А Звёздам Дела Нет

10 апреля 2389-го года Альмарак Рубид Альдана Рамидия р-н Нижние Поляны, улица Алуштина, 92 Ларин подошёл к проблеме основательно. На работе он пересмотрел всё, что его людям удалось накопать на шефа отделения контрразведки. «Серёжа становится всё наглее», — размышлял шеф княжеской СБ за ужином. Ларин жил на съёмной квартире в старом доме, вместе с женой и дочкой. Он с нетерпением ждал переезда обратно: в Темезии у него нормальный дом с садом. Там будет лучше Ирке, а то у неё проблемы в местной школе. Домашний вайлур — нечто вроде огромного енота — Пат важно прошествовал к миске, проведя длинным хвостом-щёткой по ногам своей «стаи». — Патику тут плохо, — пожаловалась Ирюшка. — Когда мы вернёмся, па? — Через две недели, — монотонно произнёс Ларин. — Всё о работе думаешь. — укоризненно заметила жена. — Ты бы, Миша, о семье хоть раз подумал. — Свет, да бери ты Ирку и поезжайте, — Ларин оторвался от тяжких мыслей. — Что вам, в конце концов, тут сидеть? Ну не могу я сейчас уехать. Сама пойми, без князя я пустое место. — Ну и кто князю в этот раз не угодил? — Светлана раздражённо воткнула вилку в котлету. — Да есть один противный человечек, — Ларин поджал губы. — Так сунь ему в штаны вайлура и успокойся, наконец! Хоть раз у тебя выходные будут нормальные, а? Ларин покосился на чавкающего «енота». Вайлуры славились бесстрашием, но были печально известны потерей мозгов в замкнутом пространстве. Маленькая рамидская квартирка и впрямь плохое место для зверька. Как бы не сорвался, отгрызёт конечности кому угодно от страха. В штаны… кхм… штаны… Мысль червячком защекотала мозг. — Будут, — твёрдо пообещал он. — Будет и суббота, будет и воскресенье. И будем вещи собирать. Хватит тут сидеть в духотище. — Ура! — воскликнула дочка.

***

12-е апреля 2389-го года Башня «Корона» Этаж 58 — Вася, бросай всё. Живо прошарь мне недвигу КР и самого Рокотова. — У него всего одна недвига — квартира на Шавелина, — отозвался наружник. — Он и бывает либо там, либо в «Ловушке». — А управление на Прямом, 14? — Раз или два в неделю. И то не на весь день. — У него есть женщина? — Кого-то он, наверное, валяет, — лениво протянул оперативник. — Мы несколько раз засекали его у Набатово с характерным выражением на морде лица. — Фейсналитик подсказал? — Ага. Михал Михалыч, может он кого в своём гадюшнике и снимает? — Так, Вась, у тебя же была на примете пара шалашовок? — Так никуда не делись, Михал Михалыч, — Василий широко расплылся в улыбке. — Обе прочно на гаре сидят, никуда не сдёрнут. — Пошли их туда. Поочерёдно. Под штабра пусть сами не лезут, так поглядят. Заодно на дозу подработают. — Да не вопрос.

