Сердечные дела

Глаза Дарси были закрыты, когда Андреа вернулась в комнату. Такая поразительная женщина, но такой мерзкий характер. Андреа вздохнула. Она не будет легкой пациенткой, но общение с Дарси уже вывело ее из себя, и она чувствовала себя более живой, чем за последние месяцы. Джули была права. Глаза Дарси распахнулись, и она немедленно перешла в режим атаки. — На что ты уставилась? — На тебя. Я подумала, что весь этот гнев, должно быть, утомителен. Дарси пристально посмотрела на нее, но ничего не ответила. Андреа вымыла руки, затем переложила принесенные Марией кофе и круассаны на поднос у кровати. — Какой ты любишь кофе, Дарси? — Где много парного молока, без сахара. Андреа приготовила Дарси кофе, затем вставила соломинку и подняла чашку, чтобы она могла сделать глоток. — Даже через соломинку первый глоток прекрасен. Андреа попыталась разрезать круассан ножом и вилкой, но он был слоеным и жестким. Дарси фыркнула. — Используйте свои пальцы, доктор. Андреа поколебалась, затем пальцами оторвала кусочек круассана и скормила его Дарси. Гораздо проще. Она добавила молока в свой кофе и сделала глоток. Оно было глубоким и насыщенным, а парное молоко делало его еще вкуснее. Мария, безусловно, знала, как приготовить отличную чашку. Андреа улыбнулась. — Эй, прекрати мечтать, я умираю с голоду. Можно мне еще круассана или твоя диета допускает только один укус? Андреа отломила еще кусочек и скормила ей. — Вообще-то, в мой рацион вообще не входят круассаны, так что, если я останусь, пройдет некоторое время, прежде чем ты съешь еще один. — Андреа откусила кусочек от своего круассана. — Хотя я действительно вижу его привлекательность. Это очень вкусно. Андреа не торопилась с завтраком, чередуя кормление Дарси кусочками круассана и откусывание своих кусочков с тем, чтобы Дарси сделала глоток кофе. Никто из них не произнес ни слова, но тишина была приятной. Иногда их глаза встречались, но даже это было удобно. Когда они закончили, Андреа вытерла Дарси рот и убрала поднос. — Я хотела бы осмотреть тебя. Позволишь? — Нет. — Спокойная Дарси сменилась сердитой Дарси. Она закрыла глаза, но из них выкатилась слеза. Андреа осторожно вытерла слезу салфеткой. — Дарси? — А у меня есть выбор? — Без гнева ее голос был низким, хриплым. Сексуальным. Без гнева ее усталость была очевидна. Без гнева ее страх и печаль были обнажены. Андреа стало жаль Дарси. Она была полностью зависимой, и потеря контроля, должно быть, была трудной задачей. Она снова пододвинула стул поближе к кровати и наклонилась, стараясь, чтобы ее голос звучал мягко, а слова были прямыми. — У тебя нет выбора, если ты хочешь выздороветь. Но если это не является твоей целью, ты можешь проигнорировать свое здоровье и пустить все на самотёк. Это действительно зависит от тебя. После долгого молчания Дарси заговорила: — Если я скажу «да», ты расскажешь мне о себе? — зуб за зуб? — Голос Андреа был легким, но она знала, что ей не хотелось делиться с Дарси. — Да. В конце концов, это самое малое, что я могу сделать в моём плачевном состоянии. Ах, поросенок вернулся, но тон был легким и скорее дразнящим, чем оскорбительным. — Я обнаруживаю чувство юмора? — У меня когда-то было оно. Итак, что ты скажешь? — Два вопроса, но не слишком личных, поскольку мы только что встретились. — Хорошо. Андреа откинула волосы Дарси в сторону, чтобы осмотреть рану у нее на лбу. Рана хорошо заживала, но все еще была красной. — Тот, кто накладывал тебе швы в отделении неотложной помощи, проделал хорошую работу. У тебя, вероятно, не будет большого шрама. — Могу я посмотреть? Андреа огляделась, но зеркала не было. — Подожди секунду. — Она пошла в спальню и взяла косметическое зеркальце. Дарси начала изучать рану. — Довольно плохо, да? Андреа кивнула, затем поставила зеркало на место. Под пристальным