А Звёздам Дела Нет

Первым делом Сергей с Виталиком, самым сообразительным из ольгердцев, направился в молл «Изобилие», тряханул шеф-молмена и просканировал контрольные чеки за 12-е мая. С пяти до семи вечера. Следующим шагом был разговор с железнодорожниками. Он занял полтора часа. Точнее, полтора часа штаб-бригадира перекидывали с одного клерка на другого. Ишутов подал по собственному неделю назад, приказ подписан, потому как хоть и хурит, но ленив. Но есть ещё формальности, требующие личного присутствия, и они назначены на понедельник, 16-е число. И ещё он запрашивал в Елецкое контейнер по льготной цене. Каковой выделен, но пока стоит там на площадке частично гружёный. — Ага, — только и сказал Рокотов хриплой барышне. — Велико мерсую! Штаб-бригадир вызвал расписание поездов. Утренний экспресс уже ушёл, до дневного долго. Он спустился на второй этаж. Штаб напоминал разорённый муравейник. Дверь в кабинет комдива нараспашку, внутри облака табачного дыма, полно начальников рангом побольше и поменьше. Крик, гвалт, Шеленский спорит с каким-то спецом из технической службы. — …если его дура деревенская открыть смогла?! — «Гранит-5» рекомендован интендантским управлением, ваше высокоблагородие. — Да они тебе верёвку рекуют, коли им за неё откатят! Немедленно сменить все замки! Лучшие! Пишите требование — подмахну! — Есть! — Вам чего, штаб-бригадир? — устало спросил Шеленский, рукой отодвинув пожилую тётку в штатском с планшетом, развёрнутом для подписи или прочтения. — Нужен аэр и штурмовая команда, ваше высокоблагородие. Я в ареале скумечил, где наш злодей. — Да вы что?! — всплеснул руками комдив. — Две полиции носятся, как пришквареные, а вы, не выходя из штабу, нашли? — Военпол вовсе дурные сыщики, — отпарировал Рокотов. — Им бы вашего брата по бурбухам винтить. А в сыске главное не лапы, а тыква, — он постучал пальцем себя по виску. — Ну, и что вы такого натыквили, респехтный наш? — иронически поинтересовался Шеленский. — Уборщица пронесла князю масгер. Он разулся, чтобы не греметь сапогами. Но сапоги высокие, в ведре не спрячешь. Тогда Пригорова переобулась. Её туфли или кроссы, допустим, прекрасно поместились под швабру. Далее клинерка падает на пороге в мембране. Полминуты князю хватило, чтобы олешком выскочить на площадку и нырнуть в нишу меж колонн, пока на ярком свету не заметили контуры поля. Часовой любезно помогает даме, та дожидается закрытия мемки и спускается на четвёртый. На лапты её, конечно, никто не глянул. — А Игорёк? — спросил Шеленский. — А Игорёк спустился по техническим шахтам, — ехидно ответил Рокотов. — Как раз в нише люк. Но прямо до первого по ним не слезешь. Потому 414-й и понадобился. Сапоги, полагаю, клинерша сбросила в колодец случайно. Задний двор, крышка проржавела и провалилась. Люк здоровый, квадратный. Вот и улетела посылка не по адресу. Куда там доставать! Я тут проверил круглосуточный молл в квартале от вас. Скорее всего, там-то князь и приоделся по погоде. Вечером в молле не протолкнёшься, тем более — в уценочном отделе. А в нём небритый тип в грязной майке и носках не такая уж диковина, Алексей Ульянович! — Ну и куда же рванул князынька? — В Елецкое, к Ишутову. Тот давняя торпеда камергера Бодэ. Это он обеспечил нашему общему знакомому чил на двенадцать лет в сём прекрасном краю. — Стахову?! — Точно так. Там очень грязная история. Замешаны ласковые и просто развратники. Кончилось потрясающим по жестокости убийством. — Ушать не желаю! — отрезал Шеленский. — Что было — то ушло. Сам не ангел небесный. Так… все вышли, живо! Надя! Закрой дверь! Когда кабинет опустел, обер-бригадир посмотрел в глаза контрразведчика и, тяжело дыша перегаром, спросил: — Только одно: Владислав — ласкуха? Рокотов решительно покачал головой слева направо: — Нет. Клык даю. А вот Серебрянский, Градский, Ишутов и Бодэ — вне всякого сомнения. — Мерзость! — Обер-бригадир врезал кулаком по столу. — Нами правит всякая погань! Вы-то их зачем к себе тянете?! — Как давали — так живали, Алексей Ульянович. Юрген и Анжей тут служили ещё у Денисова. Как пилот и оперативник они выше всяческих похвал. В этом вопросе я придерживаюсь политики Стахова — не совать нос в чужие трусы. — Так. Значит Ишутов, — выдохнул комдив — Где в Елецком он живёт? — Я бы просил дать мне связь со Стаховым. Он катал к Ишутову, собирая правду о тех событиях. Кстати, с трудом удержался от желания отрезать башку сучьей морде. Но затеррил вкрай. Ишутов собирает манатки, заказал контейнер и подал прошение со службы. — Ротмистр! — заорал багровый от водки и злости Шеленский. — Я! — Надя аж перепугалась. Таким она комдива никогда не видела. — Связь с первым батальоном пятой бригады! Живо! Надежда без слов бросилась к своему деску. — Вот в конт он его и засунет, — Шеленский грохнулся в кресло и щёлкнул кнопкой чайника под столом. — Приседаун, Сергей Максимович, что ли. На пару чашек чая нам тут водички хватит. Пьёте чай? — Конечно, — слабо улыбнулся Рокотов. — Я же тоже на форту служил.

