Банкрот

Мокрые локоны волос бережно раздувал тёплый ветерок, приятно щекоча область лица. Хоть этаж и был довольно высокий, но вид, что открывался с балкона этой квартиры, был безумно красивым. Невозможно оторваться от него, будучи даже на тридцатом этаже. Все мысли перемешивались. Хотелось петь, танцевать, кричать от переполняющих позитивных эмоций. Но и в тоже время хотелось закрыться в себе, задуматься над поведением, заставить разлюбить. Ведь опыт был и ни к чему хорошему не привёл. Хотя опыта с девушками у Лизы ещё не было, но она уверена, что это тоже самое. Индиго всегда любила девушек. Ей никогда не нравились парни, и она знала это очень хорошо. Но мать не позволяла сделать ей своего выбора. Она говорила, что знает лучше и никогда не скажет или не посоветует чего-то плохого. Когда Лиза решилась рассказать матери о своей ориентации, та не могла этого понять, стыдилась её и после даже старалась навязать любовь к мужскому полу. Но сердцу не прикажешь. Да и с парнями она встречалась только потому что её матери так было спокойнее, когда Лиза под защитой. Как же многого она не знала о отношениях дочери. Как же многого ей не досказали и, видимо, больше никогда не скажут. Хотя, матери это и не интересно. У неё сейчас своя жизнь, и о дочери она, можно сказать, забыла. Нет, она любит Лизу, а Лиза любит её, они всегда поддерживали друг друга, но никогда не доверяли. Да и мать всегда делала то, что будет выгоднее и удобнее для неё, о чувствах дочери она никогда не думала. И не думает до сих пор. Солнце только-только появлялось на горизонте, освещая шумный город небоскрёбов. Жители этого богатого региона наверняка даже не дёрнулись чтобы встать на работу, ведь она заключается в набивании своего желудка, отлёживания на диване, просмотра телевизора и ещё многих разных домашних увлечений богатых бизнесменов. Остались ведь ещё адекватные богатые люди, что не забывают про труд и зарабатывают деньги честным путём. Одна из них — Кира. Человек с чёрствой оболочкой и мягкой начинкой внутри. Человек с добрым сердцем, что скрывается под тысячами слоёв льда. Можно закончить на том, что она просто человек. Лиза часто обдумывала то, что она слишком быстро впустила кого-то в своё сердце. Ведь вряд ли она станет говорить кому-то о своих чувствах, и уж тем более признаваться. Боится быть отвергнутой. Ведь тогда она потеряет не только дружбу, что была очень важна для Лизы, но и работу с жильём. Потому что больше не сможет нормально концентрироваться на определённых задачах вместе с Кирой, зная, что твои чувства не взаимны и никогда не будут. Это сложно и больно, но никто не говорил что будет легко. — Ты собралась? — вывел Лизу грубый голос из небытия. Он заставил девушку вздрогнуть. Сначала от внезапного появления, а затем от осознания того, что она всё ещё стоит в пижаме. — Извини, задумалась, я быстро, — с этими словами брюнетка обошла массивное тело, что перегородило дорогу и вышла прочь из комнаты с вещами в руках. Медведева обернулась назад, глядя в дверь, за которой только что скрылось полюбившийся ей человек. Только сейчас она поняла, что из этой сети уже не выбраться и нужно только смириться. Всё таки, стоит попытаться, а если же что-то пойдёт не так — уйти не оборачиваясь. Тогда Кира больше никогда не позволит себе полюбить. Больше никогда.