взглядом Дарси она измерила ей температуру и проверила частоту дыхания. Показатели были нормальными. Дарси закрыла глаза, когда Андреа отодвинула одеяло и приложила стетоскоп к ее сердцу. Ее сердцебиение было вялым, но, вероятно, нормальным для состояния ее артерий. Она переложила стетоскоп и прослушала легкие Дарси. — Я постараюсь быть осторожной с твоими ребрами, но я могу причинить тебе боль. —Она перевернула ее на бок, чтобы получить доступ к спине. Дарси хмыкнула. Ее легкие были чистыми, и хотя она пыталась не обращать внимания, она не могла не заметить упругие, полные груди Дарси и напряженные соски. Андреа проверила, нет ли раздражений по обе стороны от гипсовых повязок на руках Дарси и гипсовых повязок на каждой из ее ног. — Теперь я собираюсь проверить, нет ли пролежней. — Она осторожно перевернула Дарси на один бок, затем на другой, осматривая ее красочную покрытую синяками спину, ребра и зад. И задница тоже классная. Она улыбнулась. В отделении неотложной помощи всегда было так много давления, что она едва успевала регистрировать пол своих пациентов, а теперь вот она здесь, пялится на беспомощную женщину. Дарси открыла глаза. — Почему ты улыбаешься? — Ее голос звучал скорее ворчливо, чем злобно. — Я? — Ты. Не веди себя так невинно. — Я счастлива, что не обнаружила никаких пролежней. — Это сделало твой день лучше, не так ли? — Можно и так сказать. Я бы хотела помыть тебя сейчас, если ты не против? — Мы можем сделать это позже? Ей действительно нужно было хорошенько помыться, но прямо сейчас важнее было завоевать доверие, и Андреа была настроена на то, чтобы Дарси чувствовала себя более уверенно. — Хорошо. — Она взяла бутылочку с лосьоном для кожи. — У тебя сухая кожа, Дарси, позволь мне хотя бы нанести на нее немного лосьона — Будет больно? —Я буду избегать твоих ребер. Это должно быть приятно. И это поможет предотвратить пролежни. — Ты можешь использовать мой лосьон, лосьон Дарси № 7, вместо этой дряни? Он должен быть в ванной. Андреа зашла в ванную и осмотрела бутылочки: средство для мытья тела Дарси №7, шампунь Дарси №7, крем-ополаскиватель Дарси №7 и лосьон Дарси №7. Она попробовала лосьон на руке. Ух ты, густой и кремовый. Она понюхала свою руку. Легкая версия пряного, сексуального аромата, который возбудил ее в шкафу Дарси. Андреа подняла бутылку, чтобы Дарси увидела. — Ты можешь сказать мне остановиться в любое время. Трудно было поверить, что ни одна из медсестер или помощниц не сделала этого. Но характер Дарси, вероятно, превратил выполнение самой простой вещи в пытку. Андреа намазала руки кремом и потерла их друг о друга, чтобы согреть. Она начала с шеи Дарси, затем спустилась к плечам. — У тебя прекрасная кожа; это должно помочь ей оставаться такой. Дарси закрыла глаза. Она напряглась, когда руки Андреа приблизились к сломанным ребрам, и вздрогнула от легкого поглаживания ее живота, и постепенно ее напряжение ослабло. Как и при проверке на наличие пролежней, Андреа перевернула Дарси сначала на один бок, затем на другой, нанося крем на ее спину и ягодицы. Она закончила с ногами Дарси, массируя и втирая лосьон. Дарси лежала с закрытыми глазами. — Спасибо вам, доктор. Приятно, когда к тебе прикасаются так нежно. — Последнее, с чем тебе сейчас нужно иметь дело — это пролежни, поэтому я бы рекомендовала делать это каждый день. Этот лосьон сделан специально для тебя? Аромат прекрасный. — На самом деле, аромат был чертовски сексуальным. — Да, в Бруклине есть парфюмерный магазин, который создает ароматы для частных лиц. У них все получилось с седьмой попытки, таким образом, номер семь. — Давай посмотрим, упало ли у тебя давление. — Андреа обернула манжет для измерения артериального давления вокруг верхней части левой руки Дарси и накачала. — Сто семьдесят на семьдесят восемь. Лучше, но все равно