***

15-го апреля Ларин сидел в фургоне аварийной службы «Рамидской Электрической Компании» в обществе потирающего лапы Васи и двух его сотрудников. Фургон уткнулся носом в поребрик парковочного кармана неподалёку от дома №23 по улице Шавелина в Заречье. Водитель и двое монтёров засели в ближайшем кафе, перемывали кости начальству, жёнам, детям-балбесам и столичному мэру с его придурью. Аппаратура не смогла пробиться видеоканалом в окно, но вот звук писала недурно. «Расслабился, Серёженька. Всё на последнее слово техники надеешься», — злорадно думал Ларин, слушая то, что происходило в комнате окнами на торец пятиэтажки бизнес-класса. — «А вот такой старый трюк с направленным микрофоном небось и не слыхал. И защиту не поставил. Ай ты мой маленький огурчик! Теперь Романыч тебя без соли съест!» Характерные стоны в наушниках чётко подсказывали, чем там занят Дакуорт. — Кого он приволок? — спросил Ларин, имея в виду Рокотова. — Да есть там одна шлюшонка, — бросил Василий и показал снимок с наруча. — Не поймёшь, парень или девка. — Хитёр бобёр. Это же надо, личный клубешник устроить. И навар, и дело, и маскировка тюрьмы. — Он уже два десятка блядей Даку перетаскал. Звонкий шлепок по коже ознаменовал конец мучений. — Всё, иди гуляй, май литл фрогги, — произнёс баритон с лёгким иностранным акцентом. — Серж, гив хё ра-а-айское сла-адкое. Что-то зашуршало, шлёпнуло вроде по твёрдому. Щелчок элреты. Отдалённо зашумела вода. — Нормуль? — промурлыкал голос Сергея. — За такой ствол и прибавить мог бы, — манерно-плаксиво отозвался бесполый голосок. — Всё порвал, негодяй. — Ну на ещё трёшку и дозу. Иди, дома подмоешься, а у нас биз. — Смазывай лучше, биз тебя порвёт, лапушка, — через несколько секунд скрежетнула плохо смазанная дверная мембрана.

***

Вася бессовестно, хотя и почти беззвучно, хохотал. Один из его подчинённых согнул руку в локте, сжал кулак и вытаращил глаза. Второй, постарше, пробурчал: — А потом ври Нинке, почему после работы не встаёт. — Работа удовлетворяет! — отпарировал шутник. — Василий, отправь за этой блядью, пусть до адреса ведут. Вася через наруч отдал приказ «монтёрам». Они поспешно дожевали остатки ланча, допили газировку и пошли в сторону перекрёстка, оставив водилу расплачиваться. Белая «эрика», чуть выждав, поехала вслед за ними.

***

— Серж, ваш презент сегодня неплох. Благодарю. — Всегда рад, Джонни. Ну что, по стаканчику? — Только не гратч! — Ну что вы, нивейское. Полилась жидкость, звякнуло стекло.

***

Шутник отёр лоб, в фургоне было жарко.

***

— Значит, с Владиславом у вас облом. — Увы. Ваш знакомый оказался патриотом. — Я предупреждал, он слишком честный, чтобы пойти на такое. И вопрос совсем не в цене. — Нет, Серж, просто у вас дикое общество. В приличной республике предложение было бы принято без разговоров. — Тем не менее, он его не принял, а ваш человек пропал со связи. — Я прошу вас выяснить, где он. — Да не вопрос, Влад считает меня другом. Можно ускорить получение заказа? — Это не так просто, Серж, — голос Дакуорта напрягся. — Неужели так трудно закупить оружие на Ладе? — Оружие — да, но реплайнс… Их там нет, а где есть — под запретом для продажи. — О господи, Джон, время уходит. И Гарц не станет теперь помогать.

***

Фургон качнуло, хлопнула дверца — водитель забрался на своё место, но заводиться не спешил, ждал «ушедшую на повреждение» бригаду.

