Когда снег растает

Точка. Это микроскопическое чёрное пятно начало превращаться в снежинку, что одиноко осела на тонкую линию в тетради. Вскоре к ней добавилась ещё одна, и ещё… Хёнджун очнулся лишь тогда, когда половина строки была заполнена чернильными кристалликами льда. Он провёл рукавом по страничке, пытаясь стереть эту 'метель', но в итоге лишь размазал несколько последних рисунков. Хан поднял голову, высматривая среди парт фигуру в светлом брючном костюме – мисс Квон подошла к девушке в ряду С и, видимо, объясняла ей что-то. Вздохнув он закрыл тетрадь; их учительница по Биологии не будет отчитывать его за рисунки, тем более такие небольшие. Мисс Квон была в целом очень хорошей женщиной, с большим количеством энергии несмотря на возраст немного переваливший за сорок. Она же являлась куратором их класса и воспринимала всех учеников всерьёз, даже тех, кто вёл себя вызывающе и упрямо; или тех, кто был не слишком активным и чьи способности лучше всего проявлялись в письменной форме - то есть таких как Хёнджун. Вчера, после окончания уроков мисс Квон позвала парня к себе в кабинет, чтобы обсудить его отношения с одноклассниками. Невооружённым взглядом было видно что он, если не в напряжённых отношениях с остальными, то как минимум плохо вписывается в их общество. В основном они разговаривали о взаимодействиях Хёнджуна с одногодками. Как он чувствует себя в классе; записался ли он на какой-то послешкольный клуб; почему он не работает в паре, даже если это необходимо для задания. Решив что последняя проблема возникает из-за соседа Хана - который к слову действительно мог от скуки начать мешать ему своими расспросами - мисс Квон посадила парня на другое место. Сразу исключив вариант где Хёнджун остаётся один, учительница переместила его на парту с запоминающимся названием А4, за которой сидела девушка по имени Юна. Одноклассница не была в восторге когда узнала об этом, ведь теперь на каком бы уроке она не была, ей придётся соседствовать с Хёнджуном, но так как это было распоряжение мисс Квон ей осталось лишь смириться. Как только Юна плюхнулась на своё место в кабинете литературы, Хан вспомнил что в начале сентября она пыталась подружиться с ним, но по мере того как всякая 'странная' информация о парне распространялась по всему классу, она даже здороваться перестала. И всё равно разделять парту с ней было куда лучше, как минимум из-за того что Юна не отвлекала его от учёбы, лишь изредка разговаривая с подругами, что сидели за партой позади. Где-то на третьем уроке недовольно вздохнув, она развернулась к Черён с Рюджин и спросила есть ли у них запасная ручка. Девушки ответили ей отрицательно, и Хёнджун, вспомнив слова мисс Квон о дружелюбности и сотрудничестве, протянул однокласснице одну из своих. Юна с опаской посмотрела на его руку, словно подумала что Хан ей угрожает, но по прошествии нескольких секунд всё же приняла ручку и пробормотала что-то наподобие 'спасибо'. Парень кивнул про себя и подумал что это не так сложно, как ему почему-то представлялось. Но до самого последнего урока они больше и словом не перекинулись; Хёнджун не заговорил бы первым, даже если бы у него появился повод сделать это. Например попросить корректор чтобы всё жё замазать те снежинки в тетради; как только эта идея возникла в его голове, он почувствовал словно кто-то стремительно нажал кнопку 'отменить действие'. Девушка тоже молчала, но к уроку Физики хотя бы перестала нервничать, и вела себя естественно. Закончив писать на несколько минут позже своего соседа, Юна аккуратно положила ручку на его часть парты и продолжила тихую беседу с Рюджин, прерванную звонком на урок почти час назад. Хан выдохнул подумав что надо начинать с малого, и даже эта незначительная благодарность как никак была прогрессом; поэтому собрав