не очень хорошо. Вот почему кардиолог хотел, чтобы с тобой все время был врач. — Мой кардиолог? Как доктор Кастильо оказалась замешан в этом деле? Не желая спровоцировать Дарси на очередную тираду против Джерри, Андреа обдумала лучший способ ответить. — Насколько я понимаю, твоя возлюбленная ... гм, Джерри, беспокоилась, что ты можешь пораниться, и позвонила ей. Доктор Кастильо порекомендовал пригласить профессионала на несколько недель, чтобы попытаться взять твое давление под контроль. — Ну, будь я проклята. Джерри это сделала? У нее больше мозгов, чем я предполагала, — Дарси уставилась в потолок. — Она думала, что я хотела навредить себе? Что я могу сделать, ударить себя гипсом по голове? — Она чувствовала, что ты вышла из-под контроля и может случиться инсульт, но она была подавлена и не знала, как помочь. Андреа обновила карту Дарси, заглянула в холодильник, чтобы проверить, что там есть, затем принялась наводить порядок в комнате и расставлять вещи по своему вкусу, давая Дарси время переварить то, что она ей сказала. Она уронила ручку, а когда наклонилась, чтобы поднять ее, то почувствовала кислый запах мочи от стопки постельного белья под столом, рядом с холодильником. Она надела латексные перчатки и засунула простыни и наволочки в уже полную корзину в прихожей. — Вау, теперь я ошеломлена. Думаю, я в долгу перед Джерри . Это были первые слова, которые Андреа услышала от Дарси и которые свидетельствовали о некотором осознании ее влияния на других. Может быть, ещё была надежда. Дарси лежала, покусывая губу. — Значит, доктор Кастильо послал тебя, а не агентство? — Да. — Доктор Трапани, ты что-то добавила в воду, которую дала мне раньше? — Нет. Почему ты спрашиваешь? — Я чувствую себя спокойнее. Может быть, растирание меня лосьоном успокоило дикого зверя во мне. Или, может быть, это ты. Может быть, я спокойна, потому что ты спокойна. Или, может быть, это потому, что ты терроризировала Джерри, помощников и медсестер, и они отступили, оставив тебя чувствовать себя брошенной? Андреа надеялась успокоить Дарси, но не думала, что это произойдет так быстро. — Спокойствие — это хорошо, Дарси, какой бы ни была причина. — Прежде чем я задам свои два вопроса, могу я попросить о двух одолжениях? — Жадная маленькая штучка, не так ли? — Да, я жадная. Не могла бы ты почесать мне затылок, это сводит меня с ума. А потом, не могла бы ты поднять жалюзи, чтобы я могла смотреть в окно? Вид неба заставляет меня чувствовать себя немного лучше. Андреа провела пальцами по волосам на голове Дарси. — Скажи мне, где именно чешется. — Здесь. Чуть сильнее, еще ниже. Ааа. Да. Спасибо, на сегодня достаточно. — Я собираюсь причесать твои волосы, а затем сменить постель. Она вымыла руки в ванной, затем провела расческой, которую нашла на комоде Дарси, по длинным черным волосам женщины. Очевидно, ее волосы не мыли несколько недель после аварии, и спутанные от пота и засохшей крови волосы причесывались медленно. К тому времени, как расческа легко прошлась по волосам Дарси, наволочка была покрыта красновато-коричневыми хлопьями крови, а руки Андреа покраснели. Она отложила расческу в сторону и снова вымыла руки. Глаза Дарси были закрыты, пока она занималась её волосами, и Андреа не была уверена, что она проснулась, пока она не заговорила. — Благодарю тебя. Это было чудесное чувство. — Когда ты в последний раз мыла голову? —Андреа приподняла голову Дарси, заменила грязную подушку чистой, затем ловко вывернула грязную наволочку наизнанку, чтобы убрать хлопья крови. — Думаю, до несчастного случая. Когда я была в больнице, все болело, и я терпеть не могла, когда ко мне прикасались, поэтому никому не позволяла это делать. — Она покраснела. — После того, как я вернулась домой, одна из помощниц сказала, что от меня воняет, и хотела помыть меня, но