***

Опергруппа «убойщиков» или коронёров прибыла на место через двадцать две минуты. Местный пристав обеспечил оцепление — внизу собралась здоровенная толпа. Даже удивительно — пятница, день рабочий. «Пятница, 13-е», — хмуро заметил про себя Бобрик. Эксперты присели возле лежащего навзничь трупа, расстегнули блузку. В коридоре рыдала хоум-менеджер — какой удар по репе заведения, страшно представить! Снимут звезду, упадёт жалование. Её утешал обходительный старший инспектор Шувалов: вины пансиона тут ни на йоту, он помессует с гильдией отельеров. Василий Тимурович не дурак, сам через супругу хозяин меблирашек, дело ведает. Ну-ну, миленькая, не плачьте, лучше побайте, в каком часу постоялица воротилась? В начале восьмого? Ну и ладненько. А давно живёт? Месяца два, хорошо. Странностей не замечали? Друзей приводила? Нет. Чудненько, прямо идеальный гость. Тихая, чистоплотная, незаметная. Что, грибцы в диких количествах ела? Ну, что же, бывает. Не у всех же турбо-слив открывается от грибцов. А товар дешёвый, спрос маловат. Ещё свет вечно жгла до полуночи, видать по Сети лазила. И это не диковина, клинерша — не предел мечтаний, могла курсы какие проходить или арбайту покруче аськать. — Василь Тимурович! — крикнул медик. — Да? — сунулся в дверь Шувалов. — Айтинёров вызывайте! Это андроид! Бобрик задом наперёд выскочил из шкафа и развернулся. Груди Пригоровой были бесстыдно откинуты в сторону, а под ними — квадратная ниша с тонкими полосками электронных дорожек и разъёмом для подзарядки. — Вот она, пятница-тринадцатое, — ошалело протянул инспектор. — Тридцать семь годов служу — такого не зырял. Но зачем тогда ей были грибцы? — Затем, что не покупать продукты было бы подозрительно, — вторая составляющая «Шушу», зам по сыскному отделению Шевалов тёр подбородок. — А грибцы мелкие и склизкие, унитаз не забьют в отличие от сублиматов. Вот она и жгла свет до полуночи, подзаряжалась. Давайте мешок и носилки. Исследовать эту куклу будем у нас, нечего выдёргивать на место айтинёров. Только паники в городе не хватало.

