротив него Венти, и это единственный момент, когда он может побыть с ним так близко. Сяо ненавидел себя за эти чувства. Хотелось вырвать себе сердце и оставить в груди дыру, чтобы можно было спокойно продолжать общаться с Венти как с другом, чтобы не шарахаться его и не отвечать на любой его знак внимания агрессией. — Такая холодная… Сяо не успел вскочить, его руку сжимали худые теплые пальцы. Венти прижал ее к своему горячему лбу. — Напомни мне, чтобы я больше никогда в своей жизни не пил. — и так он говорит каждый раз. Но потом вновь с особым наслаждением глотает вино прямо из бутылки. Сяо не знает, куда себя деть. — Я пойду. — говорит он, но вырывать из чужой и довольно слабой хватки руку не спешит. — Ммм. — недовольно промычал парень. — Не хочу отпускать. — он открыл глаза и пристально уставился на Сяо. Сяо сделал глубокий вдох и наклонился к чужому лицу, оставляя легкий поцелуй на губах Венти. Парень планировал сразу выбежать из ванной, как последний трус и влюбленный подросток, совершивший самую огромную в жизни глупость. Его щеки горели, сердце вырывалось из груди. На удивление, Венти очень крепко сжал его руку. Сяо опустил голову и протороторил: — Ты мне нравишься. Я тебя люблю. Повисла тишина. Настолько удушающая, что Сяо надеялся, что задохнется и умрет. — Вот оно что. — через какое-то время произнес Венти, все еще держа чужую ладонь, которая уже успела согреться. — Я, если честно, не ожидал. — сознание как будто резко прояснилось, но слова все еще было трудновато произносить. — Ты простишь меня, если я не смогу ответить на твои чувства взаимностью? Сердце Сяо сжалось, но он готовился к этому моменту долгие годы, заведомо зная, что ответ его может ожидать только один. — Мне хватает, что ты смотришь на меня без отвращения. — А ты смотрел на меня так. Очень долго. Я хотел дружить с тобой, но теперь понимаю, почему ты избегал меня. Сяо стало очень стыдно, но он и так был весь красный, так что хуже уже некуда. — Ты тоже мне очень нравишься. Но не так, как я нравлюсь тебе. Я люблю свободу и выпивку. Тебе будет лучше без меня. — Откуда ты знаешь, как мне лучше? — вырвалось у Сяо. — Ты ничего обо мне не знаешь. — Знаю. — Венти улыбнулся. — Прости меня. Уже выходя из дома и окунаясь в ночную прохладу, Сяо думал о том, какой же он идиот. Какой отвратительный момент он выбрал и как глупо признался! Хотя, если так подумать, вряд ли бы выдался более подходящий момент. По сердцу как будто вновь полоснули ножом. Но Сяо привык. Как бы он не пытался, у него не выходит посмотреть так же влюбленно на кого-то, кроме Венти. Поначалу он ненавидел себя. Да что уж там, он до сих пор ощущает ненависть в груди. Парень думал, что его поразила страшная болезнь, когда впервые ощутил, что в присутствии Венти биение сердца участилось, а пальцы начали предательски дрожать. С тех самых пор Сяо ненавидел всего себя. Его тошнило от своих чувств, от своей ненормальной запретной любви. Он завидовал тому, как спокойно Скарамучча целовал Казуху на том чертовом балконе. Он завидовал всем людям, которые открыто заявляли о своей больной любви. Но по-прежнему не мог смириться со своей. Признание не принесло ему должного облегчения. Идя по темному переулку Сяо в душе надеялся, что какой-нибудь ублюдок пырнет его ножом и исход будет летальным. Но на улице было тихо и очень… Нет, не спокойно. Спокойно парню было только в той маленькой ванной, до того момента, как Венти раскрыл глаза. — Скарамучча, ну когда ты мне уже покажешь того парня, который нравится Сяо? — продолжал доставать его Казуха. — Может, он просто не пришел и ты не хочешь сознаваться в том, что оплошал? — О нет, он не мог не прийти. — И почему ты так уверен? — Как хозяин квартиры может не прийти на свою же тусовку? — Скар с наслаждением наблюдал за спектром эмоций, отразившемся на лице парня. — Ты сейчас не шутишь? — Я похож на клоуна? — Ладно, такого я не ожидал.

***

Скарамучча старался открыть дверь максимально тихо, как делает это обычно. Он уверен, что мать слышит его каждый раз, но при этом молчит, не упрекает. В последнее время она вообще стала какой-то флегматичной. В этот раз, открыв входную дверь, Скар заметил свет на кухне. «Ну что ж мне так не везет!» Он снял обувь и куртку, повесил ту на крючок и хотел тихо уйти и запереться в своей комнате. — Подойди сюда. — раздался спокойный женский голос. «Мне пизда.» — подумал Скар. От тревоги скрутило живот. Благо в этот раз он хотя бы не пил. Только курил. Запах вряд ли выветрился. Сейчас будет скандал. Что вообще Райдэн делает на кухне в четыре утра? Неужто свои кулинарные способности прокачивает? Женщина сидела за столом. Вид у нее был какой-то потерянный. — Я больше так не буду. — сразу выдал Скарамучча, надеясь быстро отстреляться. — Нам придется на пару дней уехать. Твоя бабушка умерла. Моя мать. Мы должны присутствовать на похоронах. — монотонно произнесла она. «Бабушка? Та, которую я ни разу в жизни не видел.» Скарамучча лишь пожал плечами. Для Эи это была мать, наверняка тяжелый удар, даже несмотря на то, что они не общались почти двадцать лет. Главное для Скара было то, что вроде как женщина не собирается его ругать. Это не могло не радовать. — Присядь. — произнесла Эи и Скарамучча покорно выполнил ее просьбу, похожую скорее на приказ. — Слушай внимательно, я хочу рассказать тебе кое-что. Думаю, время пришло. Ты уже достаточно большой, чтобы посвятить тебя в семейные дела. «Только этого мне не хватало…» — устало подумал Скарамучча, но возражать не имел права.