она не могла объяснить, как она собирается это сделать, и я боялась, что она причинит мне боль, поэтому я отказалась. Она сказала, что от меня слишком противно пахнет, и уволилась в конце смены. Больше никто не спрашивал. От меня пахнет, не так ли? — Я убрала много засохшей крови, так что будет немного лучше. Сменив простыни, Андреа подняла все жалюзи и открыла окно, чтобы проветрить комнату. Дарси вздохнула. — Было бы неплохо, если бы у нас здесь весь день был солнечный свет. — Она шмыгнула носом. — Пахнет весной. Должно быть, они подстригли траву. — Почему бы нам просто не оставить жалюзи поднятыми, а окна открытыми? Мы так высоко, что никто не может заглянуть внутрь — Они сказали, что мне лучше быть в полутьме. Медсестры, я имею в виду. — Чушь собачья. — Андреа не хотела быть такой яростной, но это разозлило ее. —Конечно, они хотели, чтобы свет был тусклым, чтобы у тебя было больше шансов проспать весь день и не беспокоить их. Пока я здесь, эти жалюзи будут оставаться поднятыми, если ты не попросишь их опустить. Брови Дарси взлетели вверх. — Э-э, спасибо. Я думала, вы, врачи, не критикуете друг друга. Уперев руки в бока, Андреа уставилась на Дарси. — Может быть, некоторые этого не делают, но мой приоритет — пациент. В конце концов, мы имеем дело с жизнями. Дарси открыла рот, как будто собираясь ответить, но закрыла его, когда появилась Мария с обедом. — Позвоните после того, как покормите Дарси, доктор, и Карло принесет вам обед. Хорошо? — Звучит неплохо. — Адреа переложила обед на поднос у кровати. — Мария, у нас закончились чистые простыни и наволочки, и я нашла несколько грязных простыней, засунутых под стол. Есть ли здесь кто-нибудь, кто мог бы принести чистое постельное белье и собирать белье для стирки? — Предполагается, что Марта должна делать эти вещи. Я поговорю с ней. — Um, Zia… — Дарси выглядела смущенной. — Я выгнала ее на днях. Мария нахмурилась, глядя на Дарси. — Ты чувствуешь себя лучше? — Si, Zia. Она похлопала Дарси по лицу. — Значит, больше никаких криков? — Я постараюсь. Мария изучающе посмотрела на Дарси. — Ах, увидимся позже, когда я приду готовить ужин. Зия? Мария — тетя Дарси? Андреа начала кормить Дарси, и чтобы предотвратить очередную атаку, она решила завязать разговор. — Знаешь, если повесить кормушку для птиц у тебя под окном, тебе будет на что посмотреть. Как думаешь? Дарси проглотила курицу, которую жевала. — Звучит неплохо. Попроси Карло позаботиться об этом, когда он придет с твоим подносом. — Она наблюдала, как Андреа накалывает еще одну порцию куриной грудки. — Прежде чем ты это запихнешь, могу я задать один из своих вопросов? Рука Андреа зависла у рта Дарси. — Хорошо. — Откуда ты родом? Андреа задумалась, стоит ли делиться этой информацией. — Я выросла в Манхэттене, в верхнем вест-Сайде. — Да, но я слышу легкий акцент. Откуда ты на самом деле? — У тебя хороший слух. Я родилась на Сицилии, но мы переехали сюда, когда мне было десять лет. Я выучила английский и думала, что потеряла свой акцент. — Это очень незначительно, просто случайное слово. — Да, но это удивительно, что... — Что? Что такой эгоцентричный человек, как я, уделит этому достаточно внимания, чтобы услышать это? — Ну, в общем, да. Эгоцентричный и эгоистичный, но обращающий на меня внимание. Не очень хорошая вещь. Дарси рассмеялась. — А добрый доктор умеет говорить правду. — Знаешь, ты не сможешь отвлечь меня от того, чтобы накормить тебя этим обедом без чизбургеров. — Она протянула ей полную вилку. Дарси открыла рот, прожевала и проглотила. — Это восхитительно, так что забудь о том, что я пытаюсь тебя отвлечь. Я интересуюсь. Вот и все. — Она покраснела. Андреа была рада увидеть румянец, но притворилась, что восприняла этот интерес как интерес к ее происхождению, а не как интерес в сексуальном плане. В конце