бумажки, хайлайтеры и одолжённую ручку в пенал, он оперся подбородком на руки и устремил свой взгляд к окну. Учительница знала что делала когда посадила его в ряд А, ведь он был дальше всего от соблазна выглянуть наружу и засмотреться на людей гуляющих по парку. С такого расстояния всё что мог увидеть Хёнджун - это унылые голые ветки деревца, что одиноко покачивались под ледяными порывами ветра. Даже осень, что до последнего хвасталась своим чудным окрасом, поспешно убежала от пробирающего до самых костей холода; и при всём этом, уже неделю как обещанного снега до сих пор не было. Эта бесцветная неопределённость на улице, что не принадлежала ни зиме ни осени, тяготила всех вокруг, в том числе и Хёнджуна. Радовало то, что у него был кое-кто ярче всех времён года вместе взятых, кто позволял ему не впадать в уныние от этих серых морозов. Хан с лёгкой улыбкой выдохнул, словно всё ещё пытался поверить что это – правда. Удостоверившись что мисс Квон занята чем-то за учительским столом, он достал из кармана рюкзака телефон, на который ещё минут десять назад пришло оповещение, еле не заставившее Хёнджуна подскочить. *user od.tdeee posted a photo* Это было уведомление из Инстаграма. Он всё же создал себе аккаунт, так как Сынмин с аргументом 'так можно общаться на уроках или ночью' посоветовал это сделать. Этот процесс не должен был занять много времени, но каждый этап - включая установление самого Инстаграма - занимал у него по несколько минут сомнений. Два раза он выходил из приложения и хотел уже позвонить О чтобы сказать что сделает это позже, но в итоге он прошёл все шаги на скорую руку, чтобы не успеть передумать. Уже сегодня утром, по пути к станции метро Сынмин добавил себя к Хану в друзья, так как страница была приватной, а последний не очень хорошо разбирался в этом. Видимо Од – проворный какой – ещё и поставил Хёнджуну уведомления об обновлениях на его страничке. На главной ленте Хана высветилась та самая фотография с прошлой пятницы. Она была такой же безупречной какой парень её и помнил, и сразу же заставила уголки рта подняться в мягкой улыбке; задержавшись на снимке взглядом, Хёнджун подумал что ему повезло быть тем, кто запечатлел этот момент. Он оставил лайк и пролистал ниже, где всё было так же заполнено постами Сынмина. Хан и дальше бы рассматривал эти завораживающие черты лица, если бы в следующую секунду не заметил красную точку в правом верхнем углу. Она сработала как кнопка, запустившая болезненную, сдавливающую внутренности панику. Его глаза были прикованы лишь к значку директа, на котором расплывчатые цифры становились всё больше и больше. Когда отметка показала "99+" Хёнджун содрогнулся и чуть ли не впечатал телефон экраном в парту. Некоторые ученики удивлённо обернулись на звук, с которым девайс стукнулся о лакированное дерево; Хан закрыл глаза и не видел взглядов, которые так и норовили впиться в него, но всё равно смог услышать как стул Юны немного отодвинулся. Скорее всего по классу прокатилась волна шёпота, но её перебила пронзительная трель звонка, сообщающая об окончании учебной недели. Готовые к этому старшеклассники сразу же поднялись со своих мест и ринулись к выходу. Хёнджун открыл глаза лишь когда топот стих, и встретился взглядом с Юной, что остановилась у дверного проёма. Она сразу же скрылась, так что даже выражение её лица было трудно разобрать. Парень не спеша скинул тетрадь, учебник и пенал в рюкзак, подхватил джинсовку и вышел в коридор. Он осмотрелся по сторонам - множество школьников направлялись домой, некоторые даже умудрялись толкаться, чтобы пройти быстрее. Не желая быть задавленным Хан отошёл к окну, и снова вспомнил о телефоне. Сверля тёмный экран взглядом, Хёнджун пытался убедить себя в том, что никто кроме Сынмина не мог написать ему, ведь только он подписан на эту страницу. Телефон включился и на экране сразу же высветилась домашняя лента Инстаграма. Вверху, на индикаторе уже не было того огромного числа, что вызвало у него оцепенение, вместо него было самое обычное "1". Рукой, которая по непонятной причине всё равно дрогнула, он быстро открыл первый и единственный чат. od.tdeee [ Приветики :р ] [ У тебя уже закончились уроки? ] Хёнджун выдохнул и напечатал

