А Звёздам Дела Нет

14 мая 2389-го года Рубид, Хларау форт Злата Рокотова достали из машины и представили Мурзику. Контрика передёрнуло: — Мама ты моя. Опять созиков на гигантоманию потянуло. — Мурзик, лежать! — Бойко вытянула руку и ладонью показала движение вниз. Огромный котяра словно растёкся по земле, став ниже БТР. — О, блин. Полупласт, что ли? — осведомился стрелок из 532-го. Даринцев высыпало вообще море. Для технита что-то механическое и новое есть реальное подтверждение совершенствования мира, воплощение Механикус Деус. Правда, таких, чтобы всерьёз верили в Безупречного Всеведающего, было немного, большинство просто считали технофишки полезным приобретением. Так чего бы и не отстоять своё право на них? Особенно, если это запретно. Ястребовцы гоняли технитов поганой метлой, вот и плодились они большей частью на почве сопротивления, вызову обществу. После отмены МДК число технитов не сильно увеличилось. Коржаковцы, конечно, тоже проявили вполне понятный интерес. Этакую штуку не каждый день позыришь. — Господин ротмистр, а как бы нам котика? — Они на испытаниях ещё, — бросил Коржак. — Сам будешь лоток выносить! — заявил любопытному парню другой драгун. — Я бы лучше собачку. Тебя от печенек моих гоняет, тапки приносит. — От твоих тапок танк сдохнет. — Чё это он сдохнет? — Носки почаще меняй, задолбал. — Да, девки, из-под такого лоток краном надо вытаскивать. — А миску на «кайме» подавать! — Ой, мурчит, прямо лапушка. — Лапушка вон, зырь, с какими коготками. И зубки — один кусь, и ты у боженьки на рапорте. — Госпожа ротмистр, а он кусь может? Бойко кивнула: — Да, у него есть режим ближнего контактного боя. И укусить, и когтями среднего хума располовинить, и шокер применить. Заряд — девять киловольт. — Ого! Не, пацы, я такого гладить в гробу видал. Это же каталу расплавит. — Огнемётом оснащены как раз робопсы, — усмехнулась Бойко. — Две тысячи градусов на семьдесят пять метров в течении минуты. Владимир Кириллович, можно народ подальше? Дело-то не для всех. — Драгуны! — рявкнул комендант. — Все на пятьдесят шагов назад! Сергей показал мяуке словесный портрет, а Коржак — снимок, где они с Дариным и парой девчонок в марьяшином заведении. Ротмистр пальцем указал где на снимке Дарин. Мехкот некоторое время шевелил усами: — Некорректное задание, — объявил зверь. — Объекты не идентичны. — Ка-а-ак это — не идентичны? — возмутился Ион. — Елена Степановна, что-то недоработали зверька. Под другим углом, конечно, снято, но морда-то его. — Мурзик, ориентировка по арту номер два. Вектор — север. Транспорт? — «Крокодил-16», командный. Хамелеоновый камуфляж. Нумер 53-20-01. Левое среднее колесо со следами серой краски по ободу, — быстро описал машину Дарина Коржак, а затем развернул карту и обвёл предполагаемый ареал местонахождения. — А есть снимки экипажа? — Ща, из элдешек подниму, — Коржак переключил голку наруча на воркдеск и нашёл в личных делах фото механика со стрелком. — Находятся вблизи объекта, действуют вместе, — отчеканила Бойко, обращаясь к стальному коту. — Обнаружить, следить, транслировать мне, скрытно. Мурзик коротко мявкнул. — Авард! Кот сорвался с места одним прыжком, перелетел через головы людей и помчался на север с такой скоростью, что у народа глаза стали не меньше колёсного обода. Его лапы работали не хуже настоящих кошачьих, бежал он почти неслышно, а когти подтянул. Следы, конечно, остались, но больше там, где котик приземлился на склон холма. — Володь, а что, жених по борделям бегает? — удивился Ион. — Святоша, тоже мне. Кирилыч почесал за ухом: — Не знаю, чего он за мной увязался, Ион. Кажись, расстроилась его свадьба. Чёй-то Сёмка последнюю неделю как мешком ударенный ходит. Слушай, а всё-таки, что с Вороном случилось-то? Серж вздрогнул. Ион вздохнул: — Володь, он правда упал. На лестнице. Под ногу такой штифтик попался. Чистая случайность. — И где же это он так умудрился? — На Ольгерде. Коржак вытаращил глаза: — Иошенька