***

Айтинёрская группа приступила к работе в 10:30 утра. Техники разобрали робота по частям, сняли инфу с процессора. Обследованием занимались и медики. Всего — человек десять. Полицейское управление осадили журналисты — какая-то сука растрындела о побеге бывшего наместника. Шевалов объявил дело секретом государственного уровня, чем только раззадорил борзописцев. Хорошо, что в экспертный так просто не пройдёшь, но эти аж через канализацию лезли. Правда-правда. Одна ухарка раздобыла сантехническую «крысу» — маленького продолговатого робота для прочистки труб — и запустила механизм через выпуск. «Крыса» честно прошла по трубам, но на втором этаже есть девяностоградусное колено, где она пролезть не смогла. «Крысу» выловили в унитазе. Журналистка решила подслушать сортирный трёп, если уж до лабы не добраться. — Мерси за подарочек! — издевательски крикнул ей из окна техник управления, демонстрируя добычу. — Давно хотели прикупить! — Бля-я-я!!! — завыла девка. — Отдайте, батя убьёт!!! — Убьёт — приходи, посадим батю! — Бля-я-я!!!

***

Шеленский мессанул Шувалову. — Тут контрразведка отличилась, Василий Тимурович. — Да ты что?! — Штаб-бригадир Рокотов просит аэр и штурмгруппу. У князя может быть сообщник в Елецком уезде. Не желаешь соучаствовать? — Поднимаю спецназ, куда рвать? — Нашу авиабазу знаешь? — В натуре! — повеселел полицейский. — Зачем нам легавые? — скривился Рокотов. — За тем, что с ними надо корешиться, Сергей Максимович, а не макать в дерьмо. Тыква ваши, руки их, катала наша. Совместными усилиями — на передовицу в газете, грудь под ордена. Все довольны. — Кроме Игорь Романыча и Андрон Николаича, — криво усмехнулся контрик. — Ничего, попрошу Шушу посадить их в такую камеру, где им насуют на десять лет вперёд. Ну, с богом!

***

Серый армейский аэр тяжело хлопнулся прямо на контейнерный терминал, из машины посыпались полицейские в шлемах и массивных бронекуртках. — Где контейнер, выданный под инженера Ишутова?! — рявкнул Рокотов в лицо перепуганной логистке. Та повела каэрщика и трёх полицейских между рядами разноцветных ребристых боксов, скользя по ним лучом сканера. Один спецназовец вёл на поводке серую мохнатую собаку с пушистым хвостом. Сапоги шлёпали по лужам. Гулко прошёл над головами козловой кран, в отдалении лязгали сцепки и урчал локомотив. — Вот он. Белый. — Открывайте! Полицейские присели с автоматами наизготовку. Техник, дрожа, повернула рукоять механического запора и отошла в сторону, отводя створку. Кинолог спустил крупного вальдеса. Пёс запрыгнул на стоящее посередине кресло, укутанное в плёнку, полазил по груде мебели, сумок, кофров и несколько обижено посмотрел на хозяина. — Ноль, — резюмировал полицейский. — На хутор Енисейский! — распорядился Рокотов.

***

Хутор взяли, как по маслу. Спецназ вломился через окна и дверь, накрыл хозяина голым в ванне. — Где Серебрянский?! — проревел Рокотов, схватив Андрона за горло рукой в толстой перчатке. Глаза контрразведчика расширились, вылезли из орбит. — И не байкарь, сука! Я тебе не Влад, у него фантазии маловато. А вот у меня… На перчёный кол натяну, гнида! — Не знаю я никакого Серебрянского! — завизжал Андро. — Это произвол! Пусти! — Господин штаб-бригадир, в шламке маску нашли и кроссы топтаные, — доложил лейтенант полиции, командовавший штурм-группой. — Этому великоваты будут, пожалуй. Рокотов отвесил Андрону знатную оплеуху. Инженер зарыдал. — Мэйби, тебя к Стахову свезти, а? У него та-а-акие падлы есть, помирать будешь сутки. — Не надо! — Андро всхлипывал, сжимаясь от страха и холода. — Он был тут. Ушёл под утро. Я не виноват, мне угрожали! — Кто? Кто тебе велел принять князя?! — орал Сергей прямо в лицо Ишутова. — Ручинский мессовал, Аркаша, — дрожащим голосом пролепетал Андро. — А он-то тут при каких делах? — оторопел контрразведчик. — Я больше ничего не знаю, правда! Их сиятельство прибыли ночью на двести третью версту, я встретил. Он переночевал, потом приехал мальчик на грузовике. Противный такой, хамоватый. Привёз их сиятельству хант-дресс и какой-то конверт. Он ушёл в сторону трясин. Я больше ничего не знаю-ю-ю!!! — А хамоватый мальчик? — вкрадчиво прошипел Рокотов. — У…у… уехал на Камостров. — Что у него за катала? — вмешался полицейский лейтенант. — «Заря». Фургон, «Ремонт бытовой техники» написано белым по красному и отвёртка с ключом нарисованы, — Андро утирал сопли. — Объявите машину в розыск, лейтенант. Этому дайте одеться — и под конвоем в Клесвицы на тарахтайке. Всё, Ишутов, ты окончательно доигрался. До виселицы, — Рокотов брезгливо стряхнул с перчатки хлопья ароматической пены. — Мы пойдём над болотами на аэре. Собака ведь вряд ли возьмёт след на мокром? — А что я мог поделать?! — завопил кандидат в женихи тёти Гали. — В полицию мессануть, башка твоя бултышная! Ещё бы наградили, глядишь. Ох, сколько же йолопов по свету развелось!

