Миссия особого назначения

      С ухмылкой мужчина направился к пыхтящему от боли Оруо. Приблизившись вплотную, плюхнулся на землю рядом с ним. На его толстых жабьих губах расцвела сочувственная улыбка.       — Больно, малыш? — мягко спросил мужчина, протягивая пухлую короткую руку вперед и кладя её на раненое плечо парня. По-отечески погладил.       Оруо дернулся назад. Лицо его потемнело от отчаянной ярости.       — Отвали от меня, скотина, — злобно прорычал он. Мужчина улыбнулся ещё шире. Его маленькие глазки лукаво сощурились.       — Вот как ты разговариваешь со старшими — деланно — грустным тоном произнёс он. — Разве твой отец не учил тебя, как подобает себя вести?..       — Эй! Не смей его трогать! Слышишь, ублюдок?! — Берта грозно рассекла воздух зажатым в кулаке ножом, — я не посмотрю, что у тебя пистолет! Ты не успеешь нажать на курок, как я перережу тебе глотку!       — Потише, куколка. Всё-таки ты разговариваешь с мужчиной. Разве может такое ничтожное существо как женщина, перечить или кричать? Тебе лучше прикусить свой длинный язычок, — сладко пропел толстяк. Лицо Берты вдруг покрылось багровыми пятнами.       — Ты назвал меня… Ничтожной?! Тварь! — она судорожно втянула воздух. Её тонкие губы мелко подрагивали.       — Иногда полезно услышать правду, да, милая? — снова гадко улыбнулся разбойник, — женщины созданы для прислуживания и утех. Мужчины всегда будут идти впереди, гордо подняв голову, а женщины плестись сзади, смиренно опустив её… А ты ведь красавица, — его глазенки похотливо блеснули, — не хочешь прислужить мне потом? Я щедро вознагражу тебя.       — Заткни свой грязный рот! — не успела Петра опомниться, как Берта ловко соскочила с телеги и с громким воплем кинулась к мужчине. Но тот среагировал быстрее: крепко обхватил, находящегося в полубессознательном состоянии, Оруо и приставил к его кудрям дуло пистолета. Берта резко затормозила, оторопело замерев с вытянутым ножом в двух шагах от них.       — Значит, твой отец не выполнил свой долг и не научил тебя почтению? А, паренёк? — прошептал мужчина. — Так и быть. Я сделаю это за него…       Мужчина сжал короткими шишковатыми пальцами рану на плече. Оруо закричал. Его лицо исказила гримаса боли и муки.       — Больно! Хватит! Не надо… — простонал он.       — Оруо! Нет… Довольно же! — сдавленно просила Берта.       Петра заметила, что рука девушки дрогнула. Берта боялась. А это значит, что дела обстоят очень плохо… Петра зажмурилась и крепко закусила губу, чтобы не расплакаться. Как она смеет сейчас плакать?! Как её слезы помогут Оруо?! Как они могут помочь Берте?!

Ну же, Петра… Будь хоть где-нибудь полезной! Ты всегда подводишь.

      Подвела папу, бросив его и опозорив несостоявшейся свадьбой с Бруно. Подвела Михаэля и Элли, уйдя и предав их дружбу. Подвела маму, родившись на этот свет… Но не теперь! Петра медленно подняла голову, решительно проведя пальцами по намокшим глазам. Теперь она не подведет своих товарищей. По крайней мере она не будет плакать. Она будет, чёрт возьми, сильной! Как и все они.       Мужчина коротко хохотнул. Его глаза весело блеснули.       — А вы смелые, ребятки… Смелых я люблю, очень люблю. Но иногда они бывают слишком непокорными… Поэтому таких, как вы, ребятня, мне пришлось… Бум! — он слегка отклонил пистолет в сторону, изображая выстрел. — Из смелых цыплят они превращались… В мёртвых!       И он снова гадко захихикал, обнажая ряд неровных гнилых зубов.       «Он и сам весь гнилой внутри… Вонючий и испорченный», — подумала Петра, сжимая кулаки. Ах, если бы она была так же дерзка как Берта! Если бы умела драться… Стало бы это животное препятствием на её пути?       — Брось нож, кисуля, — вдруг с улыбкой сказал мужчина Берте, кивнув на нож в кулаке.       Берта мрачно опустила голову. Петра поняла: подчиняться та не собиралась. Мужчина это тоже понял, потому что вдруг перестал улыбаться.       — А ну бросила нож! Живо! — заорал он страшным голосом. Вытянув руку с пистолетом вверх, он нажал на курок. Раздался оглушительный выстрел. За спиной Петры послышались испуганные вопли.       — Мама… Мамочка… Я не хочу… Не хочу умирать… Я хочу домой, — пищал тонкий девичий голос где-то в толпе, — домой, домой, домой, хочу домой, хочу к маме…       «Я тоже хочу домой. И к маме хочу тоже», — устало подумала Петра. Но она понимала, что это невозможно. Домой — значит надеть оковы из обручального кольца. А мама… Мама далеко. Петре до неё не дотянуться. Слишком слаба — слаба телом и душой… Нужна ли маме такая дочь, как Петра? Гордой женщине, свободной птице… Петра вздрогнула, потому что ответ на этот вопрос, как всегда, больно обжигал грудь.