Василич, вам Марьяны стало мало? По мальчикам вдарить решили? Рокотов хихикнул. Аташев ожёг его таким взглядом, что тот мгновенно заткнулся и сделал морду кирпичом. — Ой, ма-а-альчики, я зырю, лайфа у вас нескучная, — прищурилась Бойко. — Нет там уже ни мальчиков, ни зайчиков. Пуст, тёмен и засран изрядно. Всех оттуда вчистую. Вот и решил наш Серёжа, что это замечательное место, чтобы тишком обкашлять с Вороном некоторые невесёлые траблы. А когда уходили, Влад на этот штифт и наступил. — Ну, этим-то скатертью дорога, — Коржак отвёл глаза. — Но вот ты-то там что арбаил? Не летаешь же и не экстрасенс. — Да было у меня нехорошее подозрение насчёт Влада, я и… это. — В сыщики-любители подался, — ядовито прокомментировал контрразведчик. — Ну… Ион… Я хренею, если честно, — воздел руки к небесам Коржак. — Двенадцать годов на форту бок о бок! И ты заподозрил Ворона чёрт-те его знает в чём! — Допустим, восемь. Но урвал меня тот случай в низах конкретно. — Да хоть два года. Ион, я тебя не узнаю, — Коржак поднял глаза к небу. — Баско, что ты там очутился, конечно, но за такие подозрения… Я бы тебе морду набил на месте Владьки. Ладно, пошли, чай стынет. — Сергей Максимович, вас тоже приглашают, — Ион улыбался, но глаза его были холодны, как осколки метеоритов Великого Спейса. — С удовольствием приму любезное приглашение, Ион Васильевич, — Максимович был само послушание. Иона он знал слишком хорошо.

***

Картинка с мехкота по качеству была выше всяческих похвал, но изображение скакало туда-сюда в таком темпе, что у Иона голова разболелась. — Лучше потом медленно прокрутить, — прокомментировала Бойко. — Заодно детали рассмотрим. У вас тут полно объектов, в дюнах проще — пейзаж мёртвый, однообразный. — Там что же, ничего нет, кроме песка? — Ну, попадаются низенькие руины, брошенная техника, кости. Но процентов на девяносто — да, песочек. Тёмно-серый такой. У нас его пеплом зовут. — Радиоактивность есть? — Не-а. — Видите ли какое дело, Елена Степановна, отсюда до Дюн по прямой через море вёрст шестьсот. Это какая же взрывная волна должна быть! Заводы-то вот, к западу отсюда, вёрст двадцать с копейками. А на восток посёлки частично уцелели. Что же это за взрыв, понять не могу. — Не бывает такой волны, — уверенно сказала Бойко и потянулась к самодельной вазе из обрубка ствола за конфетой. — Вам бы, Ион Васильевич, с нашим историком погутарить. — Что за историк? — Обер-ротмистр Бабаев, командир четвёртого батальона. Он ещё когда 847-м командовал, всё артефакты, ролики старые, тетрадки-дайрики по округе шукал. Свидетелей. — Через сто лет — какие очевидцы? — Коржак курил трубку, поставив стул под вытяжкой. — А, да никакие! Дюны обезлюдели полностью, посёлки там появились уже в тридцатые, когда «Главпродукт» прижал рыбаков до писка в горлышке, и они куда угодно сматывались, лишь бы корпорация не достала. Так Слава баял, а он-то въедливый мужик. — Позывной? — спросил Ион, краем глаза следя за Сержем, но тот прикинулся мышкой. — Историк, баю же. Четвёртый идёт сушей, скоро будет. — Что же, мерси за наводку. Удастся — обязательно помессую с ним. — Иоша, тебя Ворон клюнул? — осведомился Коржак. — Он тоже ведь копался в причинах и следствиях, как я ушил. — Это эпидемия, Вов, — Ион задумчиво почесал щёку. — Ведисова лихорадка. — Хорошо хоть не ведическая! — Почему — ведисова? — спросила Бойко. — Потому что вот эти два красавца, и третий, в лазарете, как раз с форта Ведис. А уезд у них сплошь ведический. С них и началась вся заваруха. Эпик-мены, блин. — Мамо! Дайте хоть селфнусь! Сеструха на завидки истечёт! — Не-не-не, мы от скромности помрём. — Фиг! — ротмистр мгновенно вытянула руку, и Иона ослепила вспышка. — Так! Мурзик передаёт идентик! — По-моему, ничего такого, — процедил Володя, заглядывая через головы Иона и Елены в голку. БТР Дарина стоял под склоном в заросших лесом горах. Стрелок сидел на месте — заметен силуэт в боковом окне машины. Механик бродит со