Классный староста

***

      «Как же невыносимо скучно» — все о чем думает Чонгук два часа подряд, что он и остальные старосты сидят в общей комнате за столом, и просто разбирают какие-то документы, еще за прошлый учебный год.       Может не ляг он спать этой ночью в полтретьего, парень чувствовал бы себя гораздо лучше. Но он просто физически не мог уснуть. Воспоминания прошлых дней сменялись так быстро, что Чон был просто не в силе их остановить. Он староста, непосредственно, уже две недели и за это время произошло куда больше событий, чем ему бы хотелось.       После того как Чонгук пришел на первое собрание старост и увидел там Чимина, то подумал: «это, мать вашу, судьба». Как уж там говорится, первый раз — случайность, второй — совпадение, третий — судьба?       И не то чтобы он испытывал какие-то романтичные чувства к этому парню. Просто Пак прикольно бесится с него, а Чонгуку нравится доводить его до такого состояния. Возможно, именно реакция Чимина на то, что Чонгук стал старостой, заставляет Чона оставаться на этой должности. — Гуки, ты закончил?       Чонгук так ушёл в себя, что не заметил как к нему подсела Николь. Рыжеволосая девушка выравнивала свою стопку документов, не смотря на парня. В принципе, Чон тоже не смотрел на нее, продолжая разбирать бесполезную макулатуру. Честно, будь он на месте Ким Сокджина президентом сжег бы все это к чертовой матери. А чё, какое ему дело, что творилось год назад, когда он тут еще не учился. — Я только одного понять не могу. Почему мы должны разбирать эти бумажки, если они уже не понадобятся? Эти документы делали ещё предыдущие третьекурсники. — Это не просто так. В основном конечно — это как тренировочное задание для первокурсников. А для остальных курсов — благодать. Потому что чем ты старше, тем задания и документы сложнее. — как для ребёнка начала разъяснять девушка. В принципе это так и есть. Потому что Николь учится второй год, а Чон только поступил на 1-й курс старшей школы.       За все время, что она общается с Чонгуком, поняла, какой же он, все-таки, засранец. Ученица не могла этого понять проведя вместе несколько часов в его объятиях и за душевными разговорами. Однако теперь, когда они стали видеться каждый день после уроков, Чонгук раскрылся для нее с новой стороны. И это уже не тот терпеливый Чонгук, который вытирал ее мокрые глаза и сопли, пока она плакалась ему о своем бывшем. Порой это просто капризный и угрюмый мальчишка, который хочет прийти домой пораньше и всю ночь напролёт играть в видеоигры. Забавный, как младший брат.       Девушка повернула голову в сторону усердно работающего Чона, на её губах расцвела нежная улыбка. Непроизвольно девушка подняла руку и опустила её на голову парня. Тот удивлённо замер с широко раскрытыми глазами. Из-за опущенной головы длинная, челка спадала парню на глаза, прикрывая их. Рыжеволосая легко водила рукой по темным волосам, приводя их в легкий беспорядок. Однако, Чонгук не спешил останавливать свою подругу. Наоборот, он сидел не шевелясь и, кажется, не дыша. — В темпе, в темпе работаем, друзья! — в комнате раздались легкие прикрикивания Ким Сокджина — их «начальника». В данный момент мотивационные речи, которые были изобретены с целью поднятия боевого духа войнов или загнанных народов, не произвели никакого эффекта на кучку школьников, что торчит здесь уже с трех часов.       Честно Чонгук думал, что будет трудно состоять в совете. Но он не думал, что они будут БУКВАЛЬНО каждый день собираться и либо разбирать никому не нужные документы, либо просто трындеть об учебе, учениках, внешкольных мероприятиях и, собственно, все!       На слова старосты ожидаемо откликнулись старосты a, с — классов. Как успел заметить Чон за короткое время своего пребывания в Студ.Совете, класс b и a ведут маленькую не оглашаемую войну. Немудрено. Большинство учеников b-классов стремятся попасть в а. Тем временем ученики a нарываются на конфликты с b, открыто провоцируя их. Странно, что директор школы спокойно закрывает на это глаза. Но несмотря на это, старосты b-классов беспрекословно подчиняются президенту студ. совета, который учится в 3-a классе.       