Redemption

      Том прогуливался по залу в одном из загородных домов сенатора Джексона, то и дело натыкаясь на знакомых. Он и не рассчитывал, что будет так много тех, кого он знал. Однако это было не удивительно — эти люди были тесно переплетены между собой в вопросах бизнеса и политики. Сам он здесь был именно из-за Беллатрикс, хоть и отсчитывал каждую минуту до того времени, когда он сможет сесть в машину и уехать к Гарри.       Он скользил равнодушным взглядом по толпе, изредка кивая знакомым. С кем-то Том даже обсудил нейтральные темы. Здесь он был всего лишь супругом, хоть и бывшим, сопровождающим Беллатрикс на благотворительном вечере.       Он подхватил изящный бокал с пузырящимся шампанским с подноса. Алкоголь предлагали официанты, незаметно курсирующие по залу. Он сделал вид, что пьёт, коснувшись губами кромки бокала. Шампанское настраивало на определённую праздничную атмосферу, а для него этот выход в свет всё же оставался работой. Том натянул вежливо-доброжелательную улыбку, но глаза так и остались безэмоционально холодными, оценивающе скользящими по присутствующим.       Сегодня зал был заполнен владельцами крупных фармакологических предприятий, меценатами, политиками и теми, кто был выгоден сенатору. Благотворительный вечер подразумевал сбор средств. Когда, как не перед Рождеством, расставаться с деньгами?Американцы всегда охотнее жертвовали на благотворительность в последние три месяца года и особенно в декабре. Кто-то бы сказал: аттракцион невиданной щедрости. Однако именно под Рождество закрывался финансовый год, а бизнесу было выгодно уменьшить свою налогооблагаемую базу.       Он проводил взглядом Беллатрикс, налаживающую новые контакты и восстанавливающую старые. Ей нужно было заранее подготовить фундамент: до официального представления ее фонда.       — Мистер Риддл, две минуты и Ваш выход! — рядом материализовался помощник Джексона.       Том лениво повернул голову и кивнул, взглядом отыскав Беллатрикс. Она, словно почувствовав, встретилась с ним взглядом внимательных тёмных глаз, и Том лёгким кивком в сторону указал, что им пора: скоро их выход.       Лестрейндж явно вежливо извинилась перед одним из владельцем крупного производства лекарственных средств и направилась к нему.       Том хотел отставить бокал, но не успел, когда Джексон произнес вступительное слово и пригласил его, хотя должен был сразу же передать слово Белле. Том подал ей руку, помогая подняться на ступеньку. В этот момент он услышал непонятный шум и повернул голову, выловив в толпе Поттера и цепким взглядом оглядев его с ног до головы.       Что тот здесь забыл?       Признаться, он не ожидал встретить Гарри на благотворительном приёме в честь приближающихся праздников.       — Я хочу поблагодарить за приглашение и отметить, что для меня большая честь находиться сегодня среди вас. Мы все так или иначе связаны одной действительно важной для всех присутствующих целью. Это ни многомиллионные контракты, ни крупные слияния транснациональных корпораций и ни успешное закрытие сделок. Нет, сегодня я хочу поговорить о помощи тем, кто в ней действительно нуждается, — Том сделал паузу, немного помолчав, тем самым дождавшись тишины.       Он обвел взглядом присутствующих, задержавшись чуть дольше положенного на Поттере, который статуей замер у огромной двери, ведущей в холл.       — Сегодня я хочу рассказать вам историю из моей жизни. В ней нет ничего особенного, но она ещё раз подтверждает, что все мы можем помочь другому, тем самым изменив целую жизнь, — он взглядом пригвоздил Гарри к паркету, обещая все кары небесные, если тот сейчас сбежит.       С кем он здесь? Приглашения рассылались за несколько месяцев.       Том начал накручивать себя, внешне стараясь не подать виду и остаться равнодушным.       — Мало кто знает, что я вырос в приюте — моя едва достигнувшая совершеннолетия мать волей судьбы оказалась на его пороге. Эта история могла бы занять часы, но я буду краток. Прошло достаточно много лет, прежде чем отец отыскал меня. Тогда я был зарегистрирован под ее фамилией. Ему удалось это сделать только благодаря своей помощи детям-сиротам. Он считал, что должен знать лично тех, кому оказывает адресную помощь, и в результате этой уверенности оказался в приюте в качестве потенциального жертвователя, — он одарил мягкой вежливой улыбкой всех присутствующих и затем продолжил:        — Всем известно, что социальная система Англии прошла трансформацию, и приюты давно были упразднены. Но, несмотря на данный факт, я, став взрослым, продолжил маленькую традицию своей семьи, которая благодаря моей супруге переросла в крупнейший благотворительный фонд в стране. Я хочу передать ей слово, но прежде чем это сделать, скажу словами Анны Франк: «Никто ещё не стал бедным, отдавая», — он сделал очередную паузу, сильнее сжав ножку бокала, наполненного шампанским. — Благодарю за внимание!       Он нежно улыбнулся Беллатрикс, спустившись и оставив её проводить презентацию фонда для присутствующих. Том извинился, когда протиснулся между двумя мужчинами, стоявшими на его пути, и быстро направился к Гарри.       — Благотворительный Фонд помощи детям и пациентам больницы Святого Мунго сегодня — это… — слова Беллатрикс он слышал, словно через плотный слой ваты, но быстро потерял к ним всяческий интерес, подходя к Поттеру.       Он одарил очередной вежливой улыбкой тех, кто повернулся к нему, и схватил Гарри за руку немного выше предплечья.       — Что ты здесь делаешь? — Том прищурился, ощутимее сжимая пальцы.       Мелькнула мысль, что он мог оставить синяки, но он отмел её в сторону, вопросительно приподняв бровь.       — Меня пригласил, — бодро начал Гарри под настойчивым взглядом, но голос его чуть сорвался, когда он закончил: — мистер Грейвс.       Ему показалось, что это было сказано настолько громко, что каждый в этом зале услышал чёртову фамилию. Том расплылся в ухмылке, не удержав привычную маску на лице.       — Живо домой!       — Том, ты чего?! Это всего лишь деловой раут, — Гарри улыбнулся натянутой обескураженной улыбкой, но в его глазах Том заметил гремучую смесь из злости, обиды, радости и разочарования. Тот с упрёком взглянул на него.       — Тебе помочь? Или сам пойдёшь?!       — Отпусти меня. Ты перегибаешь, — Гарри начал заводиться буквально с пол-оборота.       Тот резко поджал губы, пытаясь вырвать руку, но Том удерживал его, подталкивая к выходу. Он был уверен, что все присутствующие несколько увлечены презентацией и точно не заметят их исчезновения.       — Пойдём прогуляемся, — бросил он, взглядом указав на дверь.       Гарри вздрогнул, когда пальцы Тома сжали его руку сильнее.       — Я сказал, двигайся вперёд, — отрезал Том, а Гарри опустил глаза и поджал губы.       Ему в этот момент показалось, что он услышал скрежет зубов. В голове крутилась мысль, что нужно как-то уменьшить то напряжение, возникшее между ними, и сгладить острые углы. Вести себя подобающе.       Они вышли в роскошный холл, а из него медленно прошли к выходу на улицу. Том молча достал пачку сигарет, вытащил из неё одну и щёлкнул зажигалкой. Огонёк погас от порыва сильного ветра, и ему пришлось ещё несколько раз повторить манипуляции, прежде чем он зажёг сигарету и затянулся табачным дымом. Он помнил, что ветра в этой части страны в это время года не были чем-то особенным, скорее привычным.       — Тебе не холодно? — спросил Том задумчиво.        Гарри упрямо дёрнул головой, но тут же обхватил себя за плечи руками, сжавшись.       Он без слов снял пиджак и накинул его на плечи Поттера, оставаясь в белоснежной шелковой рубашке.       Вновь повисло неловкое молчание.       Том сделал пару затяжек и стряхнул пепел, прежде чем спросить:       — Ты мне что-то хочешь сказать, малыш?       