***

— Вот если бы вы, друг мой, выполнили свои обязательства, люди Гарца были бы с нами. А сейчас они поведут переговоры со скандами. Андэстэнд? — И что вы так вцепились в Стахова?! — Рокотов явно злился. — Харизма, — Дакуорт говорил расслабленно, лениво. — Его потрясающая харизма и авторитет среди вашей лайт инфантри. Нам совершенно не нужен сценарий, при котором после случайной смерти дюка Сильвера вторая дивизия двинется на столицу и начнёт контрреволюцию. Мы не для того тридцать с лишним лет готовили почву для демократии. — Это всё наместник, — оправдывался Рокотов. — Я бы и сам не прочь заполучить Владислава в свои руки. — Разумеется, — насмешливо ответил спейсер. — Тут бы вам было проще сломать его, приласкать, уговорить и представить Несселю прекрасного аналитика, которых этому индюку не хватает. Эксперт по Рубиду, военный эксперт… Профит! Серж втирается в свиту премьера, получает большое жалование и спокойно соблазняет Владика. Ведь Николаев именно за эти дурные привычки забросил вас на край света. — Да с чего вы взяли?! — возмутился Рокотов. — Я… — Довольно! — отрезал спейсер. — Вы, сэр, не запаслись длинной ложкой, начав игры со мной, — тон гостя резко изменился, став насмешливым. — И побоялись юзать оперативную квартиру. В твоём компе очень много чего и на Несселя, и на Серебрянского, а драг-бар великолепен. Снимки Стахова спящим и голым в душе на каждой стене, — продолжал спейсер игривым тоном. — Элегианские игрушки… Тут и идиот догадается — ты его хочешь, дружок. Рокотов издал горловой звук. — Твой ключ очень прост, — продолжал консул. — А в прошлый раз ты так спокойно выпил пиво из моих рук. Пятьдесят минут глубокого сна пролетели, как несколько секунд. Мне хватило. А теперь… — звук стакана, поставленного на стол, — …ты будешь чётко выполнять мои инструкции. Или снимки из твоей норки и файлы с диска увидит дюк Сильвер. Знаешь, что будет с твоим нежным тельцем? — Но, Джон, это личное, — заскулил Рокотов. — Ты же можешь меня понять, правда? — Разумеется, это очень личное, Серж. Ты его любишь, сходишь от этого с ума, закидываешься драгом и дрочишь на фотки бессонными ночами. Правда, мозг сохнет от драга, но это твоё личное дело. Будь я моложе, я бы даже помог тебе похитить любимого, отвёз бы в тихий уголок Ойкумены и дал шанс обрести счастье. Только ведь мы играем в такие игры, где сухой мозг и привязанности крайне вредны и опасны. Не так ли? — вкрадчиво произнёс Дакуорт. — Да, — простонал несчастный. — Прекрасно, — пауза. — А теперь расстегни-ка рубашечку, мой дорогой. Мне очень интересно, что ты мог бы подарить ему, милый, — в голосе спейсера блистали клыками акулы.

***

Ларин сорвал наушники: — Василий, вызывай группу Долиной. Наружник вытаращил глаза: — Зачем, Михалыч? Этот чёрт и так у нас в руках. Одна запись, и он у всей конторы отсосёт. Начальник СБ оскалился: — А когда двое сосут, приятней, Вася! У тебя спейсер хоть раз чмокал? — Не-е-ет, — покраснел оперативник. — А сейчас мы их накроем разом! Два зайца вместо одного. Вот будет подарочек Игорю Ромычу, а?

***

Штурмовая группа прибыла на место через четверть часа, что навело Василия на мысль, что Ларин держал девок наготове. Бывшая легион-лейтенант Долина сама натренировала отобранных ею девчонок по программе легионерского десанта. Кроме того, они прошли полицейский спецкурс от ещё одного подчинённого Ларина — Гоши Симочкина, смешного тщедушного паренька, больше похожего на айтинёра или клерка. Поверить, что этот парнишка был сержантом полицейского спецотряда, не приходило в голову никому. Не пришло как-то и пятёрке стрит-рэбберов. Прибывшие под утро полицейские, впрочем, сразу опознали почерк коллеги. Но к тому времени качественно переломанные тела замёрзли насмерть — в ту ночь было минус двадцать с ветром. К сожалению, папа одного из охламонов оказался чиновником верхнеозёрской мэрии, и от обвинения в убийстве с особой жестокостью экс-сержанта спасло только заступничество Серебрянского. Когда Георгий объявил о своей свадьбе со Светланой Долиной, его подняли на смех. Позже, в ларинском кабинете, коллеги светили фингалами и твердили, что никаких претензий к паре не имеют. На свадьбу князь подарил молодым уютную двушку в Верхнеозёрске.

