Opposites attract

Утянув девушку за собой в ванную комнату, Энид прикрыла дверь, заперев ту на замок. Небольшая, но просторная комната была достаточно светлой: кафель на полу и на стенах не отличался — одинаково бело, пушистый черный ковёр покоился на полу рядом с душевой кабиной (а точнее стеклянная стена и слив в полу). Пахло какими-то ароматическими свечами — свечами Энид, которые стояли у раковины. Что-то сладкое — точно ваниль! Это придавало только большей атмосферы в то, что происходит сейчас. Не разрывая поцелуй, — начавшийся не так давно (сразу после закрытия дверей) — Уэнсдей начала потихоньку раздевать блондинку. Благо, джинсы расстегнулись быстро без помощи острого взгляда кареглазой. Для действий, которые Уэнсдей придумала только что, пришлось оторваться от манящих припухлых губ. Энид смотрела на Аддамс пьяно, будто находясь в тумане, умоляя растянуть поцелуй на чуть подольше. Темноволосая оставила ещё один мимолетный поцелуй на розоватых губах, играючи прикусывая нижнюю, на что получила негромкий болезненный стон блондинки. Ухмыльнувшись, Уэнсдей отстранилась и решила взять всю инициативу на себя. Стянув с Синклер джинсы уже с концами, тонкие ловкие пальцы потянули вверх края любимого мягкого свитера, под которым не было совсем ничего. Обнаженная Энид, вся раскрасневшаяся, стояла посреди сильно освещенной прохладной комнаты. Невооруженным взглядом можно было заметить смущение и россыпь мурашек на теле блондинки. Она неловко переминалась с ноги на ногу на кафельном полу, холодящем ноги, прикрывая руками небольшую грудь. Уэнсдей окинула её взглядом, полным нежности, подошла поближе и шепнула на ухо, положив руки на изящно выпирающие ключицы: — Не стесняйся, пожалуйста… Ты очень красивая! Энид покраснела ещё сильнее, но опустила руки, открывая девушке вид на аккуратную грудь. Сжала руки в кулаки, немного нервничая, так как только она одна была обнажена. Уэнсдей поняла это и повернулась спиной к Синклер, безмолвно прося помочь с платьем. Слегка трясущимися руками Энид невесомо провела сначала по плечам, затем перешла на застежку и молнию. Теперь уже тело Аддамс покрыто мурашками целиком и полностью. Она закусывает губу в ожидании большего и слышит звук бегущего бегунка. Платье тут же спадет к ногам и Уэнсдей аккуратно перешагивает через него, оставаясь в одном лишь атласном черном нижнем белье с капелькой кружева на лифе. Фигура Уэнсдей идеальна — подтянутое худощавое тело с немного выпирающими ребрами, отличное соотношение с ростом девушки. Энид смотрит неотрывно, можно сказать — влюбленно. Ловит взглядом немногочисленные шрамы и родинки. Чувство смущение у кареглазой будто отключилось, осталось только желание доставить удовольствие партнерше. — Готова? — вся решительность Энид плавно перетекла к Уэнсдей, которая решила взять все под свой собственный контроль. — Да… — тихо, но достаточно уверенно сказала блондинка. — Тогда пошли, — улыбнулась Уэнсдей, наверное, во второй раз при Энид. Кареглазая нежно обхватила кисть руки Синклер и потащила в душевую кабину, задвигая за собой стеклянную дверцу, чтобы не затопить соседей снизу. Неожиданно и резко включила горячую воду, которая тут же обожгла кожу головы, затем и тела обеих полностью. Пар поднялся к потолку огромным прозрачным клубом. Уэнсдей нежно подтолкнула Энид к прохладной стене, дающей огромный контраст с горячей водой, возбуждающий еще сильнее. Капли воды стекали с волос обеих, бегая по телу и вытекая в дырку слива в полу. Аддамс скользнула рукой по талии девушки, слегка сжимая ту, и поцеловала её в шею, ловя нередкие струйки воды пухлыми губами, будто слизывая их. Негромкий стон вырвался из уст блондинки, а рука её легла на макушку Уэнсдей, слегка