"Тот дикий лес, дремучий и грозящий..."

      Кристально чистый морозный воздух румянил щеки. Не было ни единого облачка. Солнце стояло высоко, окруженное ярчайшими лучами, которые совершенно не грели. Многократно отраженный от снежного покрова дороги и пушистых шапок деревьев свет так и слепил меня. Блестящие стекла очков только ухудшали видимость. В итоге я снял их и двинулся быстрым шагом по хорошо знакомой дороге.       Теперь после стольких походов в школу и обратно местность была мной отлично изучена. Если пойти вон по той улочке, то через десять минут окажешься у Полинкиного дома. Эх, все хочу ее начать провожать, тем более она и сама просит. Да и не то чтобы у меня тут было много друзей, чтобы отказываться. Но все время что-то мешает. Я вновь поднял глаза к небу. Обманчивая яркость погожего зимнего дня, часа через четыре, сменится непроглядной тьмой. А я хотел еще пойти в лес и поискать там своих таинственных знакомых. Если этим не заняться прямо сейчас, то я могу запросто заплутать когда стемнеет. И надеяться на то, что меня опять сможет найти отец довольно глупо. Как тогда у него это вообще вышло? Надо будет спросить.       Проходя мимо очередного невзрачного домишки, мне послышался знакомый собачий лай. Я остановился и прислушался. Да, похоже на Жульку, постоянную спутницу загадочной девчонки в маске лисицы. Я быстро повернулся в ту сторону, откуда раздался звук. Спустя несколько мгновений тявканье повторилось. Было похоже, что голос собачонки раздавался с заднего двора ближайшего дома.       — Алиса?! — крикнул я, в надежде услышать знакомый смешок. Тут до моего слуха донеслось удаляющееся семенение маленьких лапок. И еще что-то, похожее на скрип старой половицы. Только его источник однозначно находился не внутри.       Боясь упустить девочку-лисичку, я быстро ринулся во двор чужого дома, огибая строение. А я ведь так и не подумал, как смогу найти Алису или кого-то из ее лесной шайки. Все наши предыдущие встречи происходили для меня совершенно неожиданно и определенно на их условиях. Так что упускать такой шанс было нельзя.       Оказавшись у заднего крыльца, я резко затормозил. Огляделся по сторонам — никого. Даже не видно никаких следов на свежевыпавшем снеге. Дворик был совершенно пуст. С боковых сторон он был отгорожен хлипким забором, со стороны дороги — самим домом, а на последнюю его часть хозяева поскупились. Вместо забора здесь был выход на внушительных размеров поле, отделяющее эту часть поселка от тайги. Спрятаться тут было негде.       Удивительно, я готов поклясться, что отчетливо слышал… И тут я заметил как нечто рыжеватое, движется с огромной скоростью к кромке леса. Силуэт стремительно удалялся, но все что я мог разглядеть, так это мутное пятно неопределенной формы. Черт мои очки! Вот зачем нужно было их снимать? Я перехватил портфель в руки и стал рыться в боковых секциях.       — Подожди! — что есть мочи крикнул я удаляющейся тени.       К тому моменту, как я нашарил и надел свои стекла, закатившиеся как на зло под все учебники и тетради, таинственный силуэт уже поглотила чащоба. От досады я бросил портфель себе под ноги. Ну вот что за напасть! И где мне ее теперь искать? Неужели ей так интересно играться со мной, совершенно ничего не объясняя. Раздосадованный, я потянулся к брошенному в сердцах портфелю, как вдруг заметил вокруг себя собачьи следы. Повертевшись, обнаружил множество отпечатков маленьких лапок. Без очков я их сразу не смог разглядеть.       Более ничего необычного во дворике не оказалось. Только на крыльце что-то поблескивало. Присмотревшись, я понял что это была шоколадная конфета с орешками в ярко-синей упаковке. Такие у нас в городе продавали на развес в крупных магазинах. Я подобрал находку. Несмотря на мороз, сладость была довольно теплой, будто кто-то только достал ее из внутреннего кармана куртки. «Или шубки» тут же раздалось в моем сознании.       Глянул в окна домишки. Вроде никого. Набравшись смелости, постучал по стеклу. Изнутри не раздалось ни звука. Значит находка не могла принадлежать жильцам. А потому со спокойным сердцем, я двинулся обратно к дороге, разворачивая на ходу фантик. Когда найду Алису, обязательно ее тоже угощу.