Чонгук поднимает наконец голову, смотря ровно вперед. Непроизвольно этим действием стряхивает женскую руку со своей головы, пусть и непреднамеренно. И как странно. За весь сегодняшний день, куда входят два часа, что они тут торчат, Чонгук впервые видит Чимина. Тот аккуратно устроился на небольшом диванчике кофейного цвета вместе с огромной кипой бумаг. Которая, наверно, была больше всех собравшихся в этой комнате. — Тебе не многовато, малыш-Чимини! — Чонгук может и мог бы промолчать, да не может. К сожалению истинный адресат не откликнулся, но зато обращение привлекло внимание остальных. — Это уже проверенные. — незаинтересованно отвечает Пак, буквально еле открывая рот, не отвлекаясь от документа перед собой. — Ты тоже так смог бы, если бы работал, вместо того, чтобы только ныть. — ЧИМИН! — где-то со стороны раздался крик Сокджин-хена, который заметно отрезвляет Пака, но не Чона. — Просто я, в отличии от тебя, видимо имею дела помимо твоего тупого Студ.Совета! — парень раздраженно вскакивает со своего места, так резво, что девушка не успевает схватить его за руку, чтобы остановить. — ЧОНГУК! — снова кричит староста, подходя к ним двоим. Лучше их успокоить до возможной драки.       Честно, когда Чонгук начал диалог с Чимином, он и не думал, что все перерастет в спор, но получилось то что получилось. — Не знаю в классах d все ученики такие ленивые, или только староста 1-d класса? — тихо проговорил блондин. Правда это высказывание услышали абсолютно все собравшиеся в этой комнате. В том числе и Чонгук, который от плотнее сомкнул руки в кулак. Его чуть отросшие ноготки впивались в кожу, принося небольшое покалывание. И чем сильнее злился Чонгук, тем больнее сжимал руки, пытаясь отвлечься небольшой болью.       Чимин наконец поднимает на него глаза и смотрит своим пронзающим взглядом, где пламя бушует как на открытой конфорки у плиты. И улыбочка так медленно тянется вверх от вида бушующего Чонгука, у которого брови смешно нахмурены, что выступает небольшая морщинка. — Боже, — устало вздыхает блондин. — не кипятись, чайник. А то так гляди и крышечку сорвешь! — внезапно на лице Чимина появляется открытая ехидная улыбка, а сам парень так же встает со своего места, кажется, еще больше призывая к драке. — Ах, ты…       Чонгук отвечает на вызов. Ему все равно, что в комнате помимо них двоих еще как минимум десять человек. Этот парень нарывается еще с первого их знакомства на хороший такой удар и может быть не только. Парень замахивается кулаком над своей головой, готовый нанести первый удар, как между ними буквально врывается Сокджин. — Все, ребята, брейк! Тайм — аут! — Джин поочереди показывает руками отойти друг от друга. — Никакого насилия в этой комнате. Хотите подраться — идите в спортзал, на ринг. Но никак не в священной комнате Студ.Совета! — последние свои слова старший буквально пропищал высоким голосом, чем удивил главных спорщиков. Которые буквально вылупились на него шокированными глазницами. — Но мы…       Чимин отмер первым и попытался было объясниться, чтобы, видно, обелить себя, как его весьма резко обрывают. — Оба виноваты. На сегодня ваша работа закончена. Завтра жду ваши извинения и объявление о вашем перемирии. Я не прошу вас дружить, но во время работы можно же нормально общаться. Подумайте какой пример вы подаете своим сокурсникам? Я понимаю, Чимин, как трудно сдерживаться на провокации d-класса, но…       И, черт, как же резко переменился растерянный вид Чонгука на агрессивный. Кажется, еще хоть одно слово вырвется изо рта старосты, и Чон точно вмажет ему. А вот кому именно — это еще надо выяснить. И вот эти парень и захотел заняться, поговорив с Джином. — Послушайте, президент…       Внезапно из толпы осуждающих старост выходит, как всегда, растрепанный Эллиот. Медленно он подходит к Чонгуку и резким движение руки обхватывает его заднюю часть шеи, а после сильно давит вниз, заставляя прогнуться в низком поклоне перед президентом — учеником 3-a класса. Сам также парень загибается в уважительном поклоне рядом. — Прошу извинить, Сокджин, — уважительно начал Элиот, — я приношу извинения за Чонгука. Все таки он еще только первокурсник. Я уведу его и обязательно проведу с ним воспитательную беседу.       Так же резко Эллиот поднимает Чонгука, который совершенно не хочет смотреть на Сокджина и, уж тем более, на Чимина, который напротив. Смотрит карамельными глазами прямо на «провинившегося» и, будто, что-то ищет в темных глазах Чона прикрытых непослушной челкой. Больше не желая находится под давящим вниманием, Чонгук вырывается из-под тяжелой руки старшего и просто уходит из комнаты, громко хлопнув дверью.       Последнее, что услышал Чон: «Класс d как всегда подтвердил свой статус — самый худший класс». И, блять, как же сильно Чонгук теперь хочет вернуться и разнести к чертям то змеиное логово.