***

— Марк Валерьевич, надо срочно в розыск Аркадия Ручинского. Он организовал побег, — Рокотов разговаривал по наручу среди захламлённого двора. — Это что за персонаж? — Племянник главы семьи, дворянин. Ручинские — прихлебатели Адашьянов, промышленники, хозяева Граскара. Они как-то завязаны на бродяжек-пайсоттов. — А те — на Герсоюз. Адашьяны — на сепаров Ново-Арцаха. Ну и пасьянс у вас в колонии, Сергей Максимович! Я вызываю дополнительные силы с Терры. По ходу, не только в Букковиле шпионов в толпе половина. Тут целый клубок! Ах, упустили мы эту колонию, упустили! Мой грех. Так ваша версия подтвердилась? — Да, Серебрянский был у Ишутова и ушёл под утро в сторону болот. Не пойму, что он собрался делать дальше. Почти сто вёрст сплошных непроходимых трясин. Кстати, клинерша оказалась андроидом. Брови бригадира взлетели вверх: — Это признак серьёзной операции. Сейчас доложу фон Беллергаузену и попрошу поднять ВВС. — Я пойду над болотами на аэре вместе с полицией, вторая группа попытается пройти по земле с собакой. Управление рассылает мессаги всем приставам по округе. — Действуйте, Сергей. Жду от вас доклада в четырнадцать ноль-ноль. — Слушаюсь.

***

Бригадир Николаев потолковал с полицейскими в Хларау и опять вызвал к себе Ларина. — Я чего-то не пойму, Михаил Михайлович. Князя арестовали меньше недели назад, а робота поселили в Клесвицах за два месяца. Серебрянский контактировал с Ручинскими? — Нет. Они сбежали. Серебрянский втык Рокотову за это давал. — Но не мог же Аркадий Ручинский предвидеть арест! Ларин вздохнул, тоскливо посмотрел в окно, на соседний дом. — У меня плохое предположение, господин бригадир. — Давайте. — Андроидов раскидали по городам для каких-то иных целей. Этого просто задействовали по мере надобности. — Б-боже. Иначе не объяснишь, — Николаев схватился за сердце. — Надо ждать сведений из Хларау, Марк Валерьевич. Или послать туда лучших айтинёров. Установить, где изготовили андроида. Это может… — Берите своих людей и вылетайте. Айтинёров дам, — Николаев отбросил стило, что крутил в руках, на деск. — Похоже, мы обложены со всех сторон. — Андры светятся на сканере. — Собирайтесь. Я к наместнику. Дай бог, чтобы я ошибся, Михаил Михайлович, но мы, кажется, проспали начало войны.