поглаживая. Холодная стена немного отрезвляла и это постепенно приводило в норму чересчур разгоряченное тело. Поцелуями Аддамс немного медля и очень бережно спускалась все ниже, не забывая задеть чувствительную грудь девушки, ребра, покрытые обилием мурашек. Наконец её голова оказалась на одном уровне с нежно-розовыми трусиками Энид, которые в последствии Уэнсдей аккуратно стянула и кинула куда-то в край душевой. Темноволосая, играя, провела пальчиками вдоль бедер Энид и слегка царапнула их. Рука Синклер расположилась на еще более черных из-за воды спутывавшихся волосах, слегка оттягивая их, вызывая сладкую боль, граничащую с наслаждением. Уэнсдей мигом голову снесло, довольно резким движением она раздвинула ноги соседки, невесомо касаясь внутренней стороны бедра. Энид ахнула, закатив глаза и громко втянув воздух сквозь зубы, разглядывая идеально белый плитчатый потолок, точно такой же, как пол. Сердца обеих колотились как бешеные, особенно, когда губы брюнетки оставили смазанный поцелуй на лобке. Ресницы Синклер слегка дрогнули, и глаза уже полностью закрылись. Дыхание обеих участилось мимолетно, особенно этот горячий воздух, — Энид удивилась, почему дыхание ее соседки кажется ей куда более обжигающим, чем вода — выходивший из слегка приоткрытых губ. Уэнсдей смотрела жадно, сверху-вниз разглядывая каждый миллиметр тела блондинки. — Долго ещё будешь смотреть? — как-то тихо и хрипло выдала Энид. — Не-а, — с улыбкой произнесла девушка, тут же прикасаясь губами к клитору Энид. — Стой ровно, — будто приказала Уэнсдей, отстранившись на долю секунды. Та пискнула (уж не очень это было похоже на стон), выгибая спину так, чтобы быть ближе. На кончике языка Аддамс остался сладкий вкус промежности Синклер. Тонкие пальцы скользнули по влаге меж мягких бедер, размазывая её по всему периметру. Энид ещё сильнее вцепилась в темные волосы, начиная двигаться, скорее скользить на пальцах девушки снизу. — Стой ровно, не двигайся, — твердо сказала брюнетка. — Ну Уэнсдей… Пожалуйста! — возмутилась она, смотря затуманенным взглядом на все происходящее. — Нет, — отрезала она. — Если хочешь продолжения — надо чуть-чуть потерпеть. Синклер вновь повиновалась, проводя рукой по мокрому лицу. Даже сквозь воду, льющуюся сверху, испарину на лбу она чувствовала физически. Подушечки пальцев Уэсндей мягкие, словно бархат, легли на самое чувствительное место на теле, где, кажется, сейчас собрались все нервные окончания. Круговыми движениями Уэнсдей неумело, делая это в первый раз, водила по клитору, стараясь сделать все так, чтобы потом не было стыдно. Когда пальцы немного устали девушка решила подключить язык, ведь видела такое в фильмах, которые вечерами поглядывали Энид и Уэнсдей, проводя время вместе, как настоящие подруги… Или уже нет? Первое прикосновение отдалось обеим электрическим разрядом по телу, ведь это был первый раз не только для Уэнсдей, но и для Энид. Шершавый язык будто танцевал на промежности, как девочки пару часов назад. Медленно, чувственно, с полной нежностью в движениях. Даря ласку с полна той, кого Уэнсдей любила, она чувствовала себя как никогда прежде. Счастливо. Сердце трепетало, выскакивая из груди, как при выбросе адреналина. Девушка почувствовала, как бедра Энид слегка потряхивает, а рука сильнее вжалась в волосы. Смекнув, что к чему, Уэнсдей ускорилась, припадая к промежности сильнее. Сквозь бьющиеся об пол капельки воды послышался скулеж и Энид резко сжала бедра, содрогаясь в своем первом оргазме. Облокотившись руками на стену позади блондинки, Аддамс встала и, еле дыша (как собственно и сама Энид), утянула в страстный поцелуй, полный нежности и заботы о партнере. — Ты прекрасная… — вырвалось у ранее не особо эмоциональной девушки.