***

— Где? Где ты её оставила? — гневно шептала Карина с трубкой телефона возле уха. Сейчас она стояла в туалете, нервно расхаживая из одной стороны в другую, и шугалась от каждого звука. — Ты попросила тебе её принести, так? — послышался голос с хрипотцой на другой стороне трубки, — я не знаю зачем, но, как ты и сказала, я положила её в бачок. На меня гнать не нужно, я пробиралась как мышка, никто не мог меня заметить. Я тебя предупреждала, что это не самое лучшее место. Блондинка обречённо вздохнула, закрывая лицо одной ладошкой. Она доверилась проверенному человеку и даже он смог оплошать. Флешки нет, а значит она у кого-то другого. Если её смогла найти Кира — это будет её концом. Она знала, что Медведева не сможет ей такого простить. Она и сама себя простить не может. Всё тайное становится явным и этого Карина боялась больше всего. Ведь не сможет без Киры. — Ну а где она тогда? — чуть ли не плача мямлила блондинка, ударяя кулаком по раковине. — Ну тише ты, не реви, у вас же есть камеры в доме? Посмотри кто в последний раз ходил в туалет и дело с концом, — совершенно спокойно отвечала собеседница, не беспокоясь ни о чем, будто она здесь не причастна. — Да в этот туалет мог уже кто угодно по сто раз сходить. С вечера прошла куча времени. — Ну а кто виноват в твоей тупости? Зачем надо было впускать туда посторонних? Сказала бы, что сломался туалет идите в другой. У вас их уйма в доме. Сама эту кашу заварила, сама и расхлёбывай. Мне уже честно надоело твою жопу прикрывать, Карин, не маленькая девочка, сама свои проблемы решай. — Вот так вот значит? Ты что, думаешь, если в это ввязалась, то сможешь так легко выпутаться? — издала издевательский смешок блондинка тут же хмурясь, — Нет. Если идти на дно, то идти вместе. Не только я все это начала. Ты мне помогала, а значит тоже соучастница. — Какая-же ты стерва… — с этими словами девушка отключилась, оставляя блондинку в гордом одиночестве.

***

Девушки вышли из подъезда, подходя к чёрному внедорожнику. Погода была тёплой, ясной, радостной, поэтому и повода для грусти тоже не было. Лиза не знала куда они собираются, потому что Кира никогда ей этого не докладывала. Обычно она узнает всё по пути. Всегда это что-то разное и непредсказуемое. Хочется взвыть из-за яркого воображения своей работодательницы. Возможно, это и хорошо, но в данной ситуации не очень. — Стой, тебе нужно сделать кое-что, — прямо около дверцы блондинка развернулась к Индиго лицом, загадочно улыбаясь. — Ты меня пугаешь… — усмехнулась брюнетка, пытаясь разглядеть в чужих глазах эмоции. — Надень это, — Кира протянула девушке маску для сна, которую только что вытащила у себя из заднего кармана шорт. — Медведева, ты спятила? Зачем? Я маленький ребенок что ли? Давай без этого, не люблю я твои шуточки. — Не бубни и надевай давай. Тебе не обязательно знать то, куда мы едем. Пока что, — девушка взяла инициативу в свои руки и надела маску сама под чужие сопротивления, хоть и не сильные. Всю дорогу Лиза бубнила себе что-то под нос и ворчала, чем вызывала смех у Киры. Наверное, если бы она была в такой же ситуации, то вела бы себя точно так же. Кира не любит сюрпризы и неизвестность, а сейчас поняла, что Лиза тоже этого не переносит. Хоть какие-то сходства у них всё же есть. Хотя, они схожи во многом. На протяжении всего пути Индиго нервно перебирала собственные пальцы, пытаясь избавиться от нарастающей тревоги. Она доверяла Медведевой, но не доверяла её тактике обучения. Она непредсказуема и могла везти её куда угодно. Вряд-ли Кира направляется в какое-то обычное место, по типу парка на пробежку или в культурные заведения. Скорее всего, там что-то пострашнее… Путь был невыносимо долгим. Сколько они