Легенды Линкольнширских Каров[болот] (Legends of the Cars)

      Однажды в этих краях — и не так уж давно это было — жил-был дурак, который хотел купить горшок мозгов, потому что из-за своей глупости он постоянно попадал в неприятности, и все над ним насмехались. Услышал он от людей, что можно попросить все что угодно у мудрой женщины, что жила на холме и знала и травы, и зелья, и чары, и все что ни есть на этом свете. Поэтому он спросил дозволения у своей матери пойти и купить у нее горшок мозгов. — Ступай, сын мой. Тебе бы не помешало, кто позаботится о таком дурачке, когда я умру, ведь ума у тебя как у годовалого ребенка. Помни только о своих манерах, говори учтиво, она из мудрых людей, а те не терпят грубого обращения. Отправился он к ней сразу после чая и застал ее сидящей у очага и помешивающей варево в большом горшке. — Добрый вечер, миссис! Прекрасная ночь — Да, — ответила она, продолжая помешивать. — И может будет дождь, — сказал он, переступив с ноги на ногу. — Может, — сказала она. — А может, и не будет дождя, — сказал он, выглянув в окно. — Может и так, — сказала она. Он почесал в затылке и повертел шляпу. — Да, — сказал он, — не могу придумать ничего больше про погоду, но позвольте сказать — хлеба, кажется, уродятся. — Хорошо, — сказала она. — Эээ... да и скотина жиреет, — сказал он. — Да, — произнесла она. _ Э... — сказал он, не зная, о чем бы еще сказать, — пожалуй, можно и к делу теперь перейти. Нет ли у вас каких-нибудь мозгов на продажу? — Это зависит от того, что за мозги тебе нужны, — ответила та, — если королевские, солдатские или мозги учителя, то я таких не держу. — Нет, вовсе нет! — ответил он, — мне нужны самые обычные мозги, те, что подойдут любому дураку, как у всех людей. — Ну в этом я могу тебе помочь, — сказала мудрая женщина, — но и тебе постараться придется. — Что для этого нужно сделать, миссис? — спросил он. — А вот что, — сказала она, заглядывая в свой горшок, — принеси мне сердце того, что любо тебе больше всего, и я скажу тебе, где достать тебе твой горшок мозгов. — Но, — сказал он, почесав в затылке, — где же мне сыскать это? — Это уж не мне тебе говорить, — сказала она, — сам отыщи, парень. Но учти, как отыщешь, я задам тебе загадку, чтобы понять, верную ли вещь ты принес, и найдутся ли для тебя подходящие мозги. И, если это всё, то доброго тебе вечера. С этими словами она взяла свой горшок и ушла с ним в кладовку. Вернулся дурак домой и рассказал обо всем матери. — Я думаю, что должен убить свинью, потому что больше всего на свете я люблю жирный бекон, — сказал он. — Тогда делай, что решил, сынок. Потому что без мозгов тяжко тебе будет жить на белом свете. Зарезал он свинью и на следующий день снова отправился к мудрой женщине, застав ее за чтением огромной книги. — Добрый вечер, миссис, — сказал он, — я принес сердце того, что я люблю больше всего, — и он положил на стол свиное сердце, завернутое в бумагу. — А точно ли то? — спросила она, взглянув на него сквозь очки, — скажи-ка мне, что бежит без ног? Думал он, думал, но сколько бы ни чесал в затылке, так ничего и не придумал. — Ступай назад, — сказала она, — не отыскал ты нужной вещи, и не будет для тебя сегодня мозгов. Она захлопнула свою книгу и ушла. Пошел дурак домой к матери. Но по пути встретил он людей, которые сказали ему, что мать его умирает. И только лишь вошёл он в дом, как мать, увидав, его, улыбнулась, будто зная, что нашел он мозги и уж проживет как-нибудь без нее, и умерла. Сел тогда он подле нее и задумался, что же делать ему теперь. Вспомнил он, как нянчилась с ним в детстве мать его, как учила его, как готовила еду, как латала одежду да как родила его, дурака. И так ему стало горько, что он расплакался. — Мама-мамочка, — плакал он, — кто же теперь позаботится обо мне. Нет теперь тебя, а я любил тебя больше всего на свете. Как только он произнес это, то тут же вспомнил о словах мудрой женщины. "Значит ли, что я