***

— ты придурок, Чон! — парень, напоминающий наркомана больше, чем студента элитной школы, прижал Чонгука к стеночке. Но не то чтобы это хоть как-то привело первокурсника в чувства, а скорее даже наоборот. — Ты, маленький говненыш, хоть понимаешь, что своими действиями ничерта хорошего не делаешь? Не наживай себе врагов, тем более в лице Пак Чимина. — А он что, блять, пиздец какой особенный? — грубо выкрикивает Чонгук, толкая старшего подальше от себя. — Да, щенок, потому что его отец главный, блять, спонсор этой школы и именно от него зависит твое бесплатное обучение и стипендия. Поэтому нравится тебе Чимин, не нравится — захлопни варежку в его сторону и не ищи себе проблем.       Чонгук уже даже не знает, что можно ответить такого едкого, чтобы остановить эти нравоучения от Эллиота, который сам вызывает у него дикий приступ ненависти своим покорством тупой школьной иерархии. Но вот третьекурснику еще есть что сказать. — Вместо того, чтобы никудышно флиртовать на уровне детсадовца, лучше посмотри что творят твои дегенераты — одноклассники. Почему все жалобы на твой ебучий класс приходят именно мне? Я в рот ебал разбираться со своими обалдуями, так теперь еще должен и за твоими следить? Ты хоть, блять, знаешь, что одна кучка имбецилов устроила в начале недели? Из-за твоих ебучих одноклассников МЕНЯ вызвали на ковер к директору! — Прости, хен. — тихо проблеял Чон. — Не надо мне хенкать! Лучше разберись со своим дерьмом и сам не влезай в неприятности. Мне этого будет вполне достаточно.       Эллиот небрежно набрасывает школьный мятый пиджак на свои плечи, который до этого был крепко завязан на его бедрах. Еще раз взглянув на Чонгука, который уже едва сдерживается, чтобы не заплакать от себя и своего уебищного поведения, парень просто уходит.       Как только спина старшеклассника перестала находится в поле зрения, младший медленно отворачивается назад. Прислонившись лбом к холодной стене, парень резко стучит по ней кулаком со всей силы, выпуская наконец все свои эмоции за последние часы. И, сука, как же Чонгук сейчас хочет просто заорать. Но вместо этого просто ударяет по стене еще раз, разбивая костяшки. Удар. Удар. Кажется, Чону уже трудно остановиться. И только вид яркой крови, выступающей из костяшек привел парня в чувства. Точнее отрезвляет от приступа безудержной ярости. Чонгук смотрит большими глазами на капли крови стекающей по руке и не может поверить, что в этом виноват он сам. Чон никогда не страдал приступами агрессии, пока в его жизни не появилась эта «элитная» школа со своим ебучим Пак Чимином.

***

      Чонгук не спал всю ночь. Снова. Он сидит на уроке математике и будто смотрит сквозь тетрадь, пока учитель что-то чиркает мелом на доске.       Чонгук не мог уснуть, потому что много думал о прошедшем дне. Точнее о словах Эллиота. Ведь все слова, к большому сожалению, правда. Чонгук, придя к должности старосты, не сделал ровным счетом ничего, чтобы направить потенциал своих одноклассников в правильное русло.       Чонгук тупо сидел с Тэхеном на передних партах и игнорировал то, что происходило на задах класса. А именно крики, драки, азартные игры. И даже когда к Чону подходили ученики других классов с жалобами на его ребят, то просто говорил валить им подальше и разбираться напрямую с ними. Хороший староста, ничего не скажешь.       От бесполезного самобичевания Чонгука отвлек, смятый в шар, исчирканный лист бумаги. Парень поворачивается в сторону и видит Тэхена, который вместо слов настойчиво тычет подбородком в бумажный комок. Чон недовольно сморщил лицо, но раскрыл листок и вчитывается в рукописный текст. Первое, что понимает шатен — у Тэхена просто ужасный почерк. Вроде буквы складываются в слова, но слова в предложения никак не хотят. У Чонгука даже появляется жалость к их учителям корейского и литературы, да и вообще ко всем, которые пытались разбирать письменные ответы этого парня. Уже со второго прочтения становится более понятно, что хотел написать Тэхен.

      «Сегодня ты выглядишь грустнее обычного. У тебя все хорошо? Я понимаю, что мы еще так мало общаемся, но я уже считаю тебя своим бро. Ты можешь как минимум рассказать мне о своих проблемах, а как максимум я помогу тебе. Хочу, чтобы ты знал, ты можешь обращаться ко мне всегда. Для этого ведь и нужны друзья. Прости, если навязываюсь, просто волнуюсь за тебя сильно.»

