Сердечные дела

— Пора бы нам увидеть солнечный денек, — проворчала Дарси. — Достаточно плохо торчать дома, но три мрачных дня подряд — это слишком. — Сегодня солнечно. — Андреа приготовила Дарси кофе. — Может быть, немного кофеина поможет? — Мир действительно выглядит немного ярче после глотка кофе. — Держу пари, он станет еще ярче после того, как ты съешь яичницу. — Ты кормишь меня холодной кашей в дождливые, пасмурные дни и яйцами в солнечный день. Мне это кажется задницей. — Не будь угрюмой. Это вредно для твоего давления. — Андреа отправила вилкой еще яичницы в рот Дарси. Женщина прожевала и проглотила. — Я что, угрюмая? — Сегодня будет тепло. Не хочешь выйти на улицу? Дарси застонала. — Ты же знаешь, я умираю от желания куда-нибудь пойти. Ты собираешься закинуть меня себе на спину и донести до лифта? Или, может быть, ты покатишь мою кровать к лифту? Или ты наняла кран, чтобы вытащить меня из окна? — Ничего из вышеперечисленного. Обещаю, никакого рукоприкладства. — Мне бы не помешала какая-нибудь женская помощь. — Она пошевелила бровями. Андреа вздохнула. Как и обещала, Дарси сократила количество сексуальных комментариев за последние пару недель, но они все равно появлялись чаще, чем ей хотелось бы. — Заканчивай свой завтрак и позволь мне одеть тебя. — Вы наняли скорую помощь, чтобы отвезти меня вниз? — Ты ничего не ешь. Давай. — Андреа поднесла вилку к губам Дарси и улыбнулась недоуменному выражению ее лица. — Сделай мне приятное. Mangia. Ешь. — Ах, любовь моя... Маленький доктор шепчет всякие сладости по-итальянски. Как я могу устоять? После завтрака глаза Дарси следили за Андреа, пока она ходила по комнате. — Что бы ты хотела надеть сегодня? — Я иду в кабинет врача? — Нет, только в сад. — Только в сад? Я умирала от желания пойти в сад, и ты, черт возьми, прекрасно это знаешь. Как насчет бледно-серого костюма? Улыбнувшись волнению Дарси, Андреа достала бледно-серую блузку и брюки, по словам Кэндис, еще один наряд, разработанный их подругой Люсией. Брюки были простыми, но блузка с круглым вырезом была расшита изысканным разноцветным узором. Рисунки Люсии были прекрасны, Кэндис знала, что будет эффектно смотреться на Дарси, а у Дарси, казалось, было неограниченное количество денег. Приятное сочетание. — Хороший выбор. Ты прекрасно выглядишь в этом наряде. — Она натянула брюки. — Когда я ношу одежду Люсии, я чувствую себя женщиной, а не Пончиком из Пиллсбери. Андреа просунула руки Дарси внутрь и застегнула кофту. Она отступила назад, оценила свою работу и улыбнулась. Без сомнения, она выглядела как женщина. Но, по ее мнению, Дарси всегда выглядела как женщина, красивая, чувственная и сексуальная, слепки или без слепков, одетая или раздетая. — Ты выглядишь довольной собой. — Так и есть. Я делаю хорошую работу, ты так не думаешь? — Андреа позвонила на кухню и заговорила в интерком. — Давай поднимайся, Грег. Пока они ждали, Андреа собрала вещи, которые им понадобятся: ее стетоскоп, дополнительное одеяло, роман, который она могла бы почитать Дарси, iPod, салфетки и бутылку воды. — Ты не собираешься мне рассказывать, не так ли? — Э-э-э. Тебе просто придется подождать. — Это ожидание не может быть полезным для моего кровяного давления. Возможно, мне придется сообщить о вас доктору Кастильо за жестокое обращение. — Дарси оглядела комнату. — Вы с Грегом собираетесь отнести мою кровать вниз? Андреа нравилось видеть волнение и предвкушение на лице Дарси. Ее глаза сияли, щеки пылали, а улыбка была очаровательной. Боже, она была прекрасна. Она тоже была взволнована, подарив Дарси этот подарок. Она была благодарна Кэндис за ее маленький сюрприз и пригласила ее присоединиться