Нет. Не нужна…

      Мужчина, тем временем быстро опустил пистолет и снова прижал его к виску Оруо.       — Хочешь его смерти, а?! Хочешь увидеть, как ошметки его мозгов разлетаются по этой дороге?! Нет? Тогда бросай нож! — продолжал вопить он. Лицо разбойника покраснело, он тяжело дышал. Маленькие глаза злобно и с хищной ненавистью смотрели на Берту. Петра никогда не видела такого страшного взгляда. Взгляда настоящего дьявола…       — Я считаю до трёх, тварь! И если ты всё-таки не послушаешь меня, то мы быстро успокоим твоего дружка. Он заснет сладко и крепко!       Берта отшатнулась назад. Лицо её побледнело. Она отбросила от себя нож.       — Подавись ты…       — Так, — удовлетворенно кивнул мужчина. На его лице снова появилась торжествующая самодовольная улыбка, — умная девочка… А теперь слушайте сюда, мальцы… Сейчас с вами говорит сам Кенни-Потрошитель…       Берта выразительно хмыкнула.       — Так мы тебе и поверили! Куда тебе до Потрошителя…       — Молчать! — прогремел мужчина. Его губы злобно скривились, — позже я разберусь с тобой лично, куколка… Ты ответишь за каждое слово, которое вылетело из твоего поганого ротика… Только подожди немного…       Сзади послышался топот копыт и ржание лошадей. К телеге подъехали четыре всадника. Один из них соскочил на землю и быстрым легким шагом приблизился к мужчине.       — Что тут у тебя… Потрошитель? — отрывисто и резко спросил он, — какого чёрта ты тут устроил? Нам же было сказано, справиться быстро и без шума.       — Какого чёрта ты мне тут указываешь, Рик?! — взревел Кенни-Потрошитель.       Он, пыхтя, поднялся на ноги, и злобно прогнусавил, тыча товарища в грудь:       — Я тут главный, понял?! Он так сказал! Вы должны мне подчиниться, а иначе…       Усталое, грязное от дорожной пыли лицо Рика исказила ярость. Не успел Потрошитель опомниться, как он схватил того за грудки и приблизив к себе, отчеканил:       — Из-за тебя, Потрошитель, погиб Орлов.       Петра резко подалась вперёд. Сердце будто упало. Орлов… Неужели тот самый Орлов?..       Лицо Кенни сморщилось, будто бы он проглотил что-то горькое. Весь съежившись, он залепетал уже умильным голосом, смущенно и робко приподняв губы:       — Не надо так говорить, Рик. Ты же понимаешь, что не я один виноват. И ты должен знать, что Орлов сам…       — Заткнись, чёртова тварь! — Потрошитель вдруг отскочил от Рика с громким воплем. Он согнулся, схватившись за живот. Лицо его вздулось и покраснело, из выпученных глаз потекли слёзы.       — За что, Рик?.. Не надо… — провыл он.       — Не смей обвинять Орлова! Я не позволю тебе этого, ублюдок. И запомни, — Рик снова приблизился к подвывающему Потрошителю и, наклонившись, тихо произнёс: — Я никогда не забуду об этом… Ты поплатишься за содеянное.              Потрошитель выпрямился. На его бледном лице был смертельный ужас.       — Рик, — пискнул он, — послушай, Рик…       Рик уже не слушал. Развернувшись, он стремительным шагом направился обратно к телеге, вытаскивая по дороге пистолет.       — Томпсон! Зарий! Займитесь делом, начинайте, — крикнул он.       Двое из троих всадников соскочили с лошадей и, достав оружие, кинулись к телеге. Третий всадник остался. Рик кивнул ему:       — Поезжай и смотри за дорогой, Исвольд.       Тот кивнул и рысцой ускакал чуть дальше.       — Скидывайте все свои вещи в телегу и слезайте! Живо! — послышались грубые голоса.       — Нечего делать, Петра, — отрывисто произнесла Берта, хватая её за руку, — пошли.       Они обе соскочили с телеги и двинулись вслед за остальными. Никто не пытался сопротивляться. Никто не хотел умирать первым.       «А мы ведь хотели сражаться с титанами…» — мелькнуло в голове у Петры. Она слабо улыбнулась. Оказалось, они такие трусы…       Берта вышагивала рядом. Гневно сжав брови, она кидала косые взгляды на разбойников, сосредоточенно что-то бормоча.       — Не мешай, — отмахнулась она от вопросительного взгляда Петры, — бабка моя, колдунья… Научила меня кое-чему. Хочу проклясть их, — и девушка снова начала шептать, украдкой закатывая глаза к небу.       Рик остановился возле Оруо, с интересом разглядывая его.       — Это кто тебя так? — спросил он, кивая на окровавленное плечо, — Не Потрошитель ли? — Оруо ответил ему злобным взглядом.       Рик лишь усмехнулся.       — Добить тебя, что ли? — задумчиво спросил он. Оруо вздрогнул, слегка приподнявшись на локти. — Нет, — тут же решительно сказал Рик, устало тряхнув тёмными засаленными прядями, — лучше не сейчас, а потом… Вместе со всеми…       И он зашагал дальше, к столпившимся рядом с телегой курсантам.       — Все положили свои вещи сюда? — он махнул рукой в сторону, — кто ослушается, будет застрелен немедленно…       Тут вперед выступил юноша. Он был худощав, с тёмными кудряшками на затылке. Его маленькое круглое лицо нервно подрагивало, он кусал бледные губы, оставляя на них красные отпечатки зубов.       — Послушайте, — начал он слегка дрожащим, но решительным голосом, — откуда у вас оружие?       Брови Рика изумленно взлетели вверх. Его сообщники тоже застыли, во все глаза таращась на смельчака. Рик вдруг захохотал. Его смех разнесся далеко по дороге, затихая в далёких уголках леса, начинавшегося рядом с обочиной. Вслед ему вторили Томпсон и Зарий. Даже, подкравшийся сзади, Потрошитель тихонько захихикал, но с опаской косясь на Рика.       Юноша натянуто улыбнулся, смущённо пожав плечами. Все остальные настороженно молчали. Берта покачала головой, яростно прошипев:       — Что творит этот придурок?       Наконец, Рик вскинул руку вверх. Смех тут же стих, в воздухе воцарилась тишина.       — Как тебя зовут, парень? — весело спросил разбойник.       — Кэррол, — чуть помедлив, юноша прибавил: — Линн. Кэррол Линн.       — Повтори-ка, Кэррол, что ты только что спросил, — с той же весёлой улыбкой произнёс Рик.       Кэррол чуть приосанился и взволнованно затараторил:       — Я спросил откуда у вас это оружие… Видите ли, оно принадлежит Военной полиции...       