***

      Оставшаяся часть пути прошла без происшествий. Довольный, я подходил к своему дому в замечательном расположении духа. Во рту все еще оставался вкус шоколада от Алисиной конфеты. Хоть лисичку так и не удалось увидеть, думаю этот неожиданный подарок и стремительный силуэт можно расценивать как приглашение на лесную прогулку. Отличная погода продолжала держаться, а до заката было далеко. Сейчас только забегу домой разгрузить портфель и взять полароид.       Я ввалился в коридор, быстро скидывая верхнюю одежду. Ко мне уже летела Оля со второго этажа, радостно крича:       — Тоша! — не успел я раздеться как сестра уже тащила меня куда-то за рукав.       — Пойдем скорее! Мне папа раскраску утром подарил! Давай мне с ней поможешь!       Не хотя сразу расстраивать Олю отказом, я пошел за ней на верх. Заходя в свою комнату, крикнул сестренке:       — Тащи свою раскраску ко мне, за столом удобнее. — а сам тем временем начал свои приготовления к походу.       Быстро достал тяжелые учебники из сумки, а на их место сунул полароид, который у меня хранился в шкафчике с уликами. Не успел я застегнуть молнию рюкзака, как в комнате оказалась Оля с раскраской.       - А ты чего свои карандаши не принесла? —       Оле еще в городе родители подарили набор как у меня. Сестренка постоянно твердила, что хочет научиться рисовать так же красиво как ее старший братец.       — А помнишь ты обещал меня научить рисовать с этой штучкой для красок? — вопрос застал меня врасплох. Когда я ей успел столько всего наобещать? Оле раньше не нравилось рисовать акварелью, ведь она очень сильно пачкается. Да и от матери потом частенько прилетало за испорченный ковер.       — Ты про палитру? Ох, давай научу. — я не знал как мне поаккуратнее занять Олю каким-нибудь развлечением, не требующим моего участия. Но сразу отказываться с ней сидеть было нельзя, а то слез будет… Я уже полез в шкаф за красками и кисточками, как снизу раздался голос матери. Пора было обедать.       — Пошли скорее! У нас сегодня горшочки с мясом и картошкой! Прямо из печки! — тут же отреагировала Оля на призыв матери. Как хорошо что моя сестренка всегда так быстро переключалась на более интересное занятие. В конце концов порисовать с ней можно и позже.

***

      Как я и предполагал, сразу поле обеда Оля уже помогала маме с готовкой теста для лепки пельменей. Про палитру и краски она и не вспомнила. Пока все были заняты, я тихо прошмыгнул в коридор, предварительно захватив с собой небольшую печеньку, которую оставил от своей порции. Не абы какое угощение, но хотелось хоть чем-то отплатить Алисе. Интересно, а девочки-лисички едят печенье?       С такими мыслями я забрал из своей комнаты подготовленный рюкзак с полароидом внутри, тихо спустился к двери, оделся и, аккуратно придерживая дверь от скрипа, был таков. На улице по-прежнему солнечно и морозно. Только тени несколько удлинились. Нужно было спешить, если я хотел закончить со своим делом еще засветло. В крайнем случае найду обратную дорогу по своим следам, ведь осадков не предвиделось.       Небо было бирюзово-голубым. Лес, окружающий поляну с домом, выглядел довольно приветливо. Хвоя сосен была совершенно бела от снега. Редкие березки образовывали своими ветвями естественный туннель, через который вела тропинка к поселку. Возможно стоит за время своей прогулки потратить одну лишнюю фотокарточку и запечатлеть какой-нибудь необычайный природный пейзаж. Потом подарю ее Оле. Жаль только у меня рамки нет.       Не зная откуда начать свои поиски, я двинулся к поляне, на которой впервые ночью увидел необычный танец. Кое-кто мне угрожал здесь макарену станцевать. К сожалению, данная угроза так и не была исполнена.       Я дошел до середины просеки и медленно оглядел кромку леса, силясь найти какую-нибудь подсказку. Попытался вспомнить в какую сторону отправился вчера ночью с лесной кампанией, но так и не смог найти никакого ориентира. Возможно это и вправду был лишь только сон. Придется импровизировать. Отыскав глазами среди деревьев наименее заросшее место, я вошел в древнюю тайгу.