ехали? Час? Два? Три? Она уже потеряла счёт времени. Очень хотелось снять эту чёртову повязку и посмотреть куда же они едут. А точнее, уже приехали. — Выходи, но маску не снимай, — пригрозила Медведева, вставая с места водителя и разминая конечности. Это можно было понять по небольшому хрусту костей. Конечности уже успели затечь, значит ехали они достаточно долго. Брюнетка вылезла из салона автомобиля, потягиваясь. Всю дорогу девушки молчали, не перекинувшись даже словом. Это было довольно странно, так как обычно по пути они о многом разговаривают, перешучиваются, поют песни из радио или же просто обсуждают какие-то вопросы по работе. Они так часто ездят вместе, что можно подумать уже обсудили все на свете. Но даже это не даёт привилегии и каких либо знаний о работе в целом. Лиза до сих пор не знает полной своей истинной задачи. Знает только то, что нужно будет кого-то убивать. Сейчас это так обычно звучит, будто дело вовсе не примечательное. Будто не имеет значения. Ей просто нравится ездить со своей красивой работодательницей. Нравится с ней работать, болтать, стоять рядом, учиться и с недавних времен поддерживать. Вытирать её тёплые слезы с щёк, поглаживать по спине, шепча на ухо ласковые слова, обнимать, слушать тихие всхлипы и стук сердца, который бьётся в такт с твоим, так же быстро. На улице было тихо, словно они на конце света, где только она и Кира. Был слышен только шорох листьев и далёкое пение птиц. А так же шаги, что с трепетом приближались к Андрющенко. — Готова? — Если честно, не особо, — промямлила брюнетка, поправляя волосы за ухо от стресса. — Тогда смотри, — Медведева резко сорвала повязку с чужой головы. Та корчилась от резкого света, но все же могла разглядеть местность. Солнечные лучи били по глазам, что несколько часов находились в темноте. Вокруг тишь, да гладь. Верхушки молодых берёз покачивались от тихого ветра. Высокая трава, которая достигла не очень больших размеров, но и не маленьких также уклонялась от порывов воздуха. В такой вполне могла находиться разная живность. Начиная от клещей и заканчивая ядовитыми змеями. Но если посмотреть за спину Медведевой, то можно было увидеть протоптанную тропинку, что вела к пятиэтажным зданиям. Двум, пятиэтажным, по всей видимости, заброшенным зданиям во всей округе. Казалось бы, что могут делать кирпичные постройки среди берёзовой рощи? Хотя, видимо, не это главное. Между ними двумя была большая каменная перекладина. Тонкая и длинная. Она находилась на самом высоком этаже, где можно было увидеть постороннего человека и верёвку над ней, что так же протягивалась от одного здания к другому. Страх окутывал сознание, потому что Лиза, кажется, начала понимать, что её ждёт. — Кир, нет, я не буду. Ты серьёзно? Я даже залезть туда не смогу! — Бунтовала Индиго, наровясь пустить слезу от безысходности. Она закрыла лицо двумя руками, пытаясь сдержать поток эмоций и страх. — Эй, Лиз, ты чего, мы даже не поднялись ещё, — Медведева понимала что такие эмоции нужно ожидать, но не думала, что они будут ещё до того, как они начали что-то делать. — Нет, ты серьёзно? Я конечно могу попробовать хотя-бы залезть, но проходить там я не буду, — ставила свои условия брюнетка, понимая что ей всё равно придётся это сделать. Она сама на это подписалась… — Ладно, залезь для начала, — пожала плечами блондинка, понимая, что затея битвы со страхами — брехня. Но, ведь, она верит в Лизу, а значит она сможет. *** Работа кипела уже с утра. Все суетились, бегали по кабинетам с разными папками документов, что-то нервно печатали в ноутбуках. Девушки, самого ближнего офиса к кабинету начальницы, сидели за рабочим местом, кто-то что-то обсуждал, кто-то решал какие-то рабочие