к ним на ланч в саду. Андреа услышала, как Грег идет по коридору, и выглянула. Карло был с Грегом, и он схватился за ручки инвалидного кресла и направился к ней. — Тада! — Инвалидное кресло? Я думала... — Эта инвалидная коляска приспособлена для того, чтобы обеспечить необходимую поддержку, как и кресло с откидной спинкой. — В таком случае, мы можем идти прямо сейчас? Андреа подвинула инвалидное кресло поближе к кровати и нажала на тормоза. Она наклонилась, положила правую руку Дарси себе на плечо и свесила ноги, так что она сидела на краю кровати. — Хорошо, Грег, заведи руку ей за спину и под бедро, э-э, гипс. Карло наблюдал, как она и Грегг подняли Дарси и посадили. Андреа разложила подушки позади нее, под ее руками и ногами, затем накрыла одеялом. Она отступила назад и улыбнулась. — Удобно? — Еще бы. Пошли. Карло ухмыльнулся, видя волнение Дарси. —Вы хотите, чтобы я подтолкнул, dottore? — Нет, спасибо, Карло, я справлюсь. Все трое направились к лифту. Карло нажал кнопку кухонного уровня, и они начали спускаться. Единственным звуком, кроме скрипа лифта, было хриплое дыхание Дарси. Андреа положила руку на плечо Дарси и, наклонившись, прошептала ей на ухо: — Сделай глубокий вдох. Хорошо. Теперь сделай еще один. Вот и все. — Доктор? — Да? Дарси тихо заговорила, приблизив губы к уху Андреа. — То, что ты дышишь мне в ухо, не успокаивает меня, но это отвлекает мои мысли от других вещей, кроме того, что я наконец-то выйду на улицу. Андреа похлопала ее по голове. — Держи себя в руках, женщина. — Она выпрямилась и сделала глубокий вдох. И твое дыхание мне в ухо уносит мое тело туда, куда оно не должно заходить. Лифт остановился, и дверь открылась. Мария ждала с широкой улыбкой на лице. — Наслаждайся солнечным светом. — Она обняла Дарси. — Я принесу обед позже. Карло открыл наружную дверь. Андреа покатила Дарси вниз по пандусу, на яркий солнечный свет, к скамейке, которую она выбрала прошлой ночью. Она припарковала инвалидное кресло и устроилась поудобнее. Когда она посмотрела на Дарси, то встревожилась, увидев, что та медленно имитирует девушку из «Экзорциста», ее голова двигается из стороны в сторону, затем вверх и вниз. — Что случилось? — Она коснулась плеча Дарси. — Ты плохо себя чувствуешь? Дарси рассмеялась. — Отнюдь нет. Я счастлива и пытаюсь впитать все это сразу. Как я могу отблагодарить тебя, Андреа? Услышав, как Дарси произнесла ее имя, у Андреа по спине пробежали мурашки, но она не могла этого допустить. — Расслабься и получай удовольствие. Ты можешь послушать музыку или аудиокнигу, или я могу почитать тебе. У меня есть «Любовь по номерам» Карин Каллмейкер, — Андреа показала обложку книги. — Ты отправила счет Кэндис? — Это подарок. — Спасибо. — Улыбка Дарси была милой. — Я просто хочу немного посидеть. Делая вид, что читает медицинский журнал, Андреа украдкой наблюдала, как Дарси вдыхает аромат только что распустившейся сирени и свежесть весеннего воздуха. Ее удовольствие от пребывания на улице было ощутимым. Дарси закрыла глаза и подставила лицо солнцу. Через некоторое время она посмотрела на деревья и склонила голову набок, увидев шумную пару птиц. — Мы так много принимаем как должное в жизни. Вы никогда не думаете, как вам повезло; вы никогда не думаете о том, чего вам будет не хватать. По крайней мере, я никогда этого не делала. — Андреа опустила журнал и прислушалась. — Я надеюсь, что моя жизнь вернется в нормальное русло через пару месяцев, мои травмы и ограничения исчезнут. Как живут люди, чья "нормальность" так ограничена? Андреа нравилась эта сторона Дарси: милая, честная, склонная к самоанализу женщина, открытая в своих чувствах и страхах. Она