стороны кормы, не снимая рук с висящего наискось ГК. Кот, похоже, заныкался в кустах — картинку перекрывали качающиеся под ветром синие стебли с лопухами. — Первый раз вижу, чтобы гарут в горах рос. Он воду любит, — подал голос Рокотов. — Есть же горные озёра, — бросил Ион. — Ну, Володь, что тебе сказать? Непонятно только, где сам наш женишок. — Поссать отошёл. — Фи, ротмистр, с нами дама! — Да ладно вам, господин кавалергард, анекдотами про нас и наше блестящее знание этикета Ойкумена уже объелась. — Ого, ещё и кавалергард! — восхитилась Елена. — А вы государя видали? — И не раз. Правда, я был в подразделении охраны цесаревича. — Ма-а-амо-о-о! — Елена Степановна, а можно привязку по координатам? — спросил Коржак. — Угу. Ща-а-ас. Координаты брали по карте стаховского батальона и были они примерные — сигнал на спутники из Сорокаречья так толком и не пробивался. Спецы Павшинской работали старыми методами, исходя из сведений с тахометров и курсометров машин. Но, если использовать карту только в одном ареале, то такой метод вполне удовлетворял требованиям военной топографии. Даже там, где приём с орбиты нормальный, не всегда можно в полевых условиях «привязать» карту к общим картам материка. А иногда это и вовсе излишество, причём опасное вероятностью навести на себя вражеские батареи. — Он, получается, напротив кораблей, — Ион прижал кончик носа. — С другой стороны гор, примерно там, где мы краулер разбили и вёрст на полста западней. — К-краулер? — Коржак даже заикаться начал. — Прикинь, самый натурный краулер. Хошь, смотайся, ща покажу, где это было. Или — через космодром дорогу на шоссе хуришь? — Хурю в натуре. — Вот по ней, а у моста налево и гони. Он верстах в пятнадцать от него и валяется. — Если ещё хутки на металл не попилили. — Овчина выделки не стоит, Володь. За левую переправу три рубли сюда, три обратно — уже шесть рублёв. А много ты на пикапе железа вывезешь? Баш на баш выйдет. — С чего ты взял, что именно три? — Такса лейтенанта Попова, что на «стаховском мосту» аксаит. На месте тогда лейтика прижучили. — Лейт жив? — Замараться ему пришлось. Клиентуру сушиться вывесить. — Звери вы с Владькой, — выдохнул Владимир. — Только так тут и надо, — зло процедил Рокотов. — За гар — жечь, за гробозорство — в могилу живьём, за левую переправу — своими ручками клиентуру под ангелов. Иначе не доходит. — С какими зверями я чай чокаю — не думала, не гадала, — присвистнула Бойко. — Р-р-р-ры! — Разве у вас траблов с дуреварами не было? — удивился Ион. — Да нам крохи доставались. Их береговики ловили в основном, на промысле. Лодку остановят — а там звезда на звезде. Значит, щавель гнать собрался. Клин в мотор забьют, отходят и прямой наводкой в лоб сковородкой. Пятидесятисемимиллиметровой. Только щепки плавают. Ни на что другое лилька не годится. А нам скидывали, если рыбачок всё же удрал. Вот и лазай по шхерам, ищи. За вечер не отыскал — посёлок в кольцо и плотная зачистка. Местные уж раскумечили, что если засекли — скидывай на виду. Не то один спрячет, а прикладом по носу всем и каждому достанется. — Тоже ничего так вариант, — одобрил Ион. — Коллективная ответственность, самоочищающаяся система. — Ничего она не очищается, — посетовала Елена. — На месяц-другой уши прижмут, а потом снова-здорово, пока опять лбы не пересчитаешь. А вот и наш потеряшка! Откуда это он вылез? — Ваше благородие! Разрешите? Коржак обернулся: — Разрешаю, Ларин. Что хотели? — Ваше благородие, таблетку с Речного пришлют или нашу отправить? Обер-ротмистра надо лёжа везти и постельный режим на неделю предписываю категорически. Ион выпустил воздух через сжатые зубы. Желание порвать сукина сына Рокотова двумя деревьями обрело такие ясные очертания, что как будто в атмосфере повисло. Сергей едва стакан удержал, а Коржак с подозрением на грани озверения покосился на синепогонника. — Отправьте нашу, — решил Володя. — Ион, вели своим встретить. Ларин, скажите Мечникову, что я велел