      Это, конечно, очень мило со стороны Тэхена, но сейчас, когда Чонгук пытается сдержать слезы на, мать его, математике, он искренне считает Тэхена идиотом. Он что думает, что Чон грустный из-за математике или просто считает, что Чонгук уйдет от ответа на эту речь? Но в любом случае это произвело впечатление на шатена. Раньше у него был таким другом только Югём, а теперь есть еще Тэхен. Хорошо, что он не ошибся на его счет и остался!       Внезапно, для Чонгука, прозвенел звонок с урока. Ученики тут же повскакивали со своих мест, убегая из класса на информатику в компьютерный d-класс. Учитель математики только лишь недовольно покачал головой на такое поведение и молча удалился. В классе остались только Чонгук и Тэхен. Сам шатен еще не сильно пришел в себя и немного заторможенно складывал свои вещи в рюкзак. Ким подошел к другу, но тот его даже не заметил, пока не раздался знакомый баритон. — Так, что Чонгук? Что насчет поговорить? — Тэхен привычно широко улыбается, весело наблюдая за растерянным выражением лица Чона. — Что думал, я от тебя так просто отстану? — Нет… — Мы друзья, Чон. И я хочу быть тебе другом, с которым можно не только смеяться на переменах и за обедом! Так что завали свою гордость, или что-то там еще, чем обычно страдают «крутые» парни, и рассказывай! — твердо сказал Ким, при этом неловко поправляя лямки рюкзака. — Хорошо, я понял. Спасибо. — если Тэхен еще как-то умел сдерживать свои чувства и казаться другим людям уверенным, то Чонгук такой суперсилой был обделен. Он и покраснел, и неловкая улыбка начала проглядывать. Чонгука можно сравнить с открытой книгой. Он не сдерживает чувства и эмоции, не лицемерит. Единственное, что он может делать — это избегать человека. — Твои слова важны для меня.       Чонгук, который хотел уже поделиться с другом своими недавними размышлениями, был резко прерван взволнованным учеником, который видно усиленно бежал. На нем была обычная синяя форма и сам он учился вместе Чонгуком и Тэхеном. — Староста, там наши дерутся с 1-a классом! Скорее! — одноклассник активно машет рукой, в надежде расшевелить, в первую очередь, Чонгука, а Тэхена за компанию.       Когда до Чона, наконец-то, дошел смысл, то от его растерянности не осталось и следа. Все его сознание заполнил гнев. При этом в голове крутилось только одно ебучие слово, которое идеально описывает всю ситуацию: «Блять». Парень одной рукой крепко сжал черный рюкзак, забирая его с собой и пулей вылетел из кабинета, едва не сбивая бедного одноклассничка. Тэхен удивленно проводил друга взглядом и побежал за ним вместе с перепуганным пареньком, не желая оставаться в стороне.       Чонгук понятие не имел, где эти придурки могли найти класс a, потому что d-классы занимают отдельный от всех корпус. И чтобы им встретится, кому-то надо было зайти на «чужую» территорию. В любом случае, из-за прилива гнева, парень не помнил как дошел до коридора на первом этаже, отделявшего корпуса. Когда же перед ним появилась картина, как пятеро его ребят избивают троих из «a», то, не думая, влез в драку, куда-то бросив на лету свой рюкзак. — Идиоты! — взревел Чон. Первый кулак прилетел по скуле плечистого парня Бенхо. Сам он немного выше Чонгука и является главарем «местной шайки». Когда шатен только зашел первый раз в класс, то эти ребята немного его напугали своим видом. Все-таки драться — это не его любимое занятие. Поэтому сейчас он не жалеет сил, вкладывает всю свою ненависть и злость в удары, точно нанося их одному за другим. Те, поняв, что Чонгук не остановится пока не отмудохает их по полной, пытались блокировать его удары и даже наносить свои. Только Чон скручивал им руки и ломал все их блоки ногами. Ученики а-класса, что недавно были на их месте, удивленно смотрели за этим представлением, едва сдерживая противные смешки. Собственно, не только они за ними наблюдали. Кажется, в коридор сбежалось большинство учеников школы.       Без слухов не обойтись.       Слухами школа полнится. — Суки! — Чонгук схватил одного из парней за грудки, слегка приподнимая его над землей. Какого черта, вы творите всю эту дичь? Не можете нормально учиться и существовать в рамках правил этой школы, тогда катитесь нахуй отсюда! — изо всех сил шатен отбросил испуганного паренька к стеночке, к его дружкам. — Еще одна ваша выходка и пеняйте на себя! — Последний раз сверкнув черными глазами, Чонгук поднял свой черный портфель и спокойно пошел на информатику. Тэхен с круглыми глазами неловко побежал за ним.