Рик перестал улыбаться. Нахмурившись, он резко спросил:       — Ну и как ты это понял, парень?       — На пистолетах метка… Символ. Ну… Сбоку…       Рик кинул быстрый взгляд на оружие в руках и тут же снова поднял голову.       — Продолжай… Линн.       — Такое оружие носит только Военная полиция, только у них оно отмечено знаком… Неужели в их рядах завелись предатели? Как вы их получили? Или… Вы сами… Оттуда?       Лицо Рика побледнело. Он медленно провел языком по тонким губам.       — А ты умён, паренёк.       — Ну что вы, — Кэролл учтиво улыбнулся, — просто наблюдателен.       — Не хочешь присоединиться к нам? — вдруг серьёзно спросил Рик. Лицо Кэррола изумленно вытянулось.       — Что?..       — Наш… — Рик чуть помедлил, — наш хозяин любит умных и наблюдательных. Их сейчас как раз не хватает… Ну, так ты согласен?       — Согласен… — растерянно пробормотал Кэррол, — согласен на что?       Рик раздражённо фыркнул.       — Ну ты даёшь, парень! Я повторяю ещё раз: присоединишься к нам?       Кэррол продолжал молча смотреть на разбойника, изумленно хлопая глазами.       — Ну?! — нетерпеливо воскликнул Рик. Он нервно поджал губы, — ты оглох что ли?! Решай быстрее!       Кэролл медленно покачал головой, чуть отступив назад.       — Как я могу… Как я могу согласиться? — пробормотал он, — грабить, убивать, насильно забирать чужое… Как я могу?       Рик нервно дёрнул ртом. Лицо его приняло жесткое выражение.       — Тогда ты умрешь, Линн.       Кэролл Линн побледнел. Чуть покачнувшись, он вдруг слабо улыбнулся.       — Получается… У меня был выбор без выбора?       — Получается, что так, — кивнул Рик, — извиняй, парень.       Он выстрелил. Кэролл рухнул на землю. Снова послышались испуганные вопли, толпа курсантов отшатнулась назад.       — Кто-то ещё хочет задать вопрос? — Рик убрал пистолет и обвел курсантов холодным взглядом, — мне не нравится, когда много спрашивают и… Дерзят… Делайте выводы.       Тут его взгляд упал на Петру, которая сжимала в руках чёрную коробку. Глаза Рика расширились.       — Я же вроде ясно сказал, — он медленно приблизился к Петре, — оставить все вещи в телеге. Или ты глухая, свинья?!       — Я… — Петра отступила назад. Сердце билось быстро и горячо, — я не могу. Это моё. — Рик покраснел от гнева. Сросшиеся брови сжались у переносицы.       — Твоего тут больше ничего нет! Все принадлежит нам! — он обернулся и коротко бросил: — Зарий, иди сюда… Разберись.       К Петре подскочил другой разбойник. Он был невероятно высоким и широкоплечим. Чёрные мрачные, будто мёртвые глаза были полны ярости и злобы. Протянув руку вперед, он толкнул Петру в живот и обхватил конец коробки пальцами.       — Отдай, тварь, — прорычал он.       Петра изо всех сил вцепилась в драгоценную коробку. Нет. Они не могут. Это её вещь. Только её. Они не посмеют забрать у неё маму…       — Нет! — взвизгнула Петра, — я не отдам! Это моё! Отпустите!       Она не отпустит. Нет.