концов, ей даже не нравилась эта женщина. Но было приятно знать, что эпатажная Дарси Сильвер тоже может быть смущена. Она не оставила ни малейшего сомнения в том, что тело Андреа заинтересовало ее, но контролировала себя, пока наносила лосьон. Андреа, с другой стороны, слишком сильно наслаждалась прикосновениями к прекрасному телу Дарси. Может быть, ей пора вернуться к игре в свидания. Она скоро позвонит Джули и Карин и согласится пойти куда-нибудь с подругой, с которой они хотели ее познакомить. Дарси проглотила остатки курицы и улыбнулась. — Итак, сколько тебе лет, доктор Трапани? Андреа встала и позвала Марию. — Тридцать один. А тебе? — Хм, поскольку вы заказали мне такой вкусный обед, я отвечу на этот вопрос, — ее глаза метнулись к грудям Андреа, хотя они были невидимы под ее белым халатом, — для тат. В декабре мне исполнится сорок. Тело Андреа ответило на откровенный флирт Дарси румянцем. Она не знала, что сказать, но ее спасло появление стройного, мужественного мужчины с копной седых волос, старомодными манерами и веселым видом. Он напомнил Андреа ее родственников на Сицилии. — Доктор, это Карло, муж Марии. — Где вам поставить поднос, доктор? Прежде чем Андреа успела сказать, отнеси его в спальню, заговорила Дарси. — На подносе у кровати, доктор поговорит со мной, пока ест обед. У них все шло так хорошо; Андреа не хотела нарушать хрупкую стабильность. Если бы она осталась после сегодняшнего дня, то установила бы некоторые границы — раздельное питание и никакого флирта. — Карло, можно ли повесить кормушку для птиц за этим окном? — Vuoi questo, bella? — Да, я хочу этого. Ты же знаешь, я люблю птиц. Он поцеловал два своих пальца и прикоснулся ими к губам Дарси. — Va bene. — Он кивнул Андреа, убрал пустые тарелки Дарси и ушел. Дарси наблюдала, как Андреа откусила первый кусочек. — Мне очень жаль. Я уверена, что тебе не помешало бы отдохнуть от меня, но, как мы уже выяснили, я жадная и эгоцентричная, а ты первая, э-э, интересная компания, которая у меня была. Я обещаю, что вздремну позже, чтобы у тебя было немного времени для себя. Андреа была тронута просьбой посидеть с ней и пониманием того, что ей нужно немного времени для себя. Она кивнула и сглотнула. — Скажи мне. Как ты развлекаешь себя? — В глазах Дарси появился озорной блеск, и Андреа поспешила пресечь любые сексуальные намеки. — Я имею в виду, кроме запугивания людей. — Она улыбнулась, чтобы смягчить язвительность своих слов. Дарси прикусила нижнюю губу. Андреа заметила, что ее губы потрескались, и сделала мысленную пометку нанести на них немного лосьона. — Ну, помимо того, что заставляю людей корчиться, я провожу много времени, уставившись в потолок. Иногда я смотрю телевизор, но в основном это меня не интересует. — Ее голос стал далеким, грустным. — Думаю, я в основном отключаюсь. — Что бы ты хотела сделать? Учитывая твое нынешнее состояние, то есть. — Нужно направить эту женщину в правильном направлении. Она откусила еще кусочек. — Вау, никто не спросил, чего бы я хотела. Я бы с удовольствием посидела в своем саду, но мы знаем, что этого не произойдет. Я бы с удовольствием почитала книгу, но я не могу держать ее в руках. Я бы с удовольствием послушала музыку, я бы с удовольствием поехала к себе на квартиру, — голос Дарси затих. Выглядя так, словно хотела заплакать, она перевела взгляд через плечо Андреа на окно. — Какие книги тебе нравятся? Ее взгляд вернулся к Андреа. — Я раньше читала, много разных книг. Мне нравятся хорошо написанные романы и детективы с лесбийскими персонажами. — Она посмотрела Андреа в глаза, словно ожидая подтверждения. Андреа ответила на ее взгляд, но не предоставила той информации, которую искала. Дарси уже была слишком сексуальна для ее комфорта. — Но мне также нравятся литературные романы, детективы, триллеры, если