***

— И чтобы это было в первый и последний раз! Понятно? — прикрикнул уже мужчина в возрасте. От злости и негодования на его лбу проглядывалась вена, а руки вертели нервно ручку. Чонгука первый раз вызвали на ковер перед директором, но год ведь только начался. — Если не хочешь, чтобы конфликт вышел за пределы, то заставь этих оболтусов извиниться перед учениками a-класса. И сам больше не влезай с ними в драки! Ты как староста должен подавать пример. Ты меня услышал? — Да, директор Ян. — какой раз за последний час отвечает парень. Искренне? Нет. Хочет ли он быстрей уйти? Да. Честно Чонгук может и считает своих одноклассников виноватыми, но разбираться с этим он не хочет. Собственно поэтому он и не хотел становиться старостой. Только потом он повстречал Пака и, чтобы его позлить, надел форму и пришел на собрание, подписав необходимые бумажки. — Я надеюсь, что это действительно так. А теперь свободен.       Десять раз повторять не пришлось. Шатен только и ждал, когда же наконец прозвучит эта фраза, и поспешно удалился из этого давящего места.       Когда же за парнем закрылась дверь, директор устало облокотился спиной на спинку кресла и недовольно уставился на дверь. — Проблем же не будет, верно? — хриплым голосом промолвил мужчина.       В коридоре стояла гробовая тишина, что не мудрено, так как пятый урок уже давно начался. Чонгук опускает руки в карманы бордовых брюк и медленной походкой направляется в кабинет информатики. Ленивым взглядом Чон скользит по окружающему пространству перед собой, но нет ничего, за что бы он мог зацепиться.       Конечно, кроме Чимина, который стоял рядом с проходом в другой коридор.       Чонгук уже собирался просто пройти мимо, но быстро выдвинутая рука помешала ему. Блондин не смотрел на Чона, его взгляд был прикован к помятой, выпущенной из брюк белоснежной рубашке. Медленно взгляд скользит выше к шее, где из-за расстегнутой верхней пуговицы блестела тонкая серебряная цепочка. — Не хочешь извиться? — в тихом коридоре, даже тихий, спокойный голос Пака раздался как гром среди ясного неба. Хотя мысленно Чонгук ожидал слов Чимина и даже действий. — Не хочу. — прямо ответил парень, смотря на стену с картиной какого-то осеннего пейзажа, неизвестного художника перед собой, нежели на Чимина, который упрямо смотрит теперь на его лицо, точнее на его нос. — Твои идиоты побили моих одноклассников. Думаешь я закрою на это глаза? — Но не я же, правда? Вот они пусть извиняются перед ТВОИМИ одноклассниками. — Чон Чонгук! — крикнул Чимин. — Не испытывай моего терпения. — вскрикнул блондин, хватаясь правой рукой за рубашку Чона. — Здесь нет Сокджина, который бы меня остановил. — Правда? — удивленно спросил Чон изображая саму невинность или дурачка. — Так я тоже скажу: «Здесь нет Сокджина». Но я же тебе не угрожаю. — Ой-ой, маленький мальчик Чонгуки, испугался маленькой угрозы? — Да. Такой же маленькой, как и ее (обладатель). — Чон Ч…       Глаза Чимина угрожающе сверкнули. Он в миг весь нахохлился, будто готовый нанести удар. Как в долю секунды Чонгук прижимает второго старосту к стене своим телом, мешая воспользоваться руками. — Даже не думай угрожать мне. — низко проговорил Чон, прищурив глаза. Он смотрел в глаза блондина с высоты своего роста. — Как ты и сказал я из класса d… — Чтобы смотреть Чону в глаза, Чимину пришлось поднять голову и то, удерживать голову в таком положении, когда на тебя угрожающе смотрит парень, который больше тебя по многим габаритам, довольно трудно. — Со мной связываться опасно! — прошептал Чонгук в ухо Пака, наклонив голову.       Только Чонгук договорил фразу, как понял что он творит. Он быстро отстранился от тела парня, пусть и без желания. Едва их тела прекратились касаться друг друга, Чон отвел взгляд в сторону, боясь реакции Чимина. Та конечно была, и это надо было видеть. Его щеки покраснели, а нижняя губа едва заметно дрожала. Да и самого его слегка трясло. Только не понятно от чего — от злости или от смущения? Вокруг них создалась неловкая атмосфера тишины и неловкости. Почему-то Чонгуку хотелось от нее избавиться. — Так это ты, крыса, настучал на нас директору? — неловко прокашливаясь, спросил Чон, возвращая взгляд обратно к Чимину. Чон и сам не заметил, но встретившись с глазами парня, сделал маленький шаг ближе к нему, который не заметил и Чимин. — А что мне надо было спокойно смотреть, как твои хулиганы избивают моих одноклассников? — Чимин неуверенно увел глаза в сторону выхода, наверняка желая уйти уже от сюда как можно быстрее. Пальчики Пака аккуратно сцепились за его спиной, которые тот неистово перебирал. — Я не буду извиняться за них. Даже не надейся, — первым уходит Чонгук. Уже стоя на пороге коридора, тот, будто что-то вспомнив, оглядывается на Пака и говорит. — и не строй из себя милашку! — ЧОН ЧОНГУК!