***

Николаев мессанул сначала на Терру, а уж затем направился к фон Беллергаузену, благо всего-то улицу перейти. Известие о вражеской агентуре повергло старого вояку в шок. Просканировать каждого колониста? Да это же тридцать миллионов человек! Даже больше, ведь последняя перепись была лет десять назад. Наместник сейчас же собрал глав департаментов. — Всеобщий обязательный медосмотр, — предложил Грушкин, шеф департамента здравоохранения. — Простой рентген или кардиограмма сразу покажет андроида. — Избегали же они медицины в прошлом, — возразил начальник полиции Стольников. Совещание шло полным ходом. — Да просто не ходили по врачам и всё! — воскликнул Беллергаузен. — Кому какое дело! Вот таможня куда смотрела, чёрт возьми? — Они могли появиться в Рубиде через плохо контролируемые области, — Стольников приложил палец к мочке уха. — Рассуха, Горные Чащи, Юланд, Чёрные Дюны, Рокоземь, Пески и Хларау. Они не состоят на государственной или армейской службе, там обязательны осмотры. Не попадали в больницы и не путешествовали аэром или ховером — авиакомпании сами проверяют пассажиров, чтобы машину не взорвали или угнали. Это уже позволяет отбросить тьму народа. Андроид засветится даже на рамке станции монорельса! — Точно! — оживился наместник. — Продолжайте-ка, голубчик. — Первым делом надо проверить файлы больниц, затем архивы билетов трафф-компаний. И тряхануть фирмы, из тех, для кого необязателен медосмотр. — Некоторые покупают его оптом, — заметил Грушкин. — Тогда придётся трясти всех, — развёл руками Николаев. — Я велю своим сканировать людей на улицах, автовокзалах и станциях, — решил Стольников. — В крупных городах, где есть монорельс или метро, андроиду будет трудно ни разу им не воспользоваться. — Чушь, — бросил Николаев. — В толпе затеряться легче лёгкого. В час пик через ваши рамки прёт такая толпа… — Хорошо, усилим патрули на станциях. — Я дам солдат в помощь, — заверил командующий рубидской КА, бригадир-аншеф Семёнов. — Но в армии андров нет и быть не может. — Уже легче, — вздохнул наместник. — Начинайте поиск, господа. А Кирилл Харитонович организует всеобщий медосмотр. Да, кстати, Серебрянский где-то в Хларау. Дмитрий Герасимович, голубчик, велите Шеленскому оказать помощь поисковой группе. — Шеленский доложился, что вся вторая линия поднята по тревоге, — ответил бригадир-аншеф. — ВВС патрулируют восточную и юго-восточную часть провинции. Он, скорее всего, идёт в Ассоль. До Нивы далеко. — Или к морю, — подал голос главный таможенник. — Иначе трудно понять такой маршрут. — И тогда мы плавно подкатываемся к Руру, — сделал вывод фон Беллергаузен. — Господин адмирал! Адмирал Бурлесов, командующий ВМФ на Рубиде, приоткрыл глаз. Он не видел оснований высказываться. Полицейские дела не сильно-то его тревожили. — Извольте направить катера береговой охраны в пролив Лейнц. — Так они и так там ходят, — лениво отозвался моряк. — Передадим ориентировочку, не переживайте, ваша светлость. Наруч Николаева пропел вызовом. Обер-бригадир поднял палец: — Простите, на связи моя поисковая группа. — Ну-ка, ну-ка… — Стольников потянулся вперёд. Николаев включил аудио. — Марк Валерич, мы прошли уже полста вёрст кругами, — голос Рокотова выдавал усталость и отчаяние. — Ни черта! Кинологи потеряли след сразу за границей хутора. Тут сплошные топи и ручьи. На поиск вышли три бригады, идут цепями на «каймах», но пока — зеро. — Принято. В каком направлении идёте? — Мы — к Ассоли. Четвёрка к морю, на север. Пятая — на восток, забирает к Ниве. Тройка дублирует нас. Ну не мог же он полста вёрст по кочкам за семь часов пройти! — Продолжайте поиск, пока возможно. — Есть, — обречённо отозвался Сергей. — Да не мучайте вы людей, — бросил Стольников. — Либо князь утонул, либо его подхватили на тот же ховер. Просто отошёл подальше, чтобы никто машину не срисовал. — За семь часов по тем трясинам — максимум вёрст пятнадцать, — покачал головой Беллергаузен. — Или его там кто-то ждал на болотоходе, ховере. Да. Скорее всего, поиск ничего не даст. Будем надеяться на береговую охрану. В Ассоль проще было бы уходить из Черногрязи. — Там могли заметить, — возразил шеф КР. — Человек, идущий в сторону трясин. Вы бы не удивились? — Пожалуй. Ладно, господа. Князь сам по себе не опасен. Но вот те, кто организовал ему побег, они-то и есть настоящие гадюки. Нас ждёт огромный труд. Приступаем.