***

Штурм-группа в семь человек покинула качнувшийся серый фургон и живенькой рысью вбежала в парадное. Увидев отряд в глухих «терранских» шлемах, рубчатых брониках и с автоматами, охранник элитного дома предпочёл поднять руки. Командир подскочила к стойке консьержа, за которой мирно вязала шарф бабулька лет семидесяти: — Мы в двадцать девятую! По приказу виц-императора! Открывай лифт! — А сама-то кто будешь? У нас строго, девонька. В журнал писать надо. Долина наклонилась через стойку: — Оглохла, бабка? Служба князя Серебрянского! Заводи машину! — Дак ить службы-то отменены, — старушка упорно прикидывалась дурой. Ну и что, что Ванька струсил, он-то, понятно, лось здоровый, пристрелят ещё. Консьержка больше боялась господина управляющего и скандала на своём дежурстве, чем не сильно-то и законной по нынешнему времени личной службы князя. — Государь-батюшка вас разогнать же повелели. Инициатива Серебрянского бумерангом ударила в лоб его же людям. А разозлившаяся Долина жестом велела убрать чёртову бабку. Две штурмовички мигом выдернули грымзу из-за стойки и только тут заметили на полу ряд клавиш с нумерами квартир. «29» горела красным. — Блядь, Доля! Она дала аларм! — завопила Нонна Гренкина. — Держи холл! Тоня и Клава — лестница наверх! Остальные — за мной! Штурмерки запустили лифт, счёт шёл на секунды.

***

Когда заревел зуммер аларма, одна рука проклятого спейсера расстёгивала ремень на слаксах дрожащего, чуть ли не плачущего, Серёжи, вторая обняла его под лопатки, а язык обрабатывал сосок. Распластанный на диване под тяжёлым телом контрик едва дышал. Он уже не раз видел огромный член Джона, который тот любил резко задвигать на всю длину в мальчишеские «розочки». Кровь, конвульсии и рыдания только больше заводили жестокого мерзавца. — Зе файр? — Дакуорт скатился с полуголого Сержа и встал на колено, как бегун на старте. Сергей рванул к домофону и увидел на голке весьма знакомую экипировку. Его вычислили! Лысая сука! — Штурмовики Сильвера! — Мерде! — Дакуорт вскочил на ноги, поспешно застёгиваясь. — Ноу опен доу, — велел он. Рокотов сорвал с магнита дутую оранжево-чёрную куртку и натянул на голое тело. Резким движением он затянул мягкий ремень и влез в стоящие у двери кроссы. В мембрану ударил тяжёлый кулак: — Откройте, Сергей Максимович! Нам всё известно, — Долина говорила твёрдо и спокойно. — Иначе мы выбьем дверь. Дакуорт натягивал пиджак. — У меня дипломатический паспорт, — спокойно сообщил он. — Но у меня-то — нет, чёрт возьми! — прошипел Рокотов, лихорадочно соображая, что теперь делать. — Открывайте! — повторила Долина. — Лечь на пол, руки за голову! — Да хер тебе! — заорал Рокотов. — Я офицер контрразведки Империи! — Вы изменник, нам это известно! — отпарировала командир спецотряда. — Не сопротивляйтесь, вашу судьбу будет решать лично наместник! Что сотворит с ним наместник, когда узнает о его привычках, компромате и договорённостях со спейсерами, бедному штаб-бригадиру и помыслить было страшно. Долбаный «дипломат», хотя ему грозит всего лишь статус «нон грата», соловьём споёт, лишь бы не вылететь с Рубида, не провалить грандовую операцию Братства и не лишиться головы. Сергей бросил быстрый взгляд на Дакуорта, но тот отвернулся с подчёркнуто нейтральным видом. Рокотов качал ситуацию в лихорадочном темпе. Ларин чёрта с два бы решился на штурм, не имея на руках доказательств его вины. Значит, что-то у них есть. Вызвать полицию? Наркота и анимы в спальне поставят на нём жирный крест по всем фронтам. Своих — та же петрушка. Любовь Николаев простит, а вот за наркотику сразу сольёт. Дакуорт — гадина. Мембрана содрогнулась, донёсся глухой удар, со стены отвалилась пластина отделки, участок под ней разошёлся паутиной трещин. Так, уже ломают. Похоже, пробойник. Рокотов сунул руку под куртку, выбросил в сторону консула кулак с зажатым в нём крошечным пистолетиком. Еле слышно прошипела игла, и Джон Дакуорт рухнул боком на диван, где ещё недавно трахал юношу. Струя крови пропитала покрывало мгновенно — гаусс пробил ярёмную вену. Не теряя ни секунды, Рокотов бросился к сейфу, выдернул оттуда маленький увесистый рюкзачок и нырнул в спальню. Контрразведчик запер за собой дверь, распахнул окно, выходившее в тенистый двор. Кристалл из компа он сунул в мешочек на шее. В коридоре раздался треск и тяжеленный удар, сотрясший весь этаж. Штурмовики выбили мембрану со всем блоком разом. Сергей швырнул на постель термогранату и ловко перелез на толстую ветку старой липы. Из окна третьего этажа с хлопком ударило оранжевое пламя. Но беглец уже мчался прочь дворами, уходя к гаражам на краю пустыря. Ларинцы успели покинуть район до того, как взвыли первые сирены машин пожарной команды и полиции.