***

      На следующий день Чонгук приходит в школу куда бодрее, чем за все учебные дни вместе взятые. Вчера вечером он обсудил ситуацию с Югёмом, который полностью поддержал решение Чона. Потому что нефиг извиняться самому за других, как сказал тогда Ю. Также Чонгук наконец полностью рассказал Киму то, почему он пошел в старосты, остается им и все прочее выходящее. Тот конечно смотрел с выпученными глазами на друга, а потом громко рассмеялся и не мог остановиться минут 10. Чонгук «пострелял» в него немного гневным взглядом, а потом просто смирился с тем, что это Тэхен. — Боже, вы двое снимите уже себе комнату! — едва членораздельно произнес Ким, задыхаясь от непрерывного смеха. — Вы прямо как давно женатая парочка, работающая во вражеских лагерях. — поняв, что только что произнес, Тэ неловко хрюкнул и снова громко рассмеялся.       Так что и планы Чона на сегодня весьма позитивные. Сегодня кучка идиотов под его чутким присмотром извиниться перед другой кучкой идиотов и Чон пойдет потом домой после школы играть в приставку с Тэхеном, а не в кабинет директора.       Едва зайдя в свой класс, взгляд Чонгука быстро упал на необычно притихших парней. Обычно они тут с утра пораньше уже все вверх дном переворачивают. Да не только они вели себя тихо. В кабинете, стоило Чонгуку появиться на пороге, наступила гробовая тишина. Староста неловко окинул всех взглядом, дабы убедиться, что все наблюдают за ним. Кто-то смотрит с открытым презрением, кто-то с насмешкой, кто-то бесстрастно и только Тэхен с волнением. Встретившись с ним взглядом, друг решительно кивнул, подавая знак. Медленно Чонгук прошел к трибуне, ощущая все взгляды всем своим нутром. — Я понимаю, — тяжело выдохнул Чон. — что извиняться перед кем-то — это явно не принято в кругах крутых ребят, но вы обязаны. Правила есть правила. Если вы не извинитесь, то рано или поздно директору надоест получать жалобы студентов на ваши имена и вас просто исключат. Как староста класса, я должен заботиться обо всех своих одноклассниках. Хотя честно, мне самому в лом заниматься чем-то после школы. Поэтому давай-те постараемся вместе! — парень внимательно наблюдает за тем, как с каждой сказанной фразой взгляды таят и становятся в какой-то степени дружескими. Даже Бенхо со своей бандой внимательно слушали Чона и, будто, ловили каждое сказанное им слово. — Я не прошу от вас искренности Бен, просто одно «извините».       Закончив свою небольшую речь, Чонгук поклонился своим слушателям и вышел из трибуны. Стоило ему только сделать шаг в сторону, как кабинет полностью заполнил звук аплодисментов. Едва услышав его, Чон окинул одноклассников коротким взглядом. — Хорошо. — Хо поднялся со своего места и неспеша направился к застывшему Чонгуку. — Мы сходим на обеденном перерыве и извинимся. Мир? — протянул парень руку Чону. Тот удивленно посмотрел на нее, а потом на его губах расцвела легкая улыбка. — Конечно.       Чонгук ответно сжал руку Бенхо в рукопожатии.