Я [ Да, совсем только что ]

[ Встретимся там где всегда? ]

И ответ не заставил себя долго ждать. [ Давай лучше у муз кабинета, мне нужно забрать кое-что ] [ Знаешь где он? ]

[ Ага, уже иду туда ]

Снимая чёрную маску на ходу, Хёнджун зашагал в сторону выхода из восточного крыла. Парень сначала удивился, когда увидел учеников, развешивающих гирлянды и бумажные украшения на окна, ведь только вчера было первое декабря; но потом он вспомнил что Рюджин говорила об этом сегодня, так как сама состояла в организационном клубе. Хан не собирался подслушивать, но время от времени информация, сказанная энергичным девичьим голосом неизбежно доходила и до него. Видимо не ему одному хотелось чтобы настоящая, праздничная зима началась поскорее. Как и в коридорах, на полу вестибюля уже было собрано множество коробок с игрушками и дождиками для ёлки. Даже из радио на столе охранника еле различимо играла мелодия сопровождаемая звуком рождественских колокольчиков. Эта атмосфера, при том что ничего ещё не было доведено до финального вида, заставила Хана улыбнуться когда он прошёл главный вход, и направился к противоположному крылу. В этой части школы большинство комнат были отведены под клубы, мастерские и кладовки. Также именно там находился огромный актовый зал, который поразил его ещё в конце лета, когда учитель, бравший у него интервью для принятия заявки в школу, провёл ему небольшую экскурсию. Хан подошёл к нужной двери и уже собирался написать что на месте, когда от стен коридора эхом отбился отрывистый и звонкий смех. До странного знакомый смех. Вместе с осознанием, что с раскатом грома посетило его мысли, он увидел двух парней выходящих из-за угла немного впереди. Первый был одет в рубашку-поло и джинсы; на плечах второго висела короткая куртка, из-за края которой выглядывала загипсованная рука. Они также заметили его и остановились в двух метрах, обменявшись осторожными взглядами. Поняв что неловкость в воздухе повисла именно из-за него, Хёнджун подумал о том чтобы уйти, но в следующий момент двери разделяющие их открылись и оттуда вышел Сынмин. -О, и вы ребята уже здесь? - невозмутимо спросил он, словно не заметил как на него устремились три растерянные пары глаз. Хан заподозрил неладное как только рука Ода мягко приземлилась на его плечо - Знакомьтесь, это Хёнджун. Несмотря на Сынмина, и то как бодро он говорил молчание словно стало ещё более неудобным. Запоздало, но Хан понял что скорее всего слухи не ограничились всего лишь его классом, и распространились на параллель, или может даже на всю школу; он настолько сильно пытался не обращать на них внимания, что даже не осознал насколько много людей уже говорили о нём. Хёнджун посмотрел на Ода - получается, он тоже что-то слышал? Через несколько секунд один из парней всё-таки подошёл ближе. -Я Ку Гониль, лидер группы Exitz - Хан увидел как представившийся протянул ладонь. Им вообще-то не было смысла называть свои имена - парень знал каждого из них в лицо - но не будет же он говорить им об этом. Когда Хёнджун пожал крепкую руку Ку, то почувствовал как в его голове хаотично всплывают факты о нём, которые он узнал сам или услышал от Сынмина. К примеру что Гониль переехал из Америки в Корею когда ему было восемь. Кажется из-за плохого знания языка его переместили на класс ниже, поэтому он старше остальных, и парни иногда могут называть его 'хён'. Он