отложила журнал в сторону и поправила одеяло Дарси. — Они должны принять то, кем они есть, и двигаться дальше, иначе обречены на несчастье. — Возможно, авария стала для меня тревожным звонком. Напоминание о том, чтобы быть более внимательной к своему окружению, к другим людям и к самой себе. Мне повезло больше, чем большинству, и я должна делать что-то хорошее в своей жизни. Как ты. — Она выглядела смущенной. — Я не знаю, о чем я говорю. — Не принижай себя, Дарси. Это намного лучше, чем плыть по течению, не делая выбора. Я думаю, ты многое узнала о себе. Дарси фыркнула. — Я, конечно, поняла, какая я стерва и насколько талантлива в том, чтобы оскорблять и принижать людей. — Возможно, ты увидела часть себя, которая тебе не нравится, но это первый шаг к изменению. Ты также поняла, как важен отдых на свежем воздухе, что это нормально — позволять заботиться о себе, что не всегда нужно держать себя в руках или быть совершенной. — Ты думаешь, я идеальная? — Нет, я не думаю, что ты идеальная, но за те несколько недель, что я здесь, я увидела, что ты способна меняться. — Андреа изучающе посмотрела на Дарси. — Тебе достаточно тепло, устала? — Нет, я счастлива, сидя в своем саду и разговаривая со своим ... доктором. — Расскажи мне о несчастном случае. — Тут особо нечего рассказывать. Карло и Мария возвращались в Италию, и я планировала поехать с ними, чтобы помочь им устроиться, поэтому в понедельник днем я ехала домой с Файр-Айленда. У меня был впечатляющий спор с Джерри прямо перед моим отъездом, и я была в ярости. — Она покраснела. — Как бы то ни было, я превысила скорость, и какой-то парень с двумя детьми в автокреслах подрезал меня, и не один раз, а дважды. Тот факт, что он вот так рисковал жизнями своих детей, подлил масла в и без того бушующий огонь. Я была настолько неуправляемой, что колотила кулаками по рулю. Следующее, что я помню — это как я просыпаюсь в больнице, завернутая, как мумия. — Вау. — Вау, конечно. Они сказали мне, что машина несколько раз перевернулась, скатилась с насыпи, а затем загорелась. Если бы незнакомец, не выскочил из своей машины и не побежал вниз, чтобы вытащить меня, я бы сгорела заживо. Очевидно, я потеряла сознание из-за закупорки артерии. — Она пожала плечами. — Я благодарна судьбе, что больше никто не пострадал. Андреа стало жаль бедную маленькую богатую девочку, которая считала, что хорошо, что она не умерла. — О, Дарси, если ты не научишься контролировать свой гнев, он убьет тебя. — Я не понимала этого, пока ты не пришла. Ты говорила о том, что у меня слишком высокое кровяное давление, как Джерри боялась, что убьет меня, и как доктор Кастильо была достаточно обеспокоена, чтобы послать тебя. И я чувствовала, что тебе небезразлично, выживу я или умру. Глупо, да? — Вовсе не глупо. Мне действительно не все равно. Я надеюсь, что смогу помочь тебе научиться контролировать свой гнев и правильно питаться. Я хочу помочь тебе жить. — У-у-у, дамы, — Кэндис вошла в сад. — Скоро будет обед. — Она поцеловала Дарси в щеку. — Это похоже на очень серьезный разговор. — Так и есть. Мы говорим о птицах, пчелах и цветах, — Дарси ухмыльнулась. — Ты хочешь что-нибудь добавить, Кэндис? — Только то, что ты выглядишь потрясающе в наряде, который я купила для тебя. И у тебя действительно есть немного румянца на щеках. Это из-за солнечного света или из-за разговора? — Понемногу и того, и другого. Ты появилась как раз вовремя, чтобы услышать кровавые подробности. Кэндис подняла брови. — Неужели? — Боже, у тебя грязные мысли. В любом случае, я как раз собиралась спросить доктора Трапани, как получилось, что она смогла приехать на своем белом коне, чтобы спасти