они хорошо написаны и имеют интересных персонажей и сюжеты. В основном я читаю научную литературу, политические книги, историю, особенно английскую, американскую и итальянскую, биографии и психологию. — А как насчет музыки? — Классика, опера, блюз, кантри, рок, в зависимости от моего настроения. Ничего слишком шумного. — У тебя есть айпод? — В последний раз я его видела в машине, когда она горела. — Как насчет того, чтобы после того, как я поем, я отдала тебе свой айпод? Мы можем составить плейлист, я вставлю наушники, и ты сможешь слушать. Может быть, это поможет тебе расслабиться. Улыбка Дарси говорила «да, да, да» — А чем вы любите заниматься, мой добрый доктор? — Мне нравятся пешие прогулки и бег. Я довольно критична в книгах и музыке, за исключением того, что добавляю несколько медицинских книг, чтобы оставаться в курсе дела. — Ваша специальность — кардиология? — Я врач отделения неотложной помощи. Кожа Дарси побледнела. — Неужели я настолько плоха, что мне нужен кто-то вроде тебя двадцать четыре часа в сутки? Не раздумывая, Андреа осторожно убрала волосы со лба Дарси. — Нет, нет, не волнуйся. Я просто случайно оказался свободна. — Она видела, как в голове Дарси формируется вопрос, поэтому встала. — Я возьму свой айпод. — Она юркнула в соседнюю дверь своей спальни. Она оставила дверь открытой, но вошла в ванную, закрыла эту дверь и прислонилась к ней. О чем я только думала, так нежно прикасаясь к Дарси? Черт. Дарси, вероятно, использовала бы этот жест как повод для своих сексуальных домогательств. Отдышавшись, Андреа вымыла лицо и руки, затем взяла свой айпод и вернулась. Дарси либо не заметила, либо не сочла это заслуживающим внимания, поэтому она расслабилась, и они провели некоторое время, обсуждая музыку. — Определенно "Болеро" Равеля. Это заставляет меня чувствовать себя сексуальной. Ну вот, мы снова начинаем. Все разговоры с Дарси вели к сексу. — Тогда нам, вероятно, следует пропустить это. — Боишься, что я превращусь в разъяренного зверя? — Тон Дарси был насмешливым. Черт, она не собиралась говорить это вслух. И, наверное, в миллионный раз в своей жизни она пожалела, что была такой светлокожей, что каждый маленький румянец вспыхивал, как сигнал на перекрестке. — Ты не обидишься, если я скажу «да»? Дарси затряслась от смеха, глубокого утробного смеха. — Вовсе нет. Как вы уже видели, я могу быть разъяренным зверем. И, к сожалению, я должна сказать, что вы также испытали, как я использую свои глаза и свои слова, чтобы быть сексуальным зверем. Но я обещаю держать себя в руках. — Это было извинение? — За тон и подачу, а не за сентиментальность. Андреа сузила глаза. Правда, тон был оскорбительным, и это чувство можно было расценить как комплимент. Дарси, казалось, поняла это. — Принято. — Она снова повернулась к айподу. — Что еще? Они перебрали все возможные варианты. — Отлично, я люблю Адель. И все старички, такие как Стиви Никс, Джоан Баэз, Джуди Коллинз, Дженис Джоплин, Трейси Чепмен, Нэнси ЛаМотт, Cowboy Junkies, Эммилу Харрис. Можем мы взять немного оперы и... — Эй, это не последний твой шанс составить плейлист. — Извини, я сказала тебе, что жадная? Кажется, прошла целая вечность с тех пор, как я слушала музыку, так что я хочу все это сейчас. Но было бы неплохо немного послушать. Андреа подключила к сети и включила айпод. Улыбка на лице Дарси, когда она слушала, тронула сердце Андреа. Затем, поглядывая одним глазом на женщину, она продолжила уборку и обустройство комнаты по своему вкусу. Когда лицо Дарси расслабилось, Андреа прокралась в свою комнату. Она оставила дверь между ними открытой и села в мягкое кресло у окна. Оттуда она могла наблюдать за Дарси в зеркале над туалетным столиком. Она вздохнула. День был напряженным, но теперь она чувствовала себя более оптимистично. Она подумала о том, где