должен вырезать сердце матери и принести ей его. Не нравится это мне", — но взялся за нож и потрогал лезвие. — Нет, не могу, — сказал он, — что же мне делать, что же делать, чтобы достать этот горшок мозгов, когда остался я один на этом свете. Думал он, думал, и на следующий день положил тело матери в мешок, взвалил его на плечо и понес прямо к домику мудрой женщины. — Добрый вечер, миссис, — сказал он, — теперь-то уж я думаю, что отыскал нужную вещь. — Может быть, — ответила та, — только скажи мне, что желтеет и блестит, но не соверен? Думал он, думал, но сколько бы ни чесал в затылке, так ничего и не придумал. — Не достал ты нужной вещи, — сказала она, — ты еще больший дурак, чем я думала. И она захлопнула дверь перед самым его носом. Сел он тогда на обочину у дороги и горько заплакал. — Потерял я уже две вещи, что были мне дороже всего! Что же еще могу я найти, чтобы купить горшок мозгов, — и зарыдал он так сильно, что слезы ручьями потекли по лицу. Тут шла девка, что жила поодаль, увидала его и спросила: — Что с тобой, дурак? — Я убил свою свинью, потерял мать, и сам дурак дураком, — ответил он, утирая слезы. — Это плохо, — сказала та, — есть ли кто, чтобы присмотреть за тобой? — Нет, — ответил он, — и я не могу купить мозгов, потому что не осталось у меня больше ничего, что люблю я больше всего. — О чем это ты говришь? — спросила она. Присела она рядом с ним, и рассказал ей дурак и о свинье, и о матери, и о загадках, и о том, как остался он один на всем белом свете. — Ну, я могла бы присмотреть за тобой, — сказала она. — Правда? — спросил он. — Да. Люди говорят, что дурак — хороший муж, если ты не против. — А можешь ли ты готовить? — спросил он. — Да, могу — А стирать? — Конечно — А шить одежду? — И это могу — Мне это подходит, вот только что делать с мудрой женщиной? — О, не спеши, — ответила она, — мне все равно, что ты дурак, поживем — а там видно будет. — И то верно, — сказал дурак, и они пошли и поженились. И стала она жить у него в доме, и стал дом таким чистым и опрятным, а еда такой вкусной, что однажды ночью он сказал ей — Верно ты самая лучшая, что есть на свете! — Отрадно слышать, и что с того? — Думашь, надо мне убить тебя, вынуть сердце и отнести той мудрой женщине, чтобы купить у нее горшок мозгов? — Божечки мои, конечно нет! — воскликнула она испуганно, — уж этого точно делать не нужно! Ты же не смог вырезать сердце своей матери, нет? — Нет, но если бы смог, может быть, у меня был бы горшок мозгов — Ну уж нет, давай ты оставишь меня как есть, с сердцем и всем прочим, а уж я, бьюсь об заклад, разгадаю эти загадки. — А сможешь ли? — с сомнением спросил он, — они страсть как сложны, а уж для женщин особенно — Посмотрим, — сказала она, — говори-ка первую — Без ног, а бежит? — Так это вода, — ответила она. — И то верно, — сказал он и почесал голову — А что желтеет и блестит, но не соверен? — Солнце, — сказала она — Вот это здорово! — воскликнул он, — идем же немедленно! Когда они пришли, мудрая женщина сидела у двери и плела циновку. — Добрый вечер, миссис, — сказал он. — Добрый вечер, дурак, — сказала она. — Я нашел нужную вещь, — сказал он, — но не вырезал ей сердце, потому что это очень дурацкое дело Мудрая женщина посмотрела на них обоих и протерла очки. — А скажите мне, у кого сначала одна нога, потом две, а в конце четыре? Думал дурак, думал, но сколько бы ни чесал в затылке, так ничего и не придумал. Но девка шепнула ему на ухо: "это головастик" — Может, — громко сказал он, — это головастик, миссис? Та кивнула головой: — Это верный ответ. И у тебя уже есть твой горшок с мозгами. — Так где же он? — спросил дурак, озираясь по сторонам. — В голове твоей жены, — ответила мудрая женщина, — только хорошая жена будет присматривать за дураком, вот и держись за нее. С этими словами она встала и ушла в дом. Пошли они домой вместе и никогда больше не думали покупать горшок с мозгами, головы жены было всегда достаточно.