***

      Уроки пролетели практически незаметно. Даже можно сказать тише обычного. Конечно до Чонгука долетали смешки и разговоры с зади, но не критично. Староста не ждал, что так будет теперь всегда и сегодня, потому что знает, что люди не меняются.       Стрелки часов медленно бежали вперед, приближая к обеденному перерыву. И чем ближе было время тем все больше нервными были Бенхо с друзьями. Конечно Чонгук это заметил. Они поочередно бросали на него нерешительные взгляды, не решаясь что-то сказать. И это начало напрягать Чона куда больше, чем ему бы хотелось. Только он начал думать, что все хорошо, как уже снова что-то не так. И больше всего его пугает то, что он не знает что именно не так.       Шатен всеми силами старается не думать об обеде и о том, что на нем будет. Он смотрит в раскрытую, на рандомной странице, перед собой книгу «Демиан» Германа Гессе, и вместо целых предложений его глаза вырывают отдельные слова и словосочетания. На фоне Донгён-сонсэнним, что пытается вдолбить в головы ученикам, которые ее даже не слушают. Вообщем вроде как обычно, но нет. — Это не просто книга о жизненном пути Эмиля Синклера, — восторженно воскликнула женщина, оглядывая унылые лица учеников перед собой. — а о его взрослении, как человека и личности. Автор так живо и реально преподносит события, что многие подростки узнают в главном герое себя. На этой книге выросло не одно поколение. Поэтому я рекомендую ознакомиться с данным произведением до этой пятницы. — в кабинете раздался шум звонка, а это значит, что урок закончился. Но никто не встает со своих мест и не бежит в столовую, сломя ноги. Это удивляет преподавательницу и даже настораживает. — В пятницу пишем контрольную по прочитанным произведениям за эту неделю. Домашнее задание на завтра — ознакомиться с биографией Ремарка. — закончив объявление, женщина приступила собирать листы с материалами сегодняшнего урока.       Как только Чонгук проходит мимо ее стола, она незаметно хватает его за локоть и тормозит, тянет ближе к себе. — Что у вас опять случилось? — шепчет женщина, аккуратно складывая небольшую стопку бумаги в папку. — Кроме того, за что меня вызывали к директору, ничегою — честно отвечает парень также шепотом. — Бенхо и его друзья согласились извиниться и мы, вроде как, идем с ними сейчас. — Хорошо. Я рада, что ты ответственно к этому подошел.       Чону нечего сказать своему сонсэнниму. Он уж точно не считает себя ответственным в этой истории. Даже в какой-то степени наоборот чувствует вину за случившееся. Будто, это он устроил драку с учениками a-класса. И теперь именно Чонгук должен принести извинения и понести наказание. — Ладно, иди. А то вдруг еще чего натворят без тебя!       Чонгук вышел из кабинета так ничего и не ответив. Но идя по пустому коридору специального корпуса d тихо произнес мысль, которая терзала его пол дня. — Этого я и боюсь.       Проходя один поворот за другим, Чон наконец выходит к столовой. Вот только звуки, что раздаются все громче и громче по мере приближения, очень настораживают, так что дойдя до заветной двери, парень резко распахивает ее и вбегает внутрь. И то, что он видит, ему совсем не нравится. Как и перспектива снова быть вызванным на ковер к директору.       Его одноклассники, только уже чуть побольше человек, дерутся с парнями из a-класса, которых конкретно притесняют. От безысходности из Чона вырывается громкий рык, который привлекает внимание всех собравшихся. — Что вы творите? — прикрикнул Чон, подходя ближе к центру кольца. — Был уговор, так какого черта вы творите такую хрень? — шатен хватает Бена за сжатую в кулак руку и разворачивает к себе лицом. Парень не смотрит в глаза старосте, хотя Чонгуку очень хочется обратного. Гнев старосты d-класса чувствуют все собравшиеся, даже из других. И все бояться посмотреть ему сейчас в глаза. Потому что тот молнии кидает направо и налево. — Мне может кто-нибудь объяснить что здесь происходит? — Я могу. — ухмыльнулся парень из a-класса, котому Бенхо собирался прописать удар по челюсти. — Эта кучка имбецилов подлетела к нам, что-то меля про извинения. Ну мы им и сказали, что правильно пришли. Надо же когда-нибудь осознавать свое место в иерархии. Поздновато конечно, но мы с друзьями умнее, так что не были в обиде на этих клоунов. Но они видимо не до конца допоняли, что с нами связываться опасно, и снова полезли в драку. — Что? — переспросил Чонгук, медленно закипая сильней. Парень, наверное, это тоже заметил поэтому отвечал уже дрожащим голосом. — Г-говорю, ч-что напали на н-нас. Без причинно! — Ах, беспричинно? — театрально возмутился Чон. — Да я сам тебе в табло пропишу, если еще хоть слово скажешь про моих друзей, ебучий фашист! — и все-таки прописал. Не стал дожидаться каких-то еще слов, а сразу проехался по скуле наглеца кулаком. Парень, никак не ожидавший удара от старосты, не удержался на ногах и, покачнувшись, упал. — Это касается всех. Все, кто скажут, что-то против учеников d-классов, получат, мало не покажется никому! Даю слово. Честное, блядь, пионерское!