дать вам людей в помощь. Идите. — Есть, — врач удалился. Ротмистр Аташев прижал тангенту, вызвал Деда, то есть Валентинова, и чётко объяснил ему ситуацию. — Как на пёрышке дотащим, — ответил бывший механик. — Ну и семейка! Бабушка, Дедушка, — покачала головой Бойко. — Не дедушка, а Дед, так корабельных механиков зовут, Елена Степановна. Борис Игоревич в прошлом стармех спейскрейса. — Волонтёр? — Увы, наземная команда пиратов. От обиды, бедности и невостребованности. Такие дела, — Ион рассматривал видео. Дарин осторожно спускался по крутому склону, придерживаясь за мощные гладкие стволы марусь. К груди ротмистр прижимал нечто похожее на коробку из обувного магазина. — Оп-паси… Где у нас тут туфлями лак-замша торгуют? — Ион опять прижал свой нос. — Никак целый молл открылся, а я ещё не приценился. Не, непорядок. Мне вот-прям-щас запонки под сорочку цвета электрикс необходимы. Может котик взгляд поднять? — Давайте лучше подождём, когда уедет, и обследуем склон, — возразила Бойко. — Мы же не знаем, какой у них обзор. Мурзик сидит ниже, а они смотрят сверху. И куда камеры у гауссмана направлены — бог весть. — Баско! — согласился Коржак, гоняя трубку из одного угла рта в другой. — Выше вон опять кустищи, что он там разглядит? А ребятки-то не первый раз сюда катают. Смотри, как Бах спокойно шляется — будто чётенько хурит, что опасаться нечего. — Или откуда может прилететь. Вот он и сечёт слепой сектор, — Ион навалился локтем на край стола. — Да ни черта он не сечёт! Спит, похоже, на ходу. Расслабился, паскуда, — ярился командир 530-го. — Или на импланты надеется. — Но стрелок-то бдит. — Я бы не поручился. Сидит больно неподвижно. Ага, Дар полез на место. Механик дождался хлопка по плечу от ротмистра Дарина, встрепенулся и пошёл к кабине. Командир нырнул внутрь через корму. Через пару минут «крок» выбросил две струи белого дыма и покатил по еле угадываемой полке вперёд, удаляясь от форта. — Володь, мессуй ему вернуться, плис. Прямо срочно. И сразу когти, пока он коробас куда не пристроил. — А куда это он вообще покатил? — Так они же тут не развернутся! Узко. Блин, как бы туфли не скинул где. — Мурзик проследит, — хмыкнула женщина. — А на место вы можете и группу отправить, и беса. Там уже скрываться незачем. — О, баская идея! Ион, присмотрите за нашим дорогим корешем, а я пошёл к летунам. Пока обойдёмся облётом, а там видно будет. — Темнеет. — Ничего, инфрак не вчера выдумали, да и твиз не последнее дело. Кот, повинуясь кодированным командам Бойко, последовал за еле виднеющейся за деревьями машиной. «Крок» действительно съехал вниз в долину как раз у Ситры и уже оттуда развернулся на старинное шоссе. — Жаль, не зыряли, как он заезжает — оттуда или отсюда, — качнул головой Ион. — А курсометр глянуть — не-э? — осведомилась Бойко. — Курсометры я сам подтирал, не велик трабл. А он, наверное, поедет через космодром. Другой колеи, вроде бы, нет. Машина шла и шла. Проехала мимо лежащего на боку ржавого горелого остова с торчащими на толстых ногах гусеничными блоками. Бойко охала и ахала при виде такого зрелища — надо же, действительно краулер. Не доезжая моста, «крокодил» свернул в ту маленькую деревню, где они зимой заметили бывшую заправку с обметённой крышей. На эту самую крышу и поднялся по приставной лестнице Дарин. Воровато оглянувшись, Сёма засунул коробку под оторванный лист железа, свисающий с парапета, и спустился к машине. — Блин, позырить бы, кто подцепит посылку! — дрожал в азарте Ион. — Ну, это мы уж сами. А то и так вас замучили. — Ничего не замучили! — запротестовала Бойко. — Гарная таска, баская арбайта, и я же с неведения — сгорю! Ща смессуюсь с комбатом и обкашляю аск содействия. Всё-таки получается, что это сельцо уже в нашей зоне. Так что не надейтесь, не избавитесь. Велите лучше Владимиру Кирилловичу приготовить группу для встречи и мой экипаж постоловать. — И ударник, — прохрипел Сергей. — А то курьер может и по воздуху прилететь.