задачи, а кто-то занимался бездельем. И одной из них была Захарова. — Кто со мной курить пойдёт? А то Кира теперь предпочитает опаздывать каждый день, — язвила Кристина, покачиваясь в кресле с чашечкой утреннего чая. — Я пойду, — вызвалась Настя, вставая со своего места, направилась к выходу. — О, моё уважение, — блондинка шустро вскочила с места, оставляя чашку на рабочем столе и вылетела из кабинета. Петрова открыла форточку, закуривая сигарету. Она часто думает о чем то, когда курит и сейчас не исключение. Ей уже так надоело каждый день получать упрёки о том, что она не может справиться со своей задачей. Но хочет ли она этого? Она часто задумывалась над этим и каждый раз пыталась внушить себе то, что ей нужны деньги и нужно уже поднапрячься и сделать хоть что-то, но нельзя же заставить себя сделать то, чего не позволяет тебе сделать душа. Девушка часто пыталась внушить себе то, что чувства это что-то ужасное и нельзя этого допускать в своей жизни. Это то, на что люди тратят всю свою жизнь, а некоторые и мучаются потом. Так зачем создавать себе лишние проблемы? Настя всегда слушала мозг, а не сердце и внутренние чувства. Она никогда не верила во что-то душевное и сокровенное. Она никогда не надеялась на какое-то седьмое чувство или на внутреннюю чуйку, ведь это глупо. Нужно надеяться только на себя и факты, а остальное сплошная фортуна. Нельзя надеяться на поворот судьбы. В твою или противоположную сторону. Только на себя. — Предпочитаешь молчать? — Захарова, что облокатилась на подоконник и также закурила сигарету, решила начать разговор, так как не привыкла молчать. А точнее, не находит это правильным, когда есть собеседник. — Не привыкла разговаривать, больше слушаю. И это правда, Петрова всегда больше прислушивается, чем разговаривает. Так как лучше лишний раз услышать, чем лишний раз ляпнуть не по делу. — Тоже правильно. А я вот не умею слушать, постоянно разговариваю и все бестолку, — горько усмехнулась Кристина, затягиваясь, — научишь? — Петрова издала смешок, даже не смотря в сторону девушки. — Меня этому жизнь научила. Время придёт и тебя научит. А сейчас радуйся беззаботной пустой болтовне. — Жизнь меня ничему не учит и не научит. Человек я такой. Пока язык не отрежешь так и буду болтать. Хоть сама отрубай. Вместе с руками. — А с руками то что не так? — Уже взглянув в сторону девушки, спросила Настя. Ей хотелось видеть все эмоции этой девушки и хоть немного понять, что она хочет этим сказать. — Вляпалась я, Настюх, по самую макушку и не выберусь уже, — Захарова не хотела продолжать зрительный контакт так как знала, что все люди здесь отличные психологи. Ей не хотелось чтобы та всё поняла. — Из любой ситуации есть выход. Если ты ещё жива, значит можно что-то исправить. Если здесь тебе нет жизни, то лучше уехать. Далеко и навсегда. Начать жизнь с чистого лица и больше не вспоминать прежнюю. Это я тебе по личному опыту говорю, — усмехается брюнетка, хлопая ту по плечу и выкидывая окурок в окно, собирается уходить. Но её останавливает все тот же уже дрожащий голос. — Пообещай, что, когда от меня все отвернуться, ты пристрелишь меня, — девушка сказала это как отрезала. Настя с приподнятыми бровями от удивления обернулась в сторону той, которая сдерживалась, дабы не заплакать. — Не сдавайся на пол пути. Решай свои проблемы, ищи выход, он есть. Возможно, когда нибудь и у тебя будет свет в конце тоннеля, только не на тот свет. Если от тебя все отвернуться, значит так нужно, значит уедешь и начнёшь новую жизнь. Никогда не поздно начать заново. А застрелиться ты всегда успеешь, — без эмоционально произнесла Петрова, возвращаясь в кабинет и оставляя девушку одну сидеть у этого чёртова окна. — Пообещай…