***

— Охренительный подарочек! — виц-император метался по кабинету. — Одного упустили, другой убит! Дипломат! Англы и спейсеры в ярости! Какого чёрта, Ларин?! Господи, за что мне всё это?! — Я поднял на ноги своих людей в полиции. Байк у Рокотова приметный. Ну куда он может сбежать? Разве что в астропорт. — У него сотни нор, Михаил Михайлович, — наместник наливал себе водки, рука заметно тряслась. — Он хамелеон! Сменит личину и всё! Мало того, сорваны поставки оружия! Вот что теперь делать? Ну какого чёрта вы не доложили мне?! Какого? Уйдите. Сейчас же, или я за себя не отвечаю. — Игорь Ро… — Во-о-о-он!!! — жутко простонал виц-император. Лицо его перекосилось от бешенства. — Намазов! — Я, — адъютант открыл дверь, пропустил начальника СБ и замер на пороге. Серебрянский тяжело дышал: — Андрей… Ильич… дайте команду полиции на розыск Рокотова официально. Особо опасен, государственный преступник. Связь мне на Саттарова и колонеля Градского. Приватный и защищённый канал. — Слушаюсь.

***

Стук в дверь становился всё настойчивее и настойчивее. Влад глянул на часы — господи, 02:23, какого чёрта? — Да кто там молотит? — простонала Верка. — Тот, кому надо, — Влад сполз на торец топчана, натянул штаны и потащился открывать, отчаянно зевая. Вера закуталась в одеяло и повернулась к стенке. Спрятаться пока было негде. В будущем они решили сколотить перегородку, но сейчас спальня от кабинета никак не отделялась. На пороге торчал парень из дежурной смены: — Вашродь, швыдка мессага! Стахов взял тёплый серый листок, перекрывая собой дверной проём. «Приготовиться к отбытию в срочную командировку. Форма-2. Аэр прибудет в 05:00. Рязанов». — Благодарю, драгун. А теперь вот так же разбудите ротмистра Аташева и передайте ему… — Стахов перевернул диктограмму, положил на стоящий торцом к двери стол и при свете ламп в коридоре написал: «Ион, остаёшься за меня. Вызвал Ряз. Стахов», — …вот это! — Слушаюсь, вашродь! Влад запер дверь и вернулся к постели, сел на край. — Вер, когда выйдем в отставку, будем до семи утра вообще все наручи отрубать. В командировку, твою налево. Аэр в пять. — Ух-ху, — Вера потянулась. — Давай в душ, горюшко моё. Ща я тебя соберу, как положено. И побрейся, колючка!