Гарри сверкнул глазами, сжал челюсти, помолчал и начал недовольно:       — Ты здесь с Беллатрикс, — но Том не дал тому даже продолжить эту тему, оборвав:       — Да, и это было необходимо.       — Ты мог сказать мне, что приедешь и будешь здесь.       — Так же, как и ты, когда собрался сюда с другим мужчиной, — хмыкнул Том с достаточной долей веселья, однако взгляд всё также оставался холодным.       Гарри уставился на него.       — Ты невыносим, Риддл! Грейвс мой босс, и это ничего не значит! А ты здесь с ней! Ты серьёзно? — Гарри сделал шаг навстречу, оказавшись почти вплотную.       — Ревнуешь? — он не считал необходимым объяснять, что его и Беллатрикс до сих пор связывает нечто большее, чем брак длиною в семнадцать лет — боже, да он женился, когда Поттеру исполнился год — и общий ребёнок.       — Не доверяю, — губы Гарри расплылись в знакомой ухмылке, но тот попытался скрыть её, опустив взгляд.       Том обхватил его подбородок пальцами и приподнял, заставив посмотреть себе в глаза.       Неужели им всегда нужно было противостояние, скандалы и ругань, чтобы оставаться парой?        Том не знал ответа на этот вопрос, предпочтя сейчас закрыть глаза на всё. Они смогут выяснить отношения позже, когда каждый из них успокоится и будет мыслить здраво. Особенно Поттер.       Он объективно понимал, что за почти четыре года отношений всё стало лучше — первое время Гарри почти во всём видел нарушение его границ и бунтовал, подобно взбалмошному подростку. Хотя он и был в тот момент вчерашним подростком, который только вышел из-под опеки крёстного, начав самостоятельную жизнь. Гарри тогда казалось, что Том во всём его ограничивает, и тот не забывал об этом сообщить, но последний год они жили в мире и согласии. В поразительных мире и согласии. Том даже начал думать, что Гарри подменили, ровно до его спонтанного решения уехать.       Гарри тем временем обвил его шею руками, прижавшись всем телом так, что между ними не осталось ни сантиметра пространства.       — Том. Ладно. Давай всё потом! Ты разве не понимаешь, что я соскучился и не хочу ругаться?       — Взрослеешь?       — Риддл! — возмущённо воскликнул Гарри и закатил глаза.       Том в этот момент мягко поймал его губы своими, наклонился к его лицу и втянул в неторопливый чувственный поцелуй. Тот всё равно приподнялся на носочки из-за разницы в росте. Он смял его губы и углубил поцелуй, своим языком коснувшись языка Поттера. Гарри привычно зарылся пальцами в волосы Тома на затылке, ероша мягкие пряди, и отвечал, в какой-то момент даже прихватив зубами нижнюю губу Тома и потянув за неё, а потом прижался лбом к его лбу, выдохнув:       — Не могу больше ругаться, да и не хочу. Давай просто поедем домой, — он потёрся носом об нос мужчины, показывая свою ласку.       — В Лондон? — уточнил Риддл с весельем в голосе.       — Пока в квартиру! — рассмеялся Гарри. — А дальше будет видно.

      ***

      Том крутанул кожаный руль автомобиля и колёса зашуршали по дороге. Он съехал на автомагистраль. Ему не часто удавалось самому садиться за руль автомобиля, но Том любил водить. Это доставляло какое-то спокойное, несравнимое ни с чем удовольствие. Можно было бы нанять водителя, пока они были здесь, но Том не видел в этом необходимости, поэтому Теодор арендовал для него машину: темно-графитовый консервативный Bentley Continental.       Гарри на пассажирском сидении кутался в его пиджак, накинутый на плечи. Тот почти утопал в нём — размер у них был разный. Поттер умиротворённо улыбался и явно наслаждался тишиной. Буквально первые пятнадцать минут, затем Гарри начал возиться на месте, пока Том не ощутил пальцы того на своем бедре. Ему сначала показалось, что это неловкое, едва ли на что-то намекающее прикосновение ни во что не выльется, пока ладонь Поттера не стала настойчивее. Тот провёл ей по ткани брюк, поднимаясь всё выше, и сжал пах.       — Том, а у тебя когда-нибудь был секс в машине? — поинтересовался тот невинно. Риддл кинул на него быстрый взгляд, неопределенно качнув головой.       — Гарри, ты же не думаешь, что есть что-то, что мужчина может не попробовать к сорока годам, вроде такой мелочи? — по его губам скользнула лёгкая усмешка. — В этой стране тем более. По статистике, каждый третий был зачат на заднем сидении автомобиля.       — У меня, например, никогда не было ни с кем в машине.       — Так тебе и не сорок, — фыркнул он.       — Том!       — Что, Гарри?        Он задал вопрос с самым невинным видом и кривовато усмехнулся. Гарри едва ощутимо ударил его в плечо кулаком, больше привлекая внимание.       — Ты ведь всё понял! — воскликнул Поттер, притворно вздохнув.       Том на это только пожал плечами. Ладонь Гарри ещё раз провела по его паху, без слов давая понять, что именно тот хотел.       — Не понимаю, о чём ты, малыш. Если ты что-то хочешь, тебе стоит об этом сказать, — кивнул он,       Он нажал на газ и прибавил скорость, словно ничего такого в машине не происходило.       Том ощутил на себе долгий взгляд, прежде чем заметил краем глаза, как Гарри повернулся к нему всем корпусом.       Пряжка ремня едва слышно звякнула, и следом молния на его ширинке поползла вниз. Он кинул нечитаемый взгляд на Гарри, а тот только приподнял бровь, невинно хлопнув ресницами.       Желание внутри моментально вспыхнуло, разгораясь и концентрируясь внизу живота тянущим напряжением. Гарри всегда действовал на него однозначно. Иногда это напоминало легкое помешательство.       Тот скользнул ладонью в бельё, вытащив уже наполовину вставший член.       — И что ты с ним собрался делать? — уточнил Том насмешливо.       Гарри провокационно наклонил голову и лизнул головку, заставив его резко выдохнуть сквозь сжатые зубы и тихо зашипеть. Гарри приподнял глаза на него, пока обводил её языком, взглянул, а потом опустил ресницы. Здравый смысл, видимо, покинул Гарри — того, похоже, не волновала потенциальная опасность. Тот вобрал напряжённую плоть в рот, продолжив играть с ней языком: чуть пощекотал расщелину на ней, обвёл по кругу и коснулся чувствительного места под головкой.       Машину на секунду повело в сторону, но Том качнул руль, выровнял её, вернув в полосу. Все его тело мгновенно напряглось, а пальцы зарылись в тёмные пряди волос, ощутимо сжав.       Стоило сконцентрироваться на дороге, а не на жаркой глубине рта. Определенно.       Поттер скользнул к уздечке, провёл по ней и вновь вобрал головку в рот, пока та не упёрлась в горло. Гарри соскользнул, прежде чем Том успел сильнее сжать его волосы и остановить. Тот вновь поиграл с верхушкой и стал опускаться, сильнее сжав губы, когда Том ощутимо надавил на затылок. Поттер закашлялся, но Том не дал ему отстраниться, ощущая дикое желание насадить его глубже.       Они оба замерли. Том терял контроль, но должен был оставаться внимателен.       Все внимание на дорогу.       Он отпустил волосы Гарри, ладонью скользнул к лицу и большим пальцем провел по впалым щекам того.       — Расслабь горло и дыши носом, пока можешь, — подсказал он коротко.       Гарри тихо всхлипнул, когда Том дал ему немного свободы, и жадно глотнул воздух. Он кинул быстрый, но самый спокойный взгляд, на который был способен, с трудом удерживая внимание на дороге.       — Может остановить машину? — подсказал Гарри немного ниже, чем был его голос обычно.       Том только сбросил скорость в поисках съезда. Тот обнаружился быстро, и Том направил машину туда, уходя с автомагистрали и остановившись на аварийках. Поттер пока неторопливо скользил по стволу вверх-вниз ладонью. Явно растягивая удовольствие.       — Твоё желание выполнено, — хмыкнул он.        Гарри фыркнул и вновь склонился к члену, плотно обхватив губами головку.       Теперь можно было расслабиться и отпустить контроль.       