***

— Это просто вопиющий случай, госпожа Хо. Сначала это была просто кучка учеников из вашего класса, а теперь староста! — прикрикнул директор, наблюдая за пристыженной женщиной и таким же юношей с опущенными головами. — Многое было в стенах этого учебного заведения, не спорю. Но чтобы староста ударил ученика? Да никогда! Что вы скажите в свое оправдание, госпожа Хо? Где были вы? — наигранно спокойно спросил Ян. — Извините, господин Ян, это полностью моя вина. Я ошибочно подумала, что они уже взрослые и не будут творить глупости, но… — Довольно! Ничего не хочу слышать! — гаркнул старик, поворачиваясь к парню. — А вы молодой человек, что скажите в свое оправдание? — Я считаю, что правильно поступил. — твердо произнес Чонгук, не поднимая головы. — Ах, правильно? — нарочито спокойно произнес мужчина, кладя голову себе на плечо. — И что нам теперь можно бить студентов за что попало и кого попало? Да ты хоть представляешь чьего сына ударил? — Разве, он станет лучше, если я узнаю кто его родил и воспитывает? — упрямо продолжает гнуть свою линию Чон. Мужчина от его упертости готов уже лезть по стенке. — Господи, да за что мне все это? — мужчина упал лицом на сложенные руки на столе и, видно, от безысходности, не зная к кому обратиться, обратился к богу. — Вы двое мне так уже надоели. — обреченно молвил мужчинка. — Убирайтесь! Убирайтесь, кому говорю!       Староста и классный руководитель глаза расширили, недоверчиво переглянулись и вышли из кабинета, поклонившись директору на последок.       Выйдя наконец из злощастного места, Чонгук, наконец, смог вздохнуть полной грудью. Но счастье парня было не долгим. стоило ему только перевести взгляд на сонсэнним, как наткнулся на очень пронзительный взгляд. Нет, он не был злым, но женщина настойчиво пыталась рассмотреть что-то в его глазах. — Я не буду тебя ругать, Чонгук. — спокойно сказала женщина, уже ища что-то в сумочке. — Я всей своей душой ненавижу учеников a, b и, даже, с-классов. Все они стоят из себя супер гениев и детишек, имеющих власть богатых родителей. Но на деле, я считаю, они — просто клоуны, разбрасывающее деньги родителей. — Мне не жаль, что я так поступил. — И правильно. Будь я в твоем возрасте, я бы тоже наподдавала им как следует, чтобы рот свой открывали только на уроках для ответа. — Спасибо, сонсэнним! — услышав слова учителя, Чонгук не мог не улыбнуться от искренности, что была в словах, во взгляде. Чону лишь жаль, что эту милую женщину отчитали из-за него. Все таки Эллиот был прав — Донгён лучшая классная руководительница, что могла быть. — Я настоятельно бы рекомендовала тебе вернуться в класс. Твои друзья наверное переживают за тебя!       Чонгук склонился в поклоне и по настоянию преподавательницы пошел в класс. Но слова женщины заставили задуматься парня. А действительно ждут ли его? А друзья ли или просто случайные одноклассники? Кто теперь они? Сплоченный класс или просто рандомные люди, которых просто собрали вместе?       Парень точно не знает ответа на все те вопросы, что успел задать себе. Но громкие радостные крики его одноклассников, когда Чонгук появился на пороге кабинета математике, настойчиво подталкивали его к определенному ответу. Тэхен первый полез обнимать Чона со слезами на глазах. За ним такие же «сопливые» девчонки, парни жали руку в знак уважения. И, только когда все разошлись, подошел Бенхо. Парень притянул растерянного Чонгука, похлопывая по его спине. Только уже в объятьях этого парня Чонгук смог прийти в себя и ответно обнять. — Спасибо, Чонгук. — прошептал Бенхо рядом с ухом шатена и отпустил парня.       Покинув объятия, Чонгук оглядел своих одноклассников. В них читалось уважение и некое доверие к своему старосте. Все это вселяло в Чона уверенности. — Что ж, класс А хочет войны. Они ее получат! — ухмыльнулся староста, услышав ответные радостные крики одноклассников.       Чонгук уже давно мечтает показать ученикам этой школы, что d-классы не так плохи, как они все думают. Это эти богатенькие детишки сделали из них отморозков. Чон покажет им всем, какими на самом деле ученики класса 1-d являются отморозками.