они были по сравнению с тем, с чего начали, и поняла, что ей понравилось разговаривать с Дарси, пока она ела. Бедная женщина изголодалась по компании и разговорам. А потом на нее снизошло озарение. Дарси чувствовала бы себя менее изолированной, если бы они ели вместе, и это помогло бы ей расслабиться. Такая простая вещь. Она подняла трубку внутренней связи, и Грег ответил. — Грег, пожалуйста, скажи Марии, что я хотела бы, чтобы мои блюда подавались в то же время, что и Дарси, чтобы мы могли есть вместе. — Сделав это, она выбрала “ Love by the Numbers“, роман, который она начала прошлой ночью. — Доктор Трапани, — позвала Дарси из другой комнаты. Андреа подняла глаза, потрясенная тем, что прошел почти час. — Иду, Дарси. — Она отложила книгу и вошла в комнату. — Хорошо вздремнула? — Один из наушников лежал на подушке. — Ты хочешь еще послушать музыку? — Не сейчас, но большое тебе спасибо. У меня такое чувство, будто я проспала несколько часов. Андреа сняла второй наушник и положила айпод на столик рядом с кроватью. — На самом деле, это заняло всего около часа. Мешок для катетерного дренажа был почти полон, и Дарси, вероятно, уже нуждалась в судне. Она была удивлена, что Дарси не носила подгузник, но подгузники были трудны для большинства пациентов, и она подумала, что это будет особенно трудно для кого-то вроде Дарси. Что ж, судно или подгузник — рано или поздно им придется с этим смириться. Она собралась с духом. — Дарси, я заметила, что на тебе нет подгузника. Разве тебе не трудно сидеть на судне с гипсовыми повязками на ногах? Дарси покраснела. — Это неудобно, но я не буду носить подгузник. Андреа видела, что она напряглась, готовясь к спору. Вероятно, было лучше не делать из этого проблемы. — Прекрасно. Я собираюсь опорожнить твой дренажный мешок. Может, мне сначала посадить тебя на судно? Дарси выглядела несчастной. Черт. Дарси смутилась. Андреа задавалась вопросом, сделала ли она что-то, чтобы вызвать такую реакцию. Нет, у нее были свои случайные мысли о теле Дарси, но она была уверена, что ее поведение было профессиональным. Дарси, вероятно, перешла бы к обороне и нападению, но ей просто нужно было бы препоясать свои чресла, поскольку не было никакого способа избежать этого обсуждения. Она забрала судно, но хотела, чтобы Дарси чувствовала себя под контролем, поэтому снова подвинула стул, поставив их на один уровень. — Я врач, Дарси. Я знаю, как работает организм, и, поверьте мне, я видела много экскрементов в отделении неотложной помощи. Дарси отказывалась встречаться взглядом с Андреа. — Да, но это смущает. Я не хочу просить тебя об этом. Никакого нападения. Один балл в мою пользу. — У нас здесь не так уж много вариантов, Дарси. И, знаешь, по большому счету, это не самое худшее для нас обеих, так что давай не будем придавать этому большого значения. Хорошо?” Дарси промолчала. Затем она медленно кивнула. — Спасибо вам, доктор Трапани, за то, что была терпеливой со мной. — Она улыбнулась. — Я думаю, что не должна жаловаться. Андреа очистила и снова подключила пакет для мочи, затем быстро позаботилась о Дарси и судне. Все прошло гладко. Она была рада, что они прошли через это без напряжения, выиграв еще одну маленькую битву. Дарси попросила снова послушать музыку. Она также попросила Андреа остаться с ней в комнате. Учитывая склонность Дарси ко всему сексуализировать, Андреа решила, что лучше не объявлять о своей сексуальной ориентации, принося книгу, поэтому она села рядом и разгадывала кроссворд. В шесть Карло принес их ужин и сказал Андреа, чтобы она оставила грязную посуду на тележке в холле, а он заберет ее утром. Он также дал ей ключи от дома, чтобы она могла запереть его после прихода медсестры в восемь часов. Перед уходом он поцеловал Дарси в щеку. Глаза Дарси расширились, когда она поняла, что