сам не настаивает на этом, и – по словам О – в близком кругу общения Ку вообще очень мягкий и понимающий. Для Хана же, человек что регулярно ходит по клубам и тусовкам казался если не непостижимым, то как минимум странным, но при этом всё ещё вызывающим уважение. -Квак Джисок, Гаон - повторив за лидером, он также протянул свободную от гипса руку. Од говорил что этот парень настолько искренний и оживлённый, что со стороны может выглядеть глупым, и это первое впечатление очень обманчиво. Вместе с басистом он является главным источником энергии группы, а в социальном плане стоит где-то на противоположном полюсе от Хёнджуна; тот мог только гадать откуда у Квака столько сил на коммуникацию чуть ли не с каждым встречным. -Приятно познакомиться… - пробормотал Хан, но все трое его услышали. -О, ты случаем не играешь на гитаре? - поинтересовался Джисок, внимательно рассматривая шероховатую ладонь Хёнджуна. Его глаза засветились когда он услышал тихое "играю" и Квак, указав куда-то левее спросил - А это не твоя гитара у нас стоит, коричневая такая? -Его, его - заверил Од; он подошёл к ним сзади и легонько подтолкнул в сторону двери. - Заходите, я как раз для этого вас позвал. Парни переглянулись и вошли в кабинет, а Хёнджун так и смотрел на О непонимающим взглядом, словно его только что предали. Хан уже успел пожалеть что не оставил свою гитару в каком-то другом помещении, так как не хотел таскаться с ней по коридорам. Глупо было надеяться что её не заметят, даже в самом углу она выделялась слишком сильно. Но всё таки что этот Сынмин задумал? Почему он не посвятил его в свои планы, Хан тогда точно бы… 'Наверное он уже понял что я не согласился бы' - мелькнуло у парня в голове. Увидев такую растерянную реакцию Хёнджуна, О виновато улыбнулся. -Прости, я не успел предупредить тебя - вполголоса ответил он на молчаливый вопрос, заданный одним лишь взглядом. - Ты уже в курсе, нам нужен гитарист на выступление в этом месяце. -А может я плохо умею, откуда тебе знать? - начал возражать Хан. -Всё просто. Не так давно я случайно подслушал чью-то превосходную игру на гитаре. - парни одновременно посмотрели на место где О уснул в прошлый понедельник. Сынмин подметил это и продолжил уже увереннее, - А когда я спросил у вахтёрши как выглядел человек бравший ключи, она описала его как высокого парня с красными волосами и чёрной маской. Так что да, я могу сделать вывод что ты достаточно хорош чтобы хотя-бы попробовать. Разве ты не хочешь? -Но я… - в глазах О читалась готовность опровергнуть любую неубедительную отговорку, поэтому Хёнджун неожиданно для них обоих твёрдо сказал - Хочу. Од выдохнул и кивнул на полуприкрытую дверь немного правее от себя; за ней находился главный страх Хана, и вместе с ним единственная возможность познакомиться с теми, кем он восхищался последние несколько месяцев. Его спонтанная решительность не означала, что он не испугался когда встретился с полными любопытства взглядами Гаона и Гониля, но по крайней мере она дала ему силы приветливо улыбнуться. Сынмин зашёл последним и закрыл дверь; он подошёл к барабанщику, что скрестив руки стоял перед окном, наглухо закрытым жалюзи. -Давно ты уже играешь? - сходу спросил Джисок как только Хан остановился в центре дощатого пола. В его голосе чувствовались испытывающие нотки, но по тому как он болтал ногами, усевшись прямо на парту было видно, что он волнуется или, как минимум, заинтересован. -Я начал четыре года назад. -Даже больше чем я… - Квак задумчиво почесал затылок, а потом щёлкнул пальцами и указал на Хёнджуна - Любимый исполнитель? -Я слушаю много кого, в основном это что-то вроде Wolf Alice. Но Muse и другие популярные группы тоже люблю. -Какой Скитлз тебе нравится больше всего? -Фиолетовая упаковка с ягодами, - никто не понял к чему был