***

      Снег задорно хрустел под ногами. Лучи переливались меж белоснежных ветвей. Окружение было под стать тем картинкам из книги сказок о Морозко. Помня свой недавний опыт знакомства с ночным лесом, я специально решил идти по большой дуге, чтобы в конце концов упереться в проселочную дорогу. Та рассекала тайгу на две части, и по ней всегда можно было выйти к людям. При свете дня я чувствовал себя здесь необычайно спокойно, даже уютно. Возможно стоит уговорить папу с мамой взять Олю и как-нибудь отправиться вместе на прогулку. Надеюсь, что среди такой красоты они не будут ссориться.       Идя по намеченной траектории, я внимательно вглядывался в самую чащу. Надеялся, что вот-вот мелькнет среди елей и сосен рыжий силуэт. Но пока ничего подозрительного заметить не выходило. Весь мой последний опыт подсказывал, что так просто никого найти мне не удастся. Необходимо проявить смекалку и упорство. Понять ту игру, которая со мной ведется. Я поправил свой легкий рюкзак за спиной и еще резвее зашагал по хрустящему насту, напевая веселую мелодию.       Спустя пятнадцать минут ходьбы показалась небольшая полянка. Я немного устал и решил ненадолго присесть отдохнуть на ствол поваленной березы. Глянул в сторону откуда пришел и убедился, что за мной остаются довольно глубокие следы. В случае чего выйти по ним обратно будет несложно. Сидя на бревне, достал полароид. За время прогулки мне встретилось такое множество красивейших лесных пейзажей, что совершенно невозможно было определиться, на какой из них потратить одну фотокарточку. Эта полянка была не менее великолепной. Почему бы не запечатлеть ее, пока сижу. Фотоаппарат уже оказался у моего лица. Очки стукнулись о холодный пластик. Отодвинув камеру подальше, я начал подбирать наиболее привлекательный ракурс. Мне еще не приходилось пользоваться такого рода техникой, так что со стороны это должно было выглядеть крайне неуклюже.       Найдя, наконец, наиболее привлекательный план, я щелкнул затвором. Полароид жужжа тут же начал выталкивать фотокарточку. И вот небольшой кусочек картона спланировал в снег. Через секунду я выхватил ее из-под ног и перевернул изображением к себе. Однако вместо красивейшего леса на картонке было какое-то размытое матовое пятно. Я начал трясти ее в воздухе, как делали фотографы из фильмов, чтобы картинка побыстрее проявилась. Но из этого ничего не вышло. Лесной пейзаж отказывался появляться. Тут до меня дошло, что на улице довольно холодно. И наверняка в тепле картинка проявиться быстрее. Расстегнув куртку, я засунул снимок во внутренний карман. А между прочим пора бы уже идти дальше. Убрав полароид в портфель, поднялся и двинулся по намеченному пути.

***

      Прошло довольно много времени и, по моим расчетам, я должен был уже скоро выйти обратно к поселку. Ни лисичка ни ее дикая компания мне так и не повстречалась. Начальный энтузиазм начал понемногу улетучиваться. Почему у этих ребят-зверят всегда все так сложно? Когда они нужны — никого не найдешь. И зачем было это приглашение, если меня никто здесь не встречает? Удивительно, а с чего это я вообще расценил конфету на крыльце чужого дома как приглашение отправиться в самую чащобу? Мне показалось что в лесу что-то изменилось, но я никак не мог понять что. Окружение выглядело все так же дружелюбно, а до темноты еще есть время.       Я все шел, но ни поселка, ни дороги не было видно. Небольшой червячок волнения зашевелился в моей груди. Однако всегда можно было вернуться тем же путем по своим собственным следам. Так что я упорно продолжал двигаться вперед, уверяя себя, что через пару минут увижу колею с отпечатками зимней резины или россыпь небольших домиков вдалеке. Но впереди высились лишь бесконечные ели и сосны.       Ладно, скорее всего я каким-то образом смог сбиться с пути. Совершенно не было понятно как это произошло, ведь у меня всегда получалось неплохо ориентироваться на местности. Пора бы уже и воспользоваться запасным планом. Я остановился и, глубоко вздохнув, развернулся в обратном направлении.       В то же мгновение сердце ухнуло в груди, пропустив один из ударов. Мое небольшое смятение начало быстро перерастать в ледяной ужас. Вместо глубокой дорожки из следов, предо мной простиралась гладкая белая поверхность. Она была значительно ровнее и аккуратней чем асфальт в моем городе. Топнул пару раз ногой, ощущение было схоже с твердой мостовой. В этой части леса почему-то не было свежего снега, а только намертво смерзшийся наст как после давнего гололеда. Стало понятно что изменилось — уже довольно продолжительное время не было слышно привычного скрипа под ногами.       Растерявшись, я стоял, не зная что делать дальше. Либо продолжать идти в поисках поселка и дороги, либо возвращаться, стараясь каким-то образом отыскать конец своего следа. Оба варианта были одинаково плохи. Шел я очень долго, и если значительно отклонился от своего маршрута, то сейчас нахожусь в глухой чаще. Даже в худшем случае я не мог уйти на десятки километров в тайгу, и поселок с дорогой были где-то поблизости. Но каждый шаг в ложном направлении уменьшал шансы выбраться из белоснежного плена.       На глазах начали наворачиваться слезы. Я чувствовал, что через мгновение разревусь и не буду больше в состоянии сделать ни единого шага. Надо было срочно действовать, иначе случится беда.       Больно уколовшись о хвойные колючки, я зачерпнул с лапы ближайшей ели горсть снега и начал активно растирать свое пылающее лицо. Мороз сковал холодом щеки. Кожу защипало от этой неприятной процедуры. Однако своеобразное умывание возымело эффект. Слезы отступили, а паника в груди сменилась решительностью. Я оторвал еловую ветку, чтобы по пути бросать за собой веточки зеленой хвои, помечая таким образом пройденный путь. Было решено искать свои следы. Мне кажется что так вероятнее всего выйду к знакомым местам у своего дома.       Я уже двинулся в обратном направлении, попутно отрывая первую «хлебную крошу»*. Как неожиданно над головой прозвучала нежная трель колокольчика, а сразу за ней раздалось знакомое хихиканье. Мой взгляд тут же метнулся вверх к ветвям ближайшего дерева.