***

Дарина приняли чётко. Едва ротмистр поднялся в казарменный блок из гаража, его встретил Коржак и четверо драгун дежурного взвода. — Здоров, Сёма! — Коржак улыбался — Далёко ли дозорил? — Да так, прошёлся по северо-западному вектору. А что? — Да ничё, хрен по плечо, — улыбка исчезла. — Пистоль сюда, гляди туда, руки в гору согласно договору. — Владимир Кириллович, вы что, рехнулись? — остолбенел молодой офицер. — Я-то? Рехнулся. А ты, по ходу, скурвился. Гони пистоль, не чеши мозоль. Мои парни не чета твоим — сначала палят, потом глядят. В кого попали — те без вести пропали. Вы арестованы, ротмистр Дарин! — рявкнул усач, оставив балагурство. — По обвинению в измене! — Да это безумие какое-то! Карабины в руках драгун нацелились на молодого офицера — все четыре. — Оружие сюда, — мрачно сказал Коржак. — Не то дуршлаг в подарок Ане пришлю. Из тебя. Дарин двумя пальцами вытянул из кобуры пистолет, а штык-нож выдернули уже конвойные. — В карцер его! Двух часовых! — распорядился комендант форта. — Вы делаете ужасную ошибку! — слабо протестовал Семён. — Владислав Георгиевич вам голову оторвёт. — На ваше несчастье, юноша, — промурлыкал спустившийся сверху Ион. — Я за Стахова. Он ранен в стычке с разведкой противника. Дней десять в лазарете ему обеспечены. А за эти десять дней мы из вас все жилы вытянем. По одной. Выбирайте: карцер и самая поганая казнь или вы сейчас же раскатываете скатерть от «А» до «Я». Полагаю, Бах с Мелом будут не столь упорны, как вы. Дарин опустил голову. — Х-х-хорошо, я согласен. — На жилы? — учтиво уточнил экс-кавалергард. — Раскатать… скатёрку. — Вот умница. Володя, вели отвести нашего юного проказника в кубинет. Восьмой батальон восьмой бригады принял близко к сердцу наши требы и желает принять участие в квесте «Лови шпиона». Елена остаётся у нас, как оператор дроида и офицер связи. Кстати, может отвалишь от щедрот обед её и моему экипажу? — Да не вопрос. Отведите его ко мне, браты, и привяжите там к стулу. — А это зачем? — в ужасе воскликнул арестант. — Чтобы пытать, конечно. Нет. Чтобы ты, скотина, не суициднул от нас с концами. Ведите! — Идёмте, ваше благородие, — чуть качнул карабином старший драгун. — Не ерепеньтесь, шутки тут надолго закончились.

***

Слухи по форту разносятся быстрее ветра. Не успели Мелик с Бахтиным войти в казарму, как их окружила толпа сослуживцев. — Вы чего, браты? — удивился Мелик. — Это вы — чего?! — заорал длинный тип с наколкой-иероглифом на щеке. — Какого хера ротмистра под арест взяли?! Вы там что с ним — гар резали, суки, или что? — Ничего мы не резали! — Бахтин выступил вперёд, прикрывая камрада плечом. — И не копали! Проехали по горам — всё! — Ага, — мрачно заявил другой драгун — здоровенный мужик с тяжёлыми кулаками. — Просто катались, ага, — он потянул носом и объявил: — Вроде, сладким от них не несёт, стало быть не гар. — Тогда, значит, гробозорили, паскуды, — решил татуированный. — А ну, сознавайтесь, не то сейчас утюгом погладим. Механик и стрелок прижались друг к другу, испуганно огляделись. Кольцо вокруг них сжималось. Лица злые, сосредоточенные. Шанса не было. Мелик положил ладонь на рукоять штык-ножа. — Погодь, пацаны, — проявил чуток рассудка третий драгун, мужик лет сорока. — Давай-ка лучше машину ихнюю обшарим. Что бы они там не творили, улики должны быть. Не на позырить же они могилки копали. — Да зуб даю… — начал Бахтин, но его оборвала резкая команда: — От-ставить! Смирно, сукины дети! Унтер-офицер Мечников, командир второго взвода, стоял в дверях: — Вертлюгин, кто вам дал право изображать из себя трибунал?! Так, пока с их благородием не разберутся, никто ни в чём не виновен! Машина опечатана. Драгун Мелика и Бахтина — под арест! Капрал Громов! Выделить конвой! Всем молчать! Ещё зашквара на весь батальон не хватало! — Есть! — козырнул здоровенный капрал Громов. — Давай, малой, оружие — сюда, — он протянул к Мелику огромную лапу. Парни переглянулись и с облегчением сдали штык-ножи камрадам. Их заперли в карцере, к двери встал часовой. Весь 532-й эскадрон притих в ожидании вестей из штаба форта.