меня, но я вижу, что Мария идет с обедом, так что это подождет, пока мы не поедим. Кэндис взглянула на Андреа. — О, черт возьми, я уверена, что это действительно скучная история. Почему бы нам не поговорить о чем-нибудь интересном? Например, вы читали тот роман, который я видела лежащим на скамейке рядом с добрым доктором? Андреа молча поблагодарила Кэндис за то, что та отвлекла Дарси от вопросов. — Кэндис, пожалуйста, подвези Дарси к столу, пока я помогу Марии. — О, нет, я уверена, что Кэндис не знает, как правильно катить инвалидное кресло. Я боюсь, что она сбросит меня на землю. — Что ж, я могла бы, дорогая, если ты не будешь добра ко мне. Разве ты не знаешь, что никогда не следует кусать руку, лежащую на пульте управления? Упс, а тормоза есть? — Она собирается убить меня! Спасите меня, доктор! Андреа стояла, уперев руки в бока. — Вы двое просто невозможны. Обед подан. Глаза Дарси расширились, когда она подъехала к виноградной беседке и увидела Марию и Карло, сидящих за столом вместе с ними. — Правда? — прошептала она. — Благодарю тебя. Напомни мне позже, что я должна тебе поцелуй. — Что там было насчет поцелуев? — Кэндис нахмурилась, глядя на них. — Я не знаю, как Андреа это сделала, но я действительно счастлива, что ты, Зия, и ты, Зио, присоединились к нам за обедом. — Мы хотим отпраздновать с тобой, кара, — Мария говорила по-итальянски. — Давайте выпьем за доктора Трапани и за то, что она сделала все лучше для тебя. — Все они подняли свои стаканы с соком и выпили. — И давайте выпьем за дружбу и семью. — Кэндис произнесла тост по-итальянски, удивив Андреа. Заплаканная Дарси посмотрела от одного к другому. — Это как в старые добрые времена — обедать под виноградной беседкой. Все, что нам нужно — это мама и папа. — Она повернулась к Андреа. — Мой отец посадил виноград и построил беседку для моей мамы, чтобы напомнить ей о хороших временах в Италии. Раньше мы все время ели здесь. Этот комментарий вызвал рассказы о веселых временах, которые они провели за этим столом. Андреа повернулся к Марии и Карло. — Где вы поселитесь, когда вернётесь в Италию? — Мы приехали из-за пределов Флоренции. — Карло взял Марию за руку. — Когда Дарси сможет путешествовать, мы все вернемся и останемся там на вилле. — Вам следует подумать о Сицилии, — сказала Андреа. — Зимы там мягкие, а сам остров прекрасен. Некоторое время они обсуждали этот вопрос, затем, когда закончили есть, Мария и Карло извинились и ушли, чтобы Мария могла вздремнуть, а Карло заняться кое-какими делами. Кэндис, Дарси и Андреа провели следующие полчаса за чашечкой кофе, смеясь и разговаривая. Кэндис некоторое время развлекала их историями о многих любовниках, которые у нее были и которых она потеряла, включая того, которого она только что бросила. После этого Дарси, казалось, отошла от разговора. Восприняв это как признак того, что Дарси устала, Кэндис сказала, что ей нужно возвращаться в офис. Она обняла Андреа и легонько поцеловала Дарси в губы, сказав, что увидится с ними завтра. После того, как Кэндис ушла, а Грег убрал со стола, Андреа покатала Дарси по саду, чтобы она могла увидеть все клумбы. Следуя примеру Дарси, Андреа ничего не сказала, но когда они вернулись на свою скамейку, Дарси казалась подавленной. — Эй, что случилось? Дарси слабо улыбнулась. — Извини. Я только что поняла за обедом, что всякий раз, когда я не встречаюсь с кем-то, Кэндис бросает своего любовника, поэтому она тоже одинока. — И это заставляет тебя чувствовать себя плохо? — Да. То, что я почувствовала — правда, Кэндис ждет меня. Я действительно забочусь о ней и хочу, чтобы она была счастлива, но я не могу быть с ней. Это неправильно.