Ни за что не отпустит маму…

      — Петра! — Берта кинулась к ней. Вцепившись в разбойника, она попыталась оттолкнуть его, — не смей её трогать! — заорала девушка. Петра пнула Зария по ноге. Тот отшатнулся, со стоном хватаясь за колено.       — Убью, убью тебя, паскуда! — грозно проревел он.       — Погоди-ка, Зарий, — Рик снова выступил вперёд, и, внимательно посмотрев на Петру, отчеканил:       — Не отдашь?..       — Нет! — Петра яростно замотала головой, — нет, нет, нет!       Рик вдруг кинулся к ней и вырвал заветную коробку. У Петры потемнело перед глазами. Мама…       — Нет! — закричала она истошно, — не смейте!       Она рванула вперёд и схватив Рика за руку. Отчаянно вцепилась зубами в его кулак.       — Что ты делаешь, гадина?! — Рик оттолкнул Петру, отчего та полетела на землю и больно ударилась лицом. Из носа потекло что-то влажное и тёплое.       Больно… Но внутри было больнее. Её сердце будто расковыряли ржавой иглой. Неужели мама снова ускользает от неё…       — Не трогайте! — высокая фигура Берты выросла перед ней и загородила от разбойников.       — Отойди! — приказал Рик.       — Не отойду, — упрямо ответила Берта. Её темные глаза ярко блеснули, — вы ничего ей не сделайте, ясно?!              — Рик, а, Рик, — тут вперёд выскочил Потрошитель, возбужденно размахивая руками и указывая на Берту, — позволь мне разобраться с девчонкой… Позволь мне, а, Рик?       — Молчи, — холодно отозвался Рик. Он сурово сдвинул брови и рявкнул, — Томпсон, Зарий, уберите её!       Двое разбойников подхватили за руки упирающуюся Берту и оттащили в сторону.       Теперь Петра была совсем одна. Наедине с приближающейся смертью. Рик холодно взирал на неё, вытаскивая пистолет.       — Я не потерплю таких выходок, девочка. Твоим наказанием будет смерть. Что скажешь напоследок?       Петра протяжно всхлипнула. Из глаз полились слёзы.       — От… От… Отдайте мне! — прорыдала она, протягивая руку к разбойнику, — отдайте мне мою маму!..       — Так это мамочка дала тебе на прощание? — насмешливо улыбнулся Рик, — какая прелесть… Как долго она будет оплакивать свою дочку… Её гибель… Матери они такие.       — Нет, — пробормотала Петра сквозь слёзы, — мама не будет, мама не такая…       — И ты всё равно любишь её? — Рик изумленно покачал головой, — какую же жертву ты приносишь, девочка. Никогда не понимал таких, как ты… Ну довольно, — он направил пистолет прямо на Петру, — пора уже покончить с этим…       Петра крепко зажмурилась, сжавшись в комочек на земле. Только бы всё прошло быстро… Только бы быстро…       Вдруг снова раздался стук копыт и истошный вопль:       — Рик! Нужно убираться отсюда! Быстрее! Сюда…       Тут раздался выстрел и голос смолк.       Лицо Рика побледнело. Он сжал губы в тонкую линию.       — Что там? — громко крикнул он.       Разбойник Томпсон бросился по дороге к мёртвому телу Исвольда. Но тут же развернулся назад. На его лице был написан смертельный ужас.       — Разведкорпус! — заорал он, — сюда скачет отряд из Разведкорпуса! Рик, что нам…       Новый выстрел. Томпсон упал замертво. Рик опустил дымящийся пистолет. Лицо его выражало холодную решительность.       — Рик, ты убил его! — воскликнул Зарий и его чёрные глаза испуганно расширились, — неужели и меня ты…       Он не успел договорить. Рик направил дуло пистолета на него. Мгновение, и огромная туша разбойника распласталась на земле.       Рик огляделся.       — Потрошитель, чёртов старик, где ты?! — злобно воскликнул он. Но Кенни-Потрошитель исчез. Яростно чертыхнувшись, Рик кинулся к лошади. Но Берта оказалась быстрее. Сорвавшись с места, она настигла разбойника и повалила его на землю. Тот попытался дотянуться до оружия, но Оруо его опередил. Направив дуло на Рика, он торжествующе ухмыльнулся:       — Лежи и не двигайся. Иначе прострелю тебе башку.       Рик издал угрожающий отчаянный рык. Но было уже поздно. Топот лошадей и взволнованные голоса разведчиков раздавались теперь со всех сторон.       — Все целы?       — Что здесь произошло?       — Какого чёрта?!       К Берте подбежали двое в развевающихся зелёных плащах. У Петры перехватило дыхание, слёзы защекотали горло. Они спасены!       — Встать! — рявкнул один из разведчиков. Он направил свой клинок на разбойника, — и попробуй только дернуться…       Рик медленно поднялся на ноги, мрачно опустив голову.       — Да вы неплохо и без нас справлялись, ребятки, — шутливо улыбнулся другой, помогая подняться Берте и обеспокоенно глядя на Оруо, — как ты себя чувствуешь, парень?       — Нормально, — слабо улыбнулся Оруо. Он попытался привстать, тут же поморщившись.       Солдаты обеспокоенно переглянулись.       — Не двигайся пока, тебе вредно. Мы тебе поможем, только разберемся с этим животным, — разведчик с ненавистью бросил взгляд на Рика, — вы пока…       Но тут Рик, сделав какое-то ловкое движение, оттолкнул обоих мужчин от себя и кинулся в сторону к лошади. Никто не успел опомниться, как он вскочил в седло и рысью помчался вдоль дороги, изо всех сил погоняя лошадь.       — Держи его! Держи! — раздавались отовсюду крики. Разведчики кинулись за ним. Послышались звуки выстрелов, но всё было тщетно. Разбойник ускользнул.       — Как же так! — растерянно пробормотал разведчик, удерживающий Рика, — в жизни не видел такого ловкача…       Но Рик недолго радовался полученной свободе. Ловкий и сильный удар клинка выбил его из седла, и он с громким криком полетел на землю.       — Боюсь, что с двумя сломанными ногами и без половины мозгов тебе будет тяжело избежать правосудия, гаденыш. Неужели так трудно набраться смелости и, наконец, ответить за свои действия? — раздался над ним холодный саркастический голос. Рик ошарашенно застыл. Он медленно поднял голову и лицо его перекосило от ужаса и отчаяния.       — Ты… Вы… Это вы?.. — пролепетал разбойник.       — Не смотри на меня так, будто увидел дьявола. Хотя… Может быть я хуже? — усмехнулся говоривший, убирая клинки в ножны. Это был невысокий худощавый человек.       Его бледное, заостренное лицо со впалыми щеками и вытянутым подбородком можно было одновременно назвать и молодым, и старым. Сложно точно назвать его возраст… Тонкие бескровные губы были плотно сжаты. Особенными были и его глаза: голубовато-серые, они казались выцветшими и блеклыми, будто неживыми. В них не было ничего кроме ледяного спокойствия и безразличия. Взгляд этих глаз пугал, хотелось отвернуться и смотреть куда угодно, только не в эту бездонную мёртвую глубину.       — Пощадите… — Рик с трудом привстал на четвереньки, уткнувшись лицом в землю, — умоляю… — скулил он, дрожа. Разбойник медленно поднял голову. Лицо, перепачканное пылью и кровью, было залито слезами.       — Прошу вас…       — Какой же ты грязный, — вдруг холодно произнёс мужчина, брезгливо передергивая плечами. Его маленький аккуратный нос недовольно сморщился, — лучше спрячь снова свою рожу. Смотреть противно…       Рик покорно опустил голову, издав тонкий жалобный всхлип.       — Так-то лучше, — мужчина удовлетворенно кивнул, — но вместо твоего нытья я бы хотел слышать кое-что полезнее… Расскажи-ка мне вот что, приятель…       Тут к ним, запыхавшись, подбежали несколько солдат.       — Капитан! — воскликнул один из них, — вы поймали его…       — Да, — тот сухо кивнул, — я бы не смог спать ночью, если бы упустил эту скотину. Так было бы обидно…       — Вы и так почти не спите, Сэр, — сочувственно улыбнулся солдат, пока трое других связывали Рику руки.       Мужчина ничего не сказал на эту реплику. Он кивнул и коротко приказал:       — Ведите его к отряду. Есть пострадавшие?       — Есть несколько убитых, Сэр, — быстро откликнулся солдат.       По лицу мужчины пробежала легкая судорога, но через мгновение оно снова стало непроницаемым. Развернувшись к Рику он медленно и раздельно произнес, будто вбивая гвозди каждым словом:       — И ты, чудовище, ещё и просишь о пощаде…       — Нет! Я не хотел! Меня заставили, я клянусь! Пощадите, умоляю! — снова заорал Рик. Его лицо задрожало от сдавленных рыданий, — пощадите…       Мужчина, презрительно поведя плечом, развернулся и зашагал к телеге.       