Андреа намеревалась поужинать с ней. Она мило улыбнулась. — Спасибо вам, доктор. Я ценю, — ее голос дрогнул, — компанию. — Ее глаза наполнились слезами. — Я так одинока. — Я подумала, что так будет интереснее для нас обеих. — Она положила полную вилку лосося в рот Дарси. — Вы помните, что медсестра будет здесь с восьми вечера до восьми утра завтрашнего дня? — Женщина откусила кусочек лосося. Без сомнения, Мария была замечательным поваром. Дарси медленно жевала, казалось, наслаждаясь рыбой. — Я помню. Ты ведь будешь здесь, верно? — Да. Я, возможно, выйду на пробежку после того, как сориентирую медсестру, но потом я вернусь. — Пробежка звучит замечательно. Раньше я бегала. Вокруг водохранилища в Центральном парке, когда я была в городе, и на пляже в моем доме на Файр-Айленде. — Ты снова будешь ходить через пару месяцев. — Это трудно себе представить. У меня такое чувство, будто я годами была заперта в этой комнате. Пара месяцев кажется вечностью. Как ты думаешь, я снова смогу бегать? — Я предполагаю, что с твоими ногами все будет в порядке, и со временем ты сможешь бегать, но я не уверена насчет твоего сердца. Ты когда-нибудь бегала вдоль реки Гудзон, где находится пристань для яхт? — Я не была там много лет. — Женщина пожала плечами. — Может быть, когда-нибудь, если я смогу, я поеду туда. Я слышала, они сделали его действительно красивым. Когда была съедена последняя ложка салата из свежих фруктов, Дарси вздохнула. — Ты уверена, что эта диета полезна для меня? — Тебе понравилась еда? — Да, но я боялась, что наберу много веса, потому что едва двигаюсь. Как думаешь, твоя диета может помочь сбросить лишний вес? — Так и должно быть, но не беспокойтесь о калориях сейчас, твоему организму нужно больше, чем обычно, пока он выздоравливает. — Если тебе не хочется бегать сегодня вечером, ты могла бы с удовольствием посидеть в саду. Это личное и безопасное место. Ты доберешься до него через кухню. —Я думаю, что побегу сегодня вечером, но буду иметь это в виду. — Андреа отнесла их тарелки на тележку. — Хорошо, Дарси, время снова проверить показатели. — Она улыбнулась, увидев показания кровяного давления. — Сто пятьдесят на семьдесят пять. Не идеально, но намного лучше. Дарси прочистила горло. Она посмотрела на окно. — Я пыталась придумать, как заставить тебя не уезжать завтра. Значит, Мария была права. Андреа не была удивлена, что ей понравилось приручать зверя, но она была удивлена, что ей понравилось общество Дарси, и удивлена, поняв, что она хочет остаться. У нее не было иллюзий, глубинные проблемы Дарси, страх одиночества и чувство покинутости, никуда не делись, но как только она преодолела свой ужас и ярость, Дарси стала интересной женщиной. — Давай посмотрим. — Она постучала пальцем по губам. — Хм. Ты могла бы попробовать попросить меня остаться. Дарси повернулась к Андреа, ее лицо светилось надеждой. — Доктор Трапани, не могла бы ты остаться и позаботиться обо мне? Пожалуйста? — Я была бы рада, Дарси. — И она говорила серьезно. Она знала, что будут подъемы и спады, но чувствовала себя живой, в сто раз лучше, чем в депрессивной летаргии, в которой она пребывала последние несколько месяцев. Дарси улыбнулась. — Благодарю тебя. С тобой я чувствую себя... в безопасности. Это… Мне это нравится. Ты мне нравишься. — Ее глаза наполнились слезами. — Эй, могу я спросить, что эта ночная медсестра собирается со мной сделать? — Почему бы тебе не думать о том, что это делается для тебя, и твоего здоровья? В основном она несколько раз измерит жизненные показатели, присмотрит за тобой, пока ты спишь, и будет доступна, если понадобится вода, или судно, или что-нибудь еще на ночь. Я буду рядом, если возникнут проблемы. И поскольку у меня не было возможности помыть тебя сегодня, я попрошу ее сделать это перед тем, как ты ляжешь спать.