Он зарылся пальцами в пряди на затылке Поттера и перебирал их, слегка натягивая у корней. Гарри замычал, когда ладонь в волосах стала настойчивее, но подчинился, вдохнув носом воздух. Тот явно расслабил горло, проведя раскрытым языком по стволу, сделал глубокий вдох и задержал дыхание, когда Том проскользнул, минуя гортань. Он начал двигать бёдрами, зафиксировав голову Гарри, но тот своей рукой коснулся его пальцев в волосах — убери. Том хмыкнул, но пальцы убрал, позволив Гарри самому двигаться по всей длине ствола, то почти выпуская член, то насаживаясь до упора. Остро, быстро, увеличивая силу сжатия и регулируя темп. Том откинул голову на подголовник, прикрыв глаза, наслаждаясь умелой лаской. Удовольствие накатывало медленно, волнами. До того момента, как ладонь Гарри не накрыла его мошонку, с катастрофической скоростью приблизив его к оргазму. Несколько умелых движений, и тот сжал его горлом прямо на пике удовольствия.       — Вот они, чудеса отсутствия рвотного рефлекса, — фыркнул Том. — Иди ко мне, малыш.       Гарри соскользнул со ствола и театрально облизнулся.       — Я бы с радостью, но со всеми этими кнопочками и узкими спортивными сиденьями, — тот помолчал, подбирая слова, — английский автопром стоит на страже рождаемости населения.       — Тебе это не грозит.       — Ты ведь помнишь, что я — журналист, — начал Гарри с улыбкой, но Том его перебил: — О, ты не даёшь об этом забыть.       — Риддл, не перебивай! Так вот, я, по долгу профессии, очень много читаю! И недавно наткнулся на великолепное произведение: там всё закончилось мужской беременностью! — он весело рассмеялся, оценив, насколько сильно поморщился Том.       — Замечательно, Гарри, но это тебе всё равно не грозит.       — Именно, а всё из-за длительного воздержания, дорогой. Я скоро забуду, как выглядит член! — Гарри расплылся в наглой ухмылке.       — Вспомнишь, когда опустишь глаза в душе, — в тон ему ответил Том.        Его губы дёрнулись в подобии ехидной ухмылки. Гарри показательно тяжело вздохнул, прежде чем протянуть:       — Поехали домой, мистер Зануда, вытрахаешь это из меня!       ***       Давно пробуждение не было таким приятным.       Открыв глаза, Гарри некоторое время просто лежал, наслаждаясь теплом дыхания Тома на своей шее. Можно было закрыть их и представить, что они дома, никуда не нужно спешить, потому что Том не поставил будильник: забыл. И есть эти уютные минуты между сном и бодрствованием, которые навсегда впиваются в память.       — Не спишь? — со сна голос Тома был хрипловатый, хотя это Гарри стонал и кричал в подушку полночи, пока Риддл вбивал его в мягкий матрас.       — Сплю, — прошептал Гарри в ответ.       — Если сейчас скажешь, что я твой сладкий сон, то меня хватит сердечный приступ, — пробормотал Том притворно испуганно, зарываясь носом в растрёпанную макушку.       Он знал, что Тома точно так же, как и его вело от этой родной близости.       Шевелиться не хотелось.       — Не скажу, ты мне еще нужен живым. У меня на тебя, знаешь ли, большие планы, –улыбнулся Гарри, повернув голову, чтобы увидеть Тома.       — Это уже больше похоже на тебя, расчётливый мальчишка, — усмехнулся тот.       В голосе Тома не было упрёка, ведь он сам научил Гарри быть таким: принимать ласку и заботу — их не нужно было заслуживать.       — Но тебе понравится, — пообещал Гарри.       — Мне понравится остаться в постели. У меня вылет в семь вечера, малыш.       Гарри чуть кивнул, перевернулся к нему лицом, тут же обнимая руками за шею.       — Тогда постараюсь не слишком тебя утомить прогулками по Нью-Йорку.       — Уж постарайся, этот город уже не способен меня удивить.       — Оу, это вызов моей фантазии, мистер Риддл, — улыбнулся Гарри.       Он немного помолчал, разглядывая Тома, затем спросил негромко:       — Ты правда подумал, что у меня что-то может быть с Грейвсом?       