Когда он подошёл ближе, в толпе курсантов разнеслись восторженные восклицания. Кто-то из девушек зарыдал, судорожно всхлипывая и повторяя: «Он здесь, хвала небесам… Он здесь…»       Берта с Оруо стояли рядом, расплывшись в одинаковых радостных улыбках. Но Петра ничего не видела и не слышала. Все мысли были заняты маминым чёрным коробом, который был жестоко отнят разбойником…       Мужчина устало тряхнул аккуратно уложенной тёмной чёлкой и тихо произнес:       — Как вы, ребята?       Вперёд выступил какой-то юноша и заговорил оживленно и торопливо:       — Сэр, тут произошло невероятное! На нас напали разбойники, среди которых был, сэр, вы не поверите, — он судорожно качнул головой, — тут был сам Кенни-Потрошитель!       Лицо мужчины вдруг потемнело. Глаза широко раскрылись и в них вспыхнуло что-то волчье:       — Кенни… Потрошитель? Ты сказал Кенни-Потрошитель?       — Да, сэр, — юноша торопливо кивнул, — он назвал себя так…       — Как… — мужчина говорил с трудом, — как он выглядел?       Его губы были плотно сжаты. Он нервно повёл носом.       — Как же? Ну?       — Он был толстый и низкого роста, Сэр, — вдруг выступила вперёд Берта. Она говорила деловито и спокойно, — мне почему-то кажется, что он врал. Такой, как он, не может быть самими Кенни-Потрошителем, — прибавила она решительно.       Мужчина медленно покачал головой. Его взгляд снова стал холодным и спокойным.       — Скорее всего самозванец, — пробормотал он вполголоса, — но что же…       — Это вовсе не Потрошитель, капитан! Его зовут Крыс! Просто Крыс! — послышался крик сзади. Рик стоял на коленях, удерживаемый с двух сторон солдатами. Зрачки его безумно расширились. — Он всегда просил называть себя так, но это не тот Кенни-Потрошитель о котором вы подумали! Он просто чёртов подражатель! — Рик подался вперед и горячо продолжил, — я могу стать вашим шпионом, капитан… Вашим слугой… Только не лишайте меня жизни!       — Сэр, — вдруг заговорил Оруо, — его пистолеты… На них метки Военной полиции, посмотрите внимательно. Возможно, у них есть информатор.       — Мальчишка прав, капитан, — солдат подал мужчине найденное на земле оружие, — значит что-то тут нечисто. Надо бы доложить главнокомандующему…       Лицо мужчины злобно дернулось.       — Я совершенно не удивлён, — произнёс он резко, — в Военной Полиции полный кавардак с дисциплиной. А потом во всем винят Разведкорпус… — он повернулся к притихшему Рику и холодно произнёс:       — Откуда у вас это оружие?       Лицо разбойника задрожало.       — Сэр, я…       — Отвечай. — Капитан сурово сжал брови, — ты ведь хотел мне послужить…       — Сэр, простите, я… Я могу ничего сказать.       — Кто ты? Из какой шайки? — продолжал допытываться мужчина.       — Капитан, всё что угодно… Только не про это. Я не могу вам сказать.       — А какую же ценную информацию ты хотел мне преподнести? Или ты уже забыл, что твоя жизнь на волоске? — мужчина угрожающе шагнул вперёд к Рику.       — Сэр, — тот глубоко втянул воздух и закашлялся, — простите, я боюсь. Он. Он убьет меня.       — Капитан, — вперёд вышла белокурая девушка, — убитый солдат, который вёз нас, говорил что-то о шайке Прохвоста, — она взволнованно покраснела, — так же этот разбойник убил своих товарищей, капитан… Они тоже мертвы, лежат там. Это тоже разбойники, а не просто жертвы…       Мужчина хмуро уставился на Рика.       — Ну и что же ты молчишь? Кто такой Прохвост? Зачем ты убил своих людей?       Рик молчал, опустив голову.       — Я не могу… — наконец, выдавил он, — я не могу вам сказать… Он убьёт… Он просто убьёт меня…       — Уведите его. Отдадим его Полиции, пусть разбираются, — махнул рукой мужчина.       — Сэр, как вы думаете… Связан ли Орлов с ними? — вдруг спросил солдат. Лицо его взволнованно вытянулось.       — Не знаю. Пока не хочу об этом думать, — резко ответил мужчина. Он нахмурился и кивнул в сторону столпившихся курсантов, — они поедут с нами… Проводим их до училища, чтобы ничего более не произошло.       — Капитан, — к ним приблизился другой солдат, — у разбойника мы нашли ещё вот что… — тут сердце Петры замерло: в руках разведчика была её черная коробка.       — Что это? — мужчина взял в руки находку. Лицо его озадаченно нахмурилось.       — Это моё! — закричала Петра. Вытянув руки вперед, она умоляюще прошептала: — это моё… Отдайте… Прошу…       Внутри замерло. Неужели ей не поверят?       Мужчина внимательно посмотрел на Петру. Его глаза показались ей очень усталыми. Никогда она ещё не видела такой смертельной усталости.       — Это правда! — закричала Берта. — Она возбужденно взмахнула руками, — эта вещь принадлежит ей, сэр! Верните, просим вас!       В толпе курсантов прокатился одобрительный шум.       — Это разбойник отнял, это её!       — Она не врёт, это её коробка…       Мужчина приблизился к Петре и протянул коробку.       — Возьмите, — просто сказал он, — если это ваше…       Петра дрожащими руками схватила свою драгоценность. Мама снова здесь… Рядом. На глазах навернулись слёзы.       — Спасибо, — прошептала она, прижимая коробку к груди, — благодарю вас…       Тот лишь молча кивнул. Развернувшись, зашагал прочь.       — Только не говори мне, Петра Рал, — раздался над её ухом взволнованный голос Берты, — что ты не знаешь, кто такой Леви Аккерман… Я тебя придушу, нюня!

***

      Они приехали в училище довольно поздно, когда солнце уже клонилось к закату. Малиновые лучи солнца прожигали землю последним жаром, угасая за расплывающимся горизонтом. Ночь вступала в свои владения, обнимая мир холодными руками.       Их тут же выстроили в ряд. Курсанты взволнованно переглядывались, но никто не смел вымолвить и слова. Слишком велик и страшен был этот момент…       Оруо, хоть и с перебинтованным плечом, твёрдо стоял, выпрямив спину. Губы его слегка подрагивали.       — Ты в порядке, Оруо? — робко спросила Петра.       Тот лишь коротко кивнул, сосредоточенно глядя перед собой.       Берта тоже была рядом. Она сердито нахмурила брови и нервно покусывала щёку изнутри. Её глаза рассеянно бегали по сторонам, возбуждённо блестя.       Петра глубоко вдохнула вечерний воздух. Начиналась новая глава её жизни. Что она принесет? Петра, конечно же, не знала. Может, теперь её век будет недолгим и скоро ждет сырая тёмная могила… Но самым главным было то, что Петра умрёт свободной. Она будет свободным человеком. Это самое важное.       — А ну построились все! Живо! — раздался вдруг грубый оклик, — построились, как положено солдатам!       Инструктор Кис Шадис был высоким сутулым человеком. Его загорелое сухое лицо было покрыто шрамами и морщинами. Маленькие холодные глаза взирали строго и жестко. Слегка прихрамывая, заложив руки за спину, он вышагивал перед будущими кадетами, хищным взглядом всматриваясь в каждого.       — Я наслышан о ваших сегодняшних приключениях, — сказал он. Крылья его орлиного носа вдруг гневно затрепетали, — многие из вас струсили, лили слезы, не так ли?! А достойное ли это поведение для будущих солдат, а?! Как вы посмели себя так вести?! — Он обвел отряд зловещим взглядом, — здесь останутся не все, отнюдь не все… Только самые отважные, способные защитить человечество от титанов, будут достойны обучаться в этих рядах! Только самые сильнейшие войны человечества!       Вдруг он развернулся и, ткнув длинным крючковатым пальцем в Петру, заорал:       — Ты! Какого черта ты пришла сюда? Отвечай мне!       Петра испуганно застыла, чувствуя, что не может вымолвить и слова…

***

      Город утопал под покровом ночи. Мягкие свет освещал вымощенный камнем переулок, по которому вышагивали две фигуры, закутанные в длинные плащи. Они остановились. Одна из фигур вдруг произнесла высоким хриплым голосом:       — Ты ведь знаешь, что я люблю получать много… Очень много. Ну так даруй же мне такую возможность, отдай мне всё без остатка. Я хочу получить всё, слышишь? Всё…