этот вопрос, но парень ответил так же незамедлительно, словно вошёл во вкус. -Самое главное… Я слышал что ты играл одну из песен Грин Дэй. Любимая песня этой группы? На этом моменте Хан всё же немного задумался. Гаон устроил ему самый настоящий блиц опрос, даже Од вместе с Гонилем и те словно следили за матчем по пинг-понгу, переводя взгляды влево-вправо. Всё-таки решив что быть честным лучше всего, он ответил: -Если слушать то Wake me up when December ends, a ecли игрaть – Brain Stew. В полной тишине Гаон спрыгнул с парты и подошёл к Хёнджуну. Несмотря на то, как угрожающе это выглядело, Хан не почувствовал напряжения – совсем наоборот ему почему-то стало невероятно легко смотреть в блестящие глаза напротив. В следующий момент Джисок улыбнулся и, всё-таки разорвав зрительный контакт первым, развернулся к Гонилю. -Это три из трёх, мы должны взять его к себе. Я утверждаю его как человека, что сможет заменить меня. -Да погоди ты утверждать, - ответил Ку на заявление Джисока, и тот посмотрел на лидера словно на маму, что не позволила оставить уличного котёнка. По сути эти слова должны были взволновать Хёнджуна, но при виде вытянутого лица Гаона он лишь хмыкнул, подавляя желание засмеяться. -Давайте я лучше сыграю что-то? - оживлённо предложил он, всё больше удивляясь своему поведению. Может благодаря тому, что он уже был знаком с этими парнями - пускай и однобоко - но общаться с ними было не так сложно, как с теми же одноклассниками; а возможно это желание произвести хорошее впечатление заставило полную неуверенности и страхов личность, годами управляющую его действиями ненадолго отпустить штурвал чтобы дать всему плыть по течению. 'Будь как будет' - с этой мыслью Хёнджун подхватил гитару, так и ждавшую на него в углу кабинета. Какое оказывается это приятное чувство - быть уверенным хоть в каком-то из своих умений.

***

-Я знал что ты им понравишься. - тихо сказал Од, когда они уже шагали к главному выходу. Голоса парней звонко отбивались от стен абсолютно пустого коридора. При этом они были не настолько громкими как песня "Phantom razor", заполнившая всё западное крыло школы буквально час назад. Хёнджуну до сих пор слабо верилось в это, но его уровень игры оказался более чем подходящим для них, поэтому после небольшой демонстрации Гониль захотел попробовать сыграть что-то вместе. Чтобы это не заняло слишком много времени, они нашли что-то, что уже оба выучили, и спустя несколько попыток - и тысячу извинений Хана - их импровизированный дуэт смог исполнить всю песню. По словам Гаона они звучали 'совсем как профи'. До сегодняшнего дня Хёнджун не задумывался о том, как оказывается сложно играть с кем-то, но при этом он также понял что уже давно не испытывал подобного воодушевления. Чувство разделённой любви к музыке настолько захватило его, что он даже не думал когда согласился выступать с ними. 'Выступать?!' эта мысль эхом пронеслась в его голове, и в тот же миг опустила его на землю. По тому, как его лёгкие будто сжало стальными тисками можно было сказать что приземлился он не слишком мягко. Сцена – это совсем не то же самое что метро, на ней нет шансов отвлечься или избежать множества взглядов, что так и впивались в сознание, включая режим паники. Он перевёл взгляд с Джисока, на Гониля и потом на Ода. Наверняка это также было тем, что впечатлило его так сильно - способность выступать перед целой толпой, несмотря на страх и волнение. -Сынмин, я точно вам подхожу? Ты наверное уже понял, но я не самый лучший человек для п-публичного, - даже одно это слово заставило его запнуться - исполнения. -А что, ты передумал? - О посмотрел на него в замешательстве. Он сказал это негромко, чтобы парни впереди не смогли услышать его. Это опечаленное выражение лица Сынмина, сразу же заставило Хана пожалеть что он