Смотреть на то, как схлопывались непробиваемые ворота крепости под названием «Том Риддл» было завораживающе. Только что взгляд искрился нежностью, и вот в глубине уже собирались грозовые облака, линия губ затвердела, а скулы заострились.       — Ты хочешь сейчас поговорить об этом? — деловым тоном поинтересовался Том.             Значит, злился.       — Нет, я просто хочу сказать, что ты не должен так думать, — сказал Гарри, игнорируя раздражение Риддла.       Том предсказуемо промолчал в ответ, но Гарри кожей почувствовал — того отпустили злость, раздражение и ревность.       Почему всегда все не может быть так же просто?       — Как насчёт манхэттенского завтрака?        Гарри улыбнулся и сел на постели, ничуть не смущаясь своей наготы. Разучился за эти годы близости с Томом, зная, что на него всегда смотрели с желанием.       — После душа я весь твой.       Гарри вздохнул, но понимал, что валяться весь день в постели они не могут — голод давал о себе знать, как и стягивающая кожу подсохшая сперма и смазка.       Конечно, совместное принятие душа затянулось на неопределённое время, поскольку Гарри не смог держать руки при себе, когда рядом был голый Том, со всеми его плавными линиями крепких мышц, гладкой кожей и тренированными мускулами.        Гарри — мягкий и расслабленный — льнул к прозрачной перегородке, прижимаясь горящей щекой и лбом. Он не сдерживал громкие стоны. Тому, видимо, быстро надоела эта водяная баня, и он утащил Гарри обратно в постель, навалившись сверху на него, подхватывая его под коленками, раскрывая, натягивая на себя: скользкого, мокрого и жаркого.       Они снова без сил свалились на смятые простыни, тяжело дыша и улыбаясь, как идиоты. Хотя именно так себя оба и чувствовали: счастливыми идиотами, которые слишком долго были друг без друга. Гарри так точно.       — Может, нам все же стоит остаться в постели? — спросил Том.       Он убрал чёлку со лба Гарри, тут же скользнув пальцами по носу.       — Нет, и тебе не сбить меня с цели, — улыбнулся Гарри, выпутываясь из объятий, снова уходя в ванную.

      ***

      — Ты серьёзно? Я просто не верю, что ты мог такое сотворить! — воскликнул Гарри, обгоняя Тома и эмоционально размахивая руками.       — Мы вместе уже столько лет, а ты всё ещё думаешь, что во мне есть что-то святое? — усмехнулся тот, сунув в рот сигарету.       На набережной было ветрено — Гарри кутался в свою курточку, его волосы окончательно растрепались, а пальцы уже заледенели.       Что за идея гулять в такую погоду?       — Ты меня не обманешь! Ты всегда пытаешься казаться хуже, чем ты есть на самом деле, — протянул Гарри.       Он сунул руки в карманы, смотря, как Том щёлкнул зажигалкой.       Огонёк появился, но сразу погас от ветра, пока Риддл не чертыхнулся и не повернулся к нему спиной.       — Не помнишь? Я же красивый, плохой, злой, — усмехнулся он, а Гарри рассмеялся, скользнув по Тому ласковым взглядом.       — Конечно, помню, — он вскинул руки и обнял Риддла за шею, заставив поёжиться. — Никогда не забуду.       Они давно так много не целовались, как в этот бестолковый день. Гарри льнул, как липучка, окутывая запахом кофе и цитрусового геля, а Том ловил его в свои объятия, с трудом отпуская под порывы ветра.       — Я думал Нью-Йорк красивее, — хмыкнул Гарри, разглядывая открывающийся со смотровой площадки город.       — На открытках всё красивее, — Том прислонился к перилам спиной к городу.       Гарри кожей ощущал на себе постоянный взгляд, пока возился с монетками, чтобы посмотреть в бинокль.       — Что ты там хочешь разглядеть?       — Что-нибудь интересное, — пробормотал Гарри. — Например, твою совесть…       — Тогда тебе нужен телескоп. Том перехватил Гарри за воротник куртки, мягко оттаскивая от бинокля.       — Что-то вроде Хобби-Эверли, — продолжил тот. — Мы идём греться и обедать, но на этот раз место выбираю я.       