открыл рот, поэтому он поспешил ответить. -Нет, я с радостью, но это как-то… пугающе. Помолчав несколько секунд Сынмин вздохнул и глядя в пол произнёс: -Мне кажется в любом случае нам никто не сможет подойти лучше чем ты. Твоя игра действительно впечатляющая, и я сейчас говорю это не для того чтобы подкупить тебя, - он мягко улыбнулся, - Это правда то что я думаю. -Спасибо… - пробормотал Хёнджун. Он в самом деле был невероятно благодарен Сынмину, не только за эти слова, а ещё много за что. Высказать всё это было бы слишком сложно для такого человека как Хан, но он мог доказать свою признательность действием, а точнее тем, что приложит усилия чтобы помочь им. Подумав об этом он всё-таки принял твёрдое решение, пускай осуществить его будет не так легко. -А что насчёт волнения - начал говорить Од, но его прервал громкий голос Гаона, выглядывающего в единственное окно жалюзи на котором были полностью подняты. -Это что, снег? - восхищённо воскликнул он, и сорвался с места. Через несколько секунд Квак уже был у главного входа, где на него раздражённо зыркнул охранник. Хёнджун и сам выглянул наружу, впервые за последние полтора часа. От одного лишь вида мягкого снежного одеяла, плотным слоем осевшего на асфальт, Хан тоже не смог удержаться и подбежал к медленно открывающимся дверям. Ледяной воздух сразу же обдал привыкшее к комнатной температуре лицо, и заставил поёжиться, но не остановил его от того, чтобы одновременно с Джисоком вылететь на улицу. Больше снега Хёнджун любил только дождь, поэтому он завороженно наблюдал за тем как пушистые хлопья кружились на фоне мутного синевато-серого неба, и блестели в свете уличных столбов. Они оседали на щёки, губы и кончики ушей, обжигая кожу своим холодом. Его кеды провалились в снежный покров по щиколотку, и сразу же начали промокать понемногу. Сзади послышались возгласы и смех, по всей видимости кто-то начал бросаться снегом, что подтаивал на земле и так удобно лепился в снежки. Хёнджун не собирался присоединяться к этой 'битве', но потом о его спину разлетелся один большой 'снаряд'. Это как ничто другое до сегодня, разожгло в нём желание отплатить, поэтому набрав полные руки снега он плотно утрамбовал его, приглядываясь с кого бы начать. Всё что происходило дальше можно описать тремя словами: холодный захватывающий хаос. Они кидались и уклонялись, бегали и вскрикивали от попаданий. Удивительно как четыре человека смогли заполнить шумом весь школьный дворик; в моменты когда они останавливались чтобы слепить снежки неразбериха стихала, и Хан вспоминал как смотрел на детей, что также играли и резвились. Оказывается со стороны это и вполовину не настолько весело, как в центре событий. Джисок, несмотря на небольшое ограничение, что не позволяло ему лепить плотные красивые снежки, всегда попадал точно в цель, из-за чего Сынмин, страдающий от его атак больше всех, постоянно возмущался. Гониль предпочитал сначала наделать запасов, чтобы потом не волноваться о недостатке, но пока он лепил то был слишком уязвим к снарядам, которые так и сыпались на него со всех сторон. Да и защитить все снежки он не мог, поэтому некоторые из них были сворованы с заливистым хохотом. Они всё время объединялись в команды с кем-нибудь, чтобы нападать толпой, и 'предавали' друг друга, целясь прямо в спину. Но в подобной ситуации никто не обижался на такое коварство. Даже Сынмин, открыто заявляющий о своей неприязни к зиме, и тот всё время смеялся вместе с остальными. Казалось это могло продолжаться вечно, но в один момент все стихли; звонкие голоса эхом отдались между жилыми многоэтажками и окончательно исчезли. Парни подбежали к осевшему на землю Хёнджуну. Такой белый и яркий мир померк в его глазах, из-за ледяного комка что попал ему прямо в переносицу. -Прости, я не хотел так сильно. Всё хорошо? - послышался голос Ку где-то спереди. Хан поморгал несколько раз, так как всё вокруг было слишком размыто, а потом встал с помощью протянутой руки. Во время игры он даже не заметил как лёгкое покалывание на открытых участках кожи превратилось в пронзительную боль, что возникала при любом касании, из-за чего ему пришлось спрятать руки в карманы. -Всё в порядке, - он с улыбкой заверил остальных, что так и стояли, ожидая ответа. После слов Хана атмосфера снова стала лёгкой, и парни, такие же взбалмошные и разгорячённые как он сам, оглянулись на хаос который устроили в дворике. Белоснежное одеяло было втоптано в асфальт будто по нему пробежалось несколько слонов, и всё это сделали четыре парня за каких-то восемь минут. -Ладно, - вздохнул Сынмин, ладонью сметая прилипший к куртке снег - Я думаю пора расходиться. -Разве мы не собирались в зал сходить? - возразил Гониль. Од посмотрел сначала на Ку, а потом на Хёнджуна. -Да точно, - он рассеянно заморгал, и закинул на плечо спортивную сумку, оставленную на скамейке. - Вы тогда идите вперёд, наверное, я вас догоню. Хёнджун последовал за О когда тот развернулся и зашагал по дорожке, что вела к выходу из территории школы. Они шли молча, никаких звуков кроме снежного скрипа под их ногами, и машин, что проезжали по дороге где-то далеко. Хан догадывался о чём Сынмин собирался говорить, и ему самому хотелось рассказать о своём решении. -Ты хотел что-то обговорить? - всё-таки спросил он, когда ждать пока Од начнёт говорить первым стало трудно. -А? Нет, я просто провести тебя хотел немного, - беззаботно проронил он, смотря прямо перед собой. Через миг они уже оказались у калитки с небольшой металлической аркой украшенной жёлтоватыми гирляднами. Хёнджун остановился под ней, и развернулся к Сынмину чтобы попрощаться. -Иди давай, просушись дома хорошенько и оденься тепло, окей? - с лёгкой улыбкой произнёс Од, после чего он вдруг поднёс руку и убрал несколько снежинок с волос Хана, что так и замер напротив. - Я потом напишу и спрошу. Хёнджун, напрочь забыв что хотел ответить ему на это, уставился вверх где прямо над ним повисло украшение в виде белых ягод окружённых зелёными колючими листьями. 'Омела' - промелькнуло у Хана в голове, и полным растерянности взглядом он посмотрел на уж слишком улыбчивого О. Его осенило. Всю неделю он ждал какого-то подвоха или трюка от Сынмина, но тот вёл себя куда более спокойно и предсказуемо чем в прошлую пятницу. И всё это только чтобы усыпить его бдительность и… да у Хёнджуна дыхание перехватило от подобной наглости! Сначала он подумал о том, чтобы притворяться что ничего не заметил и уйти раньше чем Од осуществит замысленное, но в таком случае он бы просто струсил. Чего Хёнджуну хотелось на самом деле так это отыграться за прошлый раз, когда он сам чуть не сгорел на месте. Выглянув Сынмину за спину и убедившись что там уже никого нет, Хан приблизился к ничего не подозревающему О. Парень оставил на его холодной щеке совершенно невесомый и при этом самый настоящий поцелуй. Сердце подскочило и начало биться учащённо и почти болезненно, словно ругалось на своего владельца что совершал такие дурацкие поступки. Хёнджун всё ещё находясь очень близко, произнёс совсем тихо: -Хитро, признаю. Но и я не настолько наивный. Давай закончим этот раунд на ничье. И чудесно понимая что только что сморозил какую-то глупость, Хан захохотал и бросился наутёк, подальше от этой арки и этого коварного Сынмина. Всего один раз он не удержался и оглянулся назад – ошарашенное выражение лица, что он тогда увидел, хотелось запомнить навсегда. Уже на вагоне метро, отдышавшись и глядя на своё отражение в тёмном окне Хан понял что не может не улыбаться. Он всё-таки сравнял счёт, но их игра только началась. Главное не стать зависимым от этого азарта.