Гарри был согласен, но для виду поворчал о тирании и любви к контролю, но сам сунул руку в нагретый карман кашемирового пальто. Он ожидал, что Том приведёт в очередной элитный ресторан: настолько элитный, что кроме Тома его мало кто мог бы оценить. Он сам не питал любви к таким местам. Однако он с удивлением обнаружил не самую приличную забегаловку в американском стиле. Для англичанина с лёгким пунктиком на чистоте это был крайне неожиданный выбор.       — Том? Нам точно сюда? Ты знаешь, что тут тебе придётся касаться меню и пользоваться бумажными салфетками? — усмехнулся Гарри, скользнув на потёртый кожаный диванчик фиолетового цвета.       На столе, наспех протёртом влажной тряпкой, стояли солонка и перечница на подставке в виде ретрорадио.       Подошедшая официантка тоже была слегка ретро: она точно помнила Кеннеди.       — Нам, пожалуйста, два бургера, — он долгим взглядом оглядел страницу. — Из классического меню, колу и негазированную воду безо льда, — быстро сказал Том.       Видимо, смелости коснуться замусоленной картонки ему не хватило.       — Что на десерт?       — Никакого мороженого, Поттер, — предупредил Том.       — Чизкейк, — указал Гарри на картинку из меню.       — Вчерашний, пойдёт?       — Э, нет, обойдусь, — пробормотал Гарри, кинув взгляд на Тома со смесью удивления и шока.       — Ну раз обойдёшься, то два бургера классика, кола и вода, — кивнула официантка — Мэнди, Мэдлин или Мэдди — не разобрать на бейдже.       Гарри не успел задать вопрос, когда Том усмехнулся и всё же пояснил:       — Место отвратительное, но здесь самые вкусные бургеры, уж поверь мне. Я впервые попробовал их лет десять назад. Даже звал местного повара в Лондон, открыл бы ему ресторан, но у Эдварда тут три собаки и бывшая жена, поэтому уезжать он не хочет, — фыркнул Том, откинувшись на спинку дивана.       Одно его пальто выглядело дороже всей этой забегаловки, но Гарри не был придирчивым, поэтому доверился Тому.       И, как обычно, не зря. Сочные, с прожаренной как нужно котлетой, необычным соусом, расплавленным сыром и овощами — не бургеры, а шедевр высокой кухни, особенно после длительной прогулки и скудного завтрака.       — Может похитить Эдварда? — предложил Гарри, жадно впиваясь зубами в бургер.       — Я тоже об этом думал, но у него прескверный характер, — усмехнулся Том, с явным удовольствием наблюдая за Гарри.       Том и сам ел с не меньшим аппетитом, задумавшись о чем-то. Ему хотелось спросить, но он решил не разрушать момент. Пока они не доели.       — Просто волшебно. Спасибо, что показал мне это место, — улыбнулся Гарри, допивая колу. — Я думал, что здесь — в Нью-Йорке — всё будет проще: Америка, деловой подход, все дела. Я смогу проверить, чего стою на самом деле, но всё так странно получается! Я вроде и здесь, а вроде ничего и не поменялось. Понимаешь?       Том склонил голову к плечу, выудил из пальто пачку сигарет, вертя её в пальцах.       — Зачем тебе это, детка? — глухо спросил тот. — У тебя всё было там, в Лондоне.       — В том-то и проблема, Том, что всё было, а мне чуть больше двадцати лет. Ты хочешь сказать, это мой предел?       Риддл поморщился.       — С высоты своего опыта могу сказать, что это чушь: юность, амбиции, сомнения, страхи и мечты. Важно только одно — желания.       — Говоришь, как дедуля.       — Чего ты хочешь, Гарри? — вкрадчиво спросил Том, подавшись вперёд.       У Гарри внезапно перехватило дыхание, когда он смотрел в темнеющие глаза Тома. Мысли спутались, в животе свернулся тугой комок: непонятный, путанный и пугающий. Внутренний голос подло нашёптывал ответить на вопрос, назвать свою цену, но Гарри прогнал прочь эти мысли, улыбнувшись Тому.       — Мира во всём мире, чего же ещё? — крайне серьёзно ответил он.       Том вздохнул, как будто отступив, чуть улыбнулся в ответ и отодвинул от себя стакан с водой.       — Скажи мне, когда поймёшь, малыш, а пока я подожду